Патоген

— Капеллан Симеон, вы обвиняетесь в ереси и преступлениях против церкви. — голос архиепископа громогласным эхом прокатился по палате святого суда. — У вас есть доказательства вашей непричастности к произошедшему в Труне? Брайан выдохнул. — Никак нет, Ваше преосвященство. — он опустил голову. — В подобном случае ваш приговор однозначен. За ваши деяния против веры в общем и церкви в частности вам объявлено недоверие. За халатность вас разжаловано до приора. Местом ссылки для вас послужит тот же город, в который вы ниспослали свой отряд. — Губы архиепископа расплылись в презренной улыбке. — Дабы смыть своей кровью кровь павших от вашего решения и доказать, что вы ещё можете послужить церкви. «Или погибнуть» — про себя добавил Симеон. — Да будет так. — Заканчивал вещать архиепископ. Все это время Брайан не двигался. стальные колодки, сцепленные за спиной не давали возможности пошевелиться, а их вес не позволял встать с колен. В любом случае, даже если бы и получилось это сделать — два стража, стоящие за спиной все равно успеют выхватить оружие раньше, чем он сможет что-либо сделать. — Увести. — распорядился ординарий Деллинг, молчавший на протяжении всего суда. Было видно, что ему больно это говорить. В своё время именно он обучал Симеона, когда тот только поступил на службу. Было понятно, почему именно его вызвали на суд, а не ординария Брахема, который отвечает непосредственно за охрану здания суда. Архиепископ знал, что Деллинг и Симеон сдружились за время обучения последнего. Два стража молча подошли к осужденному, только гулкое эхо их шагов отдавало дробью от стен зала суда. Рывком подняли Симеона и когда тот встал — развернули лицом к двери и толкнули в спину. Брайан еле смог устоять на ногах, но по инерции прошел пару метров. — Господи, да снимите с него колодки! Иначе он никогда не уйдет отсюда! — нетерпеливо бросил архиепископ.