милости и мимими

— Меня Кирилл зовут, — уверенно ухмыляясь, абсолютно не обижаясь на оскорбление, — привык, наверное, ведь вряд ли я была первой, кто его так назвал, — невозмутимо добавил блондин. Только хмыкнув, будто бы его имя меня совсем не волновало, хотя, признаюсь, это была наглая ложь, я забрала пакеты, и, не кинув на него больше ни единого взгляда, поднялась по лестнице, ища в карманах юбки и кардигана ключи от квартиры, ибо точно не помню, куда их засунула при выходе. — Обычно в ответ говорят своё имя, — не спуская с меня серых глаз, свесив с подоконника ноги, продолжает доёбывать меня Кирилл. Да, блять, он меня зацепил. Да, я матерюсь, когда злая. И да, перспектива уборки с этим придурком, который подставил меня, нихера не радует! — Обычно, нормальные парни конечно, отмазывают девушек от физического труда, — фыркнула я, проклиная чёртовы ключи, которые, судя по всему, я закинула в один из пакетов. — Хотя, ты вряд ли к ним относишься, — ехидно усмехнулась я, продолжая поиски и даже не глядя в сторону сероглазого. — Минут пять назад ты активно презирала стереотипы, — ухмыляясь, что, кажется, было извечным выражением его лица, не растерялся блонди. Его что, вообще ничем не поставишь в ступор?! — Так что, не хочешь — не говори. Меня и Зайка устраивает, — подмигнув мне, спрыгивая с подоконника, и уже спускаясь по лестнице на девятый, он снова, чёрт, даже не дал возразить, теперь уже по поводу идиотского прозвища. — Позже зайду за тобой, — перевесившись через перила так, чтобы видеть меня, добавил Кирилл, и, понимая, что ни от него, ни от приставучей консьержки я не отвяжусь, открыла железную дверь, устало ставя злополучные пакеты на пол. Сходила, блин, в магазин. Ещё меня бесила эта неопределённость — вот когда ему вздумается пойти убирать этот чёртов подъезд? И почему вообще он выбирает время?! Ничего, сам уберёт, а у меня и других дел много.       Высыпав в миску Феликса половину пачки сухого кошачьего корма, я быстро раскидала продукты по полкам холодильника, оставляя только обезжиренный йогурт, удобно усаживаясь на диване и кликая по закладке в браузере ноутбука, готовясь посмотреть серию любимого сериала. Кот улёгся рядом, засыпая минут через десять, пока я полностью погрузилась в атмосферу вместе с любимыми героями, хотя не могла выкинуть из головы Кирилла, не понимая, что меня в нём так зацепило. Он бесил меня, он подставил меня, и, тем не менее, я продолжала думать о нём. Только сейчас я поняла, что мы реально могли больше не встретиться — как и сказал парень, сюда действительно могла переехать не я, а какие-нибудь мои родственники, да и он мог прийти просто к какому-нибудь другу, к знакомому, да к кому угодно, а не к себе домой. Не совсем понимая, почему это меня внезапно так начала волновать наша встреча, особенно учитывая, что ни в судьбу, ни в Бога, ни в прочие «неслучайные случайности» я не верила, я досмотрела серию «Волчонка», и теперь вернулась к разбору одежды, понимая, что половину из неё я не ношу, и носить не буду, а забивать место в новом шкафу ей не хотелось, и теперь я откидывала некоторые вещи в коробку, чтобы после просто выкинуть, ибо ни сил, ни желания идти и отдавать их в приют, или подобное заведение не было, а переезд был шикарным поводом, чтобы они внезапно «потерялись». Настроение, непонятно почему, упало ниже плинтуса, и под грустные треки я уныло стала гладить рубашки, футболки и прочие предметы одежды, параллельно развешивая их по вешалкам, а те, в свою очередь, по шкафам. Спустя два часа я убрала груды вещей лишь на половину, и ещё удивилась тому, что Кирилл либо решил убирать уже ночью, либо же, в чём я очень сомневалась, оставил меня в покое. И действительно — ещё через полчаса блондин стоял возле моей двери, и я сначала хотела просто не открывать, но меня выдавала музыка, играющая почти на всю громкость, а за дверью её точно было слышно. С сожалением убавив Noize MC, я открыла дверь, где, уже улыбаясь во все тридцать два, стоял, явно не испытывая ни вины, ни стыда, Кирилл. — Готова, Зай? — приподняв бровь, усмехнулся парень, осматривая меня с ног до головы, даже не пытаясь скрыть этого. На нём были всё те же джинсы и кеды, но свитшот сменился на чёрную футболку, которая позволяла отметить руки с не резко выступающими венами и браслет-ремешок чёрного цвета на правом запястье. Что же, ещё один странный фетиш — красивые руки. А у этого гада, они, чёрт, были идеальными. — Нет, — поправив слегка задравшуюся чёрную майку, что прекрасно сочеталась с лосинами защитной расцветки, ответила я, будто это было очевидным, на что парень лишь вопросительно уставился на меня, явно желая вставить ещё одну шуточку. — Курил ты, а я вообще не втыкала, что тут происходило. Следовательно, вперёд и с песней, а у меня и без тебя дохера дел, — хмыкнула я, ожидая, чтобы он освободил проход, и я могла эпично закрыть дверь. Слишком многого я ожидала в последнее время, и, кажется, нашёлся тот человек, который начнёт эти ожидания разрушать. — Мы не знали друг друга до этого лета-а, мы болтались по свету, земле и воде, — слишком быстро взяв меня за руку и потащив прочь из квартиры, пропел блондин, а я опять сообразила слишком поздно. Чёрт, это же точно именно он так на меня влияет, и всё равно в его глазах я теперь тормознутая. Зашибись такое первое впечатление. Быстро, кстати, сообразил про песню — мне бы в жизни не пришло в голову. Сначала я хотела вырвать руку и наорать на него, чтобы он просто счёл меня истеричкой и отстал, — ну хоть убейте, не хотелось мне убирать в этом грёбаном подъезде! — но в последний момент решила пойти другим путём. — Кирилл, ну пожа-алуйста, — протянула я, пытаясь состроить глаза кота из Шрека, проводя холодными пальцами по его руке. — Мне правда вообще некогда, — намеренно опуская глаза и понижая голос, закончила я, замечая, что парень легко переплёл наши пальцы, притягивая меня ближе к себе и склоняясь, ибо был выше меня сантиметров на двадцать пять-тридцать, обдавая шею горячим дыханием, отчего у меня по коже побежали мурашки, и я успела пожалеть, что, как планировала изначально, не захлопнула перед ним дверь, в то время как парень прижал меня к себе сильнее, и по телу уже пробежала мелкая дрожь то ли от неожиданности, то ли от реакции на его движения. Хотя я, — что, блин, было для меня совсем не свойственным, — сама же, можно сказать, с ним заигрывала, лишь бы не убирать, теперь уже из принципа, хуев подъезд, и теперь сама же, как девственница перед первым разом, блять...Тем временем блондин провёл кончиками пальцев по позвоночнику, дразня остановившись в районе шеи, заставив неосознанно выгнуться навстречу к нему и почувствовать обжигающие прикосновения даже через тонкую майку. — Не прокатит, — прошептав мне фразу на ухо, усмехнулся тот, всё ещё не отпуская меня, а я только опустила взгляд на носки его кед из-за накатившего смущения. Да кто он, блять, такой, что я веду себя, как полная идиотка?! — Так что, Зай, кофту накинь, и пошли — холодно, — выпуская меня из объятий, если это можно было так назвать, тот снова усмехался — как же меня бесит эта ухмылка! Парень невозмутимо легко подтолкнул меня к двери в квартиру, и я, вне себя от злости, скрылась в ванной, всеми силами пытаясь держать себя в руках и не врезать ему хорошенько, чтобы потом не огрести новых неприятностей. Собрав длинные русые волосы в пучок, с лицом а-ля «я ещё припомню», я вышла, скрываясь в гостиной, чтобы переодеться в свитшот, взяв с тумбочки ножницы, чтобы отрезать нитку, вылезшую из шва оного. Не успев стянуть с себя майку, я вылетела в коридор, ибо это была уже грань моего терпения: — Кис-кис-кис, — довольно громко позвал парень, облокотившись на косяк. Если идиотскую «Зайку» я ещё терпела, то тут хрен ему! Я на ролевые игры не нанималась! — Блять, не кыскай мне тут! — наверное, чересчур громко и с истерическими нотками заорала я, приближаясь к нему, смотря снизу вверх, но, как казалось мне, довольно грозно. — Я кота звал, вообще-то, — пытаясь не заржать, Кирилл кивнул на Феликса, сидящего в конце коридора, переводя взгляд с него на меня и обратно. — Но в следующий раз буду иметь в виду, моя истеричка, — подмигнул тот, слишком снисходительно улыбаясь, будто говорил с какой-то душевнобольной. Да, я и сама хотела добиться того, чтобы он назвал меня истеричкой, но при этом отстал бы, а не продолжал ждать, пока я выйду из квартиры! — А ты выглядишь, как гей! — выпалила я, лишь бы он перестал так на меня смотреть. Как за сутки знакомства человек может вывести настолько сильно?! — Ок-ок, у кого ножницы — тот и прав, — подняв руки, как бы сдаваясь, невозмутимо ответил парень, даже ухом не поведя на оскорбление в сторону ориентации. Хотя, может я его и не оскорбила... Только тогда до меня дошло: ножницы, которыми я собиралась отрезать нитку, я сжимала в руке. Теперь точно примет за психбольную. Психбольную, имени которой он так и не узнал. Больше не в силах терпеть его ещё и в своей квартире, я, назло решая не надевать кофту, схватила с прихожей ключи, закинув ножницы на полку, вышла из квартиры, и парень последовал за мной.

***

      Незаметно для девушки, блондин стащил с прихожей чек от доставки мебели, и пока русоволосая, психуя, что было очень заметно, и что в глубине души умиляло Кирилла, спускалась по лестнице, тот, пробежав глазами по квитанции, наконец нашёл имя и фамилию новой соседки, которая, признаться, начала ему нравиться, причин на что тот не мог понять. Девчонка, которую он знает всего день, уже успела несколько раз послать его, назвать придурком, что выглядело очень смешно, попыталась отмазаться от уборки, дрожа в его объятиях, и под конец назвала геем, хотя парень им не являлся, но слышал это не в первый раз.       На небольшом чеке была только фамилия адресата — ни инициалов, ни, тем более, имени. Парень, заметив что голубоглазая в упор, с негодованием, смотрит на него, подмечая чек, который тот «украл», только облокотился на перила, а вот девушка уже упёрла руки в бока, сто процентов, придумывая очередную реплику, полную сарказма. — Ларина... Ольга, Татьяна? — приподнял тёмную бровь идеальной формы Кирилл, намекая на всем известный роман Пушкина «Евгений Онегин», героини которого являлись однофамилицами его соседки, которая только закатила глаза на слова сероглазого. — Поздравляю, — взмахнув руками, прошипела та, не сводя глаз с блондина. — Ты тысячный человек, сказавший мне эту мега-смешную шутку! — русая уже взяла швабру, которая, к её удивлению, оказалась одна, накидывая на неё тряпку, предварительно отжав ту в ведре с чистой водой, в которой было разбавлено моющее средство. — Так ты не ответила, — намеренно встав максимально близко к Лариной, что теперь их и разделяла как раз только та самая ненавистная швабра, тихо, с огоньком в глазах подметил Кирилл, невольно ещё раз осматривая девушку, отмечая её прекрасную фигуру, ненадолго останавливая взгляд на вырезе майки, что не укрылось от шатенки и заставило ту пожалеть, что она не надела кофту. — Саша, — абсолютно спокойно, что даже немного удивило парня, ответила та, откинув шелковистые волосы назад. — Назовёшь Саней — вылетишь в окно, — кивнув на всё ещё открытую фрамугу, из которой продолжал попадать в подъезд холодный воздух, пропитанный запахом дождя, добавила та, мило улыбнувшись, и, полностью игнорируя парня, начала мыть площадку, возя швабру из стороны в сторону, пока не остановилась, услышав, как блондин театрально фыркнул. — Не умеешь ты, Саня, швабру нормально держать, — серьёзно выдал тот, смотря, как брови девушки сошлись на переносице, но не давая ей сказать ни слова о форме имени, которую, судя по всему, она не любила, когда тот, резко подойдя к ней сзади, положил свои ладони поверх её рук, чем заставил голубоглазую расслабить хватку инструмента и едва заметно напрячься телом, по которому в очередной раз пробежал табун мурашек. — Тогда сам мой своей шваброй, — пробубнила девушка, отходя в угол, складывая руки на груди и обнимая себя, ибо майка совсем не согревала, а ещё этот, как она привыкла называть его в мыслях, идиот, своим поведением вызывает холодок по коже. Чёрт, слишком приятный холодок. — Ноу проблемс, — пожал плечами тот, беря швабру в обе руки, а возмущению Лариной не было предела: зачем вообще было её выбешивать и вытаскивать в холодный подъезд, если нет проблем? Правда уже в следующую минуту шатенка вскрикнула от неожиданности, когда сероглазый одной рукой, пусть и не грубо, а даже наоборот, схватил её за талию, взяв второй под коленку, тем самым заставив девушку одной ногой невольно обнять его за торс, вцепившись руками в плечи, прикрытые чёрной футболкой. — Сиди и не выёбывайся, Зайка, — легко усадив ту на подоконник, где сам же сидел днём, улыбнулся блондин, смотря на растерянно хлопающую глазами Александру, попутно закрывая окно.