Сферы

      В туалетной комнате Энид увеличила посох и покрыла себя невидимостью. Вход в императорское крыло охранялся, а искать потайные тропы слуг было некогда. Поэтому она вышла во внутренний дворик и вскарабкалась по решетке с ползучими растениями, время от времени помогая себе левитацией.       Первым, кого она увидела, был Коул. Он метался по темной галерее, прилегающей к балкону, и что-то бормотал себе под нос. Энид сняла невидимость и показалась из-за портьеры.       - Коул! Вот ты где! Почему убежал из зала?       - Там уже никому не помочь, – отмахнулся он и вдруг зачастил скороговоркой, явно кого-то читая: – Страх. Так и знала. Зачем пошла? Дура, дура. Говорили же, предупреждали. Вот и смерть моя. Куда? Здесь найдет. Страх. Страх!       - Ну пошли, поищем твой страх.       Они тихо заскользили по лабиринту залов, зальчиков, комнат и коридоров, ловко скрываясь от патрулей. Энид время от времени сверялась с картой, но в основном их вело чутье Коула. У входа в личные покои императрицы столкнулись с Сэрой и Соласом. Из-под гобелена торчали ноги стражника.       - Да живой он, просто отдохнуть прилег, – хихикнула Сэра, видя недовольное лицо Энид. – Шишкой отделается.       Коул поднял нос, как гончая, и рванул с места. Они прибежали в обширную гардеробную, где были следы чьего-то неаккуратного пребывания: на полу валялась смятая шаль, коробка с туфлями перевернута. Постояв секунду, будто принюхиваясь, Коул помчался дальше.       Они нашли искомое в темном тупичке за умывальней. Бледная эльфка с некрасивым скуластым лицом и короткими коричневыми волосами вжималась в угол, над ней надвисала фигура, затянутая в клетчатое шутовское трико. Энид на бегу послала из посоха Кулак, сваливший ничего не подозревающего убийцу с ног. Тут же прыжком к нему подскочил Коул и всадил кинжал в шею. Коула, как всегда, забыли проверить на оружие, поэтому его кинжалы были под рукой в нормальном, неуменьшенном виде. Девица открыла было рот, чтобы кричать, но Сэра быстро зажала его и помотала головой. Паника в глазах эльфки уступила место пониманию, и она кивнула. Рот освободили, и она затараторила:       - Это же вы, да? Простите, что я ушла с кухни, но мне принесли записку, принес Тирол, я ему доверяю. Доверяла… Сказал, что нашел в нашем условленном месте, ну под той галлой. Вот эта записка, – она протянула дрожащей рукой смятую бумажку, на которой было написано: «Друзья Рыжей Дженни ждут тебя в гардеробной Селины», – я и пошла. Ждала, ждала, а пришел этот, – она со страхом указала на мертвое лицо шута, чьи черты не читались под густым слоем грима. – Пожалуйста, спрячьте меня! Вы ведь из Дженни, да? Вы… О, Создатель! Да вы сама… Благословите меня, леди Вестница! Не дайте мне умереть! Я вам все расскажу. Я работала в бельевой, когда мисс Бриа была при императрице. Они спали вместе. Они спали вместе даже тогда, когда Селина приказала сжечь эльфинаж в Халамширале. Бриа могла бы всех спасти или, хотя бы, предупредить. Все слуги об этом знали, хоть мисс Бриа и скрывалась. Но разве такое скроешь? Сейчас этих слуг вы не найдете. Их сменили, разослали в разные места, а потом их стали находить мертвыми одного за другим. Когда я поняла, что и мне скоро конец, обратилась к Друзьям Рыжей Дженни.       - Почему ты думаешь, что Бриала могла бы спасти эльфинаж?       - Потому что она знала о намерениях Селины! Я была там, я выжила среди немногих! Она явилась к нам в эльфинаж в своем вычурном доспехе с дорогим оружием и долийским магом. Назвала нас дураками, сказала, что мы должны сами разбираться со знатью, не впутывая трон в наши мелкие дрязги. Мы думали – она хочет помочь нам, а она забрала Тренна и уехала в повозке, как какая-нибудь дворянская собачка. А на следующий день Тренн был мертв, а эльфинаж пылал, – эльфка заплакала, шмыгая носом.       - Сэра, уведи ее в безопасное место под охрану. Но не из дворца – она нам может понадобиться. Как тебя зовут, дитя?       - Виола, миледи.       - Пойдешь с Сэрой – она главный Друг Рыжей Дженни. Будь с ее людьми, Виола, и ты в безопасности.       - Спасибо, миледи, храни вас Создатель.       Быстро обыскали труп убийцы, нашли надорванную записку: «В гардеробной С.», написанную тем же почерком, что и записка Виолы. Шутовской колпак скрывал острые уши.       - Есть образец почерка Бриалы? – спросила Энид.       - Найдем, – ответила Сэра. – Зуб даю – это он и есть.       - Мне тоже так кажется. Давай для полноты картины навестим спальню Селины.       В роскошной опочивальне императрицы их встретила эпичная картина. На широкой кровати, растянутый, как подопытная лягушка, лежал абсолютно голый мужчина в шлеме с геральдикой герцога Гаспара. Его руки и ноги были привязаны к столбикам кровати шелковыми шалями, затянутыми витиеватыми морскими узлами. Энид сняла шлем с его головы и прикрыла им срам.       - Господи, наконец-то, – выдохнул мужчина, – освободите меня поскорее.       - Да ну, полежи лучше с голыми причиндалами, – хихикнула Сэра, ее поддержала смешком Виола. Коул же был очень серьезен, а Солас брезгливо покривился.       - Я лежу так почти целый день! Я хочу пить, – взмолился бедолага.       Энид молча перерезала его путы, и он, схватив с прикроватного столика графин с водой, жадно припал к нему.       - А теперь расскажи по порядку, с толком и расстановкой, что ты тут делаешь, – приказала Энид.       Офицер из личного корпуса Гаспара поведал череду событий, которые ложились в цепочку следующего: Селина спровоцировала кузена через подставных лиц, как бы нечаянно подсунув ему канал, по которому можно было перебросить своих вооруженных людей во дворец. Сама эту переброску контролировала с тем, чтобы выждать момент нападения и прилюдно припереть Гаспара к стенке. Курировал эту провокацию офицер, который сейчас нервно растирал посиневшие руки и ноги. Так Селина его «отблагодарила».       Порывшись в вещах императрицы, они не нашли ничего примечательного, кроме эльфийского кулона, который мог принадлежать только Бриале. Видно, Селина была сентиментальна.       - Гаспар не так умен, как я думала, – разочарованно подытожила Энид. – Клюнуть на такую дешевую наживку. Хотя, может, это и к лучшему... В любом случае, это не выводит нас на след венатори. Мы по-прежнему не знаем, кто при дворе связан с Корифеем. Надо возвращаться и искать ту придворную ведьму.       Морриган нашла ее сама, когда Энид жадно вдыхала свежесть ночного парка после знакомства с очередной важной орлейской персоной.       - Так-так, кто у нас тут? – вкрадчиво спросил приятный низкий голос с едва уловимой ехидной ноткой. – Глава новой Инквизиции, легендарная Вестница веры. Вырванная из хватки Тени дланью самой Андрасте.       Энид медленно обернулась и встретилась с внимательным взглядом нечеловеческих глаз цвета жидкого золота. Женщина была на диво хороша: белоснежная кожа, черные блестящие волосы, точеные черты лица, тонкий стан. Темно-красные губы, словно нарисованные тонкой офирской кистью, изгибались в усмешке, впрочем, вполне доброжелательной. Аккуратные круглые уши четко указывали на происхождение, хотя она чем-то напомнила Энид майяров – лицо вроде бы не эльфское, но и не совсем человечье. Роскошное темно-лиловое платье с невесомым черным кружевом колыхалось колоколом, когда ведьма медленно подходила. Тяжелое многослойное ожерелье смотрелось на хрупкой шее, как оковы. Впрочем, женщина явно не чувствовала никакого дискомфорта. Ее движения были плавны и раскованы. Подойдя, она непринужденно облокотилась о мраморную колонну и скрестила изящные руки, унизанные рядами массивных браслетов.       - И что же привело сюда столь возвышенную персону?       - Придворные интрижки, – в тон ей ответила Энид и столь же легко облокотилась о парапет.       - Интриги скрывают многое, но не все. Я Морриган. Советница Селины по магическим вопросам. Вы были заняты весь вечер, обшарили каждый темный уголок дворца. Но искали не там.       - Я и не думала, что за мной наблюдают, – с деланной беззаботностью ответила Энид, старательно пряча тревогу. Морриган была больше того, чем выглядела.       - Все глаза направлены на вас, Инквизитор. Однако, не будем отвлекаться. Возможно, мы с вами выслеживаем одну и ту же добычу. Такую, как незваный гость, обнаруженный и убитый мною в этих стенах. Это был тевинтерский лазутчик.       - Зачем вы убили лазутчика? Он мог знать что-то важное.       - У меня нет привычки убивать просто так. Он напал первым. Я не знала, кто он, до самого конца драки, и жалею, что не смогла захватить живьем. Ну а что здесь надо Тевинтеру – это вам, полагаю, знать лучше меня. При нем я нашла этот ключ. От какой он двери – не ведаю. Возьмите его. Если Селина действительно в опасности, я не могу покидать ее надолго. А вы – можете.       - Вы так печетесь о Селине, – заметила Энид, принимая ключ, – словно ее телохранитель.       Морриган усмехнулась:       - Я что, похожа на телохранителя? Просто если с Селиной что-то случится, подозрения сразу же падут на ее «советницу», которая тут многим поперек горла. Вам я тоже рекомендую быть начеку. Вокруг много врагов, и не все они тевинтерцы.       С этими словами Морриган удалилась, покачивая юбкой. Энид незаметно спрятала ключ в нагрудный карман и отправилась кидать монетки-капризы в ближайший фонтан под аплодисменты и «шарман» окружавших его дворян.       Энид пришлось выдержать еще с десяток светских бесед, когда рядом вновь появилась озабоченная Сэра.       - В людской неладное. Дверь заперта – не взломать, магия на замке. Ключника обокрали. Из-за двери слышали крик.       - Мне тут подкинули недавно ключик. Может, тот самый. Пошли проверим.       Обозначили на карте точку встречи, Сэра отправилась за Соласом, а Энид – снова в дамскую комнату, чтобы повторить сценарий. Незаметно пробравшись к дверям людской, она не удивилась, обнаружив там Коула, который пытался кинжалом вскрыть замок и безостановочно шептал: «Больно, больно, больно».       Откуда-то из-за портьеры вынырнули Сэра, Солас и Варрик с Блэкволлом.       - Говорят, у вас тут драка намечается – а мы уж было заскучали, – мрачно пошутил гном.       - Бык тоже рвался, но он слишком заметный, решили оставить его на растерзание орлейских дам, – добавил Серый страж.       - Давайте-ка сюда свое оружие, – кивнула Энид. – Оно нам понадобится в натуральную величину.       Расколдовав оружие соратников, она вытащила ключ Морриган и не удивилась, когда тот подошел. «Если Лелиана права, то это может быть ловушкой ведьмы. Что ж, проверим».       Людская встретила их кровью. Эльфы-слуги лежали там, где смерть застала их за работой – у корзин с продуктами, бельевых тюков и инструментов. Убийцы не пожалели даже подростков-поварят и подмастерьев. «Суки», – сдавлено прошептала Сэра со слезами на глазах. Остальные молча стискивали оружие.       Первую группу венатори обнаружили во внутреннем дворике, соединявшем кухню с прачечной. Их убили за одну минуту. Услышав звуки бойни, помчались туда в надежде кого-то спасти, но опоздали. Буквально им на руки упала эльфка со стрелой в спине, а последний крик прозвучал из мастерской, откуда выходили убийцы, вытирая на ходу окровавленные мечи. Эта группа тевинтерцев насчитывала десять человек, включая двух магов, поэтому с ней расправлялись чуть дольше минуты. Последний оставшийся в живых маг переместился на другой конец двора и воздел было посох, но свалился, как сноп, с метательным кинжалом во лбу.       С парапета спрыгнула невысокая хрупкая фигурка, подошла к убитому и с силой дернула кинжал.       - Инквизитор Лавеллан, разве вы не должны сейчас танцевать? Что скажут люди? – спросила маленькая эльфка, вытирая кровь с кинжала.       - С кем имею честь?       - Маркиза эльфов, я полагаю, – ответил за нее Солас.       - Пока без титула. Просто посол Бриала, к вашим услугам.       - Разве посол не должен быть на переговорах?       - И у переговоров бывают перерывы. Впрочем, запросил его Гаспар, потому что выпивка кончалась.       - После увиденного я не склонна воспринимать шутки, леди посол, – холодно заметила Энид.       Бриала подошла ближе. Как ни мала была Эллана Лавеллан, Бриала была меньше ее на полголовы и тоненькая, как тростинка. Ее запросто можно было принять за ребенка-подростка, если бы не хищная грация в движеньях и уверенный голос. Она была одета в белое платье с воротником-стойкой, по которому шла вышивка золотыми нитями. Темно-зеленый кафтан, одетый поверх, был перехвачен широким поясом, а волосы скрывала сетка из блестящего зеленого шелка. «Скромненько, но со вкусом». Лица не было видно из-за маски с атрибутикой дома Вальмон.       - Если бы мне доложили о беспорядках в людской раньше, я бы успела спасти своих агентов, – теперь в ее голосе уже не было сарказма, лишь грусть, – сейчас остается только мстить. Ваша помощь очень кстати – врагов больше, чем я предполагала.       - Нам плевать на твоих агентов, – грубо перебила ее Сэра, – и мы тебе не помогаем. А пытаемся спасти народ, который вообще не при делах с вашими говенными интригами.       - А это, надо думать, Рыжая Дженни, – повернулась к ней Бриала. – Вот и познакомимся. Все же делаем похожее дело, – Сэра фыркнула, – Но если мы хотим кого-то спасти, надо поспешить. Думаю, следует обыскать спальни.       Пересекая сад, они наткнулись на мертвеца в бархатном камзоле и богато украшенной маске. Из груди его торчал кинжал.       - Эмиссар Совета герольдов, – констатировала Бриала. – Которого так и не дождались на переговорах. А это, – она склонилась над кинжалом, – герб дома де Шалонов. Я знала, что Гаспар тайно ввел во дворец своих шевалье, которые сейчас ожидают сигнала на конюшне. Но убийство посла Совета, тевинтерские сектанты…       - Как-то слишком просто, – подал голос до этого молчавший Варрик, – убийца, на которого и без того указывают все улики, оставляет на месте преступления оружие со своим гербом.       - Надо знать Гаспара. Он вообще довольно прост. Может, не успел вытащить кинжал. Но это, конечно, слишком просто даже для него. Думаю, это жест отчаяния – он хочет ударить сегодня и покончить с Селиной.       - Или его хотят подставить, – подытожила Энид.       Спальни слуг были залиты кровью. Несчастных эльфов смерть застала за самыми мирными делами – кто-то ел, кто-то спал, одна пара занималась любовью, когда их пронзили мечами. И, видимо, здесь венатори решили устроить что-то вроде штаба – их было человек двадцать, с несколькими сильными магами. Бой был стихийным и жестоким – особенно остервенело тевинтерцев убивала Сэра.       - Подожди, оставь одного! Надо взять языка! – крикнула Энид.       Они окружили одного из солдат в желто-черной броне, но он посмотрел на них безумным взглядом фанатика, оскалился и воткнул меч себе в грудь.       - А, зараза! – огорчилась Энид.       Спальни обыскали, но не нашли больше ни одного живого венатори. Зато нашли группку из восьми эльфийских женщин с тремя детьми. Им удалось спрятаться в неприметном чуланчике. Их расспросы тоже ничего не дали – они не понимали, о чем говорят убийцы, из-за специфического тевинтерского акцента и из-за того, что они не обсуждали ничего открыто. Они плакали и целовали руки Энид, просили благословения Вестницы пресветлой Андрасте. Узнав, что Сэра из Друзей Рыжей Дженни, целовали и обнимали ее. Потом по очереди всех спутников, кроме Бриалы. «Не считают ее за свою. Таят обиду», – отметила про себя Энид.       - Хорошо мы потрудились, – с удовлетворением подытожила Бриала. – Кровь тевинтерцев месяц придется смывать. И этот кинжал весьма кстати…       - Возвращаетесь к императрице? Доложите ей, что пора бы принять нас и выслушать. Пойдем, ребята. Надо еще привести себя в порядок. ***