Неотправленные письма

Доброе утро, родная. Так хочется, проснувшись, сказать тебе по-старинке: доброе утро! Я сдерживаюсь, потому что некому. При всем моем оптимизме и философии иногда от этого берет такая тоска, что я не в силах держать ее в себе и изливаю на бумагу. На какое-то время становится легче. А потом опять… Тяжело, тяжело и горько. Тяжело не спрашивать как тебе спалось ночью, что снилось, тяжело не желать сладких снов вечером, тяжело не знать где ты, с кем, что тебя волнует в конкретную минуту, пообедала ли ты сегодня, чем занята была, о чем думала и мечтала. И еще в голове все вертится не-философский вопрос: почему все рушится именно тогда, когда меньше всего этого ждешь? Да, ясно, что были контры и раньше, что были ссоры и споры, все было… Была та ужасная неделя, когда ты не возвращалась домой, а, увидев меня, тихо попросила «Забери меня, пока я не сошла с ума без тебя». Вот теперь я, кажется, схожу с ума? Или не схожу? С какой-то стороны все так же, как и было сотни раз, нужно только привыкнуть. Но смириться с мыслью «жить без тебя» даже сложнее, чем жить. Потому что жить вроде и можно: кое-как дни заполняются делами, даже если руки не поднимаются, заполняются не-родными еще людьми, заполняются какими-то нестойкими, как дрянные духи, впечатлениями. Оставаться наедине со своими впечатлениями, знаешь ли, сложнее всего. Я все еще не могу перестать оглядываться, все подрываюсь с места, чтобы бежать, рассказать, поделиться, обсудить! С идеями, кстати, так же. Так что оказалось, мне казалось, что, то, существующее между нами, наше пространство, нас, называй как хочешь, нельзя пошатнуть, повредить, разорвать или убить. Это был оплот, крепость, которую не взять ни штурмом, ни измором… Крепость пала банально изнутри… И моей веры или любви недостаточно, чтобы сохранить и восстановить наш дом. Моих поцелуев за кулисами хватит для того, чтобы ты вышла на сцену бодрой, но моего человеколюбия, если оно не касается тебя – слишком много. Да, кстати, пишу, как никогда не писала, не все пою, не все сразу, но, может, когда-то смогу поделиться с остальными, а пока оставляю только себе. Да, и тебе, конечно, все написано тебе и о тебе. У меня есть песня, которую я временами почти ненавижу за ее правдивость, по сути. Она о постепенности отношений… из ничего в абсолют и из абсолюта обратно в ничто. Кто знает, может, повторим еще этот путь? А, может, встретимся в каком-нибудь троллейбусе идущем на Восток? Я скучаю по возможности прикоснуться к тебе, держать за руку, изучать твои пальцы и гладить по голове, по длинным разговорам перед сном и обсуждением прошедшего концерта… Обыденно так скучаю, да. По тебе в моей жизни. Бывают светлые моменты, когда я кричу от радости – ведь над нами одно небо! Мы расскажем свои мысли реке, она смешает их в море, мы дышим одним воздухом на планете – а, значит, мы едины, мы вместе. Я люблю тебя огромным небом, но я хочу любить тебя еще и руками. Иногда до зуда на ладошках. Иногда не могу уснуть подолгу и спасаюсь только тем, что представляю тебя рядом. Не честно, но… Мне порой так мало неба и догадок о том, поймешь ли ты смысл моих песенных посланий через километры и города. Такое впечатление, что мы с тобой глухие, и слышим друг друга так же. И я уже временами теряюсь: так родные или уже чужие? Мне мало любить тебя небом и морем, одним воздухом на планете, воспоминаниями… Воспоминания гложут, смешиваются с мечтами. Несбыточными. Особенно с теми, где я ныряю с головой под одеяло и слегка щекочу тебя, ловлю твои брыкающиеся конечности, удерживаю и заставляю смеяться, пока есть силы. С теми, в которых моя голова между твоих ног, мой язык вычерчивает слова на твоем животе, лобке, в твоем лоне, мои руки удерживают твои бедра на подложенной под них подушке, а после я целую тебя в губы. С теми, где можно ненавязчиво и нежно поцеловать подъем твоей стопы, потом подколенную впадинку и улечься сверху тело на тело: пах к паху, грудь к груди, лоб ко лбу. Никогда еще я не говорила об этом так пошло и тривиально… Но я хочу видеть твою обнаженную до самых ягодиц спину, когда ты спишь на боку, изгиб бедра через талию плавно переходящий в грудную клетку. Хочу вдыхать немного горьковатый, как кофе, смешанный с шоколадной сладостью и приправленный корицей и мятной зубной пастой запах совместного утра с тобой. Хочу оставить на плече поцелуй, услышать твое невнятное бормотание и шепнуть «Доброе утро!». День не кончен, день все еще не начат, потому что рядом нет тебя…