Жасминовое масло

Большой дом сеньоры Пьяченцы был такой же старый как и она сама, и выглядел так же отвратительно. Но он и церковь Святой Магдалины безошибочно указали фасад нужного особняка. Осмотревшись по сторонам, убедившись, что за ним никто не следит, Мерк перемахнул через ограду и оказался в маленьком садике. Мягкая трава слегка шелестела под его шагами, пока он приблизился к стене. В окне второго этажа горела свеча-хозяйка еще не ложилась. Меркуцио усмехнулся от похабных догадок того, что именно лишило девушку сна. И он намеривался исправить оплошность Ромео, отказавшийся от такой сладкой томной красотки. Если друг не хочет воспользоваться гостеприимством ее объятий, то его место с радостью займет сам виновник бессонницы Розалины. Фортуна была на стороне Меркуцио сегодня — балкон рядом с окном еще не заперли, и от первого этажа под самую крышу уходил старый мощный плющ. Парень проверил его рукой и сапогом — выдержит ли. И удостоверившись в надежности дерева, легко забрался по нему на балкон. Легко ступая, он вошел в девичью спальню, озаряемую маленьким огоньком свечи. Девушка уже успела снять платье и бальные туфли, и теперь в одной тонкой нижней сорочке сидела она перед зеркалом и расчесывала длинные густые волосы. — Кто вы? Что вам надо? Я позову на помощь! — почувствовав спиной движение подскочила Розалина. — Ночь прекрасна, сеньорита. Еще более прекрасна, чем вечер. — вальяжно подошел он к ней и прожег своими зелеными глазами, одарив своей многообещающей улыбкой. — Ах это вы, сеньор Меркуцио. Но что вы делаете в столь поздний час в моей спальне? — нахмурилась девица, но парень элегантно обнял ее за талию и страстно поцеловал. Вначале Мерку показалось, что успевшая выйти из-под его чар красотка снова отрастила колючки, и сейчас ему прилетит смачная пощечина оскорбленной девицы. Но неожиданно Розалина ответила ему с не меньшей страстью. Но через несколько секунд словно опомнившись оттолкнула его. — Такая ночь, сеньорита Розалина. Я не решился оставить вас одну, как и этим вечером. — засмеялся Мерк и не стесняясь, снял плащ и расположился на ее постели. Девушка нахмурилась от такой наглости и сложила руки на груди. И только тут ее вдруг осенило, что на ней кроме нижней рубашки ничего нет, а из-под нее чересчур откровенно выглядывают ноги и плечи, на которые игриво поглядывал Меркуцио. Парень перехватил ее смущенно-гневный взгляд и лучезарно улыбнулся в ответ. — Думаю, что мое общество вам будет приятно. И именно обо мне вы грезили сейчас, расчесывая ваши прекрасные волосы. — Сеньор Меркуцио, вы переходите все границы! Сейчас же уходите! — девица вспыхнула, от чего стала еще более симпатичной. Она направилась к колокольчику, чтобы позвать на помощь. Но по иронии судьбы, он стоял на прикроватном столике. И едва она подошла к нему, парень схватил ее за руку, и глядя ей в глаза понизив голос произнес: — Ты ведь так не считаешь на самом деле. — девушка замерла от чарующих звуков его бархатного голоса, и уголок рта Меркуцио дернулся в соблазнительной полуулыбке победителя. — Ты ведь не хочешь, чтобы я ушел. Девушка утонула в его зеленых глазах, и совсем не чувствовала как его вторая рука подобно сытой змее обвила ее талию, посылая волны дрожи по всему телу. Сквозь тонкую ткань сорочки, он ощущал тепло тела девицы. Широкая ладонь скользила по соблазнительным изгибам стройной фигуры, а их обладательница не могла сказать и слова, находясь под гипнозом. Он победил, девушка под его властью. Это сладкое ощущение пьянило не хуже вина, и все в нем буквально бурлило в предвкушении. Легко, словно куклу, он потянул ее к себе, и та неожиданно покорно легла рядом с ним. Его темные длинные кудри, за которые любая красотка Вероны не задумываясь продала душу, нависли над ее лицом, и горячие губы обожгли своим дыханием, когда парень перекатился на нее. Сначала он целовал ее нежно, легко, словно гурман пробовал деликатес. Но очень скоро поцелуй стал более требовательным, и Розалина обняла его за шею, изогнувшись под его ласками. От ответного движения девушки парень неожиданно потерял голову. Он слышал как треснула ткань ее ночной сорочки от его натиска, слышал стоны любовницы, как нетерпеливо она так же освобождала его от рубашки и штанов. Меркуцио накрыл ее губы поцелуем, чтобы приглушить стоны и возможные крики, дабы не сбежалось полдома на шум. Но девушка отдавалась ему с такой страстью и яростью, которых парень явно не ожидал. Внезапно разгоряченная любовница и вовсе оттолкнула его и оседлала верхом. И уже он сам оказался в ее власти, и уже она доводила его до исступления и заставляла изгибаться своими движениями. «Ну и дурак же был Ромео, что отказался от этой кошечки!» — пронеслось у него в голове. — Не ожидал. — когда все закончилось, они лежали в постели и летний ветер из открытого настежь балкона доносил до них запах цветущего сада. Розалина прикрыв глаза переводила дыхание после такой феерии страсти, а у Меркуцио, казалось, сердце было готово выскочить из груди. — Кто тебя этому всему научил, прелестница? — он поднялся на локте и лукаво изогнул бровь, но девушка молчала и загадочно улыбалась. — Я ведь не первый, кто пробил твои колючки. Невинные девы так себя не ведут. Уж я-то знаю. — Розалина приоткрыла глаза и насмешливо посмотрела на него. Он авторитетно заявил. — Сколько уж в моей постели было их. И девственницы себя точно так не ведут. Только лопух Ромео мог повестись на твою холодность. — Ты всегда такой болтливый? — фыркнула она. Встав с кровати, и прикрывшись шелковой простыней, выдернутой из-под любовника, девица налила себе вина. — Всегда. — кивнул парень и сладко потянулся. — Я же Меркуцио, балабол и пустомеля, как меня зовет дядюшка. Надо соответствовать образу. Каждый своему. Но иногда — он многозначительно поднял бровь и подмигнул ей, — иногда надо этот образ менять. Чтобы расслабиться. — И насколько иногда? — снова фыркнула девушка и сделала еще один глоток. — Ну например сегодня ночью. И мы с тобой отлично начали, не находишь? — он встал, позволив Луне осветить себя в своей первозданной красоте с распущенными волосами по плечам. С кошачьей грацией он подошел к Розалине и обняв ее за талию, отобрал кубок с вином и допил его содержимое, не выпуская любовницу из рук. — Ночь? А тебя хватит на целую ночь? — недоверчиво усмехнулась Розалина. Но встретилась с его зелеными омутами. — Я же Меркуцио, слышала обо мне? — подмигнул он. — Впрочем, моя слава больше идет по кабакам, куда приличным барышням ход закрыт, поэтому… поэтому тебе я отвечу так: ночь только начался, и дома меня сегодня никто не ждет. И я намерен сегодня как следует отдохнуть. — В моей спальне? — Более того, — парень поставил бокал на столик и потянул ее обратно. — В твоей постели!