Для полёта мне не нужны крылья

      Казалось, умеренно шагая по коридору, я плыла по искривленным просторам своего иллюзионного мира. Каждый следующий шаг становился медленней предыдущего, эхом отзываясь звонким стуком. Жгучая горечь поселилась в душе, не давая воли эмоциям. Я была зла, очень зла на всё, что окружало меня в этом мире. Даже самое незначимое, не живое, казалось, сыграло свою роль в создании кучи дерьма, в которую мы с таким успехом вляпались. От чего, рождалось желание разнести всё к чертям. Но, вероятно, только всплывающая милая, беззаботная и доверчивая улыбка Симоники не давала мне покоя, заставляя идти вперёд до конца.       И вот в очередной раз чертыхнувшись, я остановилась, с силой сжав кулаки до белизны костяшек. Из-за опущенной головы, я не видела лицо приближавшегося человека, но ритмичный стук сапог и изящность ходьбы выдавали капрала: — Почему ты здесь? — Ходила навестить Симонику. — кратко ответила я, не поднимая голову. — Вот как. — не отводя от меня пристального взгляда произнёс Ривай. И помедлив несколько минут, которые, как мне кажется, длились целую вечность, добавил, — Боишься?       Не ожидая такого вопроса, на который, вероятно, ещё не нашла ответ, немного подумав, я вскинула голову и уверенно сказала: — Нет, — от чего в ответ послышался удивлённый хмык, после которого я продолжила, — тогда, на крыше, вы сказали, что защитите меня, поэтому я не боюсь!       Завершив свою речь, я, как на то хватила уверенности, выдали широкую улыбку, после чего почувствовала на себе крепкие объятия: — Не хочу тебя отдавать, — в пол голоса, в нескольких сантиметрах от моего уха произнёс капрал. От горячего дыхания мена бросило в жар, а от хрипловатого голоса побежали мурашки. Сей час он ничего не скрывал, а да же наоборот, пытался донести до меня свои чувства, которые, похоже, и сам не до конца понимал.       Действительно, испытывать неизвестное — страшно. Ты не понимаешь, что твориться вокруг, с другими, с тобой и внутри тебя… Но не находишь иного выхода, кроме как двигаться по течению, и дать волю неизвестности. — Знаю. — нежно улыбнувшись ответила я, ответно обняв Аккермана. — Я обязательно верну тебя, верь мне. — медленно проговорил брюнет, не выпуская меня из крепкой хватки. — Я верю. — осторожно произнесла я, в то же мгновение ощутив на своих губах жгучий поцелуй. Нет, не такой как тогда вечером: робкий и мимолётный. Этот поцелуй был наполнен неудержимым желанием и страстью, с каждым мгновением становясь всё глубже. И тогда, пожалуй, я осознала и утвердила факт любви к Риваю. «Вот бы это длилось вечно…»       Но у всего есть время. Разорвав поцелуй и прекратив объятия, капрал с тем же нежным голосов произнёс: — Нам ещё многое нужно обсудить. Надеюсь, в этот раз, после выполнения миссии, ты не забудешь зайти в мой кабинет.       И тут меня осенило: « Твою ж налево! Чёрт!.. Ведь с тех пор, когда меня вызывал капрал, я ни разу не выполнила приказ… Пожизни, Ас, пожизни…» Мысленно корила я себя, но в слух выдала лишь многозначно громкое: — Ой!       От чего мой собеседник еле заметно улыбнулся. «Да… похоже я плохо влияю на Ривая, уже две улыбки. Две, Карл, Две!» — с этой мыслью я, поднеся кулачёк к губам, едва слышно хихикнула.       Прошёл день после похищения Диланы. И вот, близился обмен. Благодаря снайперскому навыку Беора, мы выбрали наиболее удобное место для обзора территории и звукопроницаемости. Так что начало положено, остальное же было на мне. « Ну держись, Анел, скоро ты узнаешь, где раки зимуют. Будешь знать, как похищать чужих детей! Я отомщу тебе сполна за Дилану, за Симонику и за свою честь!»