Сферы

      В Каэр Бронаке уже вовсю хозяйничала доверенная Лелианы – эльфка Шартер. Она руководила поисками пропавшего старосты Крествуда, выявляла двойного агента, организовывала торговые представительства – в общем, вела бурную деятельность с подробнейшими отчетами Совету Инквизиции и лично тайному канцлеру. Она передала письмо от Вивиен. Та отказалась от похода в Крествуд, чтобы «наладить корреспонденцию» в Убежище. Сейчас она сообщала, что в Редклиф действительно стекаются маги со всех сторон, причем, не только ферелденские и орлейские. В деревне был слышен даже тевинтерский акцент. Но – самое тревожное – на письма, адресованные в Редклиф, никто не отвечал. Даже хорошие знакомые Вивиен, заинтересованные в ее расположении. Сведения были настораживающие, и Инквизиция, оставив в Каэр Бронаке гарнизон и прихватив с собой драконью голову, поспешила обратно в горы.       В Убежище они застали Каллена, готовящегося к походу. Он рассказал о своем информаторе, принесшем весть о том, что Лорд-искатель увел храмовников в цитадель Теринфаль в центральном Ферелдене.       - Я связался с Баррисом. Там творится что-то неладное, многие недовольны, но чем-то запуганы. Думаю, мое присутствие склонит хотя бы часть храмовников на сторону Инквизиции.       - Теринфаль далеко, нам надо поспешить, – заметила Кассандра. – Я, конечно, поеду с тобой.       - Спасибо. Твое присутствие может вдохновить искателей, – ответил Каллен. – Лелиана, тебе лучше возглавить переговоры с Фионой. Я возьму своих марчанских храмовников, людей Белинды и ополченцев. А вы берите магов и отправляйтесь в Редклифф.       - Совсем без магов мы тебя не отпустим, генерал, – сказала Лелиана. – Возьмешь моих долийцев – Нерию и Киллиана. Все равно от них нет никакого толку на переговорах в Редклиффе.       - От меня там столь же мало толку, – вставила Энид.       - Фиона ясно дала понять, что многие маги ждут встречи именно с тобой, – возразила Кассандра. – А храмовников в Теринфале ты будешь только злить.       - За долийцев спасибо, не откажусь, – сказал Каллен. – А вот вам в Редклиф я бы выделил пару десятков храмовников. Для подавления заклинаний, если дело дойдет до худшего.       - Нет, это исключено, – мотнула головой Лелиана. – Магов сейчас не следует раздражать. Нам все-таки нужна их помощь, мы за союзом идем. Возьмем рыцарей Максвелла и гномов Кадаша – они устойчивы к магии.       - Можно в Редклиф взять еще косситов, – предложила Энид. – Дабы убедить магов, что Инквизиция открыта для всех разумных существ с доброй волей и у нас нет дискриминации по расовым, религиозным и всем другим признакам, в том числе и магическим.       - Это имеет смысл, – согласилась Лелиана.       На следующий день большая армия Инквизиции выдвинулась во Внутренние земли Ферелдена. В Перекрестке она разделилась – одна часть под предводительством Каллена и Кассандры пошла дальше на восток к Теринфалю, а Лелиана с Энид повели свои силы на север, к Редклифу.       Редклиффская таверна «Чайка и маяк» была переполнена магами, как, впрочем, и вся деревня, жители которой от этого необычного наплыва людей в мантиях с посохами жались по своим домам. Заказав еды и напитков, капитаны Инквизиции и телохранители Энид расположились за столами, ощущая на себе любопытные взгляды со всех сторон – как благожелательные, так и откровенно враждебные.       - Отправь-ка весточку Верховной чародейке Фионе, дорогуша, – обратилась Вивиен к трактирщице. Обратилась нарочито громко, чтобы все присутствующие здесь маги услышали. – Скажи, что послы Инквизиции прибыли по ее приглашению.       Не успели допить первую кружку, как услышали знакомый хрипловатый голос Фионы:       - Чем обязана?       Энид резко развернулась и встретилась с безмятежным взглядом пожилой эльфки.       - Ну, собственно, это вы нас пригласили на переговоры.       - Не припомню.       - В самом деле? – вступила Вивиен. – Так я напомню – моя резиденция в Вал Руайо.       - В последний раз я была в Вал Руайо еще до Конклава.       Энид покосилась на Лелиану. Та сидела с каменным лицом, только стиснутые под столом руки выдавали крайнюю степень волнения.       - Если это шутка, милочка, то крайне несмешная, – ледяным тоном сообщала Вивиен.       - Вы, должно быть, ошибаетесь. Но у меня такое чувство… Что-то как будто напоминает… – глаза Фионы на секунду словно расфокусировались.       Энид, Вивиен и Лелиана переглянулись. Все поняли друг друга без слов – первоначальная догадка, что Фиона опасается кого-то из присутствующих, оказалась неверной. Ее разум был под заклятием. Тем временем, Верховная чародейка встряхнулась, глаза вновь стали ясными и безмятежными.       - Но кто бы вас ни пригласил, обстоятельства изменились. Свободные маги уже присягнули империи Тевинтер.       Железный Бык присвистнул. У Вивиен отвисла челюсть. Лелиана шумно втянула носом воздух. Хорошо, что в таверне не было Сэры – боясь такой плотной концентрации магов на квадратный метр, она сбежала в деревню, иначе Фионе досталась бы хорошая порция непечатных выражений. Энид же приуныла. Без сомнения, это был Корифей, действовавший через своих венатори. Первым нарушил молчание Варрик:       - Жопа Андрасте… Пытаюсь придумать, что еще хреновее вы могли бы сделать… Не придумывается.       - Вы не боитесь, что после такого против вас обернется весь Тедас? – спросила Лелиана, не скрывая бешенства.       По залу пробежал недовольный шумок. Обстановка накалялась, переговоры были на грани срыва. Солас попытался спасти ситуацию, примирительно сказав:       - Я понимаю, что вы напуганы, но вы заслуживаете большего, чем рабство в Тевинтере.       - Поскольку я связана службой с магистром, у меня нет полномочий вести с вами переговоры.       - То есть, дыра в небе вас уже не беспокоит? – спросила Энид.       - Я не забыла о Бреши. Но мы не потянем больше одной войны. Нам угрожали храмовники. Когда мы поймем, что опасность миновала, мы вернемся…       - У вас нет полномочий, я поняла, – раздраженно перебила ее Энид. – Тогда у кого они есть?       - Добро пожаловать, друзья! – произнес надменный мужской голос с тевинтерским акцентом в качестве ответа. Все и обернулись к двери и увидели статного старика в бронированной магической амуниции и причудливом капюшоне с имитацией языков пламени. – Прошу прощения, что не поприветствовал вас раньше.       Старик, не спеша, уселся на стул, за спинкой которого встал болезненно-бледный темноволосый юноша.       - Посланники Инквизиции, позвольте представить вам магистра Гериона Алексиуса, – сказала Фиона, пытаясь сохранить остатки достоинства.       - Южные маги теперь под моим командованием, – небрежно подтвердил тевинтерец и взглянул на Энид со смесью притворного дружелюбия и недоумения: – а вы, должно быть, та самая выжившая из Тени? Весьма любопытно.       Энид не успела ничего ответить, как послышался резкий голос Лелианы:       - Где эрл Редклифа?       - Он покинул деревню.       - Эрл Теган не оставлял свои земли даже во время Мора и под осадой.       - Нарастали… эээ… противоречия. Мы не хотели никаких эксцессов.       Энид поняла, что пора остановить перепалку.       - Мы здесь для того, чтобы собрать магов для закрытия Бреши.       - Сразу к делу – вот это я понимаю! Феликс, пожалуйста, отправь кого-нибудь за писцом! Простите за невежливость, друзья. Это мой сын Феликс.       Бледный юноша слегка кивнул головой. Алексиус тем временем жестом пригласил Энид за свой столик, продолжая заливаться соловьем:       - Бороться с Брешью – это подвиг, который немногим под силу. Очень рад, что вы пришли. Для воплощения такой смелой идеи понадобится много магов. Ваши планы впечатляют!       - Будем рады каждому посоху, – поддакнула Энид, усаживаясь.       Но не успела она расположиться на стуле, как Феликс, который направлялся к выходу, запнулся на полушаге, зашатался и рухнул прямо на нее. Алексиус вскочил на ноги, притворную любезность с его лица как ветром сдуло.       - Феликс!       - Простите, миледи… Отец, прошу прощения… Извините…       - Как ты, мой мальчик?       - Все уже хорошо, папа. Я не хотел никому причинять неудобств…       - Пойдем, я выдам тебе порошки. Простите, друзья, придется продолжить в другой раз. Я пришлю вам послание. Позже. Фиона! Ваше присутствие потребуется в замке.       Великая чародейка, покорно склонив голову, вышла следом за тевинтерцами. Энид разжала кулак и расправила смятую записку, ради которой и затеивался обморок Феликса.       «Приходите ночью в церковь. Вы в опасности», – гласила она.       Остаток дня послы провели в деревне, торгуясь в лавочках и слушая разговоры магов и местных жителей. Настроения были полярные – от восторженного принятия тевинтерцев до планов убийства Фионы и Алексиуса. Войсковой лагерь был разбит прямо под стенами Редклифа. В церковь пошли малым составом, но как следует подготовившись к возможной ловушке. Лелиана осталась в шатре писать письма, а Энид, Вивиен, Солас, Бык, Варрик, Блэкволл и Сэра осторожно пробрались к местной церквушке, возвышающейся над деревней на небольшом пригорке.       Тяжелая дверь, едва приоткрывшись, «обрадовала» их знакомым мертвенно-зеленым сиянием. В церкви потрескивал разрыв, под которым незнакомый маг в одиночку отбивался от четырех привидений. Коротко обернувшись через плечо, он крикнул:       - Помогайте же!       Словно в ответ разрыв затрещал и выпустил из своих недр новую порцию демонов, среди которых был огненный Гнев, морозная ведьма, четыре Призрака и два длинных тощих Ужаса.       - Солас, морозь Гнев, Вивиен, подпали Отчание. Призраков берут на себя Бык и Блэкволл. Сера и Варрик – вам карт-бланш. Я возьму на себя тощих, – скороговоркой распорядилась Энид и призвала для начала цепную молнию.       Пока пехота добивала оглушенных демонов, она подбежала к разрыву и протянула к нему руку. Незнакомый маг дернулся от хлопка и рассмеялся:       - Так вот оно значит как происходит. Как ты это делаешь? Хах, ты и сама не знаешь, да? Посучила пальцами – и бабах!       Энид молча рассматривала мужчину. Он был не высок, но строен и чрезвычайно ухожен. Сияла чистая смуглая кожа, сияли черные, затейливо подстриженные волосы и подкрученные напомаженные усы. Сияла броня на плечах, на пальцах вспыхивали кольца, на шее и поясе – изящные амулеты. Золотисто переливался шелковый плащ. Белозубая улыбка прямо-таки сверкала из-под усов. Общее впечатление выразил Варрик:       - Экий посверкунчик!       Маг не обиделся, лишь еще шире улыбнулся. Его лицо некоторые сочли бы красивым, на вкус Энид оно было слишком приторным. Особенно из-за томных темно-зеленых глаз с поволокой. По всему его облику и жестам, по тому, как масляный взгляд скользит по женщинам и притормаживает на мужчинах, а еще по легкой жеманной нотке в голосе Энид без труда распознала в нем мужеложца. Она отметила это просто как факт – девиации жителей Тедаса были ей безразличны. Но посохом он владел хорошо. Да и находился здесь не просто так.       - Мы ожидали увидеть Феликса, – осторожно сказала она.       - Наверное, еще не добрался. Он должен был передать записку и сбежать от отца.       - А вы собственно кто?       - Ах, забыл представиться. Дориан из рода Павусов, – маг поклонился с наигранной церемонностью. – Недавно прибыл из Минратоуса. Рад знакомству!       - Тевинтерец, – процедил Солас.       - Ты с ним поосторожнее! – бесцеремонно влезла Сэра.       - Пф, какие недоверчивые у тебя друзья. А если я скажу, что не все тевинтерцы одинаковы? Открою ли я для тебя новые горизонты, если скажу, что не все пьют кровь эльфов по утрам вместо чая? Ммм?       Энид, прекрасно помнившая свою бытность в Тевинтере, не улыбнулась. Дориан тоже посерьезнел:       - И правда, давайте к делу. Магистр Алексиус раньше был моим наставником, поэтому, как нетрудно представить, моя помощь вам пригодится.       - Почему вы решили идти против своего наставника?       - Потому что то, чем он сейчас занимается – крайне опасно.       - Чтобы спасти моего отца от него самого, – послышался знакомый голос и к ним приблизился Феликс.       - О, ты долго! – воскликнул Дориан. – Алексиус что-то заподозрил?       - Не нужно было приплетать мою болезнь, – юноша вымученно улыбнулся. – Весь день носился со мной, как наседка. Но я пришел сказать, что сюда идет стража отца проверить, что за шум и сполохи. Оставаться здесь вам нельзя. Дориан расскажет все подробности в безопасном месте. Единственное, что я хочу сказать, – он обернулся к Энид, – все, что делает отец – и Фиона, и запретная магия, и все безумства – это чтобы добраться до вас. Скоро он пригласит вас на переговоры в замок, и это будет ловушкой.       - Почему вы это делаете, Феликс?       - Я люблю своего отца и люблю Тевинтер, но то, что он делает – безумие, которое может разрушить мир. Его надо остановить. Ради его же блага. Идите!       - Береги себя, Феликс, – дрогнувшим голосом сказал Дориан.       До лагеря добирались, прячась от тевинтерских патрулей, как воры. Когда, наконец, расселись в самой большой палатке, Лелиана, прослушав краткий пересказ событий в Церкви, начала допрос Дориана:       - Значит, ты магистр?       - Так, объясню сразу. Я тевинтерский маг, но не член Магистериума. Я знаю, что южане не видят разницы между тем и другим, но этим они лишь выставляют себя невеждами.       - Почему ты предаешь Инквизиции своего наставника?       - Алексиус был моим наставником. И больше им не является. Вы же сами видите, насколько опасна его игра! И надо сказать, опасна не только для Инквизиции, магов или Редклифа. Для всех, в том числе и для Тевинтера. Моей родины, которую я люблю тем сильнее, чем больше проблем в ней вижу. – Он подбоченился и обвел всех многозначительным взглядом. Поразительно, но его нарочитый пафос не противоречил искренности.       - Что за запретная магия, о которой говорил Феликс? Магия крови?       - Пфф, какие мелочи. Все гораздо серьезнее. Вам не казалось странным, как быстро он переманил на свою сторону ваших магов? Как по волшебству, правда? А ведь это так и есть! Чтобы оказаться в Редклифе раньше Инквизиции он сломал само время.       Пауза, наполненная звенящей тишиной, затягивалась, когда ее прервал тихий голос Соласа:       - Если все так, то это крайне интересно. И опасно.       - Более опасно, чем вы думаете! – подхватил Дориан. – Вы ведь заметили, как разлом в Церкви искажал время вокруг себя? Замедлял одно, убыстрял другое.       - Хм… А ведь правда, – задумчиво проговорила Энид. – Я заметила, что демоны двигались будто рывками. Но не обратила на это особое внимание, потому что разлом – вообще явление неустойчивое.       - Ага, одна сволочь вжих – и прямо передо мной. Я чуть не обосралась! – подтвердила Сэра. – Еле успела ему стрелу в рот воткнуть!       - А я рубил их и думал – как скучно, демоны какие-то заторможенные, – добавил Бык.       - Таких разломов будет появляться все больше, они будут появляться все дальше от Редклифа, – красивое лицо Дориана сейчас было зловещим.       - Магия времени? Это же… это невозможно! – подавленно сказала Вивиен. – Это противоречит всей магической науке... Да откуда вы вообще знаете?       Энид изо всех сил стиснула побелевшие губы, пытаясь унять дрожь. Она-то знала, что это возможно. Но если Корифей обладает таким могуществом, у нее нет шансов. Ни у кого нет.       - Я знаю, о чем говорю. Я сам участвовал в создании этой магии. – Дориан убрал все шутовство и был предельно серьезен. – Когда Алексиус обучал меня, это были теоретические разработки. Воплотить их в жизнь у него не получалось. И это хорошо – такая магия крайне неустойчива, она рвет ткань самого мироздания. Но я не понимаю, зачем он сейчас этим занимается? Рвет время в клочья, чтобы получить пару сотен приспешников?       - Феликс говорил, что маг хочет добраться до Вестницы, – напомнил Варрик.       - Очевидно, его интересует метка, – заметил Солас и глаза его нехорошо сузились.       - Алексиус вступил в секту возрождения Тевинтера. Они называют себя венатори, – сказал Дориан, и Энид вздрогнула от подтверждения своих страхов. – Наверняка их интересует та, кто выжил при взрыве Храма Священного Праха.       - А не они ли устроили этот взрыв? – спросила Лелиана.       - Точно сказать не могу, но я бы не удивился. Гибель южных церковников, дыра в небе и сыплющиеся на голову демоны – это как раз в духе венатори. Величие любой ценой, – с отвращением выплюнул Дориан, видно, вспомнив о чем-то. – И коль скоро Вестница может закрывать эти дыры, они чувствуют в ней угрозу. Так или иначе, если взрыв и Брешь – дело рук венатори, то они сильнее, чем я думал. И если у одного из адептов в руках окажется магия времени… Ну вы поняли. Ничего хорошего это не сулит.       Снова наступило тягостное молчание. Прервала его Энид охрипшим голосом:       - Очевидно, Алексиус не виртуозно владеет магией времени. Иначе все мы уже поджаривались бы на алтаре какого-нибудь Думата.       Это было сказано больше для собственного успокоения, но всех немного отпустило.       - Каковы наши действия? – Лелиана постаралась вернуть разговор в деловое русло. – Алексиус должен прислать нам письменное приглашение, насколько я поняла.       - Его цель – Вестница, – кивнул Дориан. – И первый шаг обратить все в свою пользу – это быть готовым к западне.       - Я знаю тайный ход в замок, мы им пользовались с Серыми стражами во время Мора, – сказала Лелиана. – Когда Алексиус пригласит Вестницу, в замок проникнет наш отряд.       - А я, с вашего позволения, буду рядом с Вестницей, – попросил Дориан. – Алексиус не знает, что я в Редклифе, а я единственный, кто может разобраться с магией времени. Так что я вам пригожусь, – он вновь перешел на свой шутовской пафос и отвесил церемонный поклон.       - Да будет так, – сказала Лелиана.       Приглашение от Алексиуса пришло аккурат на следующий день. Энид с телохранителями отправились в замок, Лелиана с отрядом гномов скрытно отправилась к мельнице, где был вход в потайной туннель. Дориан отправился с ней, чтобы не попасться на глаза бывшему учителю раньше времени.       Энид с трудом справлялась с нервной дрожью. На первый взгляд отсталая магия этого мира порой преподносила сюрпризы. И весьма неприятные. Чтобы как-то отвлечься, она заставила себя любоваться окрестностями. Редклиф, раскинувшийся ярусами на холмах, и правда был очень живописен. Пасторальную картинку дополняли рыбацкие шхуны и сияющая гладь озера Каленхад.       - Красиво здесь, – задумчиво сказала она. – Хоть жить оставайся.       - Говно, – откликнулась Сэра, непривычно молчаливая в это утро.       Впрочем, как и все спутники. Бык ушел в себя, постукивая ногтями по древку секиры. Блэкволл зорко оглядывал окрестности. Варрик старательно делал беззаботное лицо, но у него плохо получалось. Вивиен была сосредоточена и даже не отпускала своих обычных замечаний по поводу манер Сэры или лохмотьев Соласа. Что до Соласа, он хмурился и бросал на Энид тревожные взгляды исподтишка. Их сопровождал почетный эскорт оствикских рыцарей под началом лорда Тревельяна и тал-васготы Адаара. Оба капитана держались позади Энид и тихо переговаривались.       В замке их встретил молодой мажордом в строгом камзоле и сходу объявил:       - Лорд Алексиус примет только леди Лавеллан. Сопровождение останется здесь.       - Они пойдут со мной, – спокойно ответила Энид.       - Это нападение?       - Нисколько. Вооруженный эскорт останется здесь для вашего спокойствия, но мои телохранители и советники будут при мне.       Юноша кивнул и распахнул высокую дверь в приемный зал. Рыцари и косситы рассыпались по периметру холла, с вызовом поглядывая на тевинтерских охранников в блестящих рогатых масках. Энид прошла внутрь.       Алексиус восседал на троне возле камина. По всему видно, он чувствовал себя здесь настоящим хозяином. По правую руку от него стоял Феликс, по левую Фиона.       - Дорогая моя, как приятно снова вас видеть! – магистр даже соизволил встать и подойти к гостям на несколько шагов. – И ваших спутников, конечно. Я уверен, что вместе мы сможем прийти к соглашению, приемлемому для всех.       Он бы и дальше разливался в славословиях, но был неожиданно прерван Фионой:       - А у нас, магов, разве нет права голоса? Мы уже не решаем свою судьбу?       - Фиона, вы не доверили бы мне своих последователей, если бы не считали, что я не могу распоряжаться их судьбой.       Великая чародейка обернулась к Энид, явно ища поддержки. Но не удостоилась даже взгляда.       - Ну как вам можно не доверять! – елейно воскликнула Энид. – Такое располагающее лицо!       Сэра хрюкнула, Варрик хмыкнул, Солас ласково погладил свой посох.       - Вот и в Магистериуме тоже так считают, – подыграл Алексиус, однако глаза его стали холодными, как у рыбы. Усевшись обратно в трон, он процедил: – Инквизиции нужны маги, чтобы закрыть Брешь, и они у меня есть. Что вы можете предложить взамен?       С десяток дипломатичных, изящных, остроумных или вводящих в заблуждение вариантов промелькнули в голове Энид. Но она медлила в ожидании условного знака. И она его услышала – из холла послышался раскатистый кашель Тревельяна. Значит, люди Лелианы уже в замке. Стало быть, можно не ломать комедию дальше.       - Я вас бить не буду, – нежно пропела Энид.       Брови магистра насмешливо выгнулись.       - Даже так…       - Отец, она все знает, – вступил Феликс.       - Что ты наделал?       - Пытается защитить вас, только и всего, – Энид приблизилась к трону и вальяжно оперлась на посох. – Итак, что вам от меня нужно?       Магистр вскочил. Он уже не пытался изображать радушие, даже издевательское. Ноздри его раздувались, лицо пошло красными пятнами.       - Да кто вы такая? Вы вошли в мою крепость со своей украденной меткой – даром, значение которого вы вряд ли понимаете – и думаете, что можете распоряжаться здесь?       - Крепость-то не ваша, голубчик, – сказала Энид, – вы здесь гость, причем незваный. Ну да ладно, это второй вопрос. А первый – какого демона далась вам моя метка?       - Вы – просто ошибка. Вас не должно быть, – прошипел Алексиус.       - Допустим. Но не будь меня, то есть ошибки, что должно было случиться с появлением Бреши? Ведь она, как и убийство Верховной жрицы – это ваших рук дело, как я поняла.       - Это должен был быть момент триумфа Старшего. Сакральный момент для всего мира!       - Отец, послушай себя! – крикнул Феликс. – С каких пор ты начал такое говорить?       - В точности как типичный злодей, каковыми считают всех тевинтерцев, – послышался знакомый жеманный голос.       - Дориан, – магистр нахмурился. – Я давал тебе шанс быть с нами, ты отказался. Старший обладает силами, которых ты даже не представляешь. Он возродит Империю из пепла. Он заставит мир склониться перед магами, как раньше. И мы будем править – от Бурского океана до Морозных морей.       - Вы не заставите моих магов в этом участвовать, – теперь был черед кричать Фионе. Голос Дориана напротив прозвучал мягко и умиротворяюще:       - Алексиус, мы ведь именно об этом когда-то говорили. Что этого не должно произойти. Зачем вы поддерживаете его?       - Остановись, отец! Оставь венатори! Пусть южные маги закроют Брешь, а мы вернемся домой.       - Нет, Феликс. Это единственный способ. Он может спасти тебя. Старший обещал. Если я исправлю ошибку в Храме, он…       - Я все равно умру. Ты должен смириться с этим.       Будь Энид лет на тысячу моложе, ее, пожалуй, даже расстрогала бы эта семейная сцена. Но сейчас она лишь порадовалась, когда боковым зрением ухватила движение за колоннами. Люди Инквизиции обезвреживают часовых. Она удовлетворенно кивнула. Алексиус тоже заподозрил неладное и поспешно крикнул:       - Венатори, хватайте их! Выжившая нужна Старшему! – и поперхнулся, глядя, как из-за колон выходят гномы, вытирая окровавленные ножи.       - Ой, – притворно удивилась Энид. – А где же венатори? Ай-ай, кажется мертвые. Вот незадача! Арестуйте его, – громко скомандовала она и сделала шаг вперед, удобнее перехватывая посох.       Алексиус отступил, лицо было как у затравленного зверя. А потом произошло то, чего они все боялись – магистр вытащил из-за пазухи небольшой квадратный амулет, сделанный из материала, похожего на нефрит, и прошептал заклинание.       Яркий серебристо-зеленый свет словно ртуть опутал руку Алексиуса, которая держала амулет.       - Нет! – крикнул Дориан, метнулся вперед и выпустил по своему бывшему учителю силовой удар из посоха.       Магистр покачнулся и явно потерял контроль над своим заклинанием. Мощная светящаяся струя ударила вверх, над головой у Энид возникла и за долю секунды расширилась черно-зеленая воронка. Она не успела ахнуть, как водоворот затянул ее. Где-то рядом в крутящемся вихре мелькнуло искаженное лицо Дориана.       Падение в кромешной тьме казалось вечным. Хотя, возможно, оно длилось мгновенье. Ощущение времени отсутствовало. Единственное, что Энид понимала, что она – это она. Память была полностью при ней.       Сильный толчок по ногам вернул ощущение и времени, и пространства. Она упала на каменный пол, по колено в воде. Рядом поднимался мокрый Дориан. На стене чадил факел, тускло освещая каменную кладку. Окон не было видно, похоже, это был подвал. В дальнем конце подвала распахнулась решетчатая дверь, и вбежали два стражника в шлемах венатори.       - Откуда они взялись? – спросил один, но другой не ответил, вытаскивая меч. Энид с Дорианом переглянулись и подняли посохи.       С тевинтерцами было покончено до неприличия быстро. Видно, сильные эмоции – а в случае с Энид это был панический страх – подпитывали магию, так что бедолаги были буквально испепелены за считанную минуту.       - Значит, мы все-таки переместились, – произнес Дориан, задумчиво теребя усы. Он явно не ждал ответа, рассуждая вслух: – Куда же, интересно? В какой-то сгусток магической энергии? Нет. Судя по всему, мы в том же замке. Значит, правильный вопрос не «где», а «когда». Нас закинуло сквозь время. И точно не в прошлое, иначе здесь были бы не венатори, а солдаты эрла Тегана. Амулет был точкой фокуса, он перебросил нас вперед.       - Как такое возможно? – прошептала Энид, обнимая себя за трясущиеся плечи.       - Раньше бы я сказал – никак. Но, видно, Алексиус дошел в своих изысканиях до новых высот, пока мы с ним не виделись. Мы уже встречали его временные разрывы. Теперь прошли сквозь такой же. Пойдем, оглядимся. И подумаем, как вернуться… если это возможно.       - Надеюсь, у тебя есть идеи.       - Есть, есть. Маленькие такие, миленькие. Как жемчуга на бархате. Идем!       Подземелья замка Редклиф представляли из себя запутанную сеть коридоров и маленьких зальчиков. Пару раз они откровенно путались, кружа по одному месту. Выручали заклинания поиска пути.       Минуя очередной поворот, Энид почувствовала, как пол пошел под уклон. Целью было выбраться наверх, поэтому она уже было повернула обратно, как ей почудилось красноватое свечение. Предчувствуя недоброе, она устремилась вперед и вышла в очередной подвал с зарешеченными нишами. Тюрьма. Но не это заставило ее хрипло вскрикнуть. Пол, стены и потолок темницы покрывали кристаллы красного лириума. Она кинулась к ближайшей нише и тут же отпрянула. Верховная чародейка Фиона была прикована к стене кристаллом, проросшим сквозь туловище. Она медленно подняла голову и уставилась на Энид мутным безумным взглядом. Попыталась что-то сказать запекшимися губами и тут же уронила голову на грудь.       В следующей нише сидел рыцарь из свиты Тревельяна. Встать бы он не смог при всем желании, пришпиленный к полу красными прозрачными сталактитами. Он тер виски и безостановочно бормотал:       - Андрасте спасет меня… Андрасте спасет меня… спасет меня… Андрасте…       Энид развернулась к Дориану и, схватив его за грудки, затрясла:       - Скажи, что этого не может быть. Что это искусная иллюзия, обманка. Специально, чтобы лишить нас воли. Если такая магия у венатори, то почему мы до сих пор не побеждены?       - Но мы побеждены, – глаза Дориана были полны тоски, – оглянись.       - Курва! – взвигнула Энид и толкнула его с такой силой, что он упал. – Эта магия не должна создаваться! Куда вы смотрели, леший вас дери? Суки, тупые твари! В чью больную башку вообще пришла эта идея?       - Я совершенно с тобой согласен, – серьезно сказал Дориан, поднимаясь с пола. – Эту идею надо немедленно похоронить. Именно поэтому ты перестанешь осыпать меня своими долийскими проклятиями, возьмешь себя в руки, и мы продолжим путь.       Энид шумно выдохнула, стиснула посох и кивнула.       - Прости мою истерику. Это больше не повторится.       Тюрьма была переполнена людьми, гномами и косситами. Некоторых Энид знала по имени или в лицо, другие были незнакомы. Они были в состоянии разной степени плачевности. Некоторые увязли в лириуме, как мухи в янтаре. Другие были словно присыпаны красным порошком, сверкали красными глазами, но могли двигаться и говорить. Связка ключей, которую они сняли с убитого охранника, пошла в ход – двери открывались и все, кто мог ходить, шли вслед за Энид и Дорианом. Из сбивчивых рассказов они поняли, что амулет Алексиуса забросил их почти на год вперед. К тому времени Старший с помощью армии демонов захватил весь юг, убив императрицу Орлея и короля Ферелдена. Люди использовались как живые удобрения для выращивания кристаллов красного лириума и как подопытные кролики для выведения новых видов мутантов. Старший объявил себя новым богом и учредил кровавые жертвы.       Они переходили из одного подвала в другой, освобождая новых пленников. Возле очередного входа молча сходу убили двух охранников-венатори и ворвались внутрь. Здесь располагались камеры, где содержались особо приближенные к Вестнице – Солас, Вивиен, Варрик, Бык, Сэра, Блэкволл, Тревельян, Адаар и Кадаш. Их не использовали как фермы для лириума. Видимо, готовили для каких-то других целей. Пленники прильнули к прутьям и разом загалдели:       - Это ты!       - Как?       - Ты жива!       - Андрасте дала нам еще один шанс!       Энид вглядывалась в серые, покрытые черной капиллярной сеткой, лица, в больные красные глаза. И вздрогнула, встретившись взглядом с Соласом. Он молчал, опершись лбом о железный прут, и тускло смотрел на нее. Он был сломлен. «Нет, только не Солас. Он вообще здесь ни при чем, он из другого мира. Наверное…». Пока Дориан громогласно объяснял принципы действия временного амулета, она молча отпирала клетки.       - Надо найти Лелиану, – деловито распорядилась Вивиен. – Ее повели на допрос.       - Да, рыжика особо усердно обрабатывают, – мрачно добавил Бык.       Пыточная находилась в конце коридора. Внутри они обнаружили троих венатори, остолбеневших от неожиданности, и Лелиану, подвешенную за руки на цепях. С двумя безоружные пленники справились голыми руками – одному сходу свернул шею Бык, другому Тревельян. Третьего убила Лелиана, придушив ногами на весу. Энид подняла на нее глаза и невольно отшатнулась. За год тайный канцлер словно постарела лет на пятьдесят. Серая кожа, испещрённая морщинами и ожогами, обтягивала череп, как у мумии. Черные мешки обрамляли безумно сверкающие почти белые глаза. В отличие от других, она не стала приветствовать Энид, лишь молча ждала, когда ее освободят от цепей.       - Вам не любопытно, как мы сюда попали? – спросил Дориан.       - Нет, – коротко бросила она.       - И все же я поясню. Амулет Алексиуса отправил нас в будущее. Его победа, Старший – этого всего не должно быть.       - Утешили, – мертвым голосом ответила Лелиана.       - Мне жаль, что вам пришлось вынести это. Но мы попытаемся все исправить, обратить заклинание вспять. Если мы сможем вернуться в наше настоящее, мы не позволим случиться этому будущему.       - Так вперед. Он в тронном зале.       По пути наверх взломали оружейную. Правда, там не было посохов, но Солас и Вивен вооружились мечами.       - Моя специализация – рыцарь-чародей, цветик мой, – сказала Вивиен на немой вопрос Энид. – Не волнуйся за меня.       Солас ничем не прокомментировал свой выбор, но судя по той привычной хватке, в которой сжались его пальцы на рукояти меча, Энид уверилась, что он держит это оружие не впервые.       Горе тем стражникам, которые попадались на пути вооруженных пленников. Они даже не успевали понять, что происходит.       Алексиус был в одиночестве, если не считать иссиня-бледного и абсолютно облысевшего Феликса, сидевшего на полу рядом с троном.       - Какая злая шутка судьба, что вы появились именно сейчас, – Алексиус сипло рассмеялся. – Все, ради чего я боролся, все, что я предал… Неважно. Ничто уже не важно. Все, что мы можем – смириться и ждать конца. Смерть и распад, больше ничего нет. Скоро здесь будет Старший. Он придет за мной, за вами, за всеми.       Послышался звяк металла, магистр обернулся и вскрикнул. Лелиана держала у горла Феликса кинжал. Теперь особенно был заметен его жуткий облик – юноша походил на порождение тьмы и болтался в руках Лелианы, как тряпичная кукла.       - Алексиус, что вы с ним сделали? – в ярости взревел Дориан.       - Я его спас.       - Вы не спасли его. Никто не заслуживает такого существования.       - Он бы умер! – магистр умоляюще протянул руку к Лелиане: – Прошу, не убивайте моего сына. Я сделаю все, что вы попросите.       Ответом послужила струя черной крови, брызнувшая из разрезанного горла Феликса. "Как глупо", – промелькнуло в голове Энид, но рефлексировать было поздно.       - Нееееет! – вопль Алексиуса был нечеловеческим, как и его исказившееся лицо.       Он раскрутил посох и с силой ударил им об пол. Лелиану отшвырнуло в угол зала. Энид почувствовала жжение – под ногами начало гореть. Огненные круги расходились, как по воде, и кто вовремя не заметил этого и не перепрыгнул через основную волну, с визгом падали и хватались за ноги. Затрещал воздух и из мгновенно образовавшегося разлома посыпались демоны.       - Магистр наш! Займитесь тварями! – крикнула она.       Алексиус не был легкой добычей. Но Энид вложила в бой весь свой страх и злость. Загвоздка была в том, что Алексиус нужен был им живым. Поэтому Энид старалась лишь обездвижить его, в том время, как пленники рубились с демонами. Она заметила, что Дориан накладывает на магистра слабость и медлительность заклятиями, имеющими знакомый маслянисто-фиолетовый оттенок и рисунок. «Неужто некромантия?»       Пленники несли потери, а Алексиусу словно все было нипочем. Его защита была непробиваемой. Энид окутала его кипящей плазмой, чтобы сбить барьер. Магистр исчез и появился на другом конце зала.       - Аааа, сссучий потрох! – проорала Энид, кажется, на старшей речи.       - Я скоро полюблю твою долийскую брань! – крикнул Дориан.       - Трепло! Сделай с ним что-нибудь, я закрою разрыв!       Пора было, потому что демоны сыпались без конца на головы пленников, а силы у тех были на исходе. Было много раненых и несколько убитых.       Энид закрыла разлом, охнула и быстро взлетела над полем боя, потому что Алексиус выпустил из посоха целый феерверк огненных и ледяных полей, которые покрыли весь пол. Послышались вопли боли, но и магистра это заклинание вымотало. Синеватая защитная аура мигнула и пропала. В тот же момент в него воткнулось сразу несколько стрел.       - Зараза! Не надо было его убивать! – Энид подбежала к Алексиусу, но он был более, чем мертв.       - Думаю, он хотел умереть, – ответил Дориан.       - Ты сможешь сам вернуть нас?       - Да, но потребуется время.       - Сколько?       - Примерно час.       В этот момент стены замка задрожали, с потолка посыпалась штукатурка.       - Старший… – прошипела Лелиана. – Нет у нас часа. Скоро они будут здесь.       - Тогда задержим их, – сказал Блэкволл, и Энид почувствовала к нему безмерную благодарность. У бородатого стража была редкая особенность – говорить очень простые, но правильные вещи, и всегда вовремя.       - Да, будем сражаться! – Сэра тряхнула луком.       - Дадим вам время, – подтвердил Бык.       - Начинайте, не мешкая, – подытожила Лелиана и направилась к дверям.       Дориан пошарил под мантией Алексиуса и вытащил оттуда квадратный амулет.       - Я буду читать заклинания, а ты усиливай их, вливай в меня свою магию, – сказал он Энид. – Так будет быстрее.       Время тянулось особенно бесконечно под звуки битвы, бушующей за стенами. Битвы, в которой Энид не могла помочь. Вокруг амулета уже начал раскручиваться маленький черно-зеленый водоворот, когда в зал ввалились два десятка потрепанных и окровавленных пленников – все, что остались в живых. Все телохранители были на месте, кроме Блэкволла. Капитанов – Кадаша, Тревельяна и Адаара не было.       Они быстро забаррикадировались, свалив под двери все попавшиеся под руку столы и стулья. Двери сотряслись и все быстро рассыпались по боевым позициям.       - Скоро? – крикнула Лелиана.       - Осталось немного.       - Ваше время – у меня в колчане.       В пролом сунулась морда демона и тут же исчезла со стрелой во лбу. Ее место занял шлем венатори. Стрела отскочила он него, но достала алебарда Быка. После секунды паузы дверь сотряс мощный магический взрыв. Ее разнесло в щепки и через баррикаду, как тараканы, полезли венатори вперемешку с демонами.       Энид накрыла всех защитным куполом, чтобы укрыть своих хотя бы от дальних атак и магии. Но закипел ближний бой. Первым пал Варрик, снесенный ударом длинной костистой лапы.       - Говно! Говнище! – заорала Сэра, выпуская в Страха одну стрелу за другой. Ее зарубил венатори в тяжелой броне. Затем он же оглушил щитом Вивен и упал, смятый секирой Быка. Энид изловчилась и послала огромный огненный шар в скопление врага за баррикадой.       - Не отвлекайся! – через плечо крикнул Дориан. – Мне нужна твоя энергия! Энид послушно направила ему свой поток, но он иссяк под новым натиском врагов, крушивших ее солдат.       Раздался вой, потом гулкие шаги. В зал ввалился огромный мутант, усеянный, как шипами, красными кристаллами. Он наступил на голову ползущей Вивиен и ударом молотообразной руки сбил с ног Быка. Студенистая масса сразу нескольких призраков мгновенно облепила кунари, глуша хриплый предсмертный вопль.       - Хоть подступает тьма, огонь меня хранит! – прокричала Лелиана и выстрелила в монстра. Он недоуменно повернулся к ней. – Укажи мне путь, Андрасте. Возьми меня к себе, Создатель! – выкрикивала она, посылая стрелы, пока они не кончились. Тогда она отбросила лук, схватила в правую руку меч, в левую кинжал и бросилась на великана.       Энид подалась было вслед за ней, но Дориан нервно одернул:       - Стой рядом, иначе нам конец!       Из клубка демонов вынырнул Солас и подхватил щит, выпавший из рук убитого венатори. Он кувырком ушел от удара красного монстра и подрубил ему ноги. Тварь запнулась и эти воспользовалась Лелиана, располосовав ему шею. Но тут же была ухвачена сзади длинными липкими пальцами демона. Такие же лапы потянулись с разных сторон к Соласу. Он орудовал мечом с такой скоростью, что некоторые его движения были словно размазаны. Щит он использовал не столько как прикрытие, сколько как оружие. Лелиана уже исчезла в водовороте копошащихся жадных лап, а вокруг Соласа образовалась мертвая зона.       Он обернулся к Энид. Ей стало страшно: лириумные красные глаза будто сыпали искры, лицо было даже не забрызгано, а залито красной и черной кровью, зубы оскалились в дикой звериной гримасе. Энид впервые обратила внимание, что у него, в отличие от других эльфов, были клыки. Такие же, как у людей, даже немного длиннее.       - Идем! – крикнул Дориан и дернул ее за руку.       Но она стояла, как заторможенная.       - Иди! – крикнул Солас. – И сделай так, чтобы этот день никогда не наступил!       Словно в ответ в дверь хлынула новая волна тварей. Энид, очнувшись, кинулась к временному разрыву, который стал достаточно велик, чтобы с разбегу нырнуть в него.       Их выкинуло из разрыва толчком, так, что они чуть не врезались в Алексиуса. Живого и невредимого. За ним стоял Феликс – бледный, но еще с волосами и не похожий на порождение тьмы. Энид без раздумий направила плазменный луч на зеленый квадратный амулет в руке магистра. Он вспыхнул и рассыпался в пыль, глаза Алексиуса полезли из орбит.       - Как ни жаль, надо было лучше стараться, – заявил Дориан в своей обычной жеманной манере.       Алексиус бессильно опустился на колени.       - Нет смысла продолжать эту возню. Феликс…       - Все будет хорошо, папа, – ласково сказал Феликс, садясь рядом с ним на корточки.       - Ты ведь умрешь.       - Все умирают.       - Если вам будет от этого легче, – вмешалась Энид, – в будущем Старший не поможет вылечить Феликса, а лишь превратит его в порождение тьмы, к тому же, полудохлое.       - Не помог бы, – уточнил Дориан. – К счастью, мне удалось это предотвратить. Ну хорошо, нам удалось, моя дорогая.       - Сдайте ваш посох, Алексиус. Вы арестованы Инквизицией и предстанете перед судом. – подытожила Энид.       Магистра еще не успели вывести из зала, как двери распахнулись и впустили марширующий эскорт ферелденских рыцарей. Они выстроились в шеренги, и в образовавшийся коридор вошел высокий симпатичный мужчина с коротким ежиком светлых волос и чуть длинноватым носом. На вид ему было немного за тридцать. Веселые морщинки в углах ореховых глаз говорили о том, что он больше любит улыбаться, чем хмуриться. Но в данный момент он был чрезвычайно хмур. На полшага сзади него держалась статная светловолосая женщина. Черты ее лица были правильны и могли бы быть привлекательными, если бы не застывшая маска ледяного величия, которая, судя по всему, была ей привычна с детства.       - Их Величества король Ферелдена Алистер Тейрин и королева Анора, – сообщила Лелиана и легко поклонилась.       Энид последовала ее примеру, но была слишком незаметна среди рослых людей, чтобы на это обратили внимание. Впрочем, Лелиана тоже не была замечена – глаза короля были прикованы к сухонькой фигурке Фионы.       - Великая чародейка Фиона, – обратился к ней Алистер. – Когда я предоставил вашим магам убежище, само собой подразумевалось, что они не будут выживать моих поданных из домов.       - Ваше величество, позвольте вас заверить, мы не намеревались…       - Ваши намерения перестали быть важны, как только мой народ оказался под угрозой. Я отменяю ваше право на убежище. Вы со своими подопечными должны немедленно покинуть Ферелден.       - Но у нас же сотни людей, которым нужна защита. Куда же мы пойдем? Энид поняла, что пора вмешаться:       - Хочу напомнить, что мы пришли сюда за магами для помощи в закрытии Бреши. Алистер и Анора с интересом уставились на нее.       - Каковы же ваши условия? – спросила Фиона.       - Вы не в том положении, чтобы спрашивать об условиях, – фыркнула Энид.       - А это, должно быть, та самая Вестница Андрасте, – заметила королева Анора.       - Та самая, Ваше величество, – выступила вперед Лелиана.       - О, Лели, и ты здесь! – воскликнул Алистер, но тут же кашлянул и поправился: - Я хотел сказать, леди какая-то там рука Верховной жрицы.       - Ваше королевское величество, со смертью Джустинии все поменялось. Сейчас я являюсь членом Совета Инквизиции и заведую тайной канцелярией возрожденного ордена.       - Как интересно! Вы расскажете нам, что здесь произошло? – спросил Алистер.       - И про Инквизицию хотелось бы послушать, – добавила Анора.       - Непременно, Ваши величества.       - Ну так пойдемте в кабинет Тегана, надеюсь, он будет не против. ***