Там, на невидимых дорожках...

Я немного испуганно смотрел на него, просто в глаза цвета неба, держа за рукав. Сегодня я его не отпущу. - Адриян, куда ты пропал? Я хотел прощения попросить. Сказал, не подумав, извини… - Я у Светозара был, - тихий и практически лишённый эмоций голос перебил меня. - Где-то я уже слышал это имя. - Он хочет поговорить с тобой. - Зачем? В ответ я увидел на лице Адрияна столько боли, что, казалось, отдал бы всё, только бы больше она не отражалась в этих глазах. У того лисёнка, чью лапку мы вытащили из капкана, взгляд был сравнительно весёлый. Но всё же, я видел скрытую и очень слабую, почти призрачную надежду. - О Боже, что случилось? – я крепче сжал его руку, боясь даже представить, что могло так напугать парня. - Пошли к нему. Он объяснит тебе. - Что он наговорил тебе? Ты бледный… Может, не стоит идти? - Это всё я виноват. Наговорил, а сдержаться должен был. Будет только хуже, если не придёшь. Иди за мной. Парень, нервно теребя край свитки, двинулся вперёд. Мне приходилось бежать, чтобы поспевать за его большими шагами: что ж он высокий такой? Уже через пять минут мы дошли до нужного дома, и как-то я сразу догадался, что так просто выйти из него мне никто не даст. Домик был стареньким, но не запущенным: он был ухожен, мужская рука чувствовалась во всём. Двор был обнесён низеньким заборчиком, огораживающим территорию лишь формально. Но, как ни странно, никакая живность эту границу не пересекала. Подойдя к калитке, я вдруг увидел чёрного кота. Выбежав из-за угла, он посмотрел на меня совершенно разумным взглядом ярких изумрудных глаз, прищурился, кивая, и быстро забежал в дом. Я даже не успел шагу ступить, как вдруг в дверном проёме показался человек. Одетый в просторные штаны и белую рубашку, он был не намного выше меня. Я тут же узнал седые кустистые брови, надвинутые на терново-чёрные глаза. - День добрый. - И снова здравствуй, - улыбнулся дед так же, как ещё месяц назад там, на раховском вокзале, когда мне так замечательно удалось добраться до Бребои. Счастливая случайность? Нет, не верю. – Заходите. Он зашёл обратно, зная, что я всё равно не смогу уйти, не посмею. Я глянул на Адрияна – на нём лица не было. Открыл калитку, ступил на тропу, и на меня повеяло ветром. Будто бы я не просто зашёл во двор, а переступил границу чего-то намного большего. Тринадцать шагов отделяло меня от порога, и я внимательно смотрел вокруг, запоминая, как если бы я видел всё последний раз. И что-то мне подсказывало, что так и будет. Адриян прошёл вперёд, и я, последний раз взглянув на солнце, зашёл за ним. В комнате было темно, и я на пару долгих мгновений потерял возможность видеть. В нос тут же ударил резкий запах, смешанный из сотен совершенно разных. Когда я открыл глаза, то увидел множество трав, развешанных пучками по стенам небольшой комнаты. Серо-белое с примесью зелёного и жёлтого, красного, синего. Окно, занавешенное небольшой льняной шторкой, через которую всё же видно было ясное голубое небо. Дед, стоящий около стола, выдвинутого почти на середину комнаты. - Хорошо, что ты пришёл, Маркиян, - я немного сузил глаза, отзываясь на своё полное имя, но боялся сказать хоть что-то, все силы пуская на то, чтобы не дрожать от страха. - Как поживаешь? - Отлично. А Вы? - Пока дышу. Кстати, я не представился в первый раз – негоже получилось. Меня зовут Светозар. Так вот о чём хотел спросить тебя… Скажи, как ты отнёсся к тому, что сказал тебе Адриян позавчера? Я взглянул на парня, с поникшей головой стоящего у стены. Что же ждёт меня после его откровения? - Я вспылил, - честно ответил, понимая, что врать бессмысленно. – И не очень поверил. Я запутался. - А что же ты думаешь про это сейчас? Веришь? - Да. Светозар улыбнулся, чёрными глазами изучая меня. - Как думаешь, какова цена этих знаний? - Готов всё забыть, честно. Он засмеялся тихо и тепло, так, что мне самому захотелось улыбнуться. Но вот губы снова сомкнулись в прямую линию, а дед стал серьёзным. - Извини, но ты узнал лишнее. Тот, кто не причастен к тайне, не может её хранить, - внутри всё похолодело от ужаса, когда он тихо спросил: - А что делают в таких случаях? Мои глаза широко распахнулись, а из груди против воли вырвалось едва слышимое протяжное «нет». - Марк, таких людей заставляют хранить тайну. Обычно они навечно замолкают. - Я никому не скажу, честно! – крик вырвался помимо воли, как вдруг на моё плечо легла рука. Адриян. Кровь громко застучала в висках, я перестал понимать. Что… что он собирается делать? Только вот взгляд парня был обращен не на меня. - Светозар, Вы ведь говорили, что есть способ. Пожалуйста… И снова эта невыносимая боль. Что же он так нервничает-то? Я же практически никто ему. - Есть, - кивнул дед нарочно медленно и перевёл взгляд на меня. – Только для этого нужно будет твоё согласие. Даже не так, от тебя требуется выбор. - И какие же у меня варианты? – я не узнавал голоса. - Memento mori, Марк. Или же ты становишься носителем, частью этой тайны. - И как я могу это сделать? - Самый простой - сделать тебя оборотнем, - я дёрнулся и упёрся спиной в грудь Адрияна, всё стоящего на одном месте. - Могу утопить, - продолжил дед, пугая меня всё больше и больше, - могу ведьмаком сделать. - Я согласен! Конечно, безрассудно было соглашаться на неизвестность, но она была намного лучше смерти. Смерти, ожидающей меня и подступившей настолько близко, что я почти мог прикоснуться к ней, почувствовать лезвие косы у себя на горле. - Тебя придётся многому учить, - покачал головой дед. – Но уверен ли ты в своём выборе? Рука, всё ещё лежащая у меня на плече, судорожно сжалась. - Я смогу видеться с мамой, с остальными людьми? - Конечно. Иначе бы нас всех давно открыли, как ни парадоксально. - И что я при этом теряю? - Ты больше не будешь человеком и всё, что ты видишь или слышишь, изменится. - Я согласен. Голос не дрогнул, прозвучав решительно в наступившей тишине. Я ли это сказал? Или что-то помогло мне? Странно было понимать, на что именно я только что согласился. Адриян облегчённо вздохнул, присев на пол и оперевшись о стену. Кажется, ему было дурно. - Тогда начать, пожалуй, придётся с самого главного, - Светозар повернулся ко мне спиной, снимая со стен некоторые пучки, отщипывая от них по несколько травинок. Он подошёл к огню, горящему в печи, и поджег край уже собранного полевого «букета». Он повернулся ко мне, внимательно следящему за его действиями, и поднёс все эти пылающие травы просто к моему лицу. Пара вздохов, и я почувствовал, как взгляд застилает тёмное покрывало, звуки исчезают, земля стремительно убегает из-под ног. Сквозь наступившую тишину прорвалось лишь тихое «Адриян, лови».

Конец первой части.