В объятиях зверя

Мы смотрели на друг друга так несколько мгновений не моргая. Ни я, ни он, не находили слов для продолжения разговора. Его глаза растерянно смотрели в мои, губы застыли на последнем словосочетании, которое так и отдавало эхом в моей голове. - Это и есть твой избранник? – Девушка, нарушив тишину, перевела свой безразличный взгляд на меня. Кален кивнул, резко отвел от меня взгляд и поспешил удалиться. Девушка, грациозной походкой, устремилась за ним. Я проводил их взглядом, так ничего и не сказав. Хотелось услышать объяснений от Калена. Кто эта особа? Какие законы? Правда ли то, что он произнес? Если и так, то я отвечу взаимностью? Ход моих мыслей прервался. Я опустил голову и задумался о вопросе, который задал самому себе. Волк многое для меня сделал, я привязался к нему, я хочу быть с ним рядом, не хочу расставаться. С первого дня как я тут появился, уже почувствовал родившуюся связь между нами, но никак не думал, что она будет настолько серьезной. Я засмеялся. Никогда и ни с кем я не связывался надолго. Никогда. Ни разу за свои годы. Чувства выплескивались наружу искренним и звонким смехом. Я был удивлен новым чувствам. Они были и до этого, просто мастерски прятались в моей душе. Прекратив свой выплеск эмоций, я, с широкой улыбкой на губах, кинулся по коридору, к комнате Калена. Я остановился, когда из комнаты вышла та девушка. Она вновь окинула меня взглядом и обернулось к входу в комнату, обращаясь к в находящемуся в ней оборотню. - Кален, хорошенько подумай, прежде чем делать так, как тебе хочется. - Не указывай мне. – Глухо донеслось из помещения. Она фыркнула и прошла мимо меня, видимо, к выходу. Вздохнув, я сделал несколько шагов, зашел в комнату и присел на кресло, напротив самого волка. Он не смотрел на меня, задумчивый взгляд был отдан пламени в камине. - Кален. – Тихо начал я, тоже смотря на колеблющееся пламя. – Объясни. - Что тебе объяснить? - Всё. - Я снова посмотрел на него, он на меня. Так было несколько мгновений спустя, затем Кален опустил голову и глубоко вздохнул. - Эта девушка, моя сестра. Пришла оповестить о наступлении на наш клан. – Он замолчал. О наступлении? Будет война? Я закусил губу. Чувство вины стерло всю радость, бывшую до этого. Я подверг их опасности. Причем смертельной. - Законы. – Продолжил Кален. – Вожак стаи должен продолжать свой род и руководить стаей одновременно. У нас, оборотней, есть особенность. Мы сразу определяемся с парой и другую, выбрать уже не сможем. Пропадет - будем искать, погибнет - погибнем сами. Я тоже уже выбрал свою пару. Тебя. – Взгляд снова устремился на меня. Едва сдерживая довольную улыбку, я поднялся и подошел к нему. - Говоришь, привязан ко мне на веки вечные? – Он кивнул. Я, наконец, улыбнулся и сел к нему на колени. – Скажи еще раз, то, что сказал той девушке. - Я люблю тебя. – Эти три слова пробежали по моему телу мурашками. Я сидел, улыбался, был доволен. Что-то просыпалось во мне, возможно не очень хорошее. - Я не заставляю тебя, Ранти, но если ты... – Я остановил его, прислонив палец к влажным губам и чуть наклонившись к нему. - Я тоже тебя люблю. – Прошептал ему в ушко, чувствуя, как сильные руки прижали меня к себе. Пусть наше признание и прозвучало глупо, похоже, мы оба были счастливы. *** Вечером, мы с Мироном снова вышли во двор кидались в друг друга снежками, лепили крепости из синеватого снега. Кален снова куда-то ушел, оставив меня на попечительстве оборотня. Я зашипел, он снова попал мне снегом в ушко, я тут же начал вытряхивать его, спрятавшись за ледяной крепостью. Запустив пару снежков в него, я поспешил снова спрятаться от летящих снарядов. Резко наступило затишье, я осторожно выглянул из-за стены. Мирона видно не было, видимо до сих пор сидел за своей стеной. Взяв в руку снежки, я приподнялся и только хотел выйти, как черный волк прыгнул прямо на меня. С испугу я кинул в него снежки и снова спрятался за стенкой, однако он разрушил ее, повалив меня на снег. - Так не честно! – Обиженно надув губки, я поднялся, отряхивая одежду. Мирон расстроенно проскулил, наблюдая за мной. Я усмехнулся, уловил момент, когда он отвлекся и запрыгнул на спину, крепко вцепившись пальцами в его тело. Волк тут же начал прыгать, вертеться вокруг себя, пытаясь меня спихнуть либо цапнуть. Но я во время убирал руку, удерживая равновесие. Мирон сдался и остановился. - Так не честно. – Повторил он мою фразу, только более спокойно и повез в дом. После ужина, я снова был в комнате Калена. Может даже, теперь в нашей комнате. Греть руки у камина было приятно, правда пламя немного жгло мне глаза, и я часто моргал ими. Сюда никто не заходил, Кален не возвращался, даже Мирон и тот пропал. Стало скучно и одиноко. Настроение быстро сползло к нулю, а я прилег на кровати. Шерстяной плед отлично грел, я закутался в него, глядел на дверь и медленно засыпал. В полусонном состоянии, я услышал, как приоткрылась дверь. Открыл глаза, в надежде увидеть Калена, но не было никого. Лишь возле входной двери оставили какой-то маленький мешочек. Недолго думая, я подошел, взял вещицу и закрыл дверь, рассматривая оставленную вещь. Вроде как обычный тканевый мешок с чем-то легким внутри. Сначала я хотел открыть, но подумал, что это может быть адресовано Калену и интересоваться не стал, просто сунул его к себе в карман и вышел из комнаты. Ночью тут тихо, все уже давно спят наверно. Я спустился в гостиную на первом этаже, присел на диван, ожидая чего-то. Сегодня не происходило ничего настолько странного, я никуда не попадал, никто не пытался свернуть мне шею. Как затишье перед бурей. Я посмотрел в окно, за которым поднялась метель. Снег валялся на подоконниках, и его становилось все больше и больше, так как он ползуче поднимался вверх. Входная дверь хлопнула, я быстро выбежал в холл. - Привет котенок. – Кален мило улыбнулся мне, отряхнулся и подошел обняв. – Как ты тут? - Я в порядке, где ты был? – Прижался к его телу. Теплый он, хоть на улице и метели. Провел по моим волосам, почесал за ушком. - Улаживал конфликты с семьей. Они ничего против тебя не сказали. – Он улыбнулся. Не похожи эти слова на правду, но что делать, поверю. Отпустил и направился в комнату, я за ним, нервно виляя хвостом. Он что-то от меня скрывает, я чувствую. Заходим в комнату, он снимает верхнюю одежду, садится на уже заправленную кровать. Наверно дворецкие позаботились, я ведь за собой не убирал. Разжигаю потухший камин, снова любуюсь пламенем. - Кален. – Вытаскиваю из кармана тот самый мешочек, поднимаюсь, чтобы отдать ему, делаю шаг и цепляюсь за край ковра, падая. Мешочек открывается в воздухе, его содержимое падает мне на нос и губы. Морщусь, слизывая с губ. Всего лишь какая-то засохшая трава. Отдал ему мешок, оборотень взволнованно посмотрел на меня. - Что-то не так? - А ты ничего не чувствуешь? Я задумался, вроде нет. Однако через пару секунд понял, что мой разум куда-то стремительно уносит, ноги не держат, на лице сумасшедшая улыбка. Всем ведь известно, что делает с котами валерьянка, пусть, даже если кот, всего наполовину. Не сдержав собственного веса, я упал сверху на волка, повалив его на кровать. Внизу живота потянуло, я простонал. Протяжно и сладостно, принявшись искать губы оборотня своими устами. Он закрыл мне рот ладошкой, я захватил его пальцы, посасывая во рту. - Котенок прекрати, ты же под кайфом. – Нехотя останавливая меня, произнес Кален, убирая руку. Я прижался к нему, начал тереться об его тело, чувствуя, как он меня отпихивает. Ну почему, он же тоже хочет, почему нет? Я настойчиво продолжал тереться, пытаться поцеловать или хотя бы рубашку задрать, но волк сопротивлялся всем моим действиям. Потом и вовсе сел, прижав меня к себе. Довольный, я облизывал открытую шею, целовал ее, оставлял несколько засосов на его коже. Оборотень не выдержал, развел мои ножки в сторону, спустив штаны вместе с бельем. Одна из его рук, сильнее прижала меня к его телу, другая опустилась на возбужденную плоть, поглаживая, затем обхватывая, несильно сжимая от чего я прогнулся и простонал, прикрыв и без того одурманенные глазки. Начал извиваться, когда он задвигал рукой. Толкался в нее, стонал в ритм. Крышу снесло окончательно, глаза застлала белая пелена, удовольствия распирало меня всего. Ласка продолжалась недолго. Я оросил его руку своей спермой. Расслабившись, я улегся на подставленную Каленом подушку и чувствовал лишь гладящие меня прикосновения, погружающие в мир грез. Я заурчал, помогая себе уснуть с блаженной улыбкой на губах.