Шутка?

Рекомендуется слушать: Undertale OST: - She's Playing Piano Прошла уже неделя, с того момента, как Андайн объявила охоту на Фриск. Все эти семь дней девушка находилась под защитой двух братьев-скелетов в их доме. Не сказать, что случившееся ей не нравилось, но иногда неудобства она испытывала, хоть и понимала, что это весьма эгоистично с ее стороны, поэтому Фриск никому об этом не говорила. Одним из неудобств являлось недостаток кроватей. На весь двухэтажный дом было всего две спальни: Папируса и Санса. Как вы думаете, с кем она спала? Правильно, с Сансом, поскольку только в его комнате находилась двухспальная кровать, на которой могли уместиться двое. И, нет, спали они не под одним одеялом, ведь, все-таки, они лишь друзья, не более. Даже бывало, что пока Санс работает(ну, как работает, по крайней мере, сидит на работе), девушка спала, а потом, когда скелет приходил, бодрствовала, в то время, когда владелец комнаты отдыхал. Обычно в это время девушка играла в приставку с Папирусом, или, если такового не было, сидела на крыше, благо, было темно и она была не заметна. Частенько Санс вел девушку своими "короткими путями" на природу, где они часами разговаривали, устраивали пикники или просто сидели рядом, смотря на мир. В городе она не появлялась, а если даже такое и было, то всегда переодетая в одежду скелетов, чтобы ее не узнали. Все новости сообщали ей братья, которые за последние дни стали настоящими друзьями, истинными братьями. Причину сего явления Фриск не знала, но стеснялась спросить, поскольку считала, что это не ее дело. Так же девушка заметила, что на том железном листике, который она нашла во время битвы с Папирусом, было написано что-то вроде "Fkesk" или "Fresg", хотя, можно было различить и ее имя, но девушка поспешно отбросила эту теорию - кто захочет написать ее имя? Да никто, собственно. В этом мире она же никого и не знает толком, кроме скелетов, да и то, особо доверительных отношений с ними нет, даже с Сансом. Санс.. Даже при вспоминании этих четырех букв, образующих имя старшего брата Папируса, бледные щеки Фриск начинали смущенно розоветь, хоть девушка и не знала причину этого. А что с ней было, когда скелет был рядом! Один раз Санс даже поинтересовался, не заболела ли она, на что Фриск пришлось ответить, что она абсолютно здорова, просто в доме жарко. Кажется, скелет ей верил. Вообще, после того, как Санс вернул ей букет орхидей, он стал довольно странным. Вечно улыбается, смеется и шутит, как будто бы хотя, чтобы на него все обратили внимания, порадовались за него. Такого не было ранее, это даже Папирус отметил. В общем, странный он, этот Санс. Но такой хороший... Фриск даже ловила себя на мысли, что Санс каким-то образом узнал то, что она сказала цветку у лавки хот-догов. Ведь не даром он стал таким веселым именно после того, как отдал девушке орхидеи, которые он запрятал рядом с именно тем растением. Но, немного поразмыслив, Фриск приходила к выводу, что это невозможно: все существа, которые находились у того места, в один голос твердили, что сей цветок нерабочий и не запоминает уже ничего. Да и плюс, с чего бы это было странно, что Санс стал таким счастливым? Может, он влюбился в кого-то и она ответила ему взаимностью, Санс ведь не рассказывает о своей личной жизни, поэтому это вполне реально, и эта теория может оказаться правдой. Странно, но Фриск было неприятно, когда ее голову посещали мысли о том, что у старшего скелета есть возлюбленная. Хотелось закрыться в комнате, свернуться калачиком на кровати и плакать, плакать, плакать... Вдруг на улице раздался тихий звон колокольчика, который оповещал о том, что в почтовый ящик положили письмо. Судя по тонкости звука, письмо находилось в ящике Санса. Скелеты разрешали ей открывать почтовые ящики, и, если там будет что-то плохое, немедленно звонить им. Быстро заглянув в комнату старшего скелета, она растрепала свои волосы, которые стали похожи на шарик, и надела футболку Санса, которая доставала ей почти что до колен. В таком виде ее не могли распознать, поэтому идти так было совершенно безопасно. Дойдя до ящика, девушка засунула руку в проем, и, убедившись, что там есть письмо, потянула его и, не глядя, быстрым шагом отправилась обратно в дом, пока на нее никто еще не обратил внимание. Только уже находясь в помещении Фриск спокойно вздохнула и начала открывать послание. Внутри лежала бумага и какая-то фотография. Первым делом девушка достала листок, который оказался исписанный аккуратным, и, по-видимости, женским почерком. Кивнув сама себе, девушка начала читать, но через пару минут она застыла. Ее глаза наполнились слезами, уже медленно начинающими стекать по щекам и падать на бумагу, а взгляд устремился в одну точку. В таком положении девушка была более пяти минут, пока, наконец, не придя в себя, направилась в комнату старшего брата Папируса, в которой она, свернувшись калачиком, зарыдала, отдавая свою душевную боль, отчаяние и злость на себя, своим слезам.

***

Рекомендуется слушать: Undertale OST: - Waterfall Повествование ведется от лица Санса. - Эй, Фриск, Папирус, я дома! - закричал я, сообщая о своем приходе. В ответ мне была лишь тишина, которая означала, что Папирус еще не пришел, а Фриск...А вот что с Фриск? Она должна находиться здесь, поскольку выходить на улицу одной ей небезопасно, тем более, далеко. Только до почтового ящика, да и все, далее уже не следует, если она, конечно, не хочет умереть, в чем я сомневался. Войдя в гостиную и стряхнув снег с тапочек, я быстро пробежался взглядом по первому этажу. С первого взгляда было понятно, что тут никого нет. Пройдя вдоль коридора, я заглянул на кухню, на которой тоже никого не оказалось. Тогда мой череп постигла мысль, что девушка могла находиться в душе, и, следовательно, не смогла меня услышать. Улыбнувшись, я прошел в гостиную снова и тут заметил листок и вскрытый конверт, на котором каллиграфическим почерком было выведено мое имя. Заинтересовавшись, я взял лист бумаги и стал читать: " Здравствуй, Санс. Меня зовут Кора, хотя, возможно, тебе мое имя и ни о чем не говорит. Я живу по соседству с тобой. Не знаю, вспомнишь ли ты, кто был твоей первой любовью, но, если это так, то ей являлась я. Впрочем, лично ты являешься до сих пор моим возлюбленным, и я надеюсь, что это взаимно. Недавно я слышала, что ты был знаком с человеком женского пола, и ты отзывался о ней очень негативно, чему я радуюсь, ведь, если это правда, то конкуренток на звание подруги твоего сердца у меня более нет. В общем, я жду тебя сегодня у Грилбиса, в семь вечера. Не опаздывай!" Хмыкнув от такой наглой лжи(у меня никогда не было возлюбленной, да и я никогда не влюблялся до Фриск), я уже хотел отправить сие письмо в мусорное ведро, как тут я заметил, что чернила ручки в кое-каких местах размыты, а рядом были кружочки, как от слез. Осторожно прикоснувшись к ним, я понял, что они влажные. Чтобы это могло означать?.. Внезапно, одна догадка, вспыхнувшая у меня в голове, заставила похолодеть. Фриск ведь тоже читала сие письмо, а при том, что я услышал неделю назад от того цветка, да и еще при том, что она вообще очень ранимая, получается, что девушка восприняла все слишком серьезно. А на кухне еще и ножи... Я слышал, что среди людей очень популярен так называемый "суицид" - это когда люди пытаются убить сами себя. Что если Фриск решила прибегнуть к такому методу? О, черт, надо срочно найти ее! Быстро пересмотрев весь этаж, я со скоростью света полетел на второй этаж, рывком открывая дверь Папируса. Там девушки не оказалось. Оставалась последняя надежда - моя комната. Тихо подойдя к двери, я понял, что не ошибся: с той стороны доносились всхлипы. Аккуратно, стараясь не создавать лишнего шума, я отворил дверь и увидел, что девушка, свернувшись, лежала на полу и плакала, дрожа и изредка сжимая ворс ковра своими тонкими пальцами, словно пытаясь сломать себе руки. Бесшумно подойдя к Фриск, я присел, поглаживая ее по голове, пытаясь успокоить. Девушка сразу посмотрела на меня, и, пытаясь привстать, упала на меня, заставив облокотиться на стену. Фриск тут же обвила меня руками, уткнувшись носом в мою куртку, и тут же заплакала еще сильнее, бормоча что-то вроде "Санс, прости меня". Я же в ответ обнял ее, зарывшись подбородком в ее волосы, и, с наслаждением вдыхая их аромат, чувствуя их мягкость и гладкость, начал успокаивать ее: - Ну хватит, малышка. Все, что было в том письме - полнейший бред, не стоило ему верить, - раз за разом мягко повторял я, гладя ее по спине и одновременно пытаясь сообразить, что же сделать, чтобы отвлечь ее от грустных мыслей. Как назло, ничего на ум не приходило, вот так всегда, когда не надо - сотни идей, а в момент надобности - пустота в черепе. Тут я вспомнил про железный цветок, находящийся в кармане моих джинс. С помощью Папируса я сумел его восстановить, не хватало лишь лепестка, который находился у самой Фриск. Чуть привстав, я сумел достать цветок, который больше не мог сломаться или погнуться - с помощью знакомого Папируса, который достал мне какое-то вещество, сие растение было лишено этой способности. Взяв своей конечностью руку девушки, я вложил в ее ладонь цветок и, накрыв своей ладонью, поднес его к лицу Фриск. Она медленно подняла на меня голову, и, заметив предмет в своей руке, изумленно округлила свои красные, воспаленные от слез глаза, которые даже в таком состоянии оставались такими же красивыми. Поднеся цветок к своим губам, она что-то прошептала, и, прижавшись ко мне, прошептала слова благодарности. Постепенно всхлипы ее ушли, так же, как и дрожь, а дыхание стало более глубоким. Посмотрев на нее, я понял, что девушка опять заснула на мне, иногда шевеля губами, словно говоря что-то. Улыбнувшись от такого милого зрелища, я осторожно встал, и, стараясь не нарушить сон Фриск, поднял ее на руки, в который раз удивляясь ее легкости. Дойдя до кровати, я положил девушку на нее и уже собирался уходить, как услышал, что меня зовут по имени. Обернувшись, я посмотрел на Фриск, которая, приоткрыв глаза, пролепетала: "Санс...прошу тебя...останься со мной, не уходи". Кивнув, хоть и зная, что она этого не видит, поскольку закрыла глаза, я подошел к кровати и лег рядом с Фриск. Та же, видимо, не ведая во сне, что творит, приобняла меня одной рукой, а второй переплела пальцы с моими, и вдруг легонько прикоснулась губами к моей щеке. Я, хоть и удивился, но легонько подул на ее волосы, как-бы говоря, что не уйду. Вскоре я и сам заснул. Повествование от лица Санса окончено.

***

Санс не помнил, сколько прошло времени, но его разбудил тихий, тактичный стук в дверь и, уже после, смешок. Открыв глаза, Санс увидел своего младшего брата, который ехидно ухмылялся, жестом прося посмотреть на него и Фриск, что старший скелет и сделал. Как оказалось, зря, ибо скулы скелета тотчас покрылись голубоватым румянцем, означающим сильное смущение. Да, это было вполне логично, ведь как себя повести иначе, если ты лежишь рядом с девушкой, которая обняла тебя и спит на твоем же плече, и, что самое интересное, рука скелета покоилась на талии Фриск, еще сильнее продвигая и без того прижавшуюся к нему девушку. Папирус уже откровенно, хоть и беззвучно, хохотал, глядя на то, как его бедный братец пытается высвободиться, при этом еще и не нарушить сон человека. Но ему это, хоть и с трудом, удалось и Санс, проходя мимо младшего брата, показал ему сжатые в кулак пальцы, чем вызвал еще один приступ смеха, который смог обрести звук только после того, как братья спустились вниз, на кухню. - Что, братец, смотрю, твоя личная жизнь налаживается, - от таких слов Санс чуть не подавился макаронами, но, поспешно проглотив, лишь кивнул, еще сильнее заливаясь голубоватым румянцем. Папирус понял, что его слова больше не задевают Санса, да и он сам, впрочем, этого и не хотел, поэтому вернулся к готовке. После ужина(оказалось, что уже было почти шесть вечера!) младший скелет пригласил брата в свою комнату, дабы поиграть в новую игру, которую тот совсем недавно скачал, на что Санс ответил положительно. Вскоре два брата, забыв обо всем, вовсю гоняли машинки по полю, пытаясь задеть друг друга, подпитывая взаимными словами о том, что каждый думает о автомобиле братца.

***

Тем временем, Фриск проснулась и сразу почувствовала, что что-то с ней не так. Точнее, не так с той позой, в которой она спала до этого. Что-то, что находилось в районе футболки, мешало ей и девушке пришлось привстать, чтобы посмотреть на предмет, нарушивший ее сновидения. Этим предметом оказался цветок, полностью сделанный из металла, по-видимости, являющимся железом. Он был идеальным, и похож на настоящий, если бы не недостаток одной части, скорее всего, лепестка. Думая, где бы могла оторваться часть сего цветка, девушка вспомнила о той штуке, с которой в последнее время не расставалась. Выудив железку из своего кармана, девушка приставила ее к растению. Лепесток оказался тут идеально к месту, тем самым завершив всю картину. При более подробном осмотре цветка, девушка заметила, что на одном из листьев была написана буква "S". В точности, как и на записке, которая была вместе с букетом орхидей. Но Фриск точно помнила, что сей железный цветок подарил ей сегодня Санс... Неужели, он является и автором подарка с орхидеями? "Как же это мило", - подумалось Фриск, как тут она заметила из окна листовку, прикрепленную на дерево. В ней говорилось, что человек так и не был найден, и за ним теперь ведет охоту сама Андайн, которая так же сказала, мол, если человек - не трус, то пусть сам придет к ней к одному месту. Быстро пораскинув мозгами, девушка, тихонько приоткрыв дверь и заметив свет в комнате Папируса, стала на цыпочках спускаться вниз. Остановившись у двери, она вытащила из кармана ручку и лист, на котором быстро начеркала: "Простите меня, Санс и Папирус, но я больше не хочу быть обузой для вас. Надеюсь, мы встретимся еще с вами. P.S. - Санс, а ты знал, что у людей считается признанием в своих чувствах? Посмотри внимательно на тумбу". Закончив писать, девушка достала фигурку Санса, который стоял, прислонившись к сердечку, на котором было выведено: "I love you, Sans". Эту статуэтку Фриск делала всю неделю, пока никто из скелетов не видел. Быстро поставив фигуру скелета и лист на тумбу, девушка ушла, случайно чуть громче хлопнув дверью, чем надо. Спасибо, Санс, за то, что помог разобраться мне в своих чувствах. Теперь я знаю, что люблю тебя. Прощай...Но мы еще встретимся, любимый.