Джорах Мормонт и его женщины

Сир Джорах Мормонт не был красивым мужчиной. Ему было тридцать три, его недавно посвятили в рыцари – за воинскую доблесть, ведь он первым прорвался в брешь при осаде Пайка, - когда он обнаружил, что не обязательно выглядеть, как Рейегар Таргариен, чтобы получить на турнире знак отличия от прекрасной благородной леди и завоевать ее руку. И чтобы ублажить ее в постели, красота тоже не нужна. Однако, похоже, постель – это единственное место на Медвежьем острове, где Джорах мог ублажить свою новую леди Мормонт. В результате они проводили там много времени. Однако лорд, даже владеющий бедным маленьким островом, не может всю жизнь нежиться в объятиях жены. Он должен найти какой-то другой способ, как сделать ее счастливой в своем чертоге, - и желательно, чтобы это не опустошило окончательно его и так полупустые сундуки. Казна Джораха заметно истощилась, после того как он нанял арфиста и повара-южанина, не говоря уже о красивых новых платьях и украшениях, которые Линесса выпросила себе перед их визитом в Винтерфелл. Тем не менее, его план требовал, чтобы они провели еще некоторое время в постели. Едва проснувшись, Джорах и Линесса предались любви, но вместо того, чтобы встать, умыться, одеться и покинуть уютную спальню, Джорах остался с женой, целуя ее розовые твердые соски и положив ладонь между ее ног. Впервые за долгие годы он вспомнил ту радость и удивление, которые когда-то испытывал при мысли о том, что Эрена родит ему сыновей. Два мертворожденных ребенка действительно были мальчиками, а третий родился слишком рано, чтобы можно было узнать его пол. Но с Линессой все будет не так. Она молодая и сильная… и он ее любит. А когда она забеременеет, он будет любить ее еще сильнее. Улыбнувшись, Джорах покрыл поцелуями ее тело, от ложбинки между грудей до пупка. Линесса раздвинула ноги. - Я снова готова принять тебя, мой милый медведь, если ты об этом. У Джораха перехватило дыхание и замерло сердце. Он поднял голову, оторвавшись от ее плоского белого живота, и взглянул ей в глаза. - Я подумал… Может, нам пора завести ребенка? Это сделало бы тебя счастливее, правда, любовь моя? – Раз уж Медвежий остров тебе не по душе. «Кейтилин тоже сначала не нравилось в Винтерфелле, - сказал ему Нед Старк, но не потому, что Джорах спросил совета у своего лорда, - он был слишком горд для этого, к тому же Нед вслух выразил неодобрение по поводу его выбора. Похоже, Линесса пожаловалась леди Старк, что Медвежий остров ей не подходит, и Кейтилин попросила мужа переговорить с Джорахом. Нед исполнил ее просьбу, хотя ему было это так же неприятно, как и Джораху. – Но когда появились дети, она поняла, что это место может стать ей домом. А у тебя есть преимущество, которого не было у меня, - твоя жена уже тебя любит». Жена Джораха откинулась на пуховой перине и сделала такое же лицо, как при виде стряпни их прежнего повара. - Вот еще! Толстый живот, обвисшие груди и растянутая ще… - Все будет не так! - Моя сестра Дениза говорит, что все будет именно так. Ребенок не сделал ее счастливой, и я тоже не буду счастлива. Ты сам-то будешь счастлив, Джорах, если у тебя вместо жены окажется жирная корова? Джорах был удивлен и встревожен ее решительным отказом, но постарался не подавать виду. Он улегся на бок, переплетя ее ноги со своими, взял ее лицо в ладони и заглянул ей в глаза. - Когда я впервые увидел тебя, я подумал, что ты – богиня, сошедшая на землю. Линесса вся расцвела – она всегда улыбалась, слыша комплименты в свой адрес, даже во время ссоры, - и от этого стала еще прекраснее, чем прежде. Джорах сглотнул. Может, не стоит требовать большего от этой женщины? Она и так удостоила его небывалой честью, снизойдя до того, чтобы выйти за бедного лорда. - Ты всегда будешь для меня богиней, сколько бы детей ты ни родила. Матерь – тоже богиня, так же как и Дева. - Как и Старица, - недовольно пробормотала Линесса, исподлобья взглянув на Джораха, но тут же жалобно округлила глаза. Она взяла его лицо в маленькие мягкие ладони и погладила большими пальцами колючую бороду. – У тебя молодая жена. Ты ведь не хочешь испортить мою красоту так скоро? - Я уже ее испортил, - ответил Джорах, опрокидывая ее на спину и ложась сверху. Он хотел выразить свое недовольство, но обнаружил, что уже целует ее, а его член, касаясь теплой влаги между ее бедер, становится все тверже. И хотя его жена подчинилась его ласкам, Джорах понимал, что он проиграл их спор, как проигрывал и все предыдущие. Ради их общего счастья ему придется сказать ей, что, конечно, она права; у них много времени впереди, еще рано думать о детях. Поэтому Джорах излил свое семя Линессе на живот. «Ничего, что в моем сосновом чертоге нет наследника, - сказал он себе. – Зато она меня любит».