Сферы

      В зале к Энид подошли давешние тройняшки и пригласили «в кабинет». Селина приняла ее один на один, что по отзывам девиц, чьи имена упорно не задерживались в голове, было неслыханной милостью.       - Леди Инквизитор, мне жаль, что не было времени побеседовать раньше. Не сомневаюсь, у вас накопилось множество вопросов, – проникновенно начала Селина с материнскими нотками в голосе.       Вблизи было видно, что она уже не молода – талия расплылась, это было заметно, несмотря на нещадно затянутый корсет, круглые белые плечи слишком плавно переходили в полноватую шею, кожа была сухой и тонкой. Маска открывала только нижнюю часть лица и кончик носа с тонким хрящиком и широкими ноздрями. Губы были сложены в легкую постноватую улыбку, словно она боялась вызвать лишние морщины. Энид усиленно подавляла в себе предубеждение, но не могла побороть немотивированную неприязнь.       - Ваше Величество, у меня не столько вопросы, сколько ответы. Мы сообщали вам ранее, что тевинтерская секта венатори под руководством существа по имени Корифей, планирует покушение на вас. Сейчас у нас есть доказательства. Венатори тайно проникли во дворец и обосновались в людской, где перебили всех находившихся там слуг. Нам удалось уничтожить их, но учитывая, что в вашем окружении есть их пособник, опасность не миновала.       - В моем окружении? Какой вздор.       - Без высокого покровительства убийцы не смогли бы зайти так далеко. И, учитывая их численность, убийство планируется сопроводить полномасштабным захватом дворца со всей знатью и последующим вторжением.       - Значит, Бриала была права с этим кинжалом. Не ожидала, что кузен падет так низко.       - Возможно, это не он.       - Кому еще это на руку?       - Вы так легко верите, что человек, всю жизнь воевавший за Орлей, так просто отдаст страну Тевинтеру на растерзание?       - Не важно, во что я верю, если есть достаточно оснований взять кузена под арест. Я благодарю вас за помощь, Инквизитор.       - Не верю своим ушам! Вы сами кинули Гаспару приманку, чтобы он ввел своих шевалье во дворец. Его можно обвинить в этом, но не в связи с Корифеем. Неужели вам не важно, кто именно стоит за венатори?       - Ну вы же убили их, верно? После ареста Гаспара мы проведем расследование. Еще раз благодарю вас и повторяю свое обещание оказывать посильную помощь Инквизиции на территории Орлея. А сейчас пойдемте к гостям. Вы еще не потанцевали!       - Вы не остановите бал? У вас во дворце около сотни трупов, в людской скользко от крови, глава заговорщиков все еще на свободе.       - Это Орлей, бал для нас святое.       Селина поплыла к выходу, покачивая широченной юбкой.       - Вы тут обронили, Ваше Величество, – Энид трясло от негодования, но улыбка была самой подхалимской. – Кажется, ваша вещица. Явно эльфийская.       Императрица обернулась со своей неизменной постной улыбкой, но Энид почудился прищур блеклых глаз в прорезях маски.       - Ах, малышка Бриала. Такая идеалистка. Хотела изменить мир. Но разве можно в один день изменить вековые традиции? Я и так сделала для эльфов в Орлее больше, чем все мои предшественники вместе взятые. Образование, торговля, налоги… Но ей было мало. При всей своей привязанности, я не могу променять на нее весь народ. Можете выбросить этот медальон, Инквизитор, он для меня ничего не значит.       Селина величественно отвернулась и вышла. Энид кипела. «Может, права Лелиана? Будь что будет», – злобно подумала она и отправилась в бальный зал.       Перекинувшись парой слов с советниками, которые тут же жарко заспорили друг с другом, Энид спустилась на несколько ступенек, наблюдая за кружащимися парами.       - Инквизитор Лавеллан?       Энид обернулась и увидела перед собой великую герцогиню Лаидскую. Высокая сухопарая женщина была ненамного моложе императрицы, судя по глубоким носогубным складкам и шелушащейся коже, видневшимся из-под маски. Затылок и виски ее были гладко выбриты, лишь на макушке оставался ежик почти белых волос. Эта прическа смотрелась странно в сочетании с пышным платьем черного бархата, расшитым серебром и усыпанном бриллиантами.       - Великая герцогиня Флориана де Шалон, – женщина сделала реверанс, – мы с вами уже встречались.       - Де Шалон? Не приходитесь ли вы родственницей великому герцогу Гаспару?       - Прихожусь родной сестрой.       - О, значит неслучайно, что именно вы стали инициатором этого чудесного бала и переговоров.       - Это Орлей, здесь ничего не происходит случайно, – улыбнулась герцогиня. – Танец?       - Эээ… – Энид бросила взгляд на танцующие пары и не увидела среди них однополых. Вполне возможно, ее хотели выставить на посмешище. Но если она откажется, это могут счесть за трусость. «Что ж, рискнем». – С удовольствием, мадам.       «Интересно, эта извращенка любит быть девочкой или мальчиком? Судя по прическе, второе», – решила Энид и мягко положила герцогине руку на плечо. Та оценила этот жест и по-мужски обхватила ее за талию. Заиграла музыка.       Жозефина убила вечер в Скайхолде, обучая Энид движениям основных придворных орлейских танцев. Это было нетрудно – никак не сложнее нильфгаардского котильона. Она быстро научилась и сейчас вальсировала очень изящно, будто всю жизнь танцевала на балах, что подтверждал одобрительный шепоток со всех сторон.       - Во время танца нас не смогут подслушать, – доверительно сказала Флориана.       - Только если не уметь читать по губам, – ответила Энид, чем вызвала улыбку партнерши.       - О, чтобы этого не произошло, мы будем крутиться вдвое быстрее, – и герцогиня от души развернулась, крутанув Энид чуть ли не до тошноты. – Полагаю, и вы, и я здесь потому, что нас интересует судьба некоей важной персоны.       - Я всего лишь прибыла по приглашению Ее императорского Величества.       - На самом деле настоял на вашем приглашении Гаспар. Он посчитал, что в современных условиях Инквизиция стала частью большой Игры, хотим мы этого или нет.       - Весьма прозорливо с его стороны. Ну а как считаете вы?       - Признаться, не подозревала у долийского эльфа страсти к политике. Что вы знаете о нашей гражданской войне?       - Увы, не много. Но знаю точно, что последствия этой войны могут простираться далеко за пределы Орлея.       - Что ж, вынуждена согласиться. Орлей – это центр мирового влияния. Так или иначе, устроить сегодняшние переговоры было непросто. Одна из сторон может использовать это для ужасного предательства. Безопасность империи на кону. Никто не хотел бы видеть ее падения.       - В этом наши взгляды сходятся, леди Флориана. Ой…       - Ах, простите, леди Инквизитор. Я сама все время царапаюсь об этот перстень. Сколько раз напоминаю себе отдать его ювелиру на шлифовку и забываю…       - Все хорошо.       - Так о чем это бишь я? Вы многих интересуете, Инквизитор и некоторых беспокоите.       - А у вас я вызываю интерес или беспокойство, Ваша милость?       - На самом деле, всего понемногу… Сегодня очень интересный вечер. Любопытно, какую роль вы во всем этом сыграете.       - Значит ли это, что меня пригласят на переговоры?       - Как знать, как знать… Очень важно понимать, кто на вашей стороне. От вашего внимания наверняка не ускользнуло, что при дворе многие вовлечены в опасные интриги.       - Я думала, что интриги – это национальный орлейский спорт.       В это время прозвучали заключительные аккорды. Флориана слегка замялась, словно подбирая выражения, и Энид перехватила инициативу в свои руки. Она по-мужски закрутила герцогиню, оттеснив ее ладони со своей талии. Закрутила – и опрокинула на изгиб своей руки в блестящем заключительном па. Публика взорвалась аплодисментами.       - Времени у вас немного, – торопливо проговорила Флориана, когда Энид рывком поднимала ее обратно. – Атака произойдет совсем скоро. Остановите Гаспара, прежде чем он нанесет удар. В саду императорского крыла вы найдете наемников брата. Им известны все секреты. Думаю, вам под силу убедить их быть достаточно любезными, – герцогиня отвесила завершающий поклон, и Энид ответила ей тем же.       Вырвавшись из круга танцующих, Энид помчалась к советникам, но ее перехватила Вивиен.       - Познакомься с леди Мантильон, мой цветик.       - Ваша милость, – присела Энид в книксене, попутно припоминая какие-то бардовские байки, связанные с фамилией Мантильон.       - А вы та еще штучка, Инквизитор, – прокудахтала орлейская дама в кружевах, плоеной шляпе и зеленой фарфоровой маске, – нечасто встретишь долийку с манерами более изящными, нежели у великого герцога.       - Желаете танец, миледи? – спросила Энид тоном служанки.       - О, редко вообще можно увидеть иностранца, который столь тонко разбирается в Игре. Но сейчас вам следует подумать о других танцах.       Энид до гулей надоели эти многозначительные смертные, считающие каждое свое слово весящим в целое царство.       - В таком случае, не буду вас обременять, – пропела она и устремилась к Лелиане.       Каллен, стоящий в кружке орлейских дам с самым страдальческим выражением лица, увидев Энид, преобразился, раскланялся и последовал за ней. Лелиана вытекла из объятий какой-то пожилой дамы, а Кассандра попросту отставила вбок старикашку в сверкающей бриллиантами маске.       - Опять Гаспар. Опять нам упорно подсовывают Гаспара, – с досадой говорила Энид, направляясь к саду в окружении советников.       - У Флорианы с братом прекрасные отношения, – заметила Жозефина. – Если она указывает на него, на то есть веские причины.       - Ну-ка, расскажи еще раз о престолонаследовании. Кто там за кем?       - У Жюдикаеля после эпидемии коклюша осталось три внука – Гаспар, Флориана и Селина. Гаспар старший, но у него нет права носить имя Вальмон, из-за очередности его матери, жены императора. У Селины единственной есть это право, но она младшая. Как всегда в таких спорных случаях прибегли к Совету Герольдов. Гаспар силен на поле боя, но здесь Селина переиграла его, склонив на свою сторону большинство членов Совета. Трон отдали ей.       - Я правильно понимаю, что если и Селина, и Гаспар исчезнут, то трон достанется Флориане?       - Ммм… Ну да.       - Ясно. Пришли.       На этот раз к компании присоединились все капитаны и телохранители, кроме Коула, который остался в окровавленной людской утолять чью-то боль. Энид увеличила их оружие, и пятнадцать бойцов Инквизиции ступили в тенистую аллею, источавшую аромат магнолий и жасмина. Лелиана, Каллен и Жозефина остались на балу прикрыть им тыл.       Сначала послышался до боли знакомый треск, потом зеленое свечение. Добежав до перекрестка аллей, образующих обширную поляну с фонтаном в середине, они обнаружили разрыв, поддерживаемый как минимум пятью магами-венатори. Воинов было человек тридцать, насколько Энид успела сосчитать беглым взглядом.       - Вас так трудно предугадать. До конца не была уверена – попадетесь или нет, – раздался знакомый голос. С балкончика на них взирала Флориана де Шалон.       - Желаете потанцевать? – спросила Энид, мысленно активируя защитный амулет. – Боюсь, я немного занята.       - О, я вижу, вот жалость-то! А мне бы хотелось… напоследок. Было очень любезно с вашей стороны попасться в западню, Инквизитор. А то я уже подустала. Корифей настаивает, чтобы Селина сегодня умерла. А я не очень хочу его разочаровывать.       - Зачем вам помогать Корифею захватывать свою родину?       - Вы мелко мыслите. Что мне до империи, когда впереди целый мир?       - И какая вам выгода?       - Когда Корифей станет богом, я буду править Тедасом от его имени.       - С чего вы взяли, что он будет делиться властью?       - Богу богово, кесарю – кесарево. Пока он разбирается со своим Златым градом, я применю все свои способности для обустройства царства его на земле.       - Боюсь, он разочаруется. Впрочем, не впервой.       - Не сегодня, Инквизитор. Что ж, мне пора. Жаль, что вы пропустите остаток бала – он будет шикарен. – Она развернулась к своим бойцам. – Добейте ее. Руку с меткой принесете мне.       С этими словами Флориана удалилась, а на них обрушился удар лучников и магов венатори. Защитный магический барьер выдержал первую атаку, а Энид подумала: «Добить?» И словно в ответ на эту мысль почувствовала дурноту. «Курва…». Мир закружился цветным хороводом, она осела на землю, пытаясь сфокусироваться на своем посохе. Из карусели выхватывались отдельные фрагменты: «Я сама все время царапаюсь об этот перстень», «Это Орлей, здесь ничего не происходит случайно».       Энид не была бы королевой, если бы не имела всегда под рукой универсальный антидот. Немеющими пальцами она расстегнула пуговку на поясе и извлекла пузырек. Попыталась вырвать пробку зубами, но не хватило сил. Солас увидел и все понял – метнулся к ней, открыл склянку и, придерживая Энид голову, влил содержимое ей в рот.       Тошнота отпустила, но не слабость. Она беспомощно смотрела, как ее соратники бьются с венатори. Численность была в пользу тевинтерцев, но на стороне Инквизиции был опыт. Однако весы стали склоняться в обратную сторону, когда маги венатори активировали разрыв и оттуда хлынули демоны. Баррис и Белинда, бившиеся в первых рядах по храмовничьей привычке, упали, тяжело раненные. Энид поняла, что дальше отлеживаться было бы преступно. Она тяжело встала, опираясь на посох и подняла руку с меткой. Пока разрыв закрывался, Солас доселе невиданным заклинанием притянул всех вылезших оттуда тварей в воронку и, когда они сбились в плотную кучку, обрушил на них метеоритный дождь такой силы, что у него хлынула кровь из носа. Дориан тем временем обратил свое внимание на людей и применил к ним несколько заклятий из арсенала некроманта. Он наслал на них слепящий Ужас, затем поднял их павших товарищей и бросил их в бой с живыми. Но маги венатори тоже не дремали, и им противостояли Вивиен, Фиона и Эвелин, сдерживая разрушительные заклинания и прикрывая своих.       Когда бой был закончен, они обнаружили под скамейкой скулящего от ужаса мужчину. Выяснилось, что это наемник, которого наняли люди Флорианы от лица Гаспара.       - Ну вот и ответ – кто подставлял герцога все это время, – устало подытожила Энид, которая еще не оправилась от атаки яда на свой организм.       - А его как раз в это время, должно быть, арестовывают, – тревожно сказала Вивиен.       Они вбежали в бальную залу, даже не утруждаясь уменьшить и спрятать оружие. Редкие стражники отшатывались от их окровавленных фигур, когда им гаркали в лицо: «Императрица в опасности!» Советникам все объяснили в двух словах на ходу.       Селина как раз поднялась на балкон, чтобы держать речь. Ничего не подозревающий Гаспар стоял рядом, здесь же была и Флориана с самодовольной улыбкой. Чуть поодаль от сиятельных особ скромно держалась Бриала.       Флориана, смотревшая сверху, первая заметила их появление. По лицу, закрытому маской, ничего не было понятно, но по одеревеневшей улыбке и невольному шагу назад угадывалось замешательство герцогини – она явно успела всех похоронить. Энид уловила тот момент, когда можно было громко крикнуть, послать заклинание или стрелу, чтобы обезвредить заговорщицу. Но она медлила.       - Эллана? – полувопросительно позвал Каллен.       - Пусть победит сильнейший, – тихо ответила Энид и все послушно умолкли.       Эта минута показалась наполненной звоном.       - Друзья, мы собрались сегодня… – начала Селина и вдруг из горла ее вырвалось бульканье и выплеснулась кровь. На груди образовалось и стало быстро расти кровавое пятно, из которого, словно змея из норы, показалось лезвие клинка.       Это произошло так быстро и неожиданно, что сперва никто ничего не понял. Но уже через мгновение тишину разорвал первый истерический вопль, к нему присоединились другие.       - Флориана, что ты наделала? – спросил Гаспар севшим голосом.       - Довольно притворства! Я сделала это ради тебя, братец.       - Ради меня? Да ты в своем уме?       - Нет, не ради вас, герцог! – Энид приблизилась с посохом в руке. – Она сделала это ради Корифея.       - Только очень невоспитанные гости перебивают хозяев, – протянула Флориана и дала знак рукой. Из распахнутых окон впрыгнули в зал венатори и напали на дворцовых стражей. С ними завязали борьбу бойцы Инквизиции. А Флориана наоборот – побежала к окну. Энид устремилась за ней.       Она настигла герцогиню у ворот в сад. Та успела сбросить с себя тяжелую юбку и оставалась в коротких панталонах, в которых удобно было прыгать через ограды. Сиганув на парапет, она выхватила лук, который все это время болтался у нее под платьем, и натянула тетиву, наставив острие на Энид.       - Удивительно, что вы живы, Инквизитор. Но нет худа без добра. Я планировала избавиться от Селины руками Гаспара, а потом уж от него самого. Но вы ускорили процесс – и это к лучшему. Осталось только принести руку с меткой нашему новому божеству – без нее господин будет чувствовать себя неудовлетворенным.       Она выпустила стрелу, которая отскочила от магического барьера. Усмехнулась и метнула в Энид бомбу, которая пробила защиту и отшвырнула ее саму. Одну за другой Флориана выпустила пять стрел – от некоторых Энид уворачивалась, но некоторые достигли цели, ослабляя действие защитного амулета.       - А вас неплохо экипировали, Инквизитор.       Энид ответила ей молнией из тех, что обычно убивала нескольких демонов за раз, но герцогиня, верно, и сама была увешана амулетами – магия отскочила от нее, не повредив. Она кинула себе под ноги дымовую шашку, исчезла и появилась уже в другом конце площадки. Лук у нее явно был заговоренный – он посылал стрелы со скоростью Варрикова арбалета, и нес с собой взрывные заряды.       Бой оказался не таким простым, как ожидала Энид. Она сделала Шаг в Тень, тоже поменяв свое положение, и решила сменить тактику, сосредоточив всю энергию на заклинании Активной защиты. Приходилось все время менять точку, чтобы заклинание не прерывалось. Причем, делать это без помощи магии – поэтому Энид бегала по всей площадке, уворачивалась и кувыркалась под хохот герцогини. Наконец, почувствовав, что готова, Энид остановилась прямо перед Флорианой. Стрелы словно вязли в зеленоватом куполе, как в желе.       Сконцентрировавшись, Энид стукнула посохом и резко выкрикнула, отправляя их обратно хозяйке. Такой залп пробил магическую защиту. Часть стрел отскочили, но половина достигла цели.       Флориана упала, утыканная собственными стрелами. Энид подошла к ней и пинком сбила маску с лица. В узких бледных глазах еще теплилась жизнь, острое крысиное лицо морщилось, окровавленные губы пытались что-то выговорить.       - Блёде дхойне, – с презрением сказала Энид и одним махом отсекла голову герцогини зерриканской саблей. Преодолевая отвращение, взяла ее за ежик светлых волос на макушке и отправилась обратно в зал.       Перед ней расступались. Энид несла голову великой герцогини Лаидской элегантно, чуть на отлете, как дамскую сумочку. Из нее продолжала капать кровь, оставляя на белом мраморе красную неровную цепочку. Она шла не спеша, аккуратно покачивая бедрами. Чтобы все хорошенько разглядели и запомнили поступь Инквизитора. Чтобы она снилась им в кошмарах. Люди вокруг застыли. Кто-то вскрикивал, кто-то плакал. Несколько дам потеряло сознание.       Наконец, она остановилась перед Гаспаром, чьи губы под маской заметно побледнели.       - Король умер – да здравствует король, – сказала Энид и бросила под ноги герцога голову его сестры.       В кабинете, после формальностей с Советом Герольдов, остались Энид, Гаспар и советники Инквизиции – Лелиана, Кассандра, Каллен и Жозефина. В уголке скромно стояла Бриала, на которую новоиспеченный император недовольно косился.       - Мы здесь все свои, так что позвольте немного вольности старому вояке, – Гаспар снял маску и добродушно улыбнулся. Это был видный мужчина сорока с небольшим лет с проницательными светлыми глазами, кустистыми бровями и крупным кривоватым носом, пострадавшим в каком-то бою. – Я уже говорил, что ненавижу Игру? Маски я тоже терпеть не могу, как часть этой Игры.       - Спасибо за доверие, мессир, – кротко сказала Энид.       - Леди Инквизитор, и хоть я не так представлял себе обретение законного трона, тем не менее, позвольте поблагодарить вас за помощь. Видит Создатель – я не хотел смерти Селины. Наоборот, мне больше бы польстило, если бы она смогла увидеть мой триумф. Впрочем, плакать по ней я не буду. Гораздо больше меня удручает предательство родной сестры. – Он посерьезнел, на лоб легла печальная складка. – Мы были дружны с Флорианой. Мы не посвящали друг друга в дела, но сохраняли неизменно теплые отношения. Мне больно знать, что она готова была отдать свою страну на растерзание тевинтерским сектантам. И вдвойне больнее понимать, что при этом она старалась перевести вину на меня. Это ужасно и с точки зрения родственных отношений, но еще ужаснее – потому что она била по самому больному. Ибо я патриот, леди Вестница. Я сын своей страны, я всю жизнь дрался за нее и буду драться, пока дышу…       - Милостью Создателя мы доказали вашу непричастность к деяниям Флорианы.       - И я вам безмерно благодарен. Как и обещал в самом начале нашего знакомства, а я свое слово держу, вы получите всестороннюю поддержку от орлейской короны. Моя помощь Инквизиции в борьбе против Корифея будет делом не только государственным, но и глубоко личным.       - От всей души благодарю, милорд.       - Но нам следует отдельно обсудить ваши взаимоотношения с королевством Ферелден. Дело в том, что ваши договоренности с Алистером Тейрином могут наложить некоторый эээ... отпечаток на наш с вами будущий договор.       «Ну начинается…».       - Безусловно, Ваше Величество. Как мы знаем из совсем недавней истории, это чрезвычайно важный аспект и в международных отношениях, и в политике Инквизиции, как ордена межгосударственного. Поэтому в проекте нашего договора о дружбе и сотрудничестве будут учтены все возможные подводные камни.       - Я бы хотел, чтобы проект договора составляли мои юристы.       - О, благодарю, что вы снимаете с нас эту заботу, Ваше Величество! В свою очередь, я предлагаю снять с вас заботу о сокрытии некоторых улик.       - Улик?       - Да, знаете, некоторых неприятных фактов, которые нежелательны к огласке, дабы не поднять снова вопрос о вашей причастности к заговору против короны.       Лицо Гаспара вытянулось и окаменело. Энид же напротив улыбалась своей самой обворожительной улыбкой из арсенала тех улыбок, от которых даже у ведьмаков ползли мурашки по коже.       - Могу ли я узнать?..       - О, конечно, мессир, это ваше священное право. Во-первых, офицер дю Басси, который курировал переброску ваших шевалье во дворец, чтобы ночью, получив приказ, арестовать императрицу. Отряд до сих пор остается в условленном месте, а именно на четвертой конюшне.       - Как вы взяли дю Басси?       - Вы будете смеяться – в спальне у императрицы. Он лежал там совсем голый и привязанный к кровати. Он вел двойную игру – Селина знала о ваших людях, мало того, она сама и заманила вас туда, чтобы взять с поличным при попытке государственного переворота.       Гаспар молчал, только на скулах ходили желваки.       - Но это не самое страшное, мой лорд. Борьба за трон двух родственников – что может быть естественнее, не правда ли? После такого вас можно было бы даже оправдать. Но вот улики, свидетельствующие о вашей связи с заговором Флорианы…       - Не было никакой связи!       - Я вам верю от всей души. Но, к сожалению, вместе с отрядом венатори действовал отряд ферелденских наемников под руководством некоего…       - Плоурайта, – услужливо подсказала Бриала.       - Точно! Так вот господин Плоурайт дал показания, что его наняли от вашего имени.       - Это ложь! Я не знаю никакого ферелденца!       - Конечно, ложь! Это все проделки Флорианы, без сомнения. Именно ее люди наняли ферелденцев – все с целью бросить на вас тень. Ведь изначально она хотела свергнуть Селину вашими руками, а затем избавиться от вас, обвинив в государственной измене. Чтобы воцариться самой. Но тут появилась Инквизиция и спутала все планы, пришлось ей действовать быстро и неосмотрительно... Впрочем, продолжим. Осталась сущая мелочь. Ваш кинжал с гербом де Шалонов в сердце эмиссара Совета Герольдов.       - Его подбросили.       - Без сомнения. Поэтому я и считаю, что эти неприятности останутся между нами, дабы не омрачить ваше правление, которое, я уверена, будет мудрым, долгим и мирным. А договор с Ферелденом, конечно, пусть составляют ваши юристы. Им с удовольствием поможет посол Инквизиции при императорском дворе. Кстати, почетную обязанность хранить все эти улики – и кинжал, и письменные показания дю Басси и Плоурайта – мы поручили нашему послу, – Энид сделала широкий жест рукой, и взгляд Гаспара уперся в бывшую королевскую шпионку и любовницу.       - Бриала, – прошипел он.       - Маркиза Долов, Ваше Величество, – Бриала присела в реверансе.       Он криво улыбнулся:       - Это какой-то заговор ушастиков?       - Это дверь в наше общее счастливое будущее, – серьезно ответила Энид. – А теперь позвольте откланяться.       Бальный зал опустел, только оркестр наигрывал что-то тихое и грустное. По контракту он должен был играть до утра. Для разговора с Бриалой выбрали один из балконов, который оцепили люди Инквизиции.       - Леди Лавеллан, а с вами можно иметь дело, – заявила Бриала с довольной улыбкой. Из-под маски виден был только острый подбородок и красиво очерченный рот. Губы были безупречны – не большие и не маленькие, в меру пухлые, с четким абрисом. Но улыбка ей почему-то не шла. Она поднимала рот слишком высоко, так что подбородок становился чересчур длинным. Энид как-то машинально подмечала эти детали, пока Бриала продолжала говорить: – Гаспаром будет легко управлять, имея на руках такие инструменты. Что касается меня, то я предоставлю в распоряжении Инквизиции всю свою шпионскую сеть, которая выходит далеко за пределы Орлея…       - Сними маску.       - Что, простите?       - Сними маску! – рявкнула Энид, и все от неожиданности вздрогнули.       Улыбка сползла с идеальных губ Бриалы, и она медленно стащила маску с гербом Вальмонтов. Из-под шелковой сетки выбилась прядь волнистых каштановых волос.       «Недурна», – подумала Энид, встретившись с огромными золотисто-зелеными глазами в ореоле густых пушистых ресниц, в которых тлели испуг, недоумение и негодование. От скучной правильности ее тонкое личико спасали неожиданно широкие брови. Второй раз за вечер Энид встречала женщину, способную посоперничать с нею красотой. Она подметила крайне заинтересованный взгляд Соласа, направленный на новоиспеченную маркизу эльфов, и ее кольнуло что-то. «Неужто, ревность? Ну ты даешь, старая греховодница», – усмехнулась про себя Энид.       - Госпожа посол, вы будете управлять Гаспаром так, как будет написано в инструкциях, получаемых вами из Скайхолда, – медленно и четко проговорила она.       Смугловатая шелковистая кожа Бриалы вспыхнула темным румянцем.       - Вы считаете, что я способна только на роль марионетки?       - На что ты еще способна, кроме как подлизывать шемленским бабам? – обманчиво-мягко спросила Энид.       - Я… Вы… – пунцовой эльфке явно не хватало воздуха, но она взяла себя в руки: – Вы сильно ошибаетесь, Инквизитор. При должном отношении я могла бы вас удивить. Но не буду.       - И не надо. Выполняй то, что от тебя требуется. И девушка Виола не будет рассказывать, где ты была во время пожара в Халамширале, – Энид подала знак, и на балкон вошли Сэра с испуганной Виолой. Бриала нахмурилась. – Не будет она рассказывать и о том, какими методами ты устраняешь неугодных эльфов. Трогательная история медальона, найденного в спальне императрицы, тоже не станет достоянием эльфийской общественности.       Бриала угрюмо молчала.       - Завтра за подписью императора должен выйти указ о беспрепятственном передвижении войск Инквизиции по всей территории Орлея. Договор о дружбе и сотрудничестве между орденом Инквизиции и империей Орлей, который император должен будет подписать без корректировок, придет из Скайхолда в течение недели. Также вы обеспечите неприкосновенность границ Ферелдена и Неварры со стороны Орлея. На этом пока все. Можете быть свободны, госпожа маркиза.       Бриала с прямой, как палка, спиной, развернулась и прошествовала на деревянных ногах к выходу, не сказав ни слова. Энид подозвала Сэру.       - У нее есть какой-то козырь в рукаве. Узнай через своих, что она скрывает.       Сэра кивнула и вышла с Виолой.       - Если бы ты была с ней помягче, она бы сама рассказала тебе свои тайны, – заметила Жозефина.       - Бриала-то? – вставила Вивиен и фыркнула. – Не смеши меня, Жози. Эта девка будет мутить воду даже при смерти. Все правильно сделала, милочка, ты сегодня великолепна.       - Пусть знает, кто в доме хозяин, – поддакнула Лелиана.       Остальные молчали, глядя на свою Вестницу с разной степенью боязливого восхищения. Энид устало улыбнулась:       - Благодарю вас всех, друзья, за вашу поддержку. Вместе мы сделали большое дело, и теперь можем немного передохнуть. А я просто хотела бы выпить бокал вина и подышать свежим воздухом, с вашего позволения.       Ночной воздух благоухал. Энид замерла с бокалом белого игристого вина в руке, растворяясь в нежных трелях струнного оркестра и безбрежности предутреннего неба. Далеко на горизонте появился первый проблеск скорого восхода. Время словно остановилось – ей казалось, что она дома, в Дол Блатанна, встречает восход на террасе своего дворца с бокалом Сангреаля. Кровь и грязь сегодняшней ночи отступили в тень.       - Устала? – спросил Солас после долгого молчания. Он единственный остался на балконе рядом с ней.       - Есть немного. Что думаешь о Бриале?       - Она была прекрасна. Но проиграла. Ты посадила их всех на крючок. За тебя, – он отсалютовал бокалом, отхлебнул и поставил его. – Потанцуем? Пока еще звучит музыка.       Они медленно закружились, едва соприкасаясь руками и жадно вдыхая ароматы друг друга. Запах – вот чего не хватало Энид в Тени, вот без чего тот поцелуй не был полностью живым. Солас пах вином и тонкой смесью ореха, кориандра и какой-то диковинной древесной коры. «Неужели, духи?», – подумала Энид и тихо засмеялась.       - Что тебя веселит?       - Ты пользуешься духами, о бедный деревенский сновидец?       - Хм, да… Но и ты тоже, о дикая долийская девочка.       Энид вздохнула и прильнула к его груди, он прижался щекой к ее растрепанной макушке. Пройдет несколько минут, и оркестр замолкнет, кто-то обязательно заглянет на балкон и скажет: «Пора». Но пока они тихо кружились в танце, не думая ни о чем, растворяясь в музыке и ароматах теплой ночи. ***