Шутка?

Рекомендуется включить: Undertale OST: — Nyeh Heh Heh! Уже прошел час, как Санс и Папирус ушли, оставив девушку одну ломать голову над головоломками, в коих она никогда сильна не была. Постоянные крестики да нолики, кнопки да переключатели, из-за всего этого голова Фриск медленно начинала походить на железную, и девушка, и без того не слабо уставшая, теперь чувствовала себя окончательно вымотанной. Но ничего. Справимся. Одна головоломка, две, три. И вот она уже видит своих новых знакомых-скелетов. Девушке хотелось помахать им, но ее заметили и без этих движений, которых, в прочем, девушка сделать и не могла из-за жуткой усталости. Санс тихо поманил ее ко входу в пещеру, прося зайти туда, что девушка и покорно совершила, не произнося ни звука. Плиты. Много серых плит самых разных оттенков: от почти что белых, до черных. Там, где кончаются все эти плиты стоит машина. И скелеты. Они о чем-то переговаривались в половину голоса, но подслушивать Фриск не решилась и поэтому, дожидаясь, пока на нее обратят внимание, начала осматривать сию пещеру. Какие-то камни, похожие на череп человека (да уж, видимо, нужно было меньше общаться со скелетами); небольшие лужицы на каменистой земле, летучие мыши, зависшие над высоким потолком. Все. Это вся «природа» сей неуютной пещеры. — Эй, человек! Ты достаточно умен, раз смог пройти предыдущие головоломки, поэтому эта задача покажется для тебя детским лепетом. А, хотя, ты и есть ребенок, — попытался задеть Фриск Папирус, который соизволил обратить на девушку свое драгоценное, как он думал, внимание и начать объяснять загадку, — в общем, слушай сюда. Повторять не буду! Красные плитки бьют током, зеленые толкают тебя, в синих ты будешь плавать. Фиолетовые плитки пахнут лимоном…или желтые. В общем, не важно. Короче, какая-то плитка что-то делает. Все понял, человек? — спросил младший скелет, но, увидев отрицательный кивок немного шокированной девушки, которая только что пережила психическую атаку на мозг от Папируса, он разозлился, — значит так, я оставлю тут записку, ты ознакомся и проходи. Понятно? — последние слова Папирус произнес, скрываясь в темноте пещеры. Записка, оставленная младшим скелетом, осталась лежать на той стороне головоломки. Логично, что еще сказать. Девушка осталась одна с Сансом, который, впрочем, делал вид, что его никто и ничто не интересует, кроме, пожалуй, мухи. Вздохнув, Фриск начала медленно и осторожно наступать на плиты, каждый раз испуганно замирая и ожидая подвоха. Видимо, ее страдания были настолько смешны, что Санс, вздохнув, пошел к ней прямо по плитам, не обращая внимания на то, что в любой момент его могло ударить током, затащить куда-нибудь или его бы укусили пираньи. Ему было все равно, ибо в данный момент Санса занимали другие проблемы. Например, позаботиться о ней. — Машина сломана, можешь не волноваться, — устало сказал Санс, подойдя к ней и, беря Фриск за руку, потащил к выходу. По пути он отметил, что ее пальцы испуганно сжимали его ладонь, как будто он, Санс был единственным спасением для девушки. Усмехнувшись про себя, он подтолкнул человека к выходу, нехотя выпуская свои пальцы и засовывая свои конечности в карманы своей любимой голубой куртки, — дальше тебе нужно идти самой. У меня свои дела, — хмуро попрощался скелет, направляясь куда-то далеко, в противоположную сторону от девушки, которая удивилась его поведению, ведь несколько часов назад он был вполне дружелюбен. Что же случилось сейчас?

***

Рекомендуется включить: Undertale OST: — Dating Tense! Город. Какой же он красивый. Множество домов, снега, мишуры и прочих новогодних атрибутов. Вспомнив о Рождестве и Новом Годе, Фриск грустно вздохнула. Она всегда отмечала такие праздники со своей семьей… Но встретятся ли девушка и ее родственники когда-нибудь снова? А хочет ли она вообще вернуться? Человек не знал ответ на свой вопрос, но ее новые знакомые, они как будто заставляли девушку остаться здесь, Папирус и… Санс же, да? Необычное имя. Пообщавшись с какими-то монстрами, она зашла в первый попавшийся отель, и, вложив небольшую сумму монет, сняла номер на ночь. Пройдя по крутой лестнице, она оказалась на втором этаже, где подойдя к номеру «18», отворила дверь, готовясь лицезреть убранство отеля сего мира. Вполне неплохой номер: кровать, светильник (ох, эти воспоминания о лесе), да и пара тумб. Для человека, который весь день блуждал то по лесу, то по снегу, это не номер — это настоящая сказка. Уже приготовившись ко сну, девушка собиралась ложиться в кровать, как тут. Храп. Храп соседей за стеной. Синхронный тройной храп, похожий на странную песенку. Ну, что ж, ночка обещает быть веселой! — Вы выглядите бодрой, — заметила зайчиха, которая и продала Фриск номер в этом отеле. Довольно милая, похожая на игрушку человеческих детей, за исключением того, что она вполне-таки живая и даже умеет думать и разговаривать, что было шоком для девушки, которая вроде и уже скелетов видела, но все равно, не удивится тому, что животное разговаривает — очень сложно для человека, — хоть Вы и проспали всего час. Знаете, я верну Вам деньги, ведь вы пробыли в нашем отеле всего ничего, а так дело не пойдет! — Спасибо… — искренне поблагодарила добрую зайчиху Фриск, принимая обратно свои золотые монеты. «Да уж, а этот мир порядком отличается от человеческого. Монстры и звери тут куда добрее, чем люди у меня в городе», — подумалось девушке при выходе из помещения. Определенно, человеку начинало нравиться ее перемещение в новый мир. Но что же ей делать теперь, не зная дороги и каких-либо существ, которые могли подсказать путь до портала (или что-нибудь похожего на него), вернувшего бы девушку домой? Пройдя по длинной, заснеженной улице, Фриск остановилась у милого двухэтажного домика, увешанного мишурой и гирляндами. Поправив одежду, девушка постучалась. Но ей никто не ответил. Видимо, никого не было дома. «Печально, но, постойте-ка, тут недалеко какой-то сарай. Может, там есть добрые существа?», — спросила саму себя Фриск, уже направляясь к этой неказистой деревянной постройке. И опять пусто. Забыв правила приличия, девушка заглянула в замочную скважину и увидела, что дверь заперта изнутри. Видимо, кто-то хочет побыть в одиночестве. Ну, что ж, не будем ему мешать. За сараем начиналась поляна, где стоял… Папирус? Не веря своим глазам, девушка протерла их, но видение никуда не исчезло: скелет все еще стоял, на том же самом месте. Так как никого из существ Фриск больше не знала, она поспешила к скелету, со страхом представляя то, что сейчас он ее схватит и отправит в Королевскую Темницу. В то же время, если девушка будет стоять на месте и ничего не делать к продвижению, кто знает, сможет ли она вообще вернуться домой? — Человек? Что бы ты тут не делал, я, Великий Папирус, вызываю тебя на бой! — прокричал скелет, как только девушка оказалась в полуметре от него. Фриск даже не успела как следует обдумать сие предложение, как Папирус, сделав два шага, уже нависал над девушкой, с усмешкой смотря своими пустыми глазницами на ее лицо, в котором читалась паника, — так ты согласен, человек? — девушке оставалось лишь кивнуть, поскольку чары паники, страха и безысходности окутали ее, лишая способности здраво мыслить. Скелет выпрямился, одновременно хрустя пальцами, и мир потемнел.

***

Рекомендуется включить: Undertale OST: — Home Сколько Санс себя помнил, он всегда был один. Нет, его, конечно любили в городке, но все-таки лишь из-за его шуток, да и то, благодаря этим шуткам его и остерегались многие, очень многие. Брат, к примеру, его ненавидел за это. Для него Санс — лишь надоедливый и ленивый старший брат, который ненавидит работать и что-либо делать. Но… Если бы он ничего не умел, то разве он бы смог сделать цветок из железа? В перерывах на работе он не спал, как думали многие, а бежал короткими, известными только лишь ему, путями в сарай-мастерскую и творил. Отдельные лепестки, листья, даже пыльца — все выглядело как настоящее, хотя Санс никогда и не представлял, как будет выглядеть его цветок после завершения — образ придумывался в нем сам, приходя даже во время сна, приема пищи или душа. Бывало, что и когда он шутил с той женщиной по ту сторону двери, цветок звал его и скелету приходилось бежать, извиняясь за столь быструю отлучку, и говоря, что у него вдруг появились неотложные дела. Разумеется, никому он не мог показать свое творение: существа не поймут. Посмеются и скажут, что он украл это у своего младшего брата. Папирус всегда был лучше Санса; был выше Санса; умнее Санса; серьезнее Санса; сильнее Санса. Его, скелета в синей куртке, всегда сравнивали с Папирусом, и всегда младший брат Санса был намного лучше. Зачем же тогда он вообще создал этот цветок, раз он не сможет его никому показать или хотя бы рассказать о нем? Санс сам не знал ответа на свой же вопрос, но продолжал делать его, понимая, что сия работа бессмысленна. А если показать его ей? Она же практически не знает ни его, ни его младшего брата. Она не станет их сравнивать и не станет говорить, что Санс взял этот цветок у своего талантливого братца Папируса. Может, когда она отправится в свой мир людей (а в том, что она это сделает, скелет не сомневался), девушка сможет достать этот цветок и вспомнить о нем, о Сансе. Нужно ее найти. Дома, отели, магазины и бары — нигде ее нет. Даже у них дома. Она будто исчезла. Неужели…неужели она отправилась искать портал сама? Но как?! Она же не знает даже, куда идти. А если она заблудится, утонет, умрет или ее найдет Андайн, которая сразу же отправит ее к королю, а вот что сделает с ней Владыка. Даже сам Папирус этого не знал, куда уж Сансу. Это дело нельзя так оставлять. Ему нужно срочно найти Фриск, иначе…иначе ей будет плохо или она вообще погибнет, а вот скелет нарушит свое обещание. Едва Санс пришел на поляну, которая была чуть дальше его дома и сарая, он увидел их вместе. Скелет и человек сидели рядом, прижавшись к друг другу и играя в приставку. Дабы его не заметили, скелет залез на ближайшее дерево и скрылся в его зеленой колючей хвое. Видимо, они соревновались, ибо ежеминутно раздавались возгласы: «Да черт, как же так! Это нечестно!»; «Человек, ты не сможешь обыграть Великого Папируса», «Счет 2:3 в пользу человека! Люди лидируют, ю-ху!». Вроде бы никаких намеков на любовь, просто дружеское соревнование. Санс и сам не раз так соревновался с Папирусом, но, дабы подбодрить младшего брата, частенько поддавался ему. — Человек, ты согласен пойти на свидание со мной после боя? — вдруг сказал Папирус, на миг отвлекшийся от игры. Услышав такое, старший брат скелета чуть не свалился с дерева, но лишь просунул голову сквозь листву чтобы услышать или увидеть ответ Фриск. Девушка в непонимании посмотрела на Папируса, словно что-то обдумывая. Минута, две. Уже начиналась третья, как вдруг Фриск покраснела и молча кивнула, соглашаясь на предложение младшего скелета. Тогда Папирус, обрадовавшись, похлопал ее по плечу своей рукой и они продолжили свою игру, которая в момент работы мыслей девушки была поставлена на паузу. Санс молча спустился, даже не смотря себе под ноги. Мир для него был потерян. Он опоздал. Теперь ему нет смысла что-либо делать, поскольку она его все равно больше никогда не вспомнит. Все ее мысли будут заняты Папирусом… Скелет повертел в руках цветок, думая о чем-то, но потом, сжав зубы, со всего размаху кинул цветок на каменистую землю. Раздался звон, и цветок рассыпался на мелкие части, так же, как и его сердце, которого нет, но Санс об этом не знал. Боль в груди говорила об обратном. Ему было просто плохо, что просто невероятно — никогда скелет еще такого не чувствовал, даже в моменты ссоры с братом. Как в бреду он дошел до своего дома, до своей комнаты. Включив музыку на полную, он упал на кровать, совершенно не двигаясь более. Со стороны можно было показаться, что душа его покинула тело, что хоть и было не так, но скелет именно так и думал. Прошло много времени. Может быть час, может пять часов, а может и неделя. Кто это знает. Санс бы не двигался и дальше, но тут в дверь легонько постучали, что скелет с трудом услышал сквозь аккорды песни. Прокричав: «Войдите», он выключил музыку, чтобы она не мешала разговору. Тут его тихо позвали. Оглянувшись, он увидел ее. — Привет, Санс, как дела? — девушка подошла к нему, присев на кровать. Скелет заметил, что она избегает смотреть на него, предпочитая осматривать его комнату. На первом этаже в районе кухни слышался звук тарелок, кипение воды и ругательства Папируса — значит, бой уже окончен. Получается…они на свидании? Но что она делает у него? Ведь сейчас она должна находиться рядом с младшим братом скелета, да? — Нормально. Зачем пришла? — нисколько не заботясь, чтобы смягчить свой тон, грубо сказал Санс, стараясь не замечать, что девушка обиженно закусила губу и опустила глаза, смотря на свои руки. Вдруг скелет вспомнил тепло ее рук и тонкость пальцев…«Нечего мне думать о всякой чуши», — подумал он, отгоняя эти мысли. — Я...я бы хотела спросить, не против ли ты, чтобы мы с Папирусом сходили на свидание? Мы будем отсутствовать примерно несколько часов, если что, — смутившись, произнесла Фриск, избегая даже ненамного поднять взгляд. Неужели ей важно его мнение? — Ну идите и идите. Мне-то какое дело? Делайте что хотите, мне как-то все равно. Иди отсюда, из моей комнаты, к своему новому возлюбленному, у меня свои дела, — безразлично ответил Санс, закидывая руки за голову и вытягиваясь на кровати. Девушка, к счастью, поняла намек и медленно пошла к выходу из комнаты. Санс заметил, что ее глаза блестели от слез, и в нем проснулась совесть. Тут Фриск, остановившись в дверях, сделала какое-то движение рукой (видимо, вытирая слезы) и, повернувшись к нему, вытащила что-то из кармана. — Я нашла это на поляне около сарая. Ты не знаешь, что это? — задала вопрос девушка, демонстрируя какую-то штучку. Приглядевшись, Санс понял, что это был лепесток от его железного цветка, которого он хотел подарить Фриск. И на котором он написал «Frisk», правда, довольно мелко. Решив себя не выдавать, скелет отрицательно покачал головой. Пролепетав что-то вроде «Жаль», девушка окончательно вышла из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь и оставив скелета в одиночестве. Прошло несколько минут, и Санс услышал, как рассказывает Папирус о подарках, которые якобы принес ему Санта. Скелет усмехнулся: младший братец даже не догадывался, что все эти игрушки, книги и так далее подарил ему он. Это было даже хорошо, ведь Санс не любил что-то дарить с глазу на глаз. Потом скрипнула дверь, ведущая в комнату Папируса, который рассказывал о социальной сети, где он очень популярен: ему немного остается до юбилея — десяти подписчиков! Старший брат опять улыбнулся, ведь все те его подписчики — многочисленные аккаунты Санса, который зарегистрировался и подписался на Папируса, дабы он не чувствовал себя одиноким. Хлопнула входная дверь, из чего Санс сделал вывод, что Папирус и Фриск ушли. Осторожно выглянув, скелет убедился в своем выводе. Дойдя до гостиной, он остановился у своего питомца — камушка. «Совсем как живой, жаль только, что не разговаривает», — частенько думал Санс, когда ему не с кем было поговорить. Совершив невероятное дело: покормив камушек, скелет отправился обратно в свою комнату. Сев на кровать, Санс заметил, что он чувствует что-то. И это «что-то» было из-за Папируса и Фриск. Ревность? Маловероятно. Раздражение, из-за того, что, поддавшись ярости, он разбил тот цветок? Аналогичный ответ. А быть может… Это зависть? Его младший брат уже обзавелся второй половинкой, в то время, как он, Санс, никогда ни с кем и не встречался. Обидно, наверное, когда твой младший брат во всем тебя переплюнул. «Я слишком устал, слишком много эмоций», — подумалось скелету, и он, лежа полностью на кровати, уснул.

***

Его разбудил звук разбившейся посуды. Потянувшись, скелет встал с кровати, и, надев свою любимую синюю толстовку, спустился на первый этаж и прошел на кухню. Там стоял Папирус, готовя какое-то блюдо. Скорее всего, свои «фирменные» спагетти. Сев за стол, Санс стал наблюдать за братом: видимо, он счастлив, раз пока его спагетти не подгорели, да и выглядели довольно…съедобно. — Что, свидание прошло успешно? — грустно улыбнулся старший брат, со страхом ожидая ответа. Папирус, отложив сковороду, повернулся. Странно, но Санс только заметил, что младший скелет был одет в одежду, в которой ходил до того, как ему сделали костюм воина: шорты, футболка и кепка. Самая обычная одежда, но для Санса это было чем-то новым, ведь за те несколько недель, что Папирус носил костюм, его старший брат почти забыл, как выглядит обычная одежда младшего. — Очень здорово! — сияя, произнес Папирус, благодаря чему и без того не самое лучшее настроение старшего скелета ухудшилось до невозможности, оказавшись в самом низу, — мы с ней гуляли, очень много гуляли, у меня теперь есть ее номер и мы с Фриск друзья! Это же отлично, правда? — Вы стали друзьями? — переспросил Санс, не веря своим ушам, которых, впрочем, и не было. Папирус, возращаясь к прерванной готовке, лишь пробубнил «ну да», слегка удивленный вопросом брата; после чего Санс резко встал, чуть не снеся стул, и отправился из дома. Ему нужно было подумать. Ведь если они не влюблены в друг друга, то, значит, у него, Санса, есть небольшой, но шанс. Единственное, о чем жалел Санс — о цветке. Ведь он все-таки мог подарить его Фриск. Хотя, лепесток же у нее. Знай, человек, чтобы с тобой не случилось, я всегда буду рядом, чтобы позаботиться о тебе, чтобы не было. Знай это, моя Фриск.