Привычка выживать

«Открывать глаза или нет?» — было первой мыслью проснувшегося Блэка. Воспоминания о ночи он решил отложить на потом. Наконец, прислушавшись, он приподнял одно веко: никого. Сириус резко сел на кровати, оглядываясь. Тело отозвалось интересной смесью блаженной истомы, которую оставляет хороший секс, и боли в… Ну, понятно где. Тут он заметил стопку своей одежды на стуле. Сверху лежала палочка. Какая забота. Или же предложение убраться побыстрей. Ладно, сначала – в душ, а там посмотрим. Наскоро ополоснувшись, Блэк глянул в зеркало. Мерлин и Моргана! — Э-э… Я извиняюсь, а ты когда-нибудь видел подгнившие бананы? – не смолчало зеркало. Да уж. Блэк потрясённо разглядывал себя: там, где кожа была свободна от огромных сизых пятен, она пожелтела. Общий результат был потрясающим. На это смотреть-то противно, не то что… Но тут его взгляд зацепился за маленькую метку, нахально темнеющую на нетронутой коже горла, чуть ниже кадыка. Кому-то, похоже, не противно. Внезапно покраснев, Сириус отвёл взгляд от разбинтованной мумии в зеркале и принялся натягивать одежду. Спасибо, что лицо более-менее в порядке. О, а вот это кстати: Блэк заметил на полке солидный костяной гребень и вылетел из ванной, на ходу пытаясь разодрать им свалявшуюся тяжёлую гриву. Снейп, вошедший в спальню с подчёркнуто деловым видом, замер: по комнате, ругаясь на чём свет стоит, носился взлохмаченный Блэк, и в его волосах, подобно диковинному украшению, болтался намертво застрявший гребень. — Снейп! Ты знаешь какие-нибудь заклинания от этой пакости?? — Только Скальпирующее. Сириус яростно сверкнул глазами из-за тёмных прядей, но Снейп был сама серьёзность. Глядя на него, Блэк остановился и, не сдержавшись, фыркнул. — Ладно, дай хоть ножницы. — Погоди, — Снейп придвинул ногой табурет. – Садись. Ловкие пальцы легко высвободили тяжёлый гребень. Отложив его, Снейп принялся осторожно разбирать спутанные пряди, разглаживая и вытягивая волоски из колтунов. Вскоре гребень свободно заскользил по волосам, рассыпая искры. «Вроде бы уже всё», — подумал Сириус, но вслух не сказал. Движения Снейпа были такими приятными, такими… правильными. Вот он забрал в горсть блестящие смоляные пряди, пропуская их сквозь пальцы, ещё раз. Сириус медленно повернулся, поднял глаза… Громовой металлический рёв разорвал тишину дома; Блэк подпрыгнул на табурете, Снейп отшатнулся от него. — Мерлин, что это?? — Мой молочник. — Чёрт, — Сириус выдохнул и опустил палочку. – Сменил бы ты звонок. Тот лишь молча смотрел на него. — Ну, я пойду, наверно? – сказал Блэк, когда тишина стала совсем невыносимой — Я открыл камин в гостиной. — Ага. — Блэк. Твои анимагические способности должны вернуться, когда ты окончательно окрепнешь. — А-а. Хорошо. — Мазь возьми. — Да, давай. То есть, спасибо… Подыхающий железный дракон взвыл сразу три раза подряд. Страдальчески поморщившись, Снейп бросился вон из спальни. Сириус, помедлив, окинул взглядом комнату, в которой ему в очередной раз довелось умереть и вновь воскреснуть. Что за дурацкая привычка, в самом деле. Вздохнув, он вышел на лестницу, по ней вниз и в гостиную. Мельком увидел, как в холле Снейп шипит на молочника, но задерживаться не стал. ***** Выйдя из камина дома на Гриммо, Сириус зажмурился, пережидая лёгкое головокружение. Открыл глаза, огляделся. На столике громоздится куча чашек с остатками чая и кофе, на диване лежит скомканный плед, а под пледом кто-то сжался в безутешный комок. Бесшумно ступая, Сириус приблизился и сел рядом. — Гарри… Тот, вздрогнув, моментально проснулся. — Сириус? – рука стянула очки со столика. – Сириус! Гарри отчаянно вцепился в его куртку, неверяще заглядывая в лицо. — Ты вернулся… — Я… да, вернулся – пробормотал Блэк, обнимая крестника. Он заметил, что тот выглядит усталым, осунувшимся, чуть ли не больным. Мерлин, неужели узнал обо всём? — Я зашёл в понедельник утром, проводить хотел, — сбивчиво рассказывал Гарри. – А Кричер сказал, что тебя с пятницы не было. «Прибью мерзавца», — тут же решил Сириус. — Ну, думаю, мало ли, где ты выходные проводишь. А в среду мне надо было забежать в Аврорат, и там Мэнди… «И эту проныру тоже». — … что Сэм Мёрфи это тётушка Саманта, кастелянша аврорского общежития, и что жениться она в ближайшее время не собирается. Я сделал вид, что ты меня разыграл, — Гарри отстранился и обиженно шмыгнул носом. — Кинулся тебя искать, но смог отследить только до какого-то подвала у старых доков, дальше – глухо, но я понял, что ты ранен, сильно ранен,и там пахло… твоей кровью, — он на мгновение зажмурился, переживая страшное воспоминание. – Было, правда, письмо, но всё равно — я чуть с ума не сошёл. В Мунго не спросить, к Кингсли не пойти – ты же им сказал, что просто заболел. И если бы ты не пришёл сегодня-завтра, я не знаю, что бы я сделал. Мне… — Гарри помедлил. – Мне было трудно себя контролировать. Ну. Ты понимаешь, о чём я. Сириус понимал. Крестник по-прежнему очень легко поддавался эмоциям, что, с учётом его огромного магического потенциала, было просто опасно. Оставалась вероятность, что магия выйдет из подчинения и наделает бед. И только Сириус знал, как сильно Гарри этого боялся. Он тут же представил себя на его месте, вспомнил, как крестник просил его быть осторожнее, и как он пообещал ему это. «Скотина ты, Блэк. Беспечное, безмозглое животное». Гарри, насупившись, смотрел на него – требовательно и выжидающе. — Я… — Сириус замялся. Не рассказывать же ему о Клубе. – Я попал в одну заварушку. Был ранен, правда, но один человек помог мне. Теперь всё в порядке и… прости меня, Гарри. Он не осмеливался поднять глаза, когда в тишине комнаты вдруг прозвучало: — А где, вообще, моя картошка? Они, смеясь, обнялись так, что у обоих затрещали кости. Сириус почувствовал, что у него защипало под веками. — Никогда больше так не делай, — попросил его Гарри, чьи глаза тоже подозрительно поблёскивали. Тот только головой мотнул. Они помолчали. — Хочешь чаю? – предложил наконец Сириус. Они синхронно покосились на столик, погребённый под грудой немытых чашек – свидетелей ночных бдений крестника. — Ужасно хочу, — сказал Гарри. И они вновь расхохотались. ***** В последующие дни старший аврор Блэк был ужасно занят. Он внимательнейшим образом изучил доклад Дика о пражском съезде и написал Кингсли о рекомендованных новшествах. По собственной инициативе обустроил в Аврорате ещё один зал для тренировок – специально для проведения беспалочковых боёв. Его коллеги сначала страшно удивились, но потом их оттуда было за уши не вытащить – оказалось, шеф знает много классных приёмов, которым он, не скупясь на тумаки, учит всех желающих. Журналы и плюй-камни были временно отодвинуты на задний план, на дежурствах теперь никто не скучал. Министр не преминул выразил Блэку благодарность: письмом – официально, Огденским – приватно. Сириус написал для аврорской школы статью о применении пирозелий и составил рекомендации по их изучению. При помощи Мэнди он в очередной раз обновил картотеку. Он навестил Артура и Молли. Он ел именинный пирог на вечеринке, которую Гарри устроил пятнадцатого апреля — в день его рождения. Он принимал подарки и поздравления. Он был несчастен, как никогда раньше. И всё ведь хорошо: жив, здоров, любимая работа и друзья рядом. Кошмары больше не снятся, как отрезало. Правда, Бродяга пока не вернулся, но Сириус чуял, что анимагия его не покинула. Почему же каждый день после работы он шлялся по слякотному Лондону до тех пор, пока сигарета не выскальзывала из замёрзших пальцев? Зачем бродил по дому впотьмах, не зажигая свет? Словно искал что-то потерянное давным-давно и уже не мог вспомнить, что именно. Когда от кофе заходилось сердце, он принимался пить успокоительное. Если пепельница была переполнена, он наколдовывал себе следующую. Иногда он спал, иногда – съедал что-то. Никакого беспокойства, никаких страхов. И ничего, совсем ничего не хочется – это ли не счастье? По ночам голова становилась пустой и звонкой, и лишь одна мысль билась там злой весенней мухой с голосом Тайлера: «Лишь утратив всё до конца, мы обретаем свободу… Лишь утратив всё… свободу…» « А как мне утратить свободу?» — размышлял Блэк, поплёвывая с балкона на ночной Лондон. «Обменять бы на что-нибудь, вот только на что…» В один прекрасный день Сириуса затошнило от сигарет. Подумав немного, он принял решение и подошёл к камину. — Гарри? Зайди ко мне сегодня, пожалуйста. Вечером крестник вывалился из камина, звякнув бумажным пакетом, из которого на столик перекочевали бутылки пива и куча пакетиков с французской картошкой и тому подобной дрянью. Сириус поморщился: полуголодное детство Гарри проявилось в том, что самой вкусной едой для него оставалась та, что пахла прогорклым маслом и палёной резиной и была запаяна в яркие пакетики. — Ну, рассказывай, — он плюхнулся на диван рядом с Сириусом. Тот вопросительно посмотрел на него. – Я же вижу, что с каждым днём ты всё меньше похож на моего крёстного, — пояснил Гарри. – Так что лучше бы тебе всё объяснить, а то начну проверять на Оборотное. Блэк вздохнул, неприязненно покосился на очередную переполненную пепельницу и начал рассказ – с того момента, как вприпрыжку убежал с итальянской виллы. Гарри слушал, не перебивая, хмурил брови. — И тогда мы со Снейпом… Так получилось, что мы… — Я понял. — Правда? – с облегчением спросил Сириус. — Ага. И что было дальше? — Да собственно… — Блэк пожал плечами и описал своё настроение в последние две недели. Гарри кивнул, хлопнул пробкой следующей бутылки и начал говорить: о поствоенном синдроме, боевом стрессе, адаптации, о лечении депрессивных состояниий и апатии. По мере его объяснений, Сириус мрачнел всё больше. Не в силах сидеть спокойно, он принялся расхаживать по гостиной, накладывая Эванеско на все встречающиеся пепельницы. — …короче, иди к нему. Блэк подумал, что ослышался. — Чего? — Я говорю: иди к нему. К Снейпу. — Но ты же сказал… — Я сказал, что если тебе стало ещё хуже, чем раньше, то надо выяснить, не он ли тому причиной. Ну, ты понял, о чём я, да? — Но… — Сириус всё не мог поверить своим ушам. – А зачем же ты мне всё это наговорил? — Да вот, подумываю пойти в магопсихологи, — невозмутимо ответил Гарри. – Почитал тут кое-что и решил повторить заодно. — Ах ты!.. — Блэк рассмеялся и покачал головой. Что бы там не говорили, но иногда Гарри здорово напоминал Джеймса. Крестник подмигнул ему, шустро потроша очередной пакетик. И не так уж и важно, в самом деле, почему он читал именно про поствоенный синдром. — А вообще, с учётом всего, — Сириус нервно оглянулся, но пепельницы закончились. – Я... – он решил не смягчать выражений, — я псих? — Ошень может быть, — важно кивнул Гарри, набив рот картошкой. – Но, — он приложился к бутылке, — если ни тебе, ни окружающим это не мешает, то всё в порядке, я считаю. Сириус с минуту молча смотрел на него. — Ты станешь отличным целителем, Гарри, — убеждённо сказал он. — А то, — крестник широко улыбнулся. – Ты будешь уже пиво, или как? — Ещё один вопрос, — Сириус провёл рукой по волосам. – Тебя не смущает, что я, похоже… Что мне… — Ну, придётся, конечно, привыкнуть к мысли, что Снейп тебя… — Гарри! «И почему сразу он меня?» — Молчу-молчу. В общем, я хотел сказать, что это далеко не самое худшее, что могло случиться, правда? — Правда, — с облегчением рассмеялся Сириус, потянувшись за бутылкой. На следующий день он уже так не думал. — Дом Северуса Снейпа! Каминное пламя не шелохнулось. Заперто. Ладно. Всем служащим министерства были известны особые заклинания Полномочий, на которые отзывался любой камин в доме волшебника. Сириус взмахнул палочкой… В приёмной Мэнди очаровательно улыбнулась очередному посетителю, накладывая Заглушающее на дверь шефа, из-за которой летела отборная кабацкая брань. В следующую секунду из неё вылетел и сам мистер Блэк. — Мэнди, я ушёл, срочное дело! — Но шеф, ваше лицо… Глянув в зеркало, Сириус в два взмаха убрал с физиономии сажу и ожоги. Бровями можно и потом заняться. Он кипел от негодования. Нет, взломать камин было не так сложно, и Снейп наверняка об этом знал. Но то, что он блокировал чары Полномочий, да ещё таким образом! Явная демонстрация. «Заперся, значит», — в бешенстве думал Блэк. «Хорошо же. К чёрту камины. Я тебя и так достану». Он аппарировал на Спиннерс-Энд. Так. На первый взгляд – маггловская улочка. Чары и, скорей всего, самые лучшие. Да ещё зелье какое-нибудь, именно от магов. Собственно, Снейпу было чего опасаться – бывшие Пожиратели спали и видели, как бы найти его и заставить съесть полученные ордена. Что ж, приступим. Блэк вернулся домой поздно, усталый и довольный. Какой у нас завтра день, пятница? Очень символично. На следующий вечер Сириус, одетый в элегантный костюм цвета зелёного бутылочного стекла, возник перед дверью неприметного дома на Спиннерс-Энд. Глубоко вздохнул и, не давая себе времени передумать, нажал на кнопку звонка. Знакомый душераздирающий рёв проник даже сквозь защитные заклинания. Сириус злорадно улыбнулся и нажал на звонок ещё пару раз. Дверь приоткрылась, и в образовавшейся щели мелькнул чёрный глаз. — Привет, Снейп. Впустишь? — А есть выбор? – кисло спросил тот, отступая в сторону. Ну, Блэк был готов к подобному приёму – камины просто так не запирают. Он сразу же прошёл в гостиную, охватив взглядом придвинутое к огню кресло, потрёпанный фолиант и поднос с бутылкой Огдена. Мирный холостяцкий вечер. Один из многих. — Как самочувствие? – внезапно спросил Снейп. — Твоими молитвами, — нервно улыбнулся Блэк. Он совершенно не представлял, что будет говорить дальше. – Ты позволишь? – он взял стакан и плеснул себе виски. — Анимагические способности? – не отставал Снейп. Улыбка Сириуса стала ещё более натянутой. — Пока не восстановились. «Чёрт, если всё, что тогда было – из жалости или в качестве терапии, то я… А что я, собственно, сделаю?» Сириус покатал в ладонях стакан. — А… как, вообще, дела? Снейп посмотрел на него с непередаваемым выражением. Потом вдруг опустил взгляд и как-то зябко сложил руки на груди, словно пытаясь одновременно и закрыться и согреться. — Блэк. Зачем ты пришёл? — Ну, я подумал, что раз уж нам теперь некуда ходить по пятницам, то мы могли бы выбраться вместе… — Сириус неопределённо махнул рукой. Снейп уставился на него так, словно впервые увидел. Блэк непринуждённо глотнул виски, гадая, что же раскрошится первым: его зубы или стекло стакана, в который он так отчаянно вцепился. «Ну же, не молчи, чёрт тебя дери!» — Я ведь тебя чуть не убил, — медленно произнёс Снейп, испытующе глядя на Сириуса. Тот лишь понадеялся, что его выдох облегчения прозвучал не слишком громко. — Так это когда было, — выпалил он и вдруг осознал, что и впрямь: всё это было давным-давно, ещё до того, как он узнал, какими бережными могут быть эти судорожно сжатые сейчас руки. Сириус моргнул. – И потом, я тоже однажды тебя чуть не убил. — Так это когда было… — в тон ему отозвался зельевар. Они вновь посмотрели друг другу в глаза, выдерживая поединок. — Дай мне несколько минут, — Снейп развернулся и направился к лестнице. Блэк, широко улыбаясь, потянулся к Огдену. — И не смей напиваться, — донеслось из холла. — Эй, глаза на затылке ещё не дают тебе права мной командовать! – проорал Сириус, но бутылку послушно поставил на место. — И куда же мы направляемся? — Что-нибудь придумаем. ***** Среди своих Лапша слыл человеком интеллигентным, не лишённым вкуса. Именно поэтому ему не нравилось слово «бездомный», он предпочитал называть себя «свободноживущим». Но как бы то ни было, в этот вечер он бодро катился по знакомым улочкам, окидывая свои угодья беспокойным взглядом охотника. Тачка весело поскрипывала. И вдруг он остановился, попятился назад: на заброшенной автостоянке двое странно выглядящих парней азартно тузили друг друга. Тип в зелёном костюме нападал на чёрного, а тот отбивался. Лапша поневоле засмотрелся: уровень был явно не уличный, да и били они как-то… Не то, что бы не всерьёз, но и не на поражение. Словно двое играющих животных — раскованно, без злобы. Вот чёрный поймал зелёного в захват, и тот с хохотом повис на нём; мотнул головой, отбрасывая с лица тёмные волосы, поднял глаза. Захват перешёл в объятие, и чёрный взмахнул рукой: на мгновение они застыли слитным двухцветным вихрем, а затем исчезли с негромким хлопком. «Сюр какой-то», — подумал Лапша, но тут его внимание привлекли пивные банки, оставшиеся после странной парочки. Он кинулся к ним, и жестянки обрели приют в его заветной тачке, а причудливое видение было благополучно позабыто. ***** — Снейп? — М-м? — Спишь, что ли? — Угу. — А ты когда-нибудь ездил на мотоцикле? Вздох. — Нет, Блэк, не ездил. — Я тебя научу. … Во сне Сириус увидел себя на берегу говорливой речушки. Он хотел зайти в сверкающую солнечными бликами воду, но ему мешал гигантский чёрный волкодав: «спасал», хватая за спадающие джинсы, упирался огромной башкой, отпихивая от воды, ворчал и негромко порыкивал. Сириус поскальзывался на мокрой гальке, вырывался, отталкивал пса, брызгал водой в лохматую морду… И смеялся.