Глава четырнадцатая
19 апреля 2016 г., 17:33
Спустя две недели после подслушанного разговора настал день первого испытания. Лидия с утра была сама не своя, даже на Фреда и Джорджа разозлилась без причины. Близнецы, конечно, не злились в ответ и не пытались выяснять отношения — они ведь её лучшие друзья, всё понимают, потому и огонь раздувать не хотят.
Лидия ещё раз вздохнула по дороге к полю. Вокруг шум голосов, радостные выкрики однокурсников чемпионов (Мэтью умудрился зажечь в небе фразу «СЕДРИК ДИГГОРИ ЧЕМПИОН №1!»), Анджелина спокойной идёт рядом, высматривая рыжих дьяволов, которые что-то задумали и сбежали с обеда, крикнув, что на состязание обязательно придут. Хотя, не трудно догадаться, куда они убежали — в свою комнату разорять коробки, спрятанные под кроватями всех трёх шестикурсников.
В голове Вест не укладывается мысль о драконах. Никто ведь, кроме Гарри, не знает о предстоящем! И, возможно, это не честно, но её больше волнует жизнь второго хогвартца, который все недели ходил как будто ничего не было. Даже, вероятно, про испытание забыл, если бы не крики его же однокурсников и лучший друг.
Добравшись до квиддичного поля, которое специально преобразовали, она осмотрелась по сторонам и заметила шевеление возле гриффиндорской раздевалки — туда только что зашёл Людо. Джонсон потянула за руку в сторону трибун, тоже преобразованных (теперь нет факультетских цветов и ширина больше), но Вест покачала головой, взглядом указав на раздевалку. Анджи отпустила, сказав, что займёт для неё место, и пошла в сторону Ли, кричащего с верхних скамеек.
Лидс остановилась возле самого входа, снова осмотрелась и юркнула в раздевалку, тут же стукнувшись носом в чей-то затылок. Незнакомец недовольно шикнул, но девушка лишь улыбнулась — не надо быть маленьким мальчиком, Гарри.
— Что ты тут делаешь? — спрашивает парень, развернувшись, — Тебя сейчас Бэгмен заметит!
— Пусть замечает, мне всё равно, — пожимает плечами волшебница, — Всё равно ничего он не сделает против меня. А я пришла тебя и Седа поздравить с началом Турнира и пожелать удачи.
Она не сомневается, что если бы тут были пуффендуйки, она бы уже была мертва. Но их тут нет, как и прискорбного выражение лица кого-нибудь — только измученное чем-то или восхищённое.
— Надеюсь, ты предупредил Диггори о них, — кинув взгляд в сторону противоположного входа, выводящего на само поле, шепчет гриффиндорка.
— Да, но, я думаю, и другие уже знают. По крайне мере, мадам Максим точно, — отвечает Поттер. Он волнуется — это видно.
— Всегда не любила французов, — усмехается ведьма, — Так, ладно, я пошла.
Когда Людо появляется и замечает Лидс, то слегка удивляется. Но потом улыбается, как старой подруге, и жестом просит выйти — не для её ушей и глаз то, что он хочет сказать и уже притащил. Фыркнув, Вест выходит обратно на улицу, тут же вздрогнув от холодного потока воздуха.
Она возвращается к трибунам и взглядом находит подругу, после чего начинает подниматься к ней. Какой-то слизеринец пихнул её и постарался что-то ляпнуть, но не успел, поскольку девушка уже оказалась возле Анджелины и близнецов. Вот только эти двое сейчас ходят между рядами, выкрикивая «Кто за Хогвартс — пять сиклей! Другим — пятнадцать!» Волшебница даже усмехнулась, сложив руки на груди. Бизнесмены идеальные!
Спустя пару минут рыжики поднимаются к ним и ставят коробки на скамейки, чтобы никто их места не занял, а сами встают рядом, с живым интересом осматривая всю местность. Джордж даже присвистнул, услышав вой дракона в отдельной части поля, куда поместили загон. А, завидев старшего брата, оба близнеца начали махать руками и кричать, пытаясь привлечь внимание к себе, но Чарли их не слышал, продолжая идти в сторону загона успокаивать своих «милых» зверушек. И почему он только выбрал эту работу? Так нравится рисковать?
<…>Все зрители зашумели, когда дракониха выпустила струю огня из пасти и лицо Седрика немного задело пламя. Но парень на это, честно говоря, плюнул с Астрономической башни, продолжая кружить вокруг и придумывая план захвата золотого яйца — что-то вроде подсказки к следующему испытанию.
Удача бы сейчас пригодилась. Или везучесть. Или жидкая удача. Всё, что угодно, дающее стопроцентную уверенность в победе пуффендуйца.
Но всё же Седрик победил. С обожжённым лицом поднял золотое яйцо над головой, показывая всем. Народ начал свистеть, улюлюкать, даже несколько гриффиндорцев начали радостно кричать — им стало всё равно, что Седрик не с Гриффиндора, главное, что он из Хогвартса.
— Молодец! Так держать! — кричал Бэгмен, — А теперь оценки судьей!
Оценки жюри раззадорили всех ещё сильнее. Даже Фред — Мерлин Всемогущий, наш Фредди! — начал радостно хлопать и кричать, повторяя первые слова Людо. А вот Джордж неодобрительно смотрел на удаляющегося в больничную часть Диггори, засунув руки в карманы куртки и о чём-то своём размышляя. Кажется, победа Хогвартса его не очень обрадовала.
— Эй, что с тобой? — стараясь перекричать гул, спрашивает Лидия, — Не заболел, надеюсь?
— Всё хорошо! — кричит в ответ Уизли, усмехнувшись, — Ко мне болезни не прицепляются!
<…>Следующим чемпионом, вышедшим в поле, была Флёр Делакур. От той высокомерной и наглой девицы, чем-то похожей на настоящую вейлу, не осталось ничего из шармбатонцкого — она двигалась осторожно, не привлекая к себе внимания драконихи, но всё же не получилось с первого раза схватить желанный приз.
Всё началось сначала. Флёр махнула палочкой, и с противоположной стороны посыпались искры, отвлекающие наседку. Девушка тут же бросилась вперёд, держа палочку наготове, но неожиданно из неоткуда возник огромный хвост, сбивающий вейлу. Разочарованный вздох прошёлся по всем трибунам.
— Думал, сейчас схватит!
Надо поменьше глупостей думать, Бэгмен. Но Лидия отмечает про себя, что Делакур, когда надо, теряет всю напыщенность и становится нормальной.
Такое же представление было у неё и по поводу Билла, когда при верной встречи она призналась, что считала его копией Перси. Но это оказалось не так, и Лидия быстро освоилась рядом с ним и Чарли.
Неожиданно поле озарила вспышка, и тут же послышались овации тех, в чьей стороне свет погас. Флёр стоит, тоже поднимая руку, крепко держа яйцо.
***
Быть гриффиндорцем и другом близнецов Уизли — смесь опасная, которая в любую минуту может взорваться. Но Лидия спокойно справляется с этим, прошмыгнув мимо мадам Помфри к Диггори, лицо которого теперь измазано лечебной мазью. Она подавила в себе хохот и села на кушетку рядом с Седом, взяв в руки флакон с мазью. — Гарри передал мне твои пожелания, — произносит волшебник. — Теперь я лично поздравляю тебя с победой, — усмехается студентка. Лидия поджимает губы, поняв одну вещь — за Седа она волновалась почему-то больше, чем за Гарри. Наверное, это связано с подслушанным разговором: Поттер же узнал о драконах значительно раньше остальных, и времени на подготовку у него было больше. — Я волновалась, — честно признаётся Блэк, — Ты ведь узнал о… Щелчок. Лидия повернула голову в сторону звука и презрительно смерила взглядом Риту Скитер, появившуюся на пороге палаты Диггори. Ждите новые выпуски «Пророка» с какой-нибудь белибердой, написанной этой «журналисткой». Рита доброжелательно улыбнулась, кивнув самопишущему перу, и прошла в палату. Вест тут же поднялась на ноги, отряхнув мантию. — Вы встречаетесь? — продолжая улыбаться (прямо второй Локонс!), спрашивает Рита. — Ага, а ещё я беременна и мы ждём тройняшек, — фыркает Лидия, — Слушайте, вам не кажется, что это не ваше дело — наша личная жизнь? Может, я вообще с другим встречаюсь?! Седрик вежливо молчит, и Вест желает его скорее растормошить, чтобы он подал признаки жизни. Но он продолжает верить, что молчание — сильнее слов. Ага, только не с Скитер. Она это молчание в согласие быстро переврёт, а перо — дополнит ложь.***
Появление Гарри взбудоражило всю гостиную. Фред и Джордж тут же сбежали к домовикам за трапезой, Лидия только покачала головой, а другие уже поднимали Поттера на руки и подбрасывали вверх. Лидия не сидит на диване, закутавшись в плед и уткнувшись в книгу. Она не сбежала в женскую спальню, решив, что с неё довольно. Она стоит на краю маленькой компании, держащей Гарри под потолком, и что-то кричит ему, размахивая гриффиндорским шарфом. — Черт, тяжелое! — Ли взвесил на ладони золотое яйцо, оставленное Гарри на одном из столов, — Открой его, Гарри! Посмотрим-ка, что там внутри! — Гарри должен сам отгадать загадку золотого яйца, — тут же вмешалась Гермиона, — Согласно правилам Турнира… — Правила Турнира не запрещают вдоволь насмотреться на сокровище! — выдвинула ультиматум Лидия, — Давай, Гарри! — Открой, Гарри! — несколько человек поддержало Ли. Джордан протянул Гарри яйцо, опоясанное тоненьким желобком, Гарри открыл ногтями: яйцо было полое и совершенно пустое. Комнату тут же прорезал жуткий, пронзительный вой. — Закрой! — зажал уши Фред. Гарри захлопнул. — Что это такое? — посмотрел на яйцо Симус, — Похоже на ведьму-банши. Может, тебе с одной из них предстоит сразиться? — Словно кого-то пытают! — пролепетал побледневший Невилл, опрокинув на пол сосиски, — Наверное, к тебе применят заклятие Круциатус! Лидия фыркнула. Глупость! — Глупости, Невилл. Это противозаконно, — заявил Джордж, будто прочитав мысли подруги, — Они не посмеют использовать Круциатус на чемпионах. Этот звук, клянусь, точь-в-точь пение Перси! Гарри, не с ним ли тебе предстоит сразиться? Представляю, та еще сценка! Перси поет в душе, а Гарри терпит его рулады! Некоторые засмеялись, особенно Лидия — ей приходилось слушать пение Перси, и этот звук, исходящий из яйца, действительно похож на голос Уизли. И если Гарри правда придётся сразиться с ним, то Вест уже знает контрзаклинание. — Гермиона, не изволишь взять тартинку с джемом? — предложил Фред, протягивая тарелку. Гермиона поглядела на Фреда подозрительно. — Не бойся, — улыбнулся Фред, — Не колдовал я над ним. Вот сливочных помадок лучше остерегаться. А Невилл как раз отправил в рот помадку. Услышав слова Фреда, он поперхнулся и выплюнул нежное сладкое кушанье. — Шутка, не переживай, Невилл! — рассмеялся Фред. Гермиона взяла тартинку, продолжая подозрительно пялиться на парня. Она могла бы спросить Лидию, не колдовал ли Фредди, но девушки в тот момент рядом не оказалось в тот момент, когда рыжики бегали на кухню. — Фред, ты все это принес с кухни? — А то, — просиял Фред и тоненько пропищал, изображая домашнего эльфа, — «Сэр! У нас есть для вас все! Все, все, все!». Чертовски услужливы. Скажи я, что у меня живот от голода подвело, жареного бы гуся точно отвалили! — А как ты туда проник? — невинным голосом поинтересовалась Гермиона. — Проще простого. Там есть картина, корзинка с фруктами, за ней потайная дверь. Пощекочи грушу, та хихикнет, и… — Фред остановился и вопросительно посмотрел на Гермиону, — А чего это тебя так интересует? — Ничего, — быстро сказала Гермиона. — Собираешься вывести их через эту дверь? Организовать забастовку? — хмыкнул Джордж, — Надоело возиться с дурацкими листовками и хочешь теперь подстрекать их к восстанию? Кое-кто хихикнул, Гермиона промолчала. Блэк несильно стукнула Джо по спине, призывая не насмехаться над Грейнджер, но уже и сама едва сдерживает смех. — Пожалуйста, не читай домовикам лекции о пользе одежды и зарплаты! Не расстраивай их! — воззвал к ней Фред, — Собьешь с толку бедняг, и они перестанут готовить! Обстановку разрядил Невилл — превратился в здоровенного кенаря. Все тут же засмеялись. — Прости меня, Невилл! — перекрывая всеобщий хохот, крикнул Фред. — Мы именно помадки заколдовали! Чары оказались мимолетные. Невилл недолго красовался в золотом оперении. Минута-другая, и он уже смеется вместе с другими. — Канареечные помадки! — торжественно объявил Фред, — Наше с Джорджем изобретение! Семь сиклей порция — налетай! Вест хмыкнула, но не собиралась обижаться — когда они изобретали помадки, она не участвовала в этом, будучи в ссоре с младшим близнецом. Первое испытание позади. Впереди — Рождество, пора чудес и сказок. Лидии даже не верится, что прошло уже полгода с первого сентября. Ну, почти полгода — нужно ещё месяц продержаться до этой отметки. В спальне же, пока Алисии не было, Анджелина предложила признаться Джи в своих чувствах прямо в ночь Рождества — если будет отказ, то хотя бы не так больно будет. Но на самом деле будет больно. Очень.
