О чем молчат сосны

      Люси Коулман спешила домой. Вечеринка у Джейсона затянулась далеко заполночь, но оставаться до утра девушка посчитала лишним. В конце концов, ее дом находился всего в трех кварталах от дома Джейсона, а их городок был достаточно тихим, чтобы не волноваться о таком коротком ночном моционе. Да и отец вряд ли обрадуется ее утреннему приходу — опять начнется ругань, «какой пример ты подаешь сестре?», «неделю из комнаты не выйдешь и никакого интернета», «сколько можно быть такой безответственной», «я в твоем возрасте»… как же бесят эти бесконечные нотации! А так есть шанс незамеченной проскользнуть в свою комнату.       Люси запнулась о чуть выступающий камень мостовой, но, к счастью, не упала, успев схватиться рукой за ближайшую кирпичную стену. Она мысленно поаплодировала своей ловкости и продолжила путь, несколько сбавив темп. Алкогольные пары приятно туманили голову, полная луна, сиявшая на ясном небе, казалась на редкость дружелюбной, любезно заливая своим светом темные участки между уличными фонарями. От деревьев шел неподражаемый аромат молодых, только проклюнувшихся, еще клейких листочков. К этому запаху примешивались запах земли, свежести, и, отчасти, выхлопных газов от проезжей части. Люси улыбнулась, перебирая воспоминания о приятно проведенном вечере и поплотнее запахнула кожаную курточку на груди — в начале апреля по ночам в Северной Калифорнии было еще довольно прохладно.       До дома оставалось минут десять быстрой ходьбы, когда за ее спиной послышались торопливые шаги. Она на мгновенье напряглась, но вскоре расслабилась, опознав в таинственном незнакомце одного из гостей вечеринки. Джейсон к себе кого попало не водит, это было общеизвестно.  — Привет, — произнес парень, догнав ее и зашагав рядом. Его глаза на мгновенье блеснули желтым в свете уличного фонаря. — Не против небольшой компании, Вишенка? — А, это ты, — девушка глянула на идущего рядом человека, окончательно установив, кто он; затем, не сбавляя шага, поправила заколку в виде двух вишенок в своих темных кудрявых волосах. — Не, не против. Мне тут недалеко осталось, — на десяток секунд на них опустилось молчание. Люси заметила, что периодически ее спутник недовольно зыркает куда-то в темноту, но сколько она ни вглядывалась в ту же сторону, ничего не заметила. — Что там? — заинтересовавшись, спросила она.  — Да так, ничего особенного, всего лишь призраки прошлого, — широко улыбнулся ее спутник. Одновременно с его последними словами что-то несколько раз громко ударилось о мусорный бак, мимо которого они проходили. Девушка вздрогнула от неожиданности и вопросительно покосилась на спутника.  — Кошки! — ответил он, показательно закатил глаза и подхватил девушку под руку. — Надо будет потом с ними разобраться, — еще одна широкая улыбка, многообещающий (ничего хорошего) взгляд в темноту. — Чудесный сегодня вечер выдался, а? Хотя скорее уже ночь, ты так не думаешь, Вишенка? Идеальное время для свиданий, ужасное для преступлений. При такой луне кто угодно будет опознан первым же встречным, никакой тебе тайны (тем более что в этом городишке все друг друга знают — или притворяются что знают, неважно). Ну, если не посчастливится кого-нибудь встретить… Она улыбнулась и глубоко вдохнула прохладный ночной воздух. — Да, вечер замечательный. Даже домой не хочется возвращаться… — Ну, тогда как насчет немного прогуляться? — оживился парень. — Скажем, до Тихого озера? — и снова широкая улыбка во весь рот и задорный блеск желтых глаз.       Люси приостановилась, задумавшись. С того места, где они стояли, уже можно было разглядеть ее дом — небольшой двухэтажный коттедж: в крайнем левом окне первого этажа горел свет, значит, отец еще не спит, дожидается ее, чтобы устроить головомойку… а человек рядом не производил впечатления негодяя, и пусть они и были знакомы не слишком долго — это ее шанс завести, наконец, отношения, перестать быть белой вороной… пожалуй, пусть отец подождет еще — возможно ему надоест, и он ляжет спать до того, как она вернется. Портить столь прекрасную весеннюю ночь руганью с родными категорически не хотелось. Да и она уже не маленькая девочка и вполне способна за себя постоять (тем более, что в их городке, кажется, лет сто ничего действительно опасного не случалось), и Тихое озеро расположено практически в черте города, недалеко от места их нынешнего пребывания. Что может пойти не так? Люси в последний раз взглянула в сторону дома и решительно повернулась к ожидавшему ее решения парню. — Идем? Но только до Тихого озера и обратно. И ты меня проводишь, — пройдя мимо парня, она шутливо пихнула его локтем.  — Отличное решение! — догнал он ее, и они легким шагом, снова взявшись за руки, отправились в сторону озера. — Обещаю, эта ночь станет для тебя незабываемой, Вишенка! — Никак не пойму, называя меня Вишенкой, ты заигрываешь или просто не можешь вспомнить моего имени? … … …        Люси Коулман не вернется домой ни к завтраку (что с ней случалось и раньше), ни к обеду, ни к ужину. Ее сходящий с ума от беспокойства отец организует поиски, подняв на ноги местную полицию и собрав отряд добровольцев. Но поиски принесут результат лишь к вечеру третьего дня. Она найдется в северной части лесного массива, окружающего Тихое озеро: в неглубокой яме меж корней высокой и пышной сосны, заваленная сухими рыжими иголками, прошлогодними листьями, скрытая ветвями растущего неподалеку кустарника. Лесные звери уже успеют начать обгладывать ее пальцы и лицо — отсутствующие щеки обнажат зубы в зловещей ухмылке. В пустых глазницах закопошатся только что вылупившиеся личинки мух, как и в многочисленных ножевых ранениях, сквозь которые будут проглядывать внутренние органы. На теле причудливыми узорами расцветут трупные пятна. На обоих ладонях обнаружат вырезанные треугольники, а посередине лба — символ всевидящего ока.       С этого момента жизнь в их маленьком тихом городке перестанет быть тихой.