Людьми правят предрассудки

      Фыркнув, Лидия сильнее сжала руку Джорджа и прошла на несколько ступеней вперёд, чтобы не заставлять близнецов постоянно останавливаться, дожидаясь её. Фред недовольно цыкнул языком, рассматривая конверт в руке, но своих слов держится и даже не собирается отступать. — Это называется шантаж! — хмыкает Джордж, — Нас за это по головке не поглядят, ребята!       Вест ещё раз фыркнула и остановилась, разворачиваясь к друзьям. Пусть по головке не буду гладить, но хотя бы они постараются вернуть золото, по праву принадлежащее Фреду и Джорджу Уизли, выигравшим на Чемпионате мира по квиддичу. Она абсолютно согласна с Фредом, который и затеял этот шантаж, но вот в Джи неожиданно проснулась совесть, так долго дремавшая и не собирающаяся что-либо делать, когда прямо посреди урока Джордж начинал лезть к своей девушке со всякими неприемлемыми вопросами и разговорами.       Спустившись на одну ступень, Лидия на несколько секунд прикоснулась к губам Уизли своими, надеясь, что так сможет переубедить волшебника. — А мне надоело быть вежливым и честным! И ты плюнь на честность — плюнул же он. Подумай только, что было бы, если бы в Министерстве магии прознали о его делишках. Уж этого-то он не захотел бы, — продолжает Фред, — Вон, даже Лидс согласилась в этом поучаствовать!       Лидия отстранилась, наклоняя голову, и уже усмехается, снова взяв юношу за руку и, развернувшись, направившись дальше по лестнице. Джордж закатил глаза и последовал следом, делая короткий кивок. Согласен, всё-таки. Когда вернутся в школу, Фред обязательно поблагодарит подругу за такое воздействие. — Всё равно письмо является шантажом, — буркает Джи. — Джордж, ты ещё не знаешь, что такое шантаж, — ухмыляется Лидс, — То, что мы нарыли — часть его беды. А вот то, что я о тебе знаю — вот это шантаж.       Джо удивлённо смотрит на девушку, даже не решившую обернуться во время своих слов. Теперь появилась задача — узнать, что же такого знает его девушка о нём, чем можно что-нибудь вымогать. Но в голову лезут вещи, о которых и так все знают. Есть, конечно, некоторые моменты, о которых вспоминать не очень хочется, но это ей всё равно не поможет. Моменты-то слишком детские, они могли случиться и с ней самой.       Лидия толкнула дверь в совятник и тут же остановилась, удивлённо осматривая Золотое трио. — Вы что тут делаете? — хором спросили Лидс, Фред и Рон.       Джордж обошёл волшебницу, встав справа от неё, и кинул настороженный взгляд на письмо в руках брата. Не хватало ещё, чтобы Гермиона вырвала письмо, распечатала и прочла всё то, что должен прочитать только Людо. Но Грейнджер осталась на месте, пусть взгляд и был слегка схож с взглядом Джи. — Пришли отправить письмо, — дружно ответили Гарри и Джордж. — Так рано? — вместе подняли брови Гермиона и Фред.       Фред улыбнулся. Лидия подошла к одной и сов, только вернувшейся с охоты, и стала прикармливать её, чтобы было кому письмо нести. — Ладно, — сказал Фредди, — Мы не спрашиваем, что вы тут делаете, а вы не спрашивайте нас. Идет?       Девушка тем временем подошла к другой сове, тоже начала прикармливать. Надо ещё отправить письмо Сириусу, а то отец вообще ничего не писал и она не знает, что вообще происходит. Вдруг его уже поймали… — Не смеем вас задерживать, — Фред с ироничным видом поклонился и указал на дверь.       Рон не тронулся с места. Как и другие, он продолжил изучать конверт, стараясь разглядеть адрес, прикрытый рукой старшего брата. — Кого это вы вздумали шантажировать? — спросил он.       Ухмылка сошла с губ Фреда, а Джордж, напротив, глянул на Рона и улыбнулся. Лидс, развернувшись, сложила руки на груди и закатила глаза. Не твоё дело всё то, что творится в их компании. Лучше наблюдай за своими друзьями, а не за чужими или взрослыми братьями. Как ни как, скоро семнадцать стукнет… — Какой шантаж? Мы просто шутили, — как бы невзначай сказал он. — Да неужели?       Фред с Джорджем переглянулись. Последний бросил короткий взгляд на гриффиндорку, но та пожала плечами — пусть говорит, что хочет. — Я тебя предупреждал, Рон: не суй нос не в свое дело, а то как бы тебе его не оторвали. Какое твое… — А такое. Шантаж не игра. Джордж прав, у вас могут быть большие неприятности. — Я же тебе сказал, что мы шутили, — сказал Джордж, подошел к Фреду, взял у него из рук письмо, — Ты, Рон, прямо как наш братец Перси. Продолжай в том же духе и тоже станешь старостой. — Еще чего! — вскипел Рон.       Джордж подошёл к сове, уже полностью сытую, привязал письмо к лапке и отпустил. Взяв Лидс, так и оставшуюся рядом, за талию, развернулся. — Тогда лучше следи за другими, Ронни, — фыркает Лидия, — Всё, что мы говорим — только наше дело, но никак не твоё. — Ну, а раз так, то перестань всех учить. Счастливо оставаться, — пропустив слова подруги мимо ушей, говорит Фред и выходит из совятни.       Пара выходит следом, и уже за дверью слышится их тихий спор по поводу того письма. Лидия снова закатывает глаза, засунув руки в карманы куртки, и начинает медленно спускаться с лестницы, стараясь не грохнуться и не потянуть за собой рыжего зануду, совесть в котором снова погасла.       Если странность, начавшаяся в июне прошлого курса, закончилась во время Святочного бала, то теперь появилась другая — сам Джордж, а точнее его внутреннее «Я». — Да успокойся ты, Уизли. Если он так денег не вернёт, то нашлю Империо. Он ведь не только нам, но и Джорданам нужен!       Джо закусывает верхнюю губу, обдумывая слова колдуньи. Она, как и Фред, права в одном — Бэгмен успел надуть многих людей, в том числе и отца их друга Ли. И если он после этого так и не постарается вернуть выигранное, то, возможно, даже Джи не будет против Империуса. Или Круциатуса. Но никак не Авады — кто же тогда деньги вернёт?!

***

      Лидия лежит на своей кровати, взбив хорошенько перед этим подушку, сложив руки на груди, и слушает рассказ Анджелины. Алисия, будто ничего не замечая, сидит на своей койки и что-то читает, но обе подруги знают — подслушивает, решив потом шантажировать. Уловив себя на этой мысли, Вест усмехнулась. Неужели Спиннет думает, что они тут будут обсуждать парней лучше их собственных?!       Оказывается, идея магазина весьма удачная. Анджи только что поведала о том, что к ней за весь день подошли десятка, наверное, студентов на год или два меньше, подумав, что раз Джонсон девушка Фреда, то она тоже может продавать товар. Но она объяснила, что может только рассказать о их заказах самим близнецам. Вот только рассказывать она пока не собирается… — А я ещё говорила, что идея плохая, — сжимает в тонкую полоску губы Лидс. — Не веришь в собственного парня? — ухмыляется Алс, взглянув на однокурсницу поверх книги, — Ему будет очень интересно это услышать.       Лидс не выдерживает и, убрав подушку из-под головы, кидает её в волшебницу, гневно сверкнув при этом глазами. — Поверь, я могу его уверить, что это не так, — шикает, взяв протянутую Анджелиной подушку, но положив её на живот.       Письмо от Сириуса ещё не пришло, заставляя волноваться. Но ребята сказали, что, может, он уехал слишком далеко, и сова не может принести письмо всего за один день. Или Блэк просто считает, что вечером отвечать будет не правильно, так как дочка всё-таки должна подготовиться к урокам (будто она готовится!). — И как он тебя полюбил? — продолжает Алс, отложив пойманную — не зря ведь охотница! — подушку. — У него лучше спроси, — фыркает Лидия, — Он же больше о любви знает, раз с тобой повстречался всего год!       Почему ей кажется, что сейчас последует вопрос «А ты почему его любишь?» И, конечно, потом Спиннет скажет, что девушку просто потянуло на классных игроков в квиддич. Но это — огорчить так и хочется! — не так, поскольку она бы тогда полюбила скорее Оливера (капитан всё-таки). — Уродка, — выплёвывает Алисия, — Блэковская уродка, ничего не умеющая и хрен знает как попавшая на шестой курс.       Реакция не заставила себя долго ждать. Мгновенно вскочив и выхватив палочку, Лидия встала напротив гриффиндорки и произнесла какое-то заклинание, после чего подушка, быстро вытянутая в защиту, изрезалась сама по себе и несколько перьев упало на землю.       Поняв, что дальше будет только хуже, Анджелина поднялась с кровати и быстро увела из комнаты подругу.       Перешли по площадке, начали подниматься по лестнице к спальне парней шестого курса, за дверью в которую уже слышен смех и сонное бормотание одного из жителей.       В спальне близнецов только они сами сидят в своих кроватях и разговаривают, а Ли, отвернувшись, закрывает голову подушкой и старается заснуть. Анджелина открывает дверь и проходит, пропустив перед собой Вест. — У вас переночевать можно?       Ли, поднявшийся, чтобы поприветствовать подруг, приподнял в недоумении брови. Фред, как самый пошлый из всех троих, довольно улыбнулся, а Джордж понял, что что-то случилось в спальне девочек. — Алисия что-то натворила? — Скорее, Лидс натворит дел, если останется там, — поясняет Анджелина, — Алс назвала её блэковской уродкой, которая ничего не знает и хрен поймёшь, как попавшая на шестой курс.       Фред тут же перестаёт улыбаться и переглядывается с друзьями. — Дай я ей рожу испорчу, а потом сюда спать придём, — буркает Лидия, — Надоела уже.       Джордж берёт палочку, оставленную на тумбочке, взмахивает ею и слышится щелчок, давший понять, что все пятеро заперты. — Открыть даже магией не получится, малышка, — усмехается он, — Комнату может открыть только проживающий в ней человек.       Девушка фыркает. Чёртов Уизли, чёртова Спиннет, чёртова комната.       Но деваться больше некуда — дверь заперта, а в спальню она всё равно не вернётся. Поэтому, когда ребята укладываются спать, сама выключает свет и на ощупь ищет кровать Джорджа.       Как-то очень быстро перешли на уровень «Спим вместе». Главное, чтобы Фред завтра не начал шутить о оглушающих чарах, задёрнутом пологе и о других вещах…