Ох уж эти Уизли

Проснувшись рождественским утром, Гарри увидел гору подарков, а Рон уже разворачивал свои, которые тоже были навалены большой кучей. — Отменный улов в этом году, — сообщил он из-за вороха бумаги. — Спасибо за метловый компас — получше подарка от Гермионы. Видал? Планировщик домашних заданий. Гарри разобрал свои и тоже нашел свёрток, подписанный рукой подруги. В нем оказалась книжка, похожая на дневник, только когда ты раскрывал его на любой странице, она громко возвещала что-нибудь вроде «Завтра, завтра, не сегодня — так ленивцы говорят». Сириус и Люпин подарили ему превосходную книжную серию под названием «Практическая защитная магия и её использование против Тёмных искусств» с прекрасными движущимися иллюстрациями всех контрзаклятий и заговоров. Гарри с интересом пролистал первый том: очень нужная вещь для занятий ОД. Хагрид прислал коричневый меховой бумажник с клыками — задумано, как устройство против карманников, но, увы, Гарри не мог положить туда деньги ввиду неизбежной потери пальцев. Тонкс подарила маленькую действующую модель «Молнии», и, глядя, как она летает по комнате, Гарри пожалел, что у него нет полноразмерного варианта. От Рона он получил колоссальную коробку Всеароматного горошка, а от четы Уизли, как всегда, джемпер ручной вязки и пирожки с изюмом и орехами. А вот Добби решил, что ужасная картина, видимо, собственноручно написанная, станет отличным подарком на Рождество. Только он перевернул ее, чтобы посмотреть, не лучше ли она выглядит с изнанки, как с громким хлопком перед кроватью возникли Фред и Джордж. — Веселого Рождества, — сказал Джордж. — Вам пока лучше не спускаться вниз. — Почему? — спросил Рон. — Мама опять плачет, — угрюмо ответил Фред. — Перси вернул ей рождественский джемпер. — Без записки, — добавил Джордж. — Ни об отце не спросил, ни сам к нему не сходил. Абсолютно ничего. — Мы пробовали её утешить, — Фред прошел вдоль кровати, чтобы взглянуть на портрет Гарри. — Объяснили ей, что Перси — просто большой кулек крысиного помета. — Не помогло, — сказал Джордж, угощаясь шоколадной лягушкой. — Теперь Люпин нас сменил. Так что лучше подождать с завтраком, пока он её развлекает. — А это что вообще такое? — перебил брата Фред, прищурясь на картину Добби. — Похоже на гиббона с двумя фингалами. — Это Гарри, — ответил близнец, тыча пальцем. — Так на обороте сказано. — Ну, вылитый, — улыбнулся Фред. Гарри запустил в него новым дневником. Тот врезался в стену, упал на пол и радостно изрек: «Кончил дело — гуляй смело». — Гарри! — воскликнула Кейтлин, открывшая дверь в комнату. — С Рождеством! — поздравила его Элизабет, вошедшая следом за сестрой. — Это тебе, — одновременно сказали они, протягивая коробку. — А это Рону. В подарочной коробке находилась аккуратно сложенная футболка, а ниже был дневник. Гарри поблагодарил сестёр, угощая их сладостями. Фред посмотрел на девушек и, что-то обдумав, сказал: — Будете толстыми. — Очень, — подтвердил Джордж. Близняшки Грейс хмуро посмотрели на парней, прожигая взглядом. — Что произошло? — поинтересовался Рон. — Женская обида, — дружно ответили близнецы Уизли. — Никто не обижался, — буркнула Эли. — Оно тому подтверждение, — сказал Фред, подойдя к Кейтлин. — Ну и чего ты хочешь? — приподняв одну бровь, дабы выглядеть более уверенной, спросила Кейт. Фред ничего не ответил, лишь подмигнул и, закинув её на плечо, понёс вниз, не обращая внимания на громкие возмущения Кейт, колотившей его по спине. — Удачи! — крикнула им вслед Элизабет. Рон и Гарри оделись. Слышно было, как по всему дому его обитатели поздравляют друг друга с Рождеством. Они спустились вниз, где их уже ждали. Покончив с рождественским обедом, семейство Уизли, Гарри и Гермиона собрались навестить рыжего папочку в сопровождении Люпина и Грозного Глаза. Эли, Кейт отправились в комнату к близнецам Уизли, где провели остаток дня. — Загадывай, Кейт, — столкнув с кровати Джорджа, сказала Эли, ложась на его место. — Так… Это существо вредное… — начала она. — Кикимер! — воскликнул валяющийся на полу Джордж. — Правильно, но я даже не дорассказала, — обиделась Кейт. — Давайте что-нибудь другое, а то скучная игра. — Что же желает твоя душенька? — поинтересовался Фред. — А давайте вечер откровений! — воскликнула девушка. — Мы с девчонками часто так делаем… — Я не против, — согласилась сестра. — Рассказывайте правила, — утомлёно пробубнил Джордж, всё так же лежащий на полу. — Суть заключается в том, что участники задают вопросы, а тот, кому они адресованы, должен ответить правду: если врешь, то лампочка, которая у меня в руках, загорится красным. Отвечать на вопросы честно! — объяснила Кейт. — Но так как мы с Эли уже играли и ни раз, то первым будешь ты, Джордж, а затем Фред. — Странная игра… — послышался звук снизу. — Вставай уже! — сказал Фред, подходя к брату, а потом утащил его на кресло. — Итак, Джордж, какие хорошие качества Эли ты можешь перечислить? — задала первый вопрос Кейт. — Добрая, определенно добрая. Красивая, умная, милая, любимая, очаровательная, для меня она — солнышко, — с улыбкой перечислил Джордж, подходя к своей девушке, которая улыбнулась в ответ. — Фред, опиши, какие чувства ты испытал, когда впервые увидел нас, — задала свой вопрос Элизабет. — Хмм, это было странное чувство: две рыжие близняшки одиноко сидели, разговаривая о чём-то своём. Когда мы открыли дверь купе, я подумал, что это за неаккуратные девчонки сидят, — отдаваясь в воспоминания, говорил Фред. — Было неожиданно встретить ещё одних близнецов, да и так же рыжих. На мой взгляд, тогда вы были беспомощными девочками. Но я был не лучше. Сопливые мальчики, потеряли сознание, поселив туда вас, и каждая ночь казалась сладкой… Я не знаю что бы было, не встретив мы вас, я хочу сказать лишь одно: вам крупно с нами повезло. — Вау, — ахнула Кейт. — У меня нет слов, — прошептала Элизабет. — Что ж, теперь мой вопрос, — потирая руки, радостно сказал Джордж. Но не успел он продолжить, как его перебили вошедшие Рон и Гарри. — Что делаете? — спросил Рон, оглядев всех сидящих. — Душу друг другу раскрываем, — улыбнулась Эли. — Присоединяйтесь! — Вечер откровений? — догадался Гарри. — Ну, я с вами. — Рон, вопрос тебе! — хитро сказала Кейт. — Какие чувства ты испытываешь к Гермионе? — Гарри, я, пожалуй, пойду… — Стоп! — воскликнули все разом. — Ответь на вопрос, потом можешь идти, — предупредил Фред. — Если сможешь… — «подбодрил» Джордж. — Ну-у-у, — протянул Рон. — Гермиона мне друг, она очень хорошая девчонка, хоть и немного странная. Я испытываю к ней только дружеские отношения… — очень правдиво сказал парень. В комнату неожиданно вбежал Ли, держа что-то в руках. — Джордж, Фред! Я продал блевательный батончик, но остался фейерверк. Что с ним делать? Близнецы разом посмотрели друг на друга и, дружно встав, взяли фейерверк из рук Джордана. — Здесь? — догадался парень. — Здесь, — утвердительно закивали близнецы. — Вы с ума сошли? — сказал больше утверждая, чем спрашивая, Рон. — Мама взбесится. — Малыш Рони боится? — насмехались старшие братья. Рон скривился, ничего не ответив. Фред с Джорджем зажгли фейерверк, который моментально сверкнул, превратившись во множество разноцветных искр. Они пролетали мимо каждого, метались по комнате, проносились с угрожающим свистом, отбивались от стен и, точно бомбы, взрывались. — Миссис Уизли будет в ярости, — кричал сквозь шум повеселевший Гарри. — А то! — вскинул вверх руки Джордж.