2
5 июня 2016 г., 06:52
Это был последний разговор между молодыми людьми.
Орто стал избегать омегу, боясь снова увидеть в его глазах любовь и надежду, и... прощение. Потому что мужчина знал, что Фай простил ему измену. И от этого Орто ненавидел сам себя.
Их любви не суждено сбыться. Ни один маг или мудрец не давали ответа, что делать супругам. Никто не знал, как им помочь. Иметь любовника, с которым больше совместимость? Да, Орто сможет. Но он не переживет, если его милого и хрупкого мальчика будет любить другой. Он не хотел даже представлять, как его омега будет стонать и выгибаться под другим мужчиной.
Эгоист! Он знал это прекрасно. Но не мог допустить, чтобы Фай полюбил кого-то другого. Но что он мог сделать? Омеге в самом расцвете сил хотелось, конечно же, познать плотские удовольствия, а если он влюблен, то это нормально вдвойне, желать познать прикосновения возлюбленного. Орто верил, что Фай любит его, и он любил его не меньше. И хотел его так сильно, что сдерживаться с каждой встречей становилось все труднее.
Сегодня, спустя два дня после разговора, они столкнулись случайно в коридоре. Фай, поклонившись королю, отвел взгляд. Смотреть на мужа не хватало смелости, особенно когда нечем было порадовать.
— Фай, — позвал мужчина, протянув руку, коснулся щеки омеги, требуя посмотреть на него.
Но альфа забыл, что сегодня не надел перчатки.
Первую секунду все было нормально, но от места касания по щеке омеги стремительно начала расходиться черная паутинка, жилки которой тут же наполнялись голубым сиянием. Кончик пальца Орто начало покалывать, и он стал чернеть...
Охнув, Фай отстранился, прикрыв щеку ладонью и испуганно посмотрев на альфу.
— Прости, — прошептал тот, сжав руку в кулак. Покалывание в пальце спустя миг утихло.
Они несовместимы, даже малейшее прикосновение причиняет нестерпимую боль.
Поджав губы, мужчина шагнул прочь от супруга, не в силах смотреть на него. Слишком тяжело им быть вместе. Стоит подумать об аннулировании брака.
Фай расстроенно смотрел вслед мужу. Остановить его он не мог. Да и какой смысл?! С каждой встречей они становятся лишь дальше друг от друга.
— Прости меня, Орто! — прошептал он, отнимая руку от лица, где уже не осталось и следа от прикосновения мужчины. — Возможно, ты и прав. Нам остается только смотреть друг на друга издалека, чтобы любовь не превратилась в ненависть.
— Я говорил, решения нет. Забудь! — остановившись и оглянувшись, отозвался он.
— Есть один, — уставившись в пол, проговорил Фай, зная, что этот способ единственный, и пусть он позволит им быть вместе, но они перестанут быть супругами, если воспользуются им.
— Отказаться от своей силы? — уточнил Орто, уже наслышанный об этом способе. — Я король и не имею права этого делать. Ты откажешься от своей стихии, своей сущности?! Но тогда нам все равно не быть вместе. Ведь тогда ты станешь простым человеком, а не принцем Стихии. Наш брак автоматически аннулируется.
Сказав то, что и так знал Фай, Орто ускорил шаг, стремительно отдаляясь от омеги. Потому он не видел, как по щеке последнего покатилась слеза, отсвечивающая множеством оттенков голубого.
— Я все равно люблю тебя! — тихо всхлипнул Фай. Поднял руку, прикрыл глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.
Стражник, что сопровождал его, окинул юношу печальным взором. Помочь паре было не в его силах.
В этот же момент в лучах солнца, струящихся из окна, сверкнуло розовое платье, и перед будущим королем предстал в поклоне стройный рыжеволосый омега с родинкой под правым глазом.
— Ваша милость, — приятным голосом пропел он, приседая.
— Что? — спросил Фай, беря себя в руки и гордо выпрямляясь, сложив руки на животе в замок. Фай нахмурился, видя перед собой того, кого без страха перед болью мог обнимать его супруг. Он ревновал и завидовал.
— Не злитесь на меня, прошу, — мягко и примирительно улыбнулся Даоли. — Я понимаю ваши страдания.
— Неужели? — вскинул брови Фай.
— Вы ведь уже знаете?! — скорее утвердительно прошептал Даоли, имея в виду свою связь с королем. Фай лишь коротко кивнул. — Думаю, вы мне не поверите, если скажу, что не рад этой связи, — продолжил Даоли. — Но воля короля — догмат веры.
— Чего ты хочешь? — перебил омегу Фай.
— Помочь вам, — встрепенулся молодой человек, подмигнув юноше. Фай поджал губы, надежда тут же всколыхнулась с новой силой.
— Говори, — как можно спокойнее попросил он.
— Вот, — протянул в руке сложенный вдвое листок Даоли. — Я верю, что этот человек сможет помочь вам. Я знаю, каково это, не иметь возможности прикоснуться к своему возлюбленному.
С этими словами Даоли поклонился и быстро ушел. А Фай с сильно забившемся сердцем раскрыл лист бумаги и прочитал три строчки, что были написаны на нем. Имя и место. Ничего более.
— Ты знаешь, где это? — спросил он у стражника, показав ему записку.
Страж кивнул.
— Колдун, которого все кругом боятся. И обращаются к нему в редких случаях. Шаман-топь в двух днях от столицы.
— Проводишь меня? — то ли спросил, то ли приказал Фай.
Стражник снова кивнул.
***
Закат вступал в свои права, украсив болото и скользящий по нему туман в багровые краски. Вар спешился сам и помог спуститься с коня его милости. Фай решил отправиться в путь только вдвоем, он и стражник. Чтобы никто не заподозрил в нем королевского супруга, переоделся в одежду слуг. Орто он ничего не сказал. Потому что сомневался, что супруг в ближайшие дни захочет его видеть, а значит, он может без опасения посетить колдуна и вернуться во дворец. Однако Вар был другого мнения и оставил сообщение, куда и зачем они отправились. Пару раз он замечал пыль на горизонте и полагал, что совсем скоро король и его свита нагонят их. Но захочет ли его величество видеть своего супруга после того, как он практически сбежал?! С другим мужчиной... — Дальше придется идти пешком, — разглядывая узкую тропинку между деревьями и трясиной, сообщил мужчина. — Поспешим, — шагнув вперед, проговорил Фай. — Нет, — останавливая его, рыкнул стражник. — Я иду первым, вы вслед за мной. Ясно? — Ладно, — опешил немного омега, но послушно последовал за альфой, который двинулся по тропинке. Дотянувшись до ближайшего дерева, отломал длинную ветку, чтобы проверять дорогу.***
Орто был в ярости, когда не нашел супруга, и особенно когда узнал, что он покинул столицу с одним из стражей. И скорее всего, понял бы все неправильно, решив, что омега сбежал, если бы не Даоли и подручный Вара. Узнав, что в отчаянии Фай отправился к колдуну с самой отвратительной репутацией, мужчина побледнел. Если колдун и поможет, то запросит невероятно высокую цену за возможность Огню и Воде соприкоснуться. И Орто не сомневался, что Фай выполнит любые условия сумасшедшего колдуна. В кратчайшие сроки был собран отряд, который во главе с королем отправился на «охоту». Мало кто знал, что младший королевский супруг покинул дворец, потому не стоило давать пищу слухам.***
Тропинка и трясина кругом закончились как-то неожиданно. Словно спутники подобрались к обрыву. Вот только перед ними открылась не овраг, а идеально круглая большая поляна. На ней-то и стоял одноэтажный, аккуратный дом, чьи стены оплетал вьюнок и хмель. Земля вокруг дома была обычной равниной, ни намека на топь, только трава кругом и узкая сухая тропинка, ведущая от тропинки болота к дому. — Кажется, пришли, — проговорил Вар, хмуро разглядывая дом. Вокруг было тихо, ни ветра в ветвях деревьев, ни пения птиц, даже листва, казалось, не издавала ни звука. Фай, завороженный красивой картиной, обогнул стражника и ступил на сухую тропинку перед домом. — Есть кто-нибудь? — спросил он достаточно громко, приближаясь к дому. Земля под ногами была вполне реальной, твердой и даже пыль запачкала мокрые от болотной сырости туфли. Вар тенью последовал за принцем, напряженно вслушиваясь и всматриваясь в окружающую обстановку. Даже ему, бывалому солдату, становилось жутко. Дверь дома резко распахнулась, и из темноты к гостям вышло существо с взлохмаченными черными волосами, с тощей фигурой, скрытой под мешковатой заношенной одеждой. И лишь ярко-желтые глаза привлекали внимание. — Ваше величество, — послышался от двери приятный мелодичный голос. — Хотя нет, коронация еще ведь не состоялась. — Здравствуйте! — на всякий случай вежливо проговорил Фай, чувствуя, что его охватывает страх перед незнакомцем. Особенно внушали ужас его глаза, кажущиеся слишком яркими в сгущающихся сумерках. — Входите. Страж пусть тут подождет, — указывая тонкой изящной рукой вглубь дома, посторонился колдун. — Нам предстоит долгий разговор, ваше высочество. — Вы знаете, кто я? Откуда? — не удержался от вопроса Фай, входя в дом, рукой давая Вару знак оставаться снаружи. Когда он оказался в коридоре, дверь захлопнулась за ним, на миг погружая юношу в полную темноту. Но стоило только моргнуть, как перед ним уже не было кромешной тьмы, вместо нее — вполне уютная гостиная. В кресле перед камином, лицом к нему, восседал молодой человек, лет двадцати, не больше. Те же желтые глаза и черные волосы, но на симпатичном лице мягкая улыбка, и одежда вполне опрятная, волосы уже не торчали в стороны, как минуту назад. — Я много чего знаю, — подмигнул колдун. — И знаю, зачем ты здесь. Присаживайся. Фай кивнул и прошел ко второму креслу у камина. Сев, выжидательно уставился на хозяина дома. — Как вас зовут? — спросил он, когда молодой человек и спустя минуту не произнес и слова, а просто рассматривал его. — Скатсер, — произнес колдун. — Не буду ходить вокруг да около, и сразу скажу — помочь твоей беде я могу. При этих словах Скатсера во взгляде Фая вспыхнула надежда, а сердце затрепетало. — Не радуйся раньше времени, — видя это, проговорил Скатсер. — Цена высокая, и прежде чем согласиться, внимательно все обдумай. Фай закивал головой, готовый на все ради объятий возлюбленного. — Что от меня требуется? — воодушевленный, спросил он. Скатерс растянул губы в оскале и, сверкнув глазами, проговорил: — Я дам вам одну ночь, вы сможете слиться воедино, не боясь причинить друг другу боль, от заката до рассвета. Но за это время ты не должен произнести ни слова. Если не сдержишься, то когда взойдет солнце, станешь призраком. Голубые глаза Фая в испуге распахнулись. — Но и это еще не всё. Даже если ты сдержишься, молчание — твоя цена. Если твой альфа хотя бы раз скажет, что любит тебя, и это будет действительно тем, что он чувствует к тебе — вы навсегда станете счастливыми. Если же нет, ты умрешь, даже если не выполнит свою часть договора только твой супруг. Фай, слушая Скатерса, становился лишь бледнее, было очень страшно. Омега не мог с уверенностью сказать, что сможет молчать, оказавшись в объятиях любимого. Но ведь так хотелось хотя бы раз...
