Пожалуйста, не забывай.

Шагая вместе с Рогозиной в одну ногу, Олег Николаевич внимательно озирался по сторонам, отмечая про себя, насколько, должно быть, министерство довольно результатами работы ФЭС, раз уж вкладывает в нее такие немалые денежные средства.  — Нравится? — поинтересовалась глава ФЭС, переводя взгляд на мужчину, который с восторгом рассматривал свое отражение в стеклянной двери переговорной.  — Впечатляет, — своевременно признался мужчина, несмело взявшись за ручку двери, которая отделяла узкий коридор от переговорной.  — Будьте смелее, Олег Николаевич, — проговорила начальница, ободряюще похлопав нового подчиненного по плечу. Жест Рогозиной, безусловно, придал некоторую уверенность мужчине, после чего он распахнул дверь, пропуская полковника вперед. С появлением начальницы собравшиеся в переговорной сотрудники вмиг прекратили свои разговоры и поднялись со своих мест для приветствия только что вошедших. — Доброе утро, коллеги, — на ходу бросила Рогозина, направляясь к своему креслу, — присаживайтесь. Внимание присутствующих тут же привлек довольно-таки обаятельный мужчина, который мялся чуть поодаль от двери, ожидая, пока начальница пригласит его занять одно из свободных кресел. Выдержав некоторую паузу, начальница, наконец, произнесла:  — Прежде всего, я хотела бы представить Вам, коллеги, нового сотрудника ФЭС — подполковника Крашенинина Олега Николаевича, который непосредственно будет заниматься оперативной работой. Выслушав необходимый для понимая объем информации, собравшиеся кивнули и одарили нового сотрудника сдержанными улыбками.  — Присаживайтесь, Олег Николаевич. Сколько можно там стоять? — не сумев сдержать улыбки, произнесла Рогозина. Подполковник, улыбнувшись, пожал плечами и занял кресло, на котором обычно восседал заместитель начальница службы.  — Чем же я так не угодил Вам, Галина Николаевна, что вы решили испытать меня на публике? — С улыбкой поинтересовался мужчина, заняв непредназначенное для него место. Проигнорировав заданный ей вопрос, Рогозина начала:  — Так, повеселились и хватит — дальнейшие мои изречения будут носить неприятный оттенок… — А Николай Петрович? — подала голос Валентина, в сторону которой моментально был обращен недовольный взгляд начальницы. — А что с ним? — с раздражением спросила женщина, — я, кажется, не давала товарищу майору никаких важных поручений, выполнение которых могло бы полностью оправдать его неявку на сегодняшнюю планерку. Мысленно выругавшись про себя, Валентина спрятала свой недоуменный взгляд, решив, что поговорит с подругой после того, как она остынет. Уж очень ее интересовали события последних дней, за которыми последовали вот такие резкие выпады в сторону Круглова. — Я могу продолжать, или еще кто-то хочет высказаться в защиту товарища майора? — обведя взглядом переговорную, поинтересовалась Галина. Восприняв молчание за отрицание, Галя продолжила: — Сейчас речь пойдет об уголовном деле шетилетней давности. Итак, дело «Сапога», поимкой которого занималась ФЭС… Напомню, что сапог — маньяк-убийца, на счету которого было 18 жертв, коими являлись женщины с вызывающей внешностью, в красных сапогах-ботфортах. — Такое забудешь, — покачал головой Майский, — кремит небось теперь сапоги офицерам в «Черном Дельфине». — Все не так просто… Сегодня утром, до прихода Олега Николаевича, мне позвонил товарищ генерал, который сообщил, что за прошедшую неделю было найдено три трупа женщин с соответствующими приметами, с идентичным способом убийства. — А это уже интересно… — промолвил Иван, покусывая губы. — А почему об этом сообщили только сегодня утром? — поинтересовался подполковник, моментально включившийся в рабочий процесс, — а не сразу… — Расследованием убийств изначально занялся следственный комитет, однако после того, как было поднято дело «Сапога», руководство решило передать дело ФЭС, так сказать, к изначальным истокам. — Но это ведь бред какой-то, — вступил в диалог Майский, — сапог пойман, отбывает свое. — Ну, товарищи, здесь два варианта: либо мы поймали шесть лет назад не того, кого надо, либо… Кто-то работает в стиле «Сапога», — изложила свои предположения Антонова. — Ждать шесть лет для того, чтобы вернуться к своему хобби вновь? — Возразил Крашенинин, — не думаю. — Будем выяснять, — заключила Рогозина, — Валентина, — обратившись к подруге, — к обеду будут доставлены тела женщин, дело за тобой… — Иван и Андрей, — переведя взгляд на экспертов, — за вами вся информация, касающаяся женщин, а также тщательная перепроверка экспертиз. — Есть. — Сергей, отправляйся вместе с Олегом Николаевичем в архив, введешь его в курс дела. — Галь, я то с радостью, а Петрович? — окинув начальницу паническим взглядом. Сергею, как настоящему другу и надежному напарнику, не нравилось, что старшего майора списывают со всех счетов. — Шагом марш, товарищ майор, — приказным тоном и с невозмутимым взглядом произнесла Галина. — Есть, — коротко отозвался Сергей, кивая подполковнику в знак того, что пора уходить. Усмехнувшись, Рогозина взмахом руки дала понять оставшимся сотрудникам то, что планерка окончена. Покинув переговорную, женщина направилась в тир, в котором не так давно обосновался ее заместитель, поведение которого очень беспокоило ее.