Ну что, страны, в бесконечность и далее?!

И снова мы вернемся чуть-чуть назад в повествовании. Мало ли, вдруг кому-то интересно — что происходило, пока Зург мотал нервы новоиспеченному божеству Джо Эд. Что ж, сейчас узнаете… На планете Столице тоже не все было гладко. Ведь едва объявился Морозко, в верхах поднялся такой шум! На последнем заседании сенаторы устроили почти настоящий кордебалет. С первых минут собрания, представители разных планет разделились на две фракции и как давай собачиться. В прямом смысле этого слова. — Зачем сюсюкаться с этим Джо Эд! Переговоры вести с захватчиком! Не много ли чести? Нагнать туда рейнджеров! — Вопила та половина, что была против переговоров с каким-то там новым божеством. На вполне резонное возмущение Небулы, что рейнджеры прежде всего — «Охранники правопорядка и защитники мирного населения галактики от всякого рода негодяев, включая императора Зурга, но никак не каратели несогласных», они взбеленились ещё сильней. — Тогда мы отправим личные войска наших планет! Или же наемников! Наемники на что?! Пусть принесут пользу Альянсу, наведут порядок, раз рейнджеры не могут! — — Но планета Джо Эд — равноправный член Альянса! — Пытались парировать другие. — Они имеют право на самоопределение! — — Имели, пока не предали нас, доверившись какому-то проходимцу! Да и какое самоопределение может быть у этих… Они же и вполовину не так разумны, как представители других планет Альянса! У них даже представителя в сенате нет! Они только и могут, что в земле копаться! Какое самоопределение, если любой фокусник может провести их и захватить над ними власть! — — Фокусник? Какой же фокусник может наморозить гигантский ледник на месте пустыни менее чем за один Джо Эдианский планетарный цикл, не используя при этом никаких технологий? — — А откуда вы знаете, что он не использовал технологий? — — А откуда вы знаете, что использовал? Потому и нужны переговоры, чтобы понять — кто этот так называемый «захватчик» Джо Эд и на что он способен? — «Наконец-то, разумный довод!» — Мысленно взвыл Небула, которого уже достали взаимные упреки и наезды. Как ни странно для бравого вояки, он был больше согласен со второй фракцией, настаивающей на мирных переговорах. Всё-таки этот так называемый «захватчик» — генерал Мороз, был весьма необычным существом, что подтверждали рассказы мисс Черненко. Да и бывшее воплощение Канады с его медвежонком тоже нашли, что рассказать о славянском дедушке. А с такими «фокусниками» грубой силой не повоюешь. Изоляция планеты тоже не вариант. Джо Эдианцы ведь не отказались от своей обязанности — поставлять фрукто-овощи другим планетам, о чем свидетельствовали забитые овощехранилища и упорные просьбы местных — забрать продовольствие и освободить место для новых партий. Ещё и недоумевали — за что на них обиделись? Они же просто нашли себе хорошего друга и помощника! «Морозко ведь такой добрый — пустыню им засыпал! — Передал слова сородичей рейнджер Мунчапер. — А ещё, вот только недавно заморозил насмерть странствующий гигантский рой вредителей, пожирающих растения похлеще огня! Спас уйму чужих трудов и растений! Какой хороший и надёжный защитник! А эти странные не местные его чего-то боятся…» — Размышления Небулы прервал очередной недовольный выкрик из фракции сторонников грубой силы: — Если мы проявим мягкотелость сейчас, кто будет уважать нас в дальнейшем? Не захотят ли и другие планеты подобных привилегий? — — А если мы проявим жестокость, кто станет доверять нам в дальнейшем? — Парировал доселе молчавший потомок первооснователей Альянса, парламентер Гаррон. — Один лишь раз проявим жестокость в отношении своих же союзников, заклеймим себя деспотами перед возможными будущими кандидатами в Альянс. Хочу напомнить, что Альянс появился прежде всего для защиты и обеспечения безопасности мирных рас от агрессивных обитателей галактики. А так же для обеспечения мирного развития так называемым… некоторыми из вас — «отстающим планетам». Да, Джо Эдианцы немного отстают от остальных представителей Альянса, но что в этом плохого? У них свои сильные стороны. И они вступили в Альянс, ища защиты как раз от тех, кто считал их не более, чем местными дикарями, способными лишь… Как там выразился один из предыдущих выступавших? В земле копаться? О каком доверии к Альянсу будет идти речь, если мы поступим так же, как и те, от кого мы в свое время обязались защищать Джо Эд. Хороши мы будем как защитники? Бей своих, чтоб чужие боялись, так? — Вспомнилась парламентеру одна фраза, словно невзначай оброненная мисс Черненко в недавнем с нею разговоре. Возмутительная, для его понимания фраза, но очень точно передающая настроение некоторых радикально настроенных сенаторов. Таких, например, как вечно недовольный Хаммерхольд, сегодняшний негласный предводитель фракции противников переговоров. — Так мы же.! Так на нас же!.. Так нам же нужно… защищаться от захватчика! — — А что сделал плохого этот захватчик? — Небуле надоело слушать весь этот бред, и он даже приподнялся с места и посмотрел на несогласного сенатора и прочих подпевал. — Я вас спрашиваю? Не знаете? А я скажу, что он сделал хорошего! Мисс Черненко, мисс Арловская и мисс Пестунова решили сделать праздник для своих воспитанников. И этот захватчик разве напал на них? Нет! Он, узнав о представлении, появился сам, представился и вел себя с детьми очень доброжелательно! По рапортам моих ребят, у них самих произошла… э-э… некоторая заминка. Они ведь были не в курсе, что кто-то просто появится из ниоткуда и вначале отнеслись к нему настороженно. Но этот незнакомец сам пошел к ним на контакт, сказав, что не тронет никого. При этот никаких шпионских приспособлений и оружия при нем не было, так называемый захватчик сам и добровольно показал, что ничем не вооружен и ничего под своей одеждой не прячет. Но холодом от него веяло — это мои ребята заметили сразу. И все, как один, описали — что не могли понять, откуда этот холод идёт, не было у этого человека приспособлений для заморозки. Человек, довольно пожилой, в теплой одежде и странном головном уборе. Тем более что-то у него было с глазом, то ли не было его, то ли все время был закрыт. Видимо — травма… Тем более — ещё один два рейнджера описали, что на просьбу одного Джо Эдианца, этот захватчик преобразовал пустыню рядом с его засушливым участком в ледник, высотой с многоэтажку для того, чтобы напитать растение дающее воду морозом. Дескать, это растение даёт много воды, но не любит… — тут Небула отвлекся на один из рапортов в его руках. Как чувствовал, что надо было притащить писанину ребят на этот цирк. — Цитирую: «Но не любит жаркую погоду. Ему больше подходит холодный климат». Да, он заморозил пустыню и его участок практически полностью с согласия владельца самого участка, И ПРОШУ ЗАМЕТИТЬ! НЕ ТРОНУЛ САМ ДОМ! И зелёные насаждения по другую сторону дома, как и соседние участки — ТОЖЕ НЕ ТРОНУЛ! — Небула повысил голос, чувствуя нарастающее недовольство и шепотки: «Ну вот! Я же говорил! Это захват наших территорий! Задурил голову селянину, почему никто не…!» — Тем более этот селянин, попросил о помощи — САМ, ЛИЧНО! — Небула вновь обвел глазами собрание. Кто-то насупившись и сложа рук на груди, бурчал что-то себе под нос, а кто-то слушал его очень внимательно, подавшись вперед. — Разве рейнджеры вправе мешать его просьбе? Тем более если у захватчика есть некое… э-э… умение морозить мгновенно, что и требуется для того растения? Напоминаю, для того, чтобы обеспечить участок необходимой прохладой, нужна профессиональная техника, много энергии и установки кристаллов для ее выработки. Или вы собирались ее из воздуха брать? А доставка рефрижераторов? Лично вашими ручками это должно было исполняться? Я не против, но вы же не хотите работать задаром? Селянин хоть и получает деньги за свою деятельность, но эту операцию оплатить не в состоянии! А захватчик сделал это! Даром! И пообещал убрать ледяную завесу, когда его опустыненный участок начнет превращаться в зелёный уголок! Или вот буквально пару часов назад, рейнджер Мунчапер сообщил, что этот, якобы захватчик, ещё одно хорошее дело сделал. Извел гигантский рой летучих вредителей, с которыми Альянс до сих пор никак не мог помочь. Что не так? Тем более… Хорошо вы вспомнили, сенатор, он Альянсу и Джо Эдовцам пока ещё вообще ничего не обещал. Ни защиты этой планеты, ни нападения на нас. Раз не нападает и ведёт себя спокойно, давал находиться на планете моим ребятам все то время пока шел праздник и разрешил им же проводить гостей обратно и спокойно покинуть территорию, то может быть он разумно отнесётся к предложению о сотрудничестве? Ведь согласился же он на переговоры! Значит, посмотрим что за человек! И вообще — не все сразу! Человек адекватный, соглашается помощь, не агрессировал на рейнджеров и со славянами был и есть дружен. Джо Эдианцы его полюбили за его помощь. Между прочим, это камень в наш огород как Альянса. Мы же самые сильные и развитые, у нас всепланетный союз, а помочь простому фермеру на его мелкой фермочке даже в кредит — не можем, нет времени на такую мелочь! Как и разработать эффективные методы борьбы со всевозможными вредителями зелёных насаждений. А как требовать поесть от остальных крестьян — мы впереди всех! Не слишком ли? Они у нас не в рабстве находятся и сами могут решать судьбу своей планеты! А Мороз прав окажется — он плату с них в ином виде требует. Так чего вам ещё от него надо? Для них — он теперь хороший друг! — Часть сената, что ратовала за переговоры, согласно закивала. Именно эту мысль они пытались донести до противодействующей стороны. Увы, безуспешно. В отличие от главнокомандующего всех рейнджеров. Впрочем, что и требовалось ожидать от второго лица в Альянсе, после Мадам Президента. Неудивительно, что противники переговоров зубами скрежетали. Для некоторых из них слишком принципиальный коммандер был как кость в горле. Впрочем, как и не менее принципиальный президент Альянса, доселе молча слушавшая полемику противоборствующих сторон. — А что скажет Мадам Президент? — Вдруг оживился неугомонный Хаммерхольд. — Каким будет решение первого лица Альянса? — — «Хмм?..» — Президент Альянса перевела взгляд с главы рейнджеров на одного из главных своих оппонентов. Тот ни единой интонацией не выдал те ехидство и личный вызов, что сейчас горели в направленном на нее взгляде. Но упертая мадам не была бы собой, не ответь она на провокацию соперника со всей своей принципиальностью: — Лично я считаю, что испортить с кем-то отношения, большого… «ума»… — едва сдержалась она от шпильки, — таланта не надо. Сохранить же хорошие отношения всегда сложнее. Поэтому я считаю разумным сначала провести переговоры. Тогда, в лучшем случае, проблема будет решена сама собой. Да, возможно нам придется пойти на большие уступки, зато не придется тратить время, финансы и ставить под угрозу чужие жизни ради удержания непокорного Джо Эд в Альянсе. Всё-таки, хоть они и менее развитые, чем большинство членов Альянса, они — разумная раса, с правом собственного волеизъявления. — — А если переговоры не увенчаются успехом? Вы готовы взять на себя ответственность за такой исход вашего решения? — — Готова, — кивнула Мадам Президент. — Я понимаю, что это серьезный шаг и если переговоры не увенчаются успехом, то придётся уже думать, что делать дальше. И мне бы не хотелось начинать всё с военных действий. Поэтому уж лучше сперва спросить о намерениях и мыслях нашего… кхм… возможного… соседа. Конечно, мысли все свои он не раскроет, но намерениями что делать собирается и будет ли дружить — должен сказать. И я согласна с коммандером Небулой — нелюдимые и не желающие сотрудничать с нами правители планет видны сразу. Не будем упоминать имен, но всем они известны, так как сразу с самого начала не желали с нами сотрудничать и всячески противились нашим попыткам установить с ними союзнические отношения. — — Что ж, это — ваше решение. — Сухо процедил Хаммерхольд и обратился к остальным. — Все слышали президента Альянса? Так тому и быть. Посмотрим, во что это выльется… — На этом и закончилось это весьма напряжённое заседание сената. Небула вышел из сенаторского дворца в край обессиленным и раздраженным. Эти представители разных планет периодически устраивали подобные «выступления», но сегодня они превзошли себя своими спорами и взаимными упреками. А ведь ничего непоправимого ещё не случилось. Непоправимой ситуация станет, если вдруг дойдет до прямого противостояния. Чего сегодня сторонникам переговоров удалось избежать. Пока что. И такая досада взяла Небулу, такая тоска, что сколько ни бейся, ни надрывайся, хоть всю жизнь и душу положи на защиту галактики, тебя найдут за что смешать с грязью и вышвырнуть. Даром что ли когда-то даже на Базза спустили всех собак за то, что лучший рейнджер не совершал и совершить не мог. — Да катись оно все кометой в черную дыру! — Зло пробурчал под нос старый коммандер. Чудом промелькнув мимо акул СМИ, он устремился не к рейнджерскому пассажирскому шаттлу, а к остановке такси. — «Я тоже имею право на отдых!» — Уже в такси, назвав водителю лишь ему ведомый адрес, Небула почувствовал стыд. Неправильно это, сбегать от всех, никого не предупредив. Все ж на ушах ходить станут, если он, главнокомандующий, и просто исчезнет! Не говоря уже о переживаниях его нового робкого подопечного… «Эх, а когда-то ночами мог куролесить, и не перед кем не отчитывался, главное чтоб на службу являлся бодреньким…» — Вздохнул коммандер с грустной ностальгией. Было же время, когда он был намного младше и возрастом и рангом. А как стал вначале офицером, а потом и коммандером, ни шагу больше не мог никуда без предупреждения подчинённых не ступить. Слишком важным человеком для других стал. — «Наверняка Лайтер именно поэтому не собирается расти выше званием при всех его заслугах. Ещё бы, свободу терять, с его-то характером!» — По-доброму усмехнулся Небула и открыл коммуникатор в перчатке, чтобы связаться с подчинёнными. А пока он отчитывался, что — «Переночует он в другом месте, не на станции, и все с ним ТОЧНО в порядке, и утром он будет на рабочем месте, так что нечего панику разводить из-за одного внезапного выходного!», такси уже прилетело по адресу к отдаленному жил массиву на берегу большой реки. Небула рассчитался с водителем и, выйдя, огляделся. Дома невдалеке поблескивали светящимися окнами, освещая подступающие сумерки, словно зазывая внутрь уставших за день жильцов. Но Небула не пошел туда. Свой гражданский дом он давно продал за неимением времени и желания содержать его хотя бы в мало-мальски пристойном состоянии. А вот другой домик, кое-где неподалеку на нем ещё числился. Куда и полетел старый вояка на реактивном ранце. Пара речных излучин, маленькое ответвление части русла в сторону, и вот он — небольшой островок у правого берега по течению. А на островке его, коммандера, тихая заводь. На стальных сваях у самого берега ютился металлический контейнер, который коммандер переделал под маленький рыбацкий домик. Эдакое холостяцкое обиталище всего из одной-то комнатки три на четыре метра по периметру и пара метров ввысь. Окон и двери у строения было не видно до момента, пока Небула не поднялся по лестнице и не приложил к небольшому выпуклому ящичку ладонь. Заброшенный с виду контейнер тут же преобразился. Отъехала в сторону пластина, закрывавшая небольшое оконце с видом на реку, и открылась вакуумная дверь. «Молодцы, зеленые ребятки! Хорошую мне хижину соорудили!» — Довольно хмыкнул Небула, зайдя внутрь и не уловив никаких запахов затхлости или грибка. Насекомых и вредителей тоже не было. Откуда им взяться в вакуумном помещении, которое к тому же периодически облучалось ультрафиолетовыми лампами, для сохранения бактериологической чистоты помещения. «Жаль только, что…» — Небула хлопнул по закрытому простыней креслу-кровати и поморщился. Да, никакой вакуум и обработка ультрафиолетом не спасали от вездесущей пыли. — «Ну и ладно, от пыли никто не помирал… кроме аллергиков…» — Небула тяжко вздохнул. Вспомнился так не кстати заболевший лучший рейнджер. И заболевший-то не пойми чем. — Лишь бы не астма… — Небула снова вздохнул и, сменив рейнджерскую амуницию на рыбацкий костюм зелёного цвета и взяв из морозильника маленькую коробочку, поспешно вышел из помещения. Развеяться он сюда явился или что? Вот и надо развеяться! За жилым помещением ютилась небольшая пристройка, для хранения всякой всячины. В отличие от контейнера, эту сараюшку делали своими руками, прицепив листы металла на сварной каркас. Потому-то открывшего дверь Небулу встретила громадная паутина, перекрывшая часть дверного проема. Пригнувшись, мужчина прошел внутрь. Неохота было с пауками воевать, все же полезные существа, хоть и неприглядные. А вот и шкафчик с рыбацким инвентарем! Щёлкнул замок и взгляду Небулы предстали висящие удочки. Тут были и спиннинг и обычная поплавочная удочка, и удочка «донка». А на полочке повыше ютились дополнительные крючки, блесны и прочие рыболовные нужности. Помедлив немного, Небула взял одно из удилищ и в который раз вздохнул. На этой удочке не было ничего, кроме лески. «Точно! В прошлый раз с нее у Базза и сорвался тот великан!» — Небула повесил удилище назад и взял другое, почти такое же, но со всеми приспособлениями на леске и, закрыв шкаф, вышел на улицу и посмотрев на небо, нахмурился. Ветер успел надуть на пылающее закатом небо тьму черных туч. Но менять свои планы коммандер был не намерен. Всего-то снова заскочил в домик и надел на себя утеплённый плащ-дождевик. — Это моя ночь и кратера с два я позволю испортить ее какому-то дождю! — Воскликнул он с вызовом и стал шаманить над выбранной удочкой-донкой. Открыл коробочку, ранее вынутую из морозильника, и наполнил ее содержимым «кормушку» на леске, так же насадил полуразмороженное нечто на крючки и, спрятав коробочку с наживкой в карман плаща, бодро зашагал к реке. Пофиг, дождь ли пойдет или даже гроза, задолбанный рутиной пожилой мужчина хотел отдохнуть и даже буря не нарушила бы его планов. А буря разыгралась. Сначала покарал дождь, перешедший в ливень, а потом и мелкий град стал падать. Но Небула упорно торчал на берегу, ожидая поклёвки и одновременно думая о чем-то своем. И когда буйство природы достигло пика, а град стал размером с горошину, долгое ожидание Небулы наконец-то закончилось. Каким-то чудом он услышал звон поклевочного колокольчика среди завываний ветра, выждал немного и подсек рыбину… Впрочем, подсек — сильно сказано. Судя по рвущейся из рук удочке рыбина была из не мелких. — Не уйдешь! Не отпущу! — Небула покрепче перехватил удочку и стал вываживать крупную добычу из воды. Ох и упиралась же рыбина! Несколько раз чуть не вырвала удочку из рук мужчины, пару раз вовсе едва не утянула рыбака в воду, но Небула тоже был не промах. Сражался до последнего, не взирая ни на хлещущий по нему ливень с мелким градом, ни на промозглый сильный ветер, что норовил забраться под плащ-дождевик. И даже усталость была нипочём, хотя из-за долгой борьбы с добычей руки тряслись от напряжения. Но коммандер не был бы собой, если б не сражался до конца и не выволок-таки добычу на берег. А добыча была знатная — здоровенный налим длинной наверное с целого человека. — Эх, какой красавец! Заставил ты меня попотеть! — Восхитился Небула и поволок добычу подальше от берега. А то извернется, зараза такая, скинет человека в воду и сама нырнет следом. Дотащив громадину до пристройки, Небула вытащил оттуда большой таз и одним махом перекинул рыбину туда. Подумав немного, он добавил в посудину речной воды. Слишком устал от борьбы, чтоб разделывать рыбину прямо сейчас. «А когда-то я от подобной борьбы не уставал вовсе. Разделывал их сразу после поимки, потом в котелок или на шампур, ещё оставались силы и кофе заварить и байку рассказать напарнику по рыбалке. А сейчас ни сил, ни погоды. И основной напарник мой в больнице…» — Небула вздохнул тяжко, включил уличный свет и полез к рыбине в пасть, снимать с крючка, как вдруг довольно хмыкнул: — Попался-таки, вор чужих снастей! — Небула извлёк из налимьей пасти сразу два крючка — свой и ещё один, с оборванной леской. — Эх, Базз, жаль тебя тут нет! Поймал я твою сбежавшую добычу! — Он уставился на крючок, о чем-то соображая, потом нахмурился, мотнул головой и метнулся в домик. Выйдя оттуда через пару минут, он прицепил маленькую красную бирку налиму на хвост, и перевернув бадью с рыбиной, поволок добычу назад к реке: — Повезло тебе, зараза, что тебя другой рыбак поймать мечтает! А я не таков, чтоб у молодежи трофеи отбирать! Пшел вон! — Воскликнул он напоследок, отшвырнув рыбину на мелководье. Налим сразу обрадовано встрепенулся и, по-змеиному извиваясь, пулей ушел на глубину. — Беги, беги! Базз тебя ещё изловит! Метку я тебе прицепил, не спрячешься! — Небула погрозил кулаком рыбе вслед, поднял с земли удочку, убрал снасти в пристройку и, заперев помещение, поплелся в домик, греться. Все равно уже на горизонте зарево забрезжило. Чуть позже, когда тучи рассеялись, открыв вид на алое от зарева небо, Небула вышел на порог в сухом запасном рыбацком костюме и с кружкой кофе в одной руке и табуретом в другой. Поставив мебель на землю, он уселся лицом к реке и, прислонившись к стене своего домика, призадумался, бормоча вслух: — Может реально на пенсию уйти, и катись все в черную дыру? — Но тут же поморщился: — На кого своих ребят оставишь, старый дурень?! И кто поможет твоему новому ученику встать на ноги?! Вот то-то же! А то размечтался! Пе-енсия! Тьфу! — Сплюнул он в сердцах и припал к кружке губами. Так он и сидел, цедя напиток, пока небесное светило не поднялось над горизонтом. — Пора! — Небула усилием воли заставил себя подняться с табурета и, взяв оный, отправился назад в домик. Оттуда он уже выскочил в скафандре, ругаясь на ходу: — Какая, к кратерам, пенсия?! На одну ночь исчез, уже панику забили! Да чтоб… — Вспомнив в последний миг, что надо запереть домик, Небула метнулся назад, к панели управления, что-то нажал там и, врубив реактивный ранец, рванул прочь. Шутка ли, узнать, что пленники императора Зла умудрились сами сбежать с планеты Зэд и вернуться домой. Будь то простые пленники, уже было бы удивительно. Но то были Брагинский с Байльшмидтом-старшим! Из которых первый приходился любимым внуком «захватчику» Джо Эд — генералу Морозу. А если учесть, что жадный до своих пленников Зург так просто этого не оставит… — Сэр Гаррон, это правда? Брагинский и Байльшмидт вернулись на Джо Эд? — Обратился Небула с порога ожидавшему его парламентеру, который и сообщил ему о возвращении Брагинского на Джо Эд. — Чистейшая правда. — Кивнул парламентер. — Само новое божество Джо Эд похвастал мне этим во время личного звонка на станцию. — — Тогда надо вылетать! Неизвестно, чем все это закончится! Поэтому лететь туда надо срочно! Сами понимаете, Зург так просто не стерпит их побег! И дёрнуло же меня покинуть станцию в такой момент! — — Не вините себя, коммандер. Все равно так просто вылететь на Джо Эд не удастся. Со вчерашнего дня эта планета временно не состоит в Альянсе, а это значит… — Гаррон зарядил себе смачный фейлспалм. — Я ведь всегда был против этой поправки… Что за глупость, о святая Венера, требовать подтверждения у не входящей в состав Альянса планеты, если планете грозит опасность от космических агрессоров. В таких вопросах время идёт на секунды, какие тут подтверждения? — — Сам от этого не в восторге… — Сердито буркнул Небула. — Поэтому и надо вылетать. — — А как же… правила? — — Ответственность беру на себя! — Сказал как отрезал старый коммандер. — «В кратеры все, когда на кону жизни гражданских!» В крайнем случае, остановлю эскадру на границе Джо Эдианской звёздной системы. Это нашим кодексом не запрещено. Тем более, если туда Зург заявится. В Альянсе сейчас Джо Эд или нет, мы имеем право охранять наши границы от вторжения наших врагов! «Пусть эти сенаторские бюрократы докажут, что что-то там было нарушено. Эх, вспомню молодость!» — Небула ухмыльнулся в усы. Давненько он не пользовался лазейками в законах Альянса. Но чего не сделаешь ради помощи тем, от кого так быстро открестились проклятые бюрократы. «Жаль только, что со своей рыбалкой я проворонил ценное время. Как юнец безголовый сбежал, позорище старое!» — Но нарушать предписания Альянса не пришлось. Планы коммандера подкорректировал внезапный звонок младшего немца.

***

Чуть ранее на все той же планете Столице… Бывают же люди, которым все нипочем в их трудоголизме. Устал ли такой человек, болен ли — плевать! Главное — продолжать дело, ибо — кто ж ещё это дело доделает?! Именно такого мнения придерживался Алекс Нильски. И что, что не столь давно посреди ночи его рубанул столь мощный приступ головной боли, что он чуть не умер? Не умер же всё-таки! Смог же вызвать скорую и дождаться врачей. И даже сознания не потерял — какой стойкий! Да и не нашли у него ничего страшного. Томограмма, прочие экстренные проверки — все отлично! Как и самочувствие. Но лишь вчера Алексу удалось вырваться из цепкой хватки медиков и вернуться домой, к тишине, покою… И работе! Куда ж без нее! Тем более, просмотрев все свои записи насчёт последнего дела, Алекс схватился за голову. Не от боли, не беспокойтесь. Просто данных он нарыл со своей-то непрекращающейся мигренью… «Никуда не годится!» — Решил сей трудоголик и накрепко засел хотя бы над тем, что имелось. Ну и заодно послал запрос рейнджерам, чтоб те проверили алиби бывших воплощений. Не одному ж ему разорваться? Так снова до мигрени далеко! Потому, как бы не хотелось проторчать за работой всю ночь, этому трудоголику пришлось заставить себя лечь спать. За что Алекс был сам себе безмерно благодарен сегодня утром. Проснулся ещё затемно, но уже бодренький и вполне здоровенький! Афигеть, такое событие — голова НЕ болит, едва он подумает о работе! На радостях следователь Нильски позвонил в госпиталь, где лежала его коллега Мари, узнать об ее самочувствии. И с ней тоже всё было в порядке. Врачи сами фигели, что вместо язвы желудка обнаружилось обычное обострение гастрита! Не могло быть такого! Мисс Мари Хофер — простой человек, а не пришелец из прошлого! Почему столь опасная проблема со здоровьем стала вдруг менее серьезной? Врачебная ошибка? Хорошее оправдание, если бы мисс Мари осматривали только врачи, но ее ведь проверили мед сканером! Он что — тоже ошибся?! Надёжная техника, у коей возможность ошибки практически невозможна… ошиблась?! Увы, врачи сами не знали — почему так? — а потому решили перестраховаться и оставили мисс Мари в палате интенсивной терапии. А то мало ли… «Как по волшебству… Как по волшебству…» — Дивился Алекс, ожидая заказанный кофе в круглосуточном уличном кафе, ибо в такую рань обычные заведения ещё не работали. Зарево окрасило небо всеми оттенками алого, но Алекс ушел в работу с головой, попутно проверяя пришедшую на ноут почту. И как же хорошо, что ему ещё не успели принести кофе. Точно бы расплескал напиток или подавился оным от шока, ведь узнать о таком нежданчике, это вам не хухры-мухры! Америка, он же — Альфред Ф. Джонс, оказывается был на площади Альянса в день награждения Брагинского и последующего покушения того на президента! Вот как тут не уронить челюсть и застыть так, пялясь в экран и не реагируя на пришедшего официанта? «Как я мог упустить ТАКОЕ?! Почему не догадался сразу проверить алиби? Где была моя голова?.. Сдаю что ли?.. Или сглазил кто-то?..» — Алекс мотнул головой, кивнул официанту и начал искать контакты Джонса, попутно предупредив рейнджеров — найти парня и вызвать к нему для дачи показаний. Тем более, что Джонс не ответил на попытки Алекса связаться с ним. «Ладно! Рейнджеры его отыщут!» — Решил следователь и стал просматривать данные об остальных «гостях из прошлого» — адреса, телефоны… надо же допросить их всех на здоровую голову. Увы, большинство из них могло находиться вне планеты Столицы. Лететь сквозь космос на своем авто Нильски пока ещё опасался, а первый, за эти орбитальные сутки главного города Столицы, автобус на Джо Эд уже ушел. Если он вообще был, учитывая внезапный захват планеты новоявленным божеством. А до следующего же рейса было несколько часов, и то не факт, что он будет. В принципе, можно было поехать и на такси… если найдется смельчак, что рискнёт сунуться на отжатую у Альянса планету… но к чему спешка, вдруг Джонс объявится. Да и Ван Яо, он же — Китай, Столицу не покинул. Слишком занятым человеком был, с записью на личную встречу на несколько дней вперёд. «Ну уж простите, уважаемый, я имею право на встречу с вами вне очереди, так что вы приезжайте ко мне в офис…» — Хмыкнул Алекс и, отправив китайцу срочную повестку по электронной почте, принялся за свой кофе. На половине чашки его отвлекло входящее сообщение. «Глубокоуважаемый господин Нильски, я с великой готовностью предоставлю вам ответы на ваши вопросы. Однако у меня есть небольшая просьба — встретиться в моем офисе. Я буду безмерно благодарен вам, если вы посетите мое обиталище, которое я, увы, не могу покинуть по причине чрезвычайной загруженности. Впрочем, если вас такой вариант не устраивает, я могу пожертвовать обеденным перерывом. Смиренно жду вашего решения». — — Надо же как завитиевато пишет. Хм. приглашает к себе в обеденное время? Надеюсь, при мне обедать не станет… или все же в тот же обед может подъехать ко мне? А почему не сейчас? — удивленному Алексу, незнакомому с китайским этикетом за витиевато-ивиняющимся строчками смиренного ожидания почудилась издевка. Или завуалированный отказ. С некоторой досадой раздумывая, что лучше — ехать самому и ждать там приглашения, или же поехать по делам, а еще лучше остаться в кафе здесь, и лицезреть запыхавшееся и озабоченное лицо китайской национальности… — Наверняка еще поклоны отбивать будет… — почему-то подумалось следователю. — Поехать что ли самому и сейчас? Примет ли? В такую рань? Хотя… он же уже не спит… — За раздумьями Алекс обнаружил, что в руках у него телефон и он беспорядочно просматривает контакты. И сейчас на экране указатель остановился на имени Мари Хофер. И не успев подумать о том, что делает, он нажал на вызов: — «Ну ничего, в крайнем случае отправлю это письмо смской». О, Мари? Как жизнь, как здоровье? Не спишь? Как ты там, жива? Эскулапы не замучили? — — Какое спать? Есть не дают! — Послышалось из трубки жалобно. — Я ж боюсь оставаться голодной… Травма детства. Когда сводит желудок от голода, для меня намного страшнее, чем дуло бластера у моего виска в руках какого-нибудь отморозка! А они… — в голосе послышалось раздражение, — этого не понимают… Ой, прости! Ты-то сам, как? Голова в порядке? Ты наверняка по делу звонишь. Выкладывай, давай — что там у тебя? — — Сочувствую… но ведь правильно не дают, у тебя сейчас желудок плохой, — попытался уговорить напарницу мужчина. Но услышав в трубке обиженное сопение примирительно откликнулся: — я постараюсь сегодня забежать к тебе, принести что-нибудь вкусное и приемлемое. А у меня… — он усмехнулся, глядя на экран ноутбука: — Да так… письмо от сэра Вана. Вызвал его на допрос, поговорить, а он пишет… ммм… что с великой готовностью даст ответы на вопросы, но у него просьба «встретиться в моем», то есть его офисе. Слушай дальше, Мари! «…Безмерно благодарен, если вы посетите мое обиталище, которое я, увы, не могу покинуть по причине чрезвычайной загруженности». И дальше сэр Ван пишет что если меня это не устраивает, то «я могу пожертвовать обеденным перерывом». То есть я понял он ко мне сможет подойти, так что ли? Или мне к нему самому подойти? Ты когда-нибудь вообще видела нечто подобное? Я даже не знаю, завуалированно меня послали или отказали. А переспрашивать в письме… — тут Алекс усмехнулся: — боюсь показаться болваном. — — Сэр Ван? Уж не Китаюшка, как его иногда называют славяне? Этот может… — в трубке хихикнули. — Мне Оля рассказывала, что этот «сосед ее брата с южной границы» кого хочешь может заговорить. Натура такая, много и заумно говорить и писать. Но суть я уловила, спасибо Оле, что объяснила мне, как понимать их старейшего сородича. Перевожу на нормальную речь — приезжайте ко мне, а то я останусь без обеда и буду мучиться голодом до вечера! М-да… — снова хихикнула. — Звучит почти как угроза. Ну а если без шуток — он реально останется голодным. А это для него — великая жертва и трагедия. У него же, по словам Оли, был — культ еды. Рассказала, что сложно представить их Поднебесного без его невероятной кухни! Никакие переговоры «не идут» у него на пустой желудок, ни одна дружеская посиделка не проходит без огромного количества вкусных блюд, да она является чуть ли не главной темой разговоров китайцев! В китайском даже есть вариант приветствия, который звучит как… Не помню, как на китайском, но переводится «А ты сегодня ел?». — — Да? — удивился Нильски. — И что же мне теперь делать? Как быть? Если он останется без обеда… Вряд ли он будет откровенен со мной и в эту и в последующие встречи. — — Правильно мыслишь, коллега~! — Нараспев протянули из трубки. — Потому-то надо бы тебе ехать туда самому. И моложавого дедульку в четыре тысячи с лишним годков уважишь и наешься от пуза. Сэр Ван ведь всех посетителей встречает накрытым столом… — голос Мари вновь стал плаксивым. — Повезло тебе… Пойду я, выпью эту противную лечебную гущу… Этот сладковатый недокисель без вкуса… Наешься там за меня! — — Не отчаивайся, Мари, — утешил ее Алекс. — Если повезет, то я к тебе приеду и привезу что-нибудь нормальное и не запрещенное. Сейчас напишу сэру Вану ответ и позвоню в больницу, спрошу что тебе можно. — — Спасибо, буду ждать! Заодно и расскажешь мне итог визита! До встречи! — Обрадовались на том конце связи и отключились. Ну а Алекс написал сообщение китайцу и стал допивать свой кофе. И опять же, ответное сообщение пришло весьма быстро. «Уважаемый господин Нильски, ожидаю вас в любое удобное для вас время. Но прошу предупредить хотя бы за десять минут до визита, чтобы я мог встретить вас лично и организовать должный прием». — «Конечно предупрежу, уважаемый сэр Ван! И если это будет необходимо — подожду сколько нужно, лишь бы вы спокойно поели». — Алекс уже примерно понял, как надо писать китайцу и, пересмотрев это сообщение, добавил: — «Более того, я вполне могу подождать сколько нужно, если я прибуду раньше, чем мы договаривались». — Следователь отправил сообщение, последним глотком допил остатки кофе и, рассчитавшись с официантом, пошел по скверу, раздумывая — чем бы заняться в столь долгий промежуток между шестью утра и до обеда? Ответ пришел сам собой, в виде звонка от рейнджеров. — Алекс Нильски слушает. Нашли Джонса?.. ЧТО?! — От шока Алекс чуть не сел прямо на землю, но нашел в себе силы сделать пару шагов до лавочки. — Как это… продал дом и исчез?! Когда успел?! И где он?! В последний раз был замечен в автобусе до Торгового Мира? Та-ак… — Алекс глубоко вздохнул от напряжения. — А до этого… с кем он был, перед тем, как пропасть? Кику Хонда? Благодарю! И… ищите Джонса дальше! Пожалуйста. — Едва рейнджеры отключились, Алекс вскочил с лавочки и понёсся во всю прыть к такси. Необходимо было срочно допросить японца. Уже в такси следователь сообразил позвонить Хонде, но увы, в трубке раздалось сухое «Абонент вне зоны доступа сети». «Тоже сбежал?» — Мелькнуло у Алекса в голове. Ведь в их эпохе только вдали от планет были перебои со связью. — «Не должен был! Он же не такой человек… вроде…» — Недолго думая, Алекс позвонил на домашний телефон Хонды, мысленно извиняясь перед хозяевами. Трубку тут же взяли. Однако, это был не японец. — Доброе утро? — Раздался сухой голос немца. — Доброе… Э-э-э?.. Сэр?.. Людвиг Байльшмидт? Это — Алекс Нильски. А сэр Кику Хонда может подойти к телефону? — — Увы, нет. Сэр Хонда недавно срочно уехал… Как ни странно, на Джо Эд. — — Ясно… — Удивился Нильски. — А… могу ли я пообщаться с вами? Сейчас? — — Разумеется. — С готовностью ответили на том конце связи. — Подъезжайте. Буду ждать. — — Да я… уже… приехал?.. — Алекс выглянул в окно. На почтовом ящике рядом с приземлившимся такси числился необходимый адрес. По-быстрому рассчитавшись с водителем, он направился ко входу в дом, где его уже ждал одетый в спортивный костюм Людвиг со своим псом, послушно сидящим у ноги. — Доброе утро, герр Нильски! — Людвиг протянул руку для рукопожатия. — Проходите. Я постараюсь ответить на все ваши вопросы. — — Да… Благодарю… — Алекс рассеянно пожал протянутую ему руку и прошел внутрь. Там, усевшись на диванчик в зале, он призадумался — «Огорошить ли собеседника пропажей сородича сразу или же начать исподволь?», как вдруг заметил наблюдающего за ним из дверного проема пёсика. — Красивый какой! Иди сюда. Иди, иди… — Алекс похлопал по колену. Пёсик завилял хвостом, однако же не подошёл, пока Людвиг не скомандовал — можно. — Красивый какой у вас пёс! — Искренне восхитился Алекс и почесал Рольфу за ушами сразу обеими руками. — Благодарю. — Людвиг от похвалы в адрес любимца сразу расслабился и даже чуть улыбнулся. — Так чем могу вам помочь? — — Да вот… — Алекс с сожалением отвлекся от пёсика. Все же работа — святое. — Хотел встретиться именно с сэром Хондой, задать ему несколько вопросов по поводу его друга — сэра Джонса. — «Опять он что-то натворил…» — Людвиг промолчал, но Алекс и так все понял по усталому взгляду немца. — Сэр Джонс внезапно продал дом и пропал с планеты Столицы. А сэр Хонда — последний, кто был с ним до его пропажи. — Не стал томить немца следователь, как и скрывать что либо. — А чуть ранее до этого выяснилось, что сэр Джонс был на площади Альянса перед церемонией награждения сэра Брагинского. Поэтому мне нужен кто-нибудь из этих двоих. Я бы хотел допросить ещё сэра Керкленда… и Мэттью Уильямса можно было бы. Однако первый серьезно болен, а второй… полагаю, на занятиях или в патруле. Потому я и явился к вам. — — Понятно… — Людвиг устало потёр лоб. — Ну, Кику… то есть герр… сэр Хонда, он наверняка уехал к славянкам. Больше ему на Джо Эд лететь незачем. Не уверен, что он знает что-либо о Джонсе. Американец всегда был себе на уме и никогда ни перед кем не отчитывался. Меня интересует немножко другое. Как Кику… сэр Хонда планировал высадиться на Джо Эд. Там же паника, вызванная их новым божеством. И пустят ли меня туда? Там же… Италия остался. — — Ну, в этом я могу вам поспособствовать. — Ободряюще улыбнулся Алекс поникшему немцу. У меня есть некоторые особые права посещать те места, что закрыты для простых граждан. Но сначала я хотел расспросить сэра Яо… Хотя… это было до того, как я узнал о сбежавшем Джонсе. Не спроста парень подался в бега. Явно не спроста. — — Если вспомнить, как Америка конфликтовал с Россией… — Людвиг тяжко вздохнул, — я ничему не удивлюсь. Даже я и мой брат, Гилберт, смогли вполне общаться с Россией после Второй мировой войны. Гилберт вообще у него жил и надо сказать, его не обижали и не мучали. Хотя у него тогда гонору было… Он же по сути у них тунеядцем и лентяем считался — за работу его не посадишь, он будет игнорировать, не Великого Пруссии это дело. Кары он тоже не боялся, подумаешь побьют или в Сибирь сошлют. Хотя и не бил его никто. Иван же его по-особому перевоспитывать пытался. Показывал, как он бывшую столицу Гилберта переделывает, спесь тогдашнюю у Гила сбивал. Брат, конечно, психовал, как он сам потом рассказывал, зато жив был, а не исчез с концами, как это бывало с нашими. И не прибил его никто, пока он был в плену. Так-то парень он хороший… Но юмор у него… Нет, все в порядке, просто… дурацкий юмор. Либо поорать над приколами, либо над кем-то похихикать, потому что ему просто хочется над кем-то посмеяться как при розыгрышах, когда жертва не понимает в чем дело, а на над ней смеются из-за дурацкой шляпы на голове, к которой глаза пририсовали или что-то типа того. А на большее Гил оказался не способен. Хотя мог, хороший же момент — убить полупьяного и больного, каким был Иван после распада СССР. Казалось бы, кто ж такой позор как плен, забудет? А он стал Ивана спасать, переехал к нему… Прошу прощения, я увлекся. Так насчёт Джонса. Я до сих пор не понимаю, почему он так взъелся на Россию. Вроде же на одной стороне они воевали, против меня с братом. Ладно, чисто ради сфер влияния в мире могли конфликтовать. Оба сверхдержавами были. Но почему же после поражения Ивана Джонс не успокоился? До сих пор не могу понять… — — Возможно, ожидал, что сэр Брагинский просто притворяется? — Предположил свою версию Алекс. — Или опасался, что РСФСР, как тогда называли Россию, вновь возродится. Да. Думаю, это логично. Я не удивлюсь, если герр Джонс действительно что-то учудил. Этот парень — магнит для происшествий. Вот не так давно был случай на нашем общем пикнике… — Людвиг принялся рассказывать о случае со скрытыми камерами Америки и попытками записать на них грешки Ивана, но его на полуслове перебила музыка из телефона. — Прошу прощения, — Людвиг взял в руки технику и наморщил лоб. — Странно… Неизвестный номер. А?.. — Он удивлённо поднял бровь, заметив новое сообщение от неизвестного номера. Но ещё больше он удивился, открыв сообщение: — Братья уволились и вернулись домой? Работодатель не хочет их отпускать?.. — И тут до Людвига как дошло! — Срочно! Надо позвонить рейнджерам! Срочно!!! — Взбеленился он. — Зачем? Что такое? — Искренне испугался Алекс. — Что-то с сэром Хондой? Или Джонсом? — — БРАТ! — Гаркнул Людвиг, судорожно набирая номер экстренной связи со Звездой Командой. — Брат! Братья… Гилберт и Иван! Они… Они видимо сбежали из плена! — Сбивчиво прокричал он прежде чем ему ответили из трубки: — Здравствуйте. Какова причина звонка? — — Это срочно! — Вновь во все горло гаркнул немец. — Гилберт Байльшмидт и Иван Брагинский, они же — Пруссия и Россия, сбежали из плена императора зла! Они должны быть на Джо Эд! И этот чертов император явился за ними туда же!!! — — С…соединяем вас с коммандером… — Пролепетал в ответ насмерть перепуганный голос.

***

После таких известий пришлось главе рейнджеров созывать сверхсрочный сбор тех, кто был в патруле поблизости от Джо Эд, попутно готовясь к вылету самому. Заскочив в крейсер, Небула на ходу сверил список откликнувшихся на вызов рейнджеров и чертыхнулся. «Рейнджер Мира Нова на орбите планеты Джо Эд?! Какого метеора! Как она оказалась там?!» — Хотелось рвать и метать коммандеру. Кому как не ему было знать, насколько тангеанская принцесса была похожа на упрямца Лайтера. «Зачем она туда полезла?! Неужели… она как-то узнала о возвращении Брагинского и Байльшмидта старшего?..» — Поразила Небулу внезапная догадка. Догадка была правильная. Мира полетела на Джо Эд целенаправленно. Шутка ли, от Зурга сбежал тот, с кем она сильнее всего хотела поговорить по душам! Но как она узнала, что ее приятель вырвался на волю? Спросите одного не в меру любопытного робота, который разбудил ее важной новостью, взбаламутил, и бессовестно отправился на зарядку-сон, пока принцесса рейнджер сорвалась со станции по «личным делам». Благо она хоть сообразила рейнджерский крейсер не брать. Ограничилась мини-шаттлом. Тем самым, на котором они с Баззом уже проникали на планету Зэд. Жаль только, что крейсер все же был быстрее, с его-то мощным двигателем. Вот и прибыла Мира к Джо Эд не так скоро, как хотелось. А прибыв, застала пренеприятнейшее зрелище — залетевший в Джо Эдианскую звёздную систему крейсер Зурга. — Кратеры! Так я и знала! — Мира попробовала связаться с командованием, но у неё это не вышло — связь глушили. Тогда она от злости крепче сжала штурвал и направила свой юркий транспорт вслед за крейсером. Не слишком близко, чтоб не дай святая Венера, не засекли. Одно обнадеживало: раз крейсер летит к планете, а не от нее, значит и Гилберт ещё на Джо Эд. И его побратим Иван тоже. «А если Зург его… их заберёт, я тут же верну их обратно! А потом свяжусь с командованием!» — Мира аж встрепенулась вся от решимости. Сама справится и всем докажет, что может быть ничуть не хуже своего командира — Базза. Она остановила транспорт неподалёку от крейсера и стала выжидать удачного момента для незаметной пристыковки шаттла где-то в области темницы. Чтоб забрать ребят и сразу свалить прочь. Но когда шанс настал… Мира дар речи потеряла, увидев вырвавшийся из крейсера Зурга лазерный залп. Холодея от ужаса, она не мигая смотрела на ужасное зрелище, но вдруг залп вернулся назад. Более слабый, но он заставил поискриться обшивку крейсера. «Святая Венера, что?.. Что это было?! Это?..» — Мира поклацала по кнопкам и облегчённо выдохнула. Электроника шаттла выдержала обстрел рассеянным лазером. Но как Джо Эдианцы повернули зала назад? — «Неужели?.. то божество?» — Мира боязливо поежилась, но тут же решительно нахмурилась. «Чего я боюсь? Я же друг Ивану и Гилберту! И хочу им спасти! Но…» — Девушка призадумалась. Если дед Ивана так силен, значит ее помощь тут вовсе не нужна. А раз так… Можно лететь восвояси, пока ее не обнаружили с крейсера. Или… нет? За раздумьями Мира чуть не проморгала момент, когда с крейсера стартанул космический кораблик Даркмэттера, а это значило, что неугомонный Зург так просто от ребят не отстанет. — Кратеры! Всё-таки придется вмешаться! — Мира оперативно подвела свой транспорт к боку крейсера и примагнитилась в ближайшем от темницы месте. Благо она знала этот треклятый крейсер слишком хорошо. «Самое сложное сделано!» — Мира откинулась на сиденье, перевести дух и, по примеру Базза, записать краткий рапорт о проделанной работе. Вторым пунктом ее плана было — занять выжидательную позицию вблизи взлетной площадки. Это чтоб в случае пленения ребят, увидеть это лично и вернуться в темницу для их освобождения. Пролетев на реактивном ранце впритык к обшивке крейсера до места назначения, Мира осторожно просочилась внутрь и засела в одном из грузовых транспортов и стала ждать. Своего она дождалась: через некоторое время Даркмэттер вернулся… «Один!» — Обрадовалась Мира и хотела быстренько сбежать, но нехорошее предчувствие заставило ее подождать ещё немного. И не зря. Вскоре шпион Зурга вернулся на взлётную площадку, сопровождая хозяина, шествующего к личному шаттлу. — Так бы и прибила! — Прошипела Мира сквозь зубы. — Увы, воплощать свое желание в жизнь было бы верхом глупости. Однажды она уже попыталась расправиться с Зургом одна. И тогда она была намного, НАМНОГО сильнее, чем сейчас. Была под завязку накачана энергией, впитанной ее телом из плазменного реактора. Была практически всесильна и все равно продула. С позором! — Держись, Мира… Нельзя… Держи себя в руках и помни — от тебя зависит судьба Гила с Иваном… — Мира усилием воли заставила себя сидеть тихо и попыталась успокоиться. Не зря же ее с раннего детства учили тангеанской медитации. Вдох-выдох… привычная мантра, произнесенная одними губами… «Вот так-то лучше!» — Она посмотрела на закрывшийся за шаттлом Зурга шлюз и вздохнула. Ох уж это ожидание. Порой похуже напряжённого боя. А ещё снующие роботы заставляли нервничать. Вот парочка железяк потащила какие-то короба в убежище девушки и ей пришлось сменить местоположение. Потом ещё разик и ещё, попутно «выудив» у парочки затесавшихся тут жучков ценную, но весьма неприятную информацию: — «Зург либо заберёт пленников, либо зарядит по Джо Эд одной из двух своих сверхмощных ракет! А может и пленников заберёт и ракетой шмальнет!» — Вернувшись в исходное убежище, принцесса-рейнджер призадумалась — как быть дальше? Остановит ли новое божество такое оружие? И как быть, если Зург действительно и ребят пленит, и ракету запустит? Что тогда делать? Что?! «Может мне снова накачаться энергией? Всего разик! Один-единственный разик!» — Мира мечтательно зажмурилась, вспоминая то краткое время, когда она была практически всесильна. Как она одна справлялась и с кучей дел, и с сильными врагами вроде гигантских, неуязвимых для лазеров слизней. Ну вот… на Зурге прокололась, злодей оказался хитрей… Или же дело было в странном привыкании к энергии плазмы, которой Мире требовалось все больше и больше с каждым разом, а время всесильности все сокращалось, не смотря на увеличение новой дозы. «Не поддавайся, Мира! Отец… этот ворчун смог отказаться, а ты не сможешь что ли? Сможешь!» — Вдруг разозлилась на свои нерешительные мысли девушка. Серьезно, оказаться хоть в чем-то хуже своего папаши — какой удар по самолюбию! — «Воспользуюсь этим только если все будет совсем плохо!» — Приняв решение, она продолжила ждать возвращения злодея. Попутно ещё несколько раз сменила место дислокации. Она старалась держаться вблизи главного посадочного шлюза, но в какой-то момент туда набежала куча роботов-шершней. «Возвращается, гад!» — Догадалась Мира. — «Надеюсь, что без ребят!» — Не без замирания сердца она уставилась на залетевший в крейсер шаттл Зурга. И, о радость, ребят со злодеем не оказалось! «Святая мать Венера, спасибо!» — У Миры сразу от сердца отлегло. Но не слишком, ведь она знала, что вернувшийся без пленников злодей точно пустит боевую ракету по мирной планете. Мира едва поборола желание самолично прибить негодяя и решить проблему на корню. Слишком был велик риск на неудачу, а расплата за это была бы непомерной огромной. Откуда ей было знать, что Зург, мрачно шествующий в окружении кучи роботов, был не в лучшем своем состоянии. Вот она и рванула сквозь стены и потолки в оружейный отсек. Нелегко ей дался сей маневр. В пусковое устройство, к одной из взведенных для запуска ракет она проникла, едва держась на ногах от усталости. «Все же… придется…» — Мира с надеждой положила руку на бок смертоносного оружия и покачала головой. Ракета оказалась с начинкой не из плазмы. — Ещё немного… Последнее усилие… — Она еле-еле просочилась к другой ракете и, приложив к ней руку, слабо улыбнулась, но тут же досадливо поморщилась. — «Всё-таки нарушу наше с отцом пари. Впрочем… как он узнает? Я ему точно не расскажу!» — Ухмыльнувшись, принцесса рейнджер стала протискиваться в ракету с плазменной начинкой. Сантиметр за сантиметром, собрав в кулак остатки сил и воли, она медленно исчезала в недрах ужасного оружия. «Ещё немного! Я должна… Должна… помочь! Должна!» — Перед мысленным взором принцессы пронеслись воспоминания о Джо Эд, о местных жителях, семье и сородичах Бустера, об Иване и Гилберте… Этом нахально ухмыляющемся на показ всем и вся, наигранно ехидном, но в душе — таком заботливом и надёжном человеке. «Вот спасу всех! Вот он изумится! Похлеще Базза рот раскроет!» — Она на миг представила КАК будет смотреть на нее сэр Великий. Явно с уважением и восхищением! «Не о том думаешь!» — Кольнула ее совесть. — «Верно… Не о том… Я спасаю жизни не ради похвал!» — Устыдилась она, вновь вспомнив по-своему забавное коренное население Джо Эд. Этих честных и простых трудяг. Они уж точно не заслужили беды в виде убойного оружия на свои головы. — Не позволю… пострадать… невинным!.. — Последний рывок и рука Миры достигла начинки ракеты из плазмы. Энергия заструилась по телу девушки, но увы, плазма была нестабильна и напитывала тангеанку не так быстро, как когда-то плазменные реакторы на станции звёздной команды. Мира чуть не взвыла от досады, как вдруг… Ракета стартанула из пусковой установки, прямым ходом к мирной фермерской планете. Как горячий нож сквозь масло, она прорезала ледяной щит генерала Мороза. Счёт шел на секунды. «Я… Должна!» — Мира отпрянула от плазменного заряда, за миг переместившись к детонатору ракеты. Схватив оный, она изо всех подкопленных сил вернула проклятое устройство и… Перед глазами тангеанки промелькнуло небо и все заволокло белой пеленой. «Успела ли я? Спасла ли я всех?» — Пронеслось в ее голове, прежде чем мир вокруг погрузился во тьму. Она будто падала в никуда, а в звенящей тишине был слышен лишь слабый стук сердца. Как вдруг до нее донёсся голос. Тихо и ласково он нахваливал ее, называл — «великой и невероятной, и самой крутой девушкой во вселенной!». Оттого сердечко ее забилось сильнее и захотелось срочно вынырнуть из пустоты к обладателю этого тихого голоса. Чтоб не только похвалы услышать, но и увидеть глаза и лицо говорившего. И увидела, едва распахнув свои голубые очи. В приглушённом свете ночной лампы на тумбочке, маячила физиономия прусса. — Очнулась! — Обрадовано воскликнул он и уставился на свою героиню взглядом полным восхищения… или скорее даже обожания. Так смотрел, как никто до него не смотрел ни разу — ни родной отец, ни первая ее любовь, Ромак. Не могла она припомнить такого взгляда на свою персону. — Очнулась… — Повторил Гил чуть более спокойно, и слегка отстранился от кровати. — Ну ты меня и удивила — обезвредить боевую ракету в полете! Не, я знал, что ты — крутая, но чтоб настолько! Сделала Великого, чес слово! — Гил постарался придать голосу завистливые нотки, но вышло плохо, да и обращённый на Миру взгляд оставался по-прежнему восхищенно-обожающим. Девушка сразу захотела закидать Великого вопросами и даже дернулась в сторону парня, но тут же поразмыслив что раз все живы и Гилберт не выглядит обеспокоенным и никуда не торопится, то значит что… И Мира внимательно уставилась на Бальмидта-старшего: — Всё с вами в порядке? Планета цела? Бомба… Я успела? Зург убежал? — Девушка скорее уточняла, чем спрашивала, но в её глазах читалась тревога и решимость узнать положение дел немедля. Гилберт закивал, он понял что девушка только этих вопросов и ждала и вряд ли захочет слушать и слышать что-то другое именно сейчас. Поэтому и поспешил с ответом: — Да, мы убежали. Дед Морозко… тоже пытался остановить бомбу. Он тебя и заметил, принес сюда, в свои владения… а этот рогатый… ксе, после такой метели вряд ли остался на орбите. Тем более кто-то вызвал ваших. И я даже догадываюсь кто… Ты-то сама как? Коммандер звонил пока ты была без сознания. Морозко разрешил тебя забрать. — А как же вы? Что будет с вами? Вы же… — девушке стало неловко и она скорей от нервного напряжения вновь прилегла на кровать. — Правильно, полежи, — кивнул Гилберт, поправляя одеяло. — Нас дедушка не пускает. Всё-таки он уже местное божество и Альянс присылал ему приглашение. Будут переговоры… Не знаю… Но как по мне уж лучше у ваших, чем у этого страхолюдины. «Тем более мы там долго не задержимся, раз малой англосакс чистосердечное настрочил!» — Прусс было обрадовался, но тут же сник. — «Не… Это только Ваньку оправдает, а я черномага чуть не прирезал, с меня другой спрос. Хмм…» А слушай, чё мне светит? Вот навскидку, какой срок мне можно дать? Только это, прошу учесть, чё я к рогатому не по своей воле полетел. Меня людоеды из трущоб зажимали, шашлык хотели сделать, а я «удирал…» ксе… совершал тактическое отступление. А тут тот синий, на авто. Прыгай — говорит, мол у них Ванька тоскует, я ему нужен. И любители прусских шашлыков снизу подбирались. Ну я и запрыгнул. Так что тут моей вины нет. Вот англичанина я пырнул, виноват. Сам не рад, чё пырнул. И не понял из-за чего. «Щас-то знаю из-за чего, чтоб его зелье стремное. И не расскажешь никому, обещали же малому. И ей тем более на дашь проверить свою память…» — Гилберт не без сожаления вздохнул и представил вдруг на миг, как девичьи пальчики касаются его головы… Такие тонкие, изящные, с аккуратным маникюром, и касаются его шевелюры… взлохмаченной и грязной! Прусса аж в жар бросило от подобного святотатства. Нет, не пристало ручкам сей героини грязные прусские патлы перебирать. — «Черт, не о том думаю!» — Гил мотнул головой. — Извини. Неприятные мысли. В общем, из-за него мне и пришлось сваливать с планеты Столицы. А дальше… ты знаешь. Кстати как, тех людоедов поймали? — — Удивительно, но сэр Керкленд отказался выдвигать в твою сторону обвинения в покушении, — удивленно пожала Мира плечами, будто и сама не могла поверить почему англичанин отказался от обвинений к старшему немцу: — Сказал, что у вас случилась потасовка, не более, потом он упал и ничего не помнит, но предположил, что мог сам схватиться и потом упасть на тот нож. Уверял, что ты мог кинуться на другого максимум с кулаками, но без ножа. Так как на безоружных ты не нападаешь в принципе. Ну и предположил, что у тебя было небольшое помешательство, как у Ивана, и в целом ты был не виноват. Вы же как-то там связанны… по его словам… А что насчёт срока… Смотря как это интерпретировать. Ты ведь сбежал к Зургу. Но по твоим словам… — тут Мира пожалела что не включила запись, но ведь… это не допрос? Но имеет ли она право его допрашивать, ведь сейчас он находится на «свободной» планете, где хозяин — еще не вступивший в Альянс божок с Планеты-Столицы. Да и примут ли такое доказательство, без разрешения и соответствующих бумаг? А ведь могут не принять. — Слушай… извини, я сейчас поняла что. мне бы записать твои слова, но я не знаю… — обычно спокойная девушка начала волноваться, понимая что она совершила несколько ошибок в своей работе. Ошибки вышли не специально, но… Клять, как же это раздражало! — Ты хочешь меня допросить? И записать мои слова? — Гил и сам понимал важность этой процедуры и наличие на неё всяческих полномочий и бумаг. — Но… нужно спросить у Вайнахтсмана… то есть у Мороза. Спросить? — И тут его взгляд потеплел и Гилберт улыбнулся: — Не бойся, не сбегу. Уж лучше у злого Морозко, чем у злого Зурга. Дедок хоть морозит, но не до смерти, не то что у этого рогатого чертилы. Да и отработать у Морозко вполне реально, старательных он любит. Но сейчас-то… он к нам с братом вроде… потеплел? Так что мне даже легче будет, если спрошу у него лично я. А то за-ради Ваньки — он разрешит не глядя. — — Спроси… — кивнула девушка. — Всё равно допрашивать тебя и Ивана надо. И как можно скорее. А как это сделаешь без разрешения, если ваш Морозко — не в Альянсе? Даже из-за такой мелочи могут мой отчет в суде не принять. Подпорчу и вам и себе дело, — девушка слегка понурилась. — М-да, ситуевина. Эти ваши бюрократы… — Гил недовольно фыркнул. — Хз, согласится ли Морозко на Альянс. Он же типа древний бог, они себе на уме. Хотя, после твоего подвига, возможно его удастся уломать. Он мужик не глупый, должен был понять чё да как. А вообще, знаешь… — Гилберт задумался на миг, собираясь с мыслями. — Я ж сбежал от рогатой образины. Не без помощи Ванькиного деда, но по своей воле. Именно я сидел за рулём, когда мы драпали. Это кто хочешь докажет — хоть Ванька с дедом, хоть черный ящик той колымаги, на которой мы свалили. За это будут послабления, не? А учту, если вспомнить, чё ранее в Торговом Мире меня сожрать хотели и я тупо спасался бегством? Я ещё до кучи могу сам сдаться. Меня Морозко насильно тат держать не станет. Это Ваньку может не отпустить, а я свободный, куда хочу — пойду. Ксе! — Я надеюсь… — Мира со вздохом попыталась ободряюще улыбнуться, но вышло так себе. — Разве что ты сам сбежал — могут во внимание и принять. Но я хочу сказать, о, Великий, — смутилась девушка, отводя глаза, а её щёки начали предательски полыхать, но она сердито мотнула головой — не время сейчас! — Все наши усердия по поводу вас и Ивана — могут пропасть в черную дыру, даже если мы забудем спросить Морозко, а он вроде бы будет не против — нужно именно зафиксировать этот факт для суда что он вас… тебя отпускает для суда, а не для того чтобы подтвердить что он захотел войти в Альянс. И… он же меня отпустит с планеты или я теперь его пленница? — Встрепенувшись, Мира хотела было встать, и обеспокоенно оглядываться: — Где моя перчатка? Надо позвонить коммандеру Небуле! Рассказать что я… — — Тише, тише, не волнуйся так. — Гил мягко взял ее за плечи, уложил назад и… тут же одернул руки и отвернулся, пряча вспыхнувшую красным физиономию. — Все норм. Звонил твой начальник, Мороз обещался ему отдать тебя, если ваши заберут с планету обезвреженную тобой ракету. А перчатка… вот. — Протянул чужую вещь хозяйке, стараясь не смотреть на нее, а то лицо и без того горело от смущения. «Ты рыцарь, блин, или кто?! Возьми себя в руки, дибил!» — Вдруг разозлился он на себя. — «Выйти… подышать свежим воздухом…» — Он поднялся, и почти ринулся к двери, но не решился оставлять и без того растерянную девушку одну, без причины. — Мира… Тебе не хочется пить? Или есть? Я схожу, принесу… Надо? — — Попить?.. — Мира задумалась на миг и кивнула, только сейчас почувствовав сильную жажду. — Да. Неплохо бы попить… Спасибо. — — Не за что! Я щас! — Гил с превеликим облегчением выскочил из комнаты и ломанулся вниз. Но на первом этаже он застал лишь Наталью. — А где? — — Ваня мелочь аглицкую успокаивает… — Сердито фыркнула белоруска. — А ты чего свой пост покинул? — И присмотревшись к необычно румяному лицу прусса, нахмурилась ещё больше. — Это что такое? Чего такой красный, как рак варёный? Выпивки тут нет… Ах ты ж, охальник! — Уперев руки в боки, двинулась на парня. — Ты чё такое у себя в голове воображаешь что так полыхаешь? Оставила тебя ненадолго у девицы одного, ан ты уже раскраснелся весь! Рыцарь, блин! — — Чё? — Искренне ахренел Гил. — Ты чё? Я… я ниче такого! Я в жизни ниче такого!.. Никогда!.. Хочешь, поклянусь перед богом честью рыцаря! — — Валяй. Один бог тут как раз имеется! — Наталья открыла окно и гаркнула в него. — Деда! Тут перед тобой поклясться хотят, что не удумали непотребного на спасительницу нашу! — — Хо-хо, да? — Вьюга проскользнула в дом и, покрутившись чутка вокруг побледневшего Гила, упорхнула назад на улицу, бросив напоследок. — Чист он! Чист, аки родниковая водица, внученька! — — Чист?.. — Задумчиво протянула Наташа, закрывая окно. — А чего тогда красный?.. Был… — Глянула на прусса чуть виновато и спросила по делу: — Так чего спустился? — — Мира пить просит… — Обиженно буркнул Гил, в очередной раз прижимаясь к печке. — «Бля, точно сдамся рейнджерам! ТОЧНО! А то замерзну тут нахрен! А так Мира…» — Представил полный уважения и одобрения взгляд тангеанки и щеки снова заалели. — Опять как рак! — Всплеснула руками Наташа, но тут же внутренне усмехнулась. Так этот язва походил сейчас на школьника после первого в своей жизни фильма о романтике. — И ничего я не… — вспыхнул было Гил уже по другому поводу. — Никогда женщины места в моей голове не находили! — Гаркнул он, ощетинившись, и тут же понял что орать на Наталью как-то некрасиво. Пусть даже она и язвила уже ему. — Извини… — буркнул старший немец, пряча глаза, и виновато уставившись в пол. — Сама знаешь — войной да дурными завоеваниями моя бйная головушка была занята. Не до любви мне было. Я и Людвига не особо хотел нянькам отдавать — занянчат пацана, кому он такой нужен будет! Тоже… хотел мужчиной вырастить, чтобы ничего не боялся. Да видно потому он неласков совсем, он и с девушками не знает о чем говорить: перегнул я палку в мужском воспитании. — Помолчал и ответил Наташе о чем она спрашивает: — Не знаю почему краснею, просто мысли у меня как на неё смотрю — она крутая как я, смелая как я, сообразительная как я, в общем — не чета обычным женщинам, потому и смотрю на неё и любуюсь ею как… — Воодушевленный Гилберт резко замолчал и вновь потупился и продолжил злиться на непонятно что: — Это недостойно настоящего мужчины, я не должен о ней так… вдохновенно думать! То есть… Я ей конечно восхищаюсь, но… думать так не должен! — И зажмурив, глаза, с силой сжал кулаки и стиснул зубы: — «Так, не сметь думать о ней ничего неподобающего! Она — будущая королева другой планеты! И другой расы! Так что тебе, задире и бывшему воителю с ней ничего не светит!» — и на свои же мысли коротко рявкнул что-то невразумительное, быстро выдохнул и произнес: — Всё, больше не будет такого, благодарю, фройляйн Наталья за условный подзатыльник, мне это прекрасно помогло, данке шён! — изобразил Гил учтивый поклон. — А теперь мне надо отнести Мире воды, она пить очень просила. — — Ну раз просила, вот стакан, вот вода в самоваре остывшая, бери. А то может ей чаю? — — Нет, лучше отнесу простую воду, — деловито ответил старший немец, беря стакан, подставляя под кран самовара и одновременно отворачивая его. И под звук льющейся воды, пояснил: — Всё же она может не пить чай, да и сейчас сильно горячее может ей нельзя… Спа… — на миг запнувшись, старший брат вдруг вспомнил другое слово: — Благодарствую, Наталья, и вам, Морозко. И простите, если что не так сказал. Но мне нужно к Мире. — И слегка поклонившись, спокойно поднялся наверх, словно только что не раздражался перед сестрой своего друга и местным божком. А там уже продолжил общаться с предметом своего восхищения намного спокойней. В самом деле, будущей королевой другой планеты ему можно было восхищаться лишь как личностью — так прусс решил для себя. И именно эту мысль вдалбливал в свою голову все то время, пока рассказывал Мире о своих похождениях в плену и ловком побеге оттуда. А чтоб хоть как-то унять странное чувство тоски, не пойми откуда взявшееся, пообещал себе: «Я буду ее личным рыцарем! Клянусь всегда поддерживать ее и быть ей подмогой и опорой!.. если не угожу в каталажку…» — Гил мысленно вздохнул. Неприятное чувство не исчезло, увы, но хотя бы ослабло. Зато окрепло его решение всё-таки сдаться на милость рейнджеров. Авось и его пронесёт, как когда-то — английское дитятко.

***

Огромное оружие массового поражения торчало из земли близ пограничной зоны Джо Эдовских вечных ледников. И льдом же оно было и укрыто — вечным, которым Морозко впопыхах покрывал неведомую ему опасность, дабы обезопасить свои владения. Потому-то рейнджеры пока не могли приступить к ликвидации сего нежеланного объекта и приходилось ждать нового хозяина планеты. Коммандер Небула в очередной раз постучал по странному льду, подивившись про себя его прочности. Минутой ранее он успел уже проверить краешек прозрачного саркофага, включив лазер в режим оттаивания. Но льду было хоть бы хны. «Хмм…» — Задумался старый вояка. Многое он повидал, и встречались ему существа с разными способностями. Взять того же курсанта Плазмо Пульсара — целиком состоявшего из чистейшей плазмы или Гравитину — хозяйку массы и всего ее притяжения. — «Теперь ледяной владыка свалился, как комета на голову…» — — Правильно — как снег на голову! — Хохотнули будто из ниоткуда и перед коммандером возник новый местный хозяин. — Приветствую вас, гость… Или вернее сказать — воевода? — Мороз слегка поклонился. — Извиняйте за ожидание. Мне эти вашинские парлан…мин…мен…теры… Тьфу, что за слово такое! Переговорщики, вот! Обещались притащить кучу дока… челобитных… бумажек важных, мол — читайте, уважаемый Морозко, изучайте! А мне эти челобитные зачем? Чай я — бог, а не царек какой-то. Мне не до таких глупостей! Мне за погодой следить теперича, да утомленные земли на покой снегом укрывать! Мне ещё эту гадость, что на мою голову свалил ваш главный душегубец, девать куда-то! — Морозко зло сплюнул в сторону замороженного орудия. — Я ее еле отклонил от обширных угодий поближе к вечным снегам. Думал — всяко меньше жертв будет. В снегах тута никто ж не живёт. А она не взорвалася вовсе. Спасибо вашей синей девице. Я ее туточки неподалеку и нашел ее, и к Ваньке с Натусей в хоромы снёс. Вы за ней приедете? Но то опосля. Сначала заберите эту гадость! — Снова сплюнул в сторону оружия. — Пакостная вещь какая! Колдунства не чую, но смертью от этого несет, аж издалека чую! — — И вам здравия желаю, — до чего ожидание хозяина этой планеты было запланированным, а ведь Небула чуть не подскочил от испуга. Но внезапный холод, мороз — и коммандер ограничился лишь быстрым поворотом головы и учащенным сердцебиением. Но тут же поняв — кто перед ним, коммандер мысленно себя одернул: — «Чего боишься? Они сами нас позвали, да и я вижу что ситуация этого стоила. Переговоры потом, надо выяснить обстановку. Но в начале — поздороваться». — И слегка склонившись перед Морозко, Небула с тревогой спросил: — Понимаю. Но бумаги для подписания важны, иначе это дело никак не сдвинется с места. Но, прошу прощения и извиняюсь за вторжение своих ребят и самого себя — вы или ваши жители позвали нас ради защиты? Позвольте уточнить, препятствий моим рейнджерам не будет? И позвольте спросить… Рейнджер Мира Нова? Что с ней? Она жива? — — Жива, девица ваша, дюже храбрая. Ослабла только. Полеживает сейчас в теплой избе, в опочивальне… кровати то есть. За нею Натуся с Ванюшей приглядывают… О, ну ещё дрыщ прусский. Тот вообще на меня коршуном глядел, когда я бравую девицу эту в избу принес! В охапку сгреб и потащил отогреваться да сил набираться… Кхм… В общем, можете забирать ее, живую и здоровую. А вот Ваньку с его немцем не отдам, ужо извиняйте. Я едва их из полона вызволил. По вашей безжизненной тьме… как его там?.. космос, вроде… летал заради их спасения. На слабого головушкой, но дюже злыдного смертного насмотрелся. Смертный-то он и смертный, однако подюже богов гордый еропыня! — Мороз снова стал злиться на Зурга, отчего по земле застелилась вьюга. — Ан, этот блаженный еще и в мои владения явился! Без спросу и приветствия. Эх, надо было заморозить его, когда был случай… Извиняйте, что оставил его живехоньким. Ан, может и мир стал бы чище без такого… Тьфу! — — Так это вы…? — изумлению коммандера не было предела и он лишь покачал головой. — Однако… А как же вы… Нет, это потом. Вначале — дело. Скажите, я так понимаю — эту ракету Зург пустил? А рейнджер Мира Нова её обезвредила, так? Вам ведь это дурное железо ни к чему… Можно с вашего разрешения мы её уберем? А с Мирой… надо бы посмотреть как она. Тангеянцы немного стойче людей, вопрос в том — что с ней. Вдруг она облучилась или ударилась головой и ей срочно нужен врач. Вы позволите сейчас взглянуть на неё? Медика я с собой взял и возможно придется её положить в капсулу для проверки её состояния… Мира важна не потому что она принцесса, а потому что… она — тангеянка… — в этот миг у коммандера дрогнул голос, но он быстро собрался вновь: — Они очень неохотно шли с нами на контакт, а Лайтер… Впрочем я могу рассказать это по дороге. Железяка подождет, я могу дать команду своим, чтобы они её грузили, они ребятишки шустрые, быстро сделают. — И пройдя пару шагов, оглянулся: — А насчет ваших ребят Брагинского и Бальшмидта… я хотя бы тоже посмотрю как они. Это такое счастье — вырваться от Зурга. Даже не знаю, то ли орден вам давать, то ли ругаться что их не отдаете… — и Небула усмехнулся. — Ну это потом, думаю мы с вами договоримся. Вы всё же в своем праве, а мы с вами ссориться не хотим. Договоримся. — — Грузите, конечно, эту!.. — Морозко с ненавистью глянул на ракету. — Мне сей пакости во владениях даром не нать! А к девице бравой вашей хоть сейчас пожалуйте. Но Ваньку не дам! Это мое главное условие по переговорам вашим, во как! А за девицу не волнуйтесь, жизни ейной ничего не угрожало. Да вы сами сейчас глянете! — И Мороз махнув рукой, поднял вокруг Небулы лютую метелицу. Пара мгновений и глава всех рейнджеров очутился подле Ванькиной избы. — Каково вам мгновенное перемещение? — Довольно хохотнул шкодный божок и покосился на пикающую перчатку Небулы. — Это чтось за невидаль? — Переговорное устройство… Э-э, минуточку, меня потеряли, — и Небула нажал на кнопку: — Да здесь я, отставить панику! У хозяина этой планеты, Морозко. Какой плен, я в порядке! Надо проверить, как там рейнджер Нова, Морозко и вызвался. Да, телепортнулись, еще вопросы? Ну и хорошо. Работайте, Ему эта ракета не нужна, он разрешил её убрать с глаз долой. Буду на связи, если что — так же позову медика или мы прителеп… — поморщившись, коммандер высказался по другому: — Придем так же мгновенно, уже с нашей героиней. Подготовьте на всякий случай капсулу. Задания ясны? Тогда отбой. Фух. — Закрывая крышку, коммандер приложил руку к лицу и тяжко выдохнул: — Ох, Святая Венера, дай мне сил на этих… — и обратился к Морозу: — Прошу прощения, — с каким-то жалобным облегчением начал объяснять ему Небула: — Вы так быстро и внезапно меня переместили что… В следующий раз — прошу хотя бы предупреждайте! Пришлось объяснять… — и уже чуть слышно добавил: — Бестолковщины… — — Ну, какие ж это — бестолковщины? Так быстро спохватились вашего отсутствия! Чего так, волнуются же… Это всяко лучше чем бывало порой, когда исчезнет воевода, аль приключится чегось с ним, а в дружине и рады, что человек сгинул и можно теперича воротить всякое, над мирным людом бесчинствовать. И такое в те времена бывало… Увы… — Морозко покачал головой и поспешил сменить тему. — Сейчас пройдем в хоромы, заберёте вашу девицу и вернётесь назад к дружине. Только… — чуть встрепенулся он, вспомнив что-то. — Минутку обождите здесь, мне Ваню предупредить надо. Вдруг он спать лег. Не в исподнем же ему со сна вас встречать. Минуточку. Я быстро. — Морозко перепорхнул к двери и, едва приоткрыв ее, вьюгой просочился внутрь. И минуты не прошло, как он выпорхнул обратно. — Все, мил человек, добро пожаловать. Ванька ждёт вас! — Правда? — недоверчиво покосился на Морозко воевода. Но на душе потеплело. Значит, зря он на своих накричал. — «Надо бы перед ними извиниться», — мелькнула мысль вскользь. — Хорошо, я подожду… — и спохватился, крикнув вьюге в след: — Пусть Иван и Гилберт не волнуются, я ведь за Мирой! — И задумался. По хорошему — надо было позвать ребят сюда, зачитать этим двоим права, арестовать и на допрос. Конечно без грубостей и с осторожностью — а вдруг их двоих опять накроет? Но… — Но… — вздохнул Небула тихо, в раздумьях говоря сам с собой: — Тогда мы потеряем эту планету… Да и… Может быть удастся договорится о невыезде ребят с неё? Божок вроде понятливый, да и с внуком всё лучше сам справится, чем мы. — И почувствовав холод на щеках, благодарно кивнул: — Спасибо. Жаль, что с утра поднимаю, им бы сейчас выспаться. — Вдруг дверь в избу сама открылась, а ветер будто подтолкнул коммандера в терем: — Можно? Спасибо… Здравия желаю, сэр Брагинский и мисс Арловская, — прикрыв за собой дверь в сенях, Небула вошел в комнату и увидев сидящего за столом русского и рядом с ним белорусску, коммандер всё же рискнул подойти и пожать Ване руку: — Как ваше самочувствие? Как ваш друг себя чувствует? Вам двоим медпомощь не нужна? — — И вам здравия… — Поднявшийся с места Иван, одной рукой прижал к груди и без того перепуганного жучонка, а вторую протянул-таки гостю. — С самочувствием все хорошо. Устали только… И по родной еде соскучились. Вот… — пожав Небуле руку, он указал на стол, — отъедаемся и… — снова сел за стол, — откармливаем спасеныша. Он, оказывается, редкий сластёна! — Ванька усадил жучонка на край стола, почерпнул ложечкой варенье и подставил ложечку к жучьему рту. — Кушай, милАй! Чего оробел? Все ж нормально было? Гостя испугался? — Жучонок в ответ лишь сжался, испуганно поглядывая на главу рейнджеров. — Вижу, — чуть улыбнулся коммандер и тоже повторил вслед за Иваном: — Ешьте спокойно, уважаемый, вас здесь не обидят. Здесь не наша территория, но и не Зургова. Но здешний хозяин этой планеты никого в обиду не даст. Так что — никого не бойтесь и отдыхайте. И даже я ничего не смогу сделать если вы решите здесь остаться. А уж хозяева вас не выгонят никуда. Пойду я, — козырнул на прощание Небула, — может увидимся ещё, но мне нужно удостовериться что с рейджером Новой все в порядке. За вами двумя приходить, — и Небула кивнул на Мороза, — пока что не имею права. Да и потом — тоже. Суровый у вас дед, внуков своих никому не отдаст! Но может быть… после всех этих дел… Договоримся? Надеюсь на вашу гражданскую совесть и что не сбежите от меня. Может какие послабления вам будут… — — Угу… — Ванька виновато понурился. Уж уезжать куда-то он хотел меньше всего. Не после долгого отсутствия. Захотелось спросить — «А разве я виновен, Федька ж во всем сознался?», но русский вовремя прикусил язык. Вдруг воевода ещё не в курсе признания янки, начнутся потом подозрения — «Откуда вы узнали о признании? Джонс при вас его отсылал?». — — Там две комнаты… — Ваня всё же встал из-за стола, желая проводить гостя: — Наверху две комнаты. Я провожу вас в нужную, а то… у меня постель смятая. Некрасиво… Пойдёмте… — и обернулся к спустившейся сестре. — Натусь, присмотри за спасенышем. — — Присмотрю… Здравствуйте! — Кивнула Наталья Небуле и необычайно ласково улыбнулась жучонку: — Тем, кто не побоялся помочь братику с побегом, от меня самый радушный прием! А ты… — вновь повернулась к брату, а в глазах полыхнули задорные огоньки, — проводи гостя, да дверью не ошибись. — Угу… — Кивнул ей Ванька и направился на второй этаж. Но чем выше он поднимался, тем сильней напрягался. А, поднявшись, и вовсе застопорился: — Эм… Простите… — Обратился он к Небуле. — Я малость… Запутался. Спросонья был и не вспомню — где была моя комната… Точно! Аха! — Обрадовался Ваня, да как гаркнул. — Гил! Ты где есть?! Послышался топот… и почему-то из обеих комнат. Затем одна из дверей открылась и оттуда выглянул злой прусс. — Какого?! Чего горланишь, когда там спасительница отдыхает! — Гневно прошипел он. — Чего тебе надо от?.. — и только сейчас заметив главу рейнджеров, Гил подвис на секунду, но потом взял себя в руки. — Приветствую вас. Вы за?.. — снова всунулся назад в комнату. — Там ваш начальник… Главнокомандующий. Лично за вами пришел. Да лежи ты, чего вскакиваешь? Вредно это. — А потом и вовсе прикрыв дверь исчез: Он — мужик не тупой, поймет, — донеслось из глубины комнаты. — Это ж не рогатая образина, чтоб обессиленного перед собой стоя держать. Чтоб он на свой шлем сел спросонья, паскуда!.. Простите, фройляйн… Дай хоть сесть помогу, подушку под спину подоткну. Нисколько не сомневаюсь в твоей стойкости, просто… мне рыцарский кодекс не позволяет стоять в стороне… Все! — Внезапно появишись перед гостями, Гил раскрыл дверь настежь и обратился к Небуле: — Приветствую вас ещё раз. — Немец пожал протянутую руку коммандера и отошёл в сторону. — Принимайте вашу воительницу, — донеслось до Небулы с искренним восхищением, а потом послышались торопливые шаги: Гил вышел из комнаты, зная что лучше командиру побыть со своей подчиненной одной. Следом послышалось обидное: — Ай, Гилушка! Ну чего ты? Мне тоже интересно! А вдруг воевода что попросит, а я — тут как тут! — но дверь тут же закрылась и коммандер всё последующее слышал не очень отчетливо. Но мы воспользуемся своим правом зрителя и пойдем за парнями следом. — Нужен ты им сейчас — проворчал консервативный немец, таща к лестнице русского за руку, который (странное дело!) практически не сопротивлялся. — Понадобишься — позовут. Хочешь — посиди со мной. Или иди вниз, понянькай спасителя нашего. Ну Вань, ты как дитя, — увидев что Ваня слегка понурился и, поняв что всё же нужно "этому дитю великовозрастному" объяснения, Гил продолжил: - Всё-таки ты для них пока чужой и немножко лишний. Хоть и хозяин здесь, но у них свой круг общения, у нас - свой. Ну всё-таки армия и гражданские… — А-а-а~… — протянул понятливый Ваня. — Тогда ты прав. Спущусь, проведаю как там Райвис Второй. Только зови меня, если им помощь нужна будет. У тебя уши чуткие, а я могу отвлечься, не услышать. — Гил молча кивнул, немного постоял на лестнице между этажами, к чему-то прислушиваясь, а потом и вовсе вновь спустился на первый этаж и уселся за стол с задумчивым видом. — Эх, Гилушка, чтось понурился? — Ванька присел рядом и приобнял друга. — Не хочется отпускать подругу?.. — — Не, — мотнул головой прусс. — Я, это… Рейнджерам сдаться собираюсь. — — Зачем?! — Иван тут же испуганно обнял друга, не желая отдавать никому, а уж тем более — отпускать. Но Гил перенес обнимашки стойко. — Ну, не вечно же мне тут ныкаться. Сам подумай. А так я сдамся… — Гил вздохнул. — Мира сказала, что мне ничего серьезного не светит, особенно если я добровольно им сдамся. — — Бросаешь меня… — Иван тоже вздохнул тяжко, от огорчения. — Прямо сейчас уедешь? — Гил молча кивнул. Чего уж тянуть, если решился. — Пущай езжает! — Хмыкнула Наталья, заходя в дом с улицы. — Вынесла я еду, Вань. На морозе там не испортится. Холодильник надо бы… И домой с дедушкой слетала, все птенцы целехоньки, никто не пострадал. А к тебе, белобрысый, гость явился. Не хочешь с ним общаться — езжай, не пожалей потом. — — Какой гость?..- Удивился Гил, но один лишь взгляд на хитрющую моську младшей славянки, и у него защемило сердце. — Людвиг? — — Он самый. — Кивнула Наталья. — Прибыл со следователем что Ваничкино дело ведет. Так что можешь и с братом пообщаться, а после следаку тому сдаться. Впрочем, дело твое… — Пожала она плечами. — Хорошо… Если брат… Я… я задержусь! Только… главе рейнджеров сообщу… Добровольная сдача же! Послабления! — Гил ломанулся наверх. И через минуту наверху раздался осторожный стук в дверь, вежливость и любовь к дисциплине и манерам у старшего немца было не отнять. — С Людочкой и я бы пообщался! — Ванька с круглыми глазищами подорвался с места и рванул было на улицу, но был перехвачен сестрой. — Куды?! — Возмутилась она, обнимая брата. — Натусь, там Людочка! — Взмолился Ванька. — А у дедушки переговоры на носу! — Нахмурилась беларуска. — Альянсовские зашевелились. Куй железо, пока горячо, вот и зашевелились после ракеты. Думают, деда посговорчивей будет. — Усмехнулась и прижалась к брату. — Никуда твой Людвиг не уедет, пока с обоими не поговорит. А уж до или после переговоров, ему не важно. Так что подготовься лучше к переговорам, агась? — — Но деда же все равно понесет Гила к нам домой! Я с ним хочу! На минутку! Обнять братца названного, птенчиков увидать и сразу назад, готовиться! — Ванька захлюпал носом и сестра сдалась. — Лети! Но воротись назад, на переговоры. Дедушку одного оставлять на них нельзя. Он — древний божок, в политических делах не смыслящий. Ему советчики нужны. А две головы ему в помощь лучше чем одна! — — Агась! — Ванька птицей взвился по лестнице, протопал вглубь к комнатам… и тут же вернулся, опершись о перила. — Очкастенького младшенького и неразумного гостя не пужай и не обижай. Сбежит, в сугробе занычется, окоченеет… Негоже грех на душу брать, неразумного отрока губить. И младшего строгого гостя тоже потом не кори, он ведь исправляется!.. — Наказал он сестре и снова убежал в глубь второго этажа. — Больно охота! — Фыркнула беларуска, но беззлобно. Смысл ей пугать что Людвига, что эту мелочь очкастую, тем более что янки сам себя наказал и теперь страдает. Такого бедолагу лишь пожалеть можно и посочувствовать его братцам. Особенно умнице Уильямсу. А еще Баззу Лайтеру. Тот ведь, с рассказов Ваньки, к парню со всей душой, ан вон как все вышло… Чисто по человечески жаль мужика было, хороший же. — «За что ему такое…» Да уж… За что? Лайтер и сам задался сим вопросом после прочтения чистосердечного от ученика… бывшего! Точно бывшего! И последнего! Так решил для себя растоптанный морально человек, безэмоционально пялясь в потолок больничной палаты.