Купе на двоих

      Хорошо, что Маринка решила проводить меня. Не люблю вокзалы. Суета, куча народу, все такие злые, неприветливые. А при учете, что я, вообще, человек не социальный, так это просто сущий ад для меня. - Ой, - Маринка весело толкнула меня локтем в бок, - смотри, какая смешная курточка у той дамы!       Но, видимо, Марина не рассчитала свои силы и толкнула меня сильнее, чем хотела. Я полетела в сторону, но на кого-то натолкнулась, благодаря чему и не упала. Но столкнулась я с человеком, который явно держал в руках стакан с кофе. Ибо я сразу учуяла запах дешевого вокзального варева, ощутив, как что-то горячее стекает по моей руке. Я обернулась и застыла от удивления, ужаса и какого-то трепета. Передо мной стояла она и поспешно вытирала горячий напиток, который быстро впитывался в тонкую ткань белой блузки. - Твою мать, - выругалась Алиса Викторовна, - ну что за день-то такой?       Женщина подняла голову и встретилась своим злобным взглядом с моим растерянным. Она закатила глаза в своей привычной манере и прошипела: - Стешкина, - я прям слышала проклятье в своей фамилии. Неужели она меня все еще помнит? - Здравствуйте, Алиса Викторовна. Простите, пожалуйста, я не специально, - начала оправдываться я. Как и тогда. Никогда не могла постоять за себя перед ней. - Ничего, это вполне в вашей манере, - фыркнула преподша, резко развернулась на своих каблуках и уцокала, покачивая бедрами.       Я стояла и проклинала себя. Надо же в таком огромном городе налететь именно на нее. Именно ее блузку испачкать кофе, именно ей показать еще раз, какая я нелепая. Это проклятье. - Что это было? Кто это? - удивленно спросила Маринка, пока я продолжала пялиться на уходящую Алису Викторовну. - Это мое наказание за все грехи, - буркнула я и наконец-то отвернулась. - А как-то более подробно? - Маринка подняла бровь и ехидно улыбнулась. Зная ее, я понимала, что девушка ждет какой-то интригующей истории про бывшую любовницу, скандал и все такое. Но, нет, все куда более прозаично. - Да это моя бывшая преподавательница, из-за которой меня выгнали, кстати, - я чувствовала, как липкий напиток обволакивает мою руку, и кофта начинает неприятно прилипать к коже. - Вас застукали в ее кабинете, когда вы... - Нет, - успела я перебить Маринку, пока она не нагородила всяких глупостей. - У меня были проблемы по нескольким предметам, но я вроде как договорилась, а эта стерва завалила меня и не позволила пересдать, вот все и рухнуло. Выперли меня. - Принципиальная, что ли? Были у нас такие преподы, - Маринка понимающе кивнула. - Да нет. В том-то и дело. Она только ко мне так цеплялась. Вечно срались с ней, если я опаздывала, не пускала меня в аудиторию, хотя другим прощала. Постоянно спрашивала на темы, которые мы еще не проходили, стебала перед всем курсом. Короче, невзлюбила она меня. - Так, может, она трахнуть тебя просто хотела. А ты, глупенькая, не поняла, - девушка весело расхохоталась. А мне вот было совсем не до смеха. - Перестань нести чушь, - фыркнула я, стягивая кофту. Я достала из сумки влажные салфетки и попыталась оттереть этот мерзкий, липкий кофе со своей руки, но только еще больше размазала. - Пойдем уже к поезду. Сяду в свое купе и буду думать, какой мир несправедливый.       Маринка обняла меня за плечо, и мы поперлись в сторону перронов. Поезд нашли быстро, я протянула билет проводнику. «Москва — Владивосток». Хорошо, что отец взял мне СВ. Иначе я бы рехнулась.       Марина слезно обнимала меня и клялась писать каждый день. Хорошо, что у меня есть такая подруга. Единственная подруга, если быть честной. Я тяжело сходилась с людьми, пережила пару предательств. В общем, обычная история для обычной девушки двадцати двух лет. Ничего сверхъестественного.       Я вошла в вагон. Очень модерновый и комфортабельный. По крайне мере, так описывали в брошюре. Поговаривали, что даже душ здесь есть. Это меня дико радовало, ибо вариант провести семь дней в поезде без возможности помыться стал бы для меня катастрофой. Я нашла свое купе. Пусто. Хоть бы мне попался молчаливый, тихий сосед. Который не будет приставать с расспросами, не захочет под коньячок повести задушевные беседы и все такое. Мне сейчас нужны тишина и спокойствие.       Сердце колотилось, и я не понимала, почему. Эта встреча с Алисой Викторовной все не выходила из головы. Выглядела она так же потрясающе, как и тогда. Прошло два года, а она только похорошела за это время. Стала еще более стройной и подтянутой. И это бесило меня. Какого черта такая сексапильная и привлекательная женщина ненавидит меня? Уж лучше пусть вообще на меня внимания не обращает.       Еще в универе я все никак не могла понять, что же я такого ей сделала, что она так вцепилась в меня. Перед глазами начали мелькать картинки наших с ней перепалок. Как она орала на меня, говорила, что я никчемная, тупая и с моими мозгами надо идти улицы подметать, а не в кресло психолога метить.       Но, надо признаться, если бы меня тогда не выперли из универа, жизнь могла бы сложиться по-другому. А мне дико нравилось то, чем я сейчас занимаюсь. В тот роковой день я жутко напилась и пришла к отцу. После развода с матерью он стал для меня островком свободы. Я рассказала все, хорошенько нажаловалась, а он молча слушал и лишь нежно гладил меня по спине.       На следующий день он предложил пойти к нему помощником дизайнера. Он видел мои рисунки и всегда хотел отдать в художку. Но мама не считала это профессией. А психолог в нашей стране — это отличная, блин, профессия. Короче, по воле матери я поступила на психфак. А теперь отец решил направить меня той дорогой, которую я бы выбрала для себя сама.       Сначала я просто помогала ведущему дизайнеру, набиралась опыта, осваивала техники, всякие программы. Отец отправлял меня на курсы, семинары. И сейчас я сама ведущий дизайнер в его проектной конторе.       Я сидела в купе одна и предавалась воспоминаниям. Дверь была открыта, и в ней показалась женщина. Я не сразу ее заметила и только по знакомому фырканью поняла, что передо мной стоит Алиса Викторовна. Опять закатывание глаз, слабый шлепок ладошки по лбу и чертыхание себе под нос. Она оставила чемодан и куда-то ушла. Судя по всему, к проводнику. Наверное, хочет поменяться местами.       Когда она возвращается, по ее лицу отчетливо видно, что план не удался, и ей придется провести все это время со мной. Да уж, вот поездочка намечается. Я нервно хихикнула. Она это заметила и строго посмотрела на меня. Я потупила взор в экран телефона. Решила написать Маринке, пусть поржет. Я: Не поверишь, с кем я еду в купе. Марина: С невероятно сексуальной нимфоманкой, которая уже овладела тобой пару раз? Я: Нет, с той самой преподшей, на которую я по твоей воле пролила кофе. Марина: Детка, это твоя судьба. Трахни ее хорошенько, чтобы она больше не смела придираться к тебе. Покажи ей, на что способны твои волшебные пальчики. Я: МАРИНА! Не смешно :-( Марина: Жду подробностей!!!       Все это время Алиса Викторовна разбирала свои вещи. Она достала из чемодана косметичку, несколько вещей, папки с бумагами, книги и еще что-то. Я и хотела бы не смотреть на нее, но куда же мне деться из двухместного купе. Благо часовая стрелка перевалила за полночь, и можно было лечь спать. Я вытащила из своей спортивной сумки длинную майку и вышла из купе. Дошла до туалета, закрылась, облокотилась на раковину и посмотрела на себя в зеркало.       Ну что я такого сделала этой несчастной женщине? Быстро переодевшись, я вернулась в купе. Алиса Викторовна сидела на своей «кровати» и тыкала пальцем по планшету. Я аккуратно расстелила постель и юркнула под одеяло, отвернувшись лицом к стенке. Еще долго я не могла уснуть. Я слышала, как она вздыхает, шуршит вещами, потом, судя по всему, она переоделась и легла.

***

      Утром я проснулась от громкого стука. Я нахмурилась и повернулась. Передо мной сидела Алиса Викторовна, одетая в простую спортивную майку и такие же штаны. Кто бы мог подумать, что такая одежда еще лучше будет смотреться на женщине. Под майкой явно не было бюстгальтера, потому что я отчетливо видела соски. Твою мать.       Она медленно размешивала сахар, задевая стенки чашки своей ложечкой. Это постукивание и разбудило меня. Словно кто-то стучит внутри моей черепушки. - Доброе утро, - шепотом промолвила я и села, поправляя непослушные прядки своих кудрявых волос. - Утро? - подняв одну бровь, усмехнулась преподавательница. - Уже одиннадцать часов. Неудивительно, что вы все время опаздывали на мои лекции.       Ну, здорово. Что еще не так? Может, я спала как-то неправильно? Я поджала губы, не став ничего отвечать. Схватила дорожную косметичку и пошла умываться. Вот стерва. Уже с утра будет портить мне настроение. Сука, ну почему именно она? Лучше бы со мной в купе ехал жирный, вонючий гоблин, который бы насиловал меня периодически и заливал в глотку скипидар.       Я вернулась в купе. Даже холодная вода не взбодрила меня. Эта стерва отлично умеет показать, какое ты ничтожество. Алиса Викторовна презрительно на меня посмотрела сквозь тонкое стекло очков. Я как будто под рентгеном. Ничего не скрывается от ее пронзительного взгляда. - Стешкина, вы ужасно храпите. Вам надо обратиться к врачу. Невозможно громко и неприятно, - она сказала это таким тоном, как будто я убила ее любимого хомячка. - Простите, - прошептала я, швырнув косметичку на кровать. Я моментально почувствовала, как алый румянец проступил на моих щеках. Отвернувшись от своей чудо-соседки, я закрыла глаза и с силой стиснула зубы.       Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, я развернулась и села за стол. На нем стояла еще одна чашка кофе. Я удивленно приподняла брови и посмотрела на преподавательницу. Она мило улыбнулась и прощебетала своим ангельским голоском: - Я попросила проводницу принести вам чашечку. - Спасибо, - кивнула я и схватила спасительную чашку кофе. Забота? Простая вежливость? Странная она какая-то.       Весь день мы ехали молча. Изредка она спрашивала, можно ли открыть окно, или просила меня выйти из купе, чтобы переодеться. Я выходила с удовольствием, ибо в нашем милом будуаре чувствовалось напряжение. Женщина явно не испытывала ничего, кроме неприязни от того, что в соседки ей досталась я.       Благо день прошел быстро, я готовила документы, чертила графики, проверяла цифры и так за работой не заметила, как солнце ушло за горизонт. Когда Алиса Викторовна вышла из купе, я быстро облачилась в свою спальную майку и шмыгнула под одеяло. К стенке не хотелось отворачиваться, и я просто лежала на спине, уставившись в потолок.       Дверь открылась, и я быстро закрыла глаза. Не хотела встречаться взглядом с ней. Наверняка я опять что-то сделала не так. Лежу неправильно, подушка у меня неправильная, дышу я не так, как надо, и еще куча всего.       Я лишь приоткрывала один глаз так, чтобы не было заметно, посмотреть, что она делает. Женщина явно тоже собралась спать. Я видела лишь ноги, она стояла, повернувшись ко мне спиной. Сняла штаны. Ажурное белое нижнее белье. Вот это задница. Это точно наказание. Секса у меня не было уже больше года, и при виде этой очаровательной попки в нежной ткани трусиков я почувствовала, как напрягся низ живота. Я прикусила губу и медленно отвернулась к стенке, представляя, как горяча должна быть Алиса Викторовна в постели.