Два психопата

Дорогой дневник! Это Аяно. Ах! Мой Сэмпай самый лучший! Он вспыльчивый, правда, но от этого не менее горячий. У него прекрасные манеры, самые лучшие комплименты и наилучший характер. Он такой романтик! Каждый день он дарит мне по цветку, а если не цветок, то сердца его соперников. Как мило... Убивает их ради меня. Совсем как я... Да мы с моим Сэмпаем устроили геноцид! И знаешь, дневник, что самое забавное? Вот Риккардо. Серьёзный независимый маньяк, а такой милый и трогательный иногда. Особенно когда его ласкаешь. Гладишь по голове, например. У него такие мягкие и гладкие волосы! А как он зажмуривается, когда я это делаю. Смешной он. А когда я держу его за руки или обнимаю, я чувствую, что у него часто холодные руки (особенно пальцы) и нос, хотя на улице довольно тепло. Однако, становится холоднее, и щеки тоже покрываются румянцем от мороза, а и без того грубые руки покрываются цыпками. Как же трогательно выглядит Сэмпай, шипя, когда я обмазываю его руки кремом. Когда он краснеет, он милый, я говорила об этом ранее. Однажды я ему решила сказать: - Помнишь, когда мы в первый раз встретились, тебя кто-то по заднице шлёпнул? Так вот это я была. - Ч-что?! - он засмущался ещё больше, чем тогда, когда это произошло. Но потом сделал каменное лицо, побледнел, как смерть. "Ну", - думаю, - "ща буит мясо)0)". - Я знал об этом, - хриплым голосом, немного улыбнувшись, ответил он. Вот теперь неловко стало мне. Но Сэмпай лишь посмеялся. - Да ладно тебе, ничего страшного! - у него просто истерика. - Бака! - я влепила ему пощёчину, как-то на автомате. Рикк прошипел, всё так же улыбаясь, но у меня началась паника. - Прости-прости-прости! - протараторила я. - Мне так стыдно! Я не удержалась! Он лишь ухмыльнулся и обнял меня. Таких случаев, когда он просто обнимал меня, хотя мог ударить, много. Вот я однажды не убила того парня в красном, вот я не так погладила его галстук... Фух... Но ничего ведь не случилось, так? В любом случае, мы сблизились. Значительно сблизились... Всякий раз, как не пройдём мимо Вару, он кричит нам вслед: "Тили-тили-тесто, жених да невеста!". А дальше продолжение непредсказуемо. Либо он скажет "жених на работе, жена в компоте", либо "тесто засохло, невеста сдохла". Не знаю, результат от концовки не менялся, Вару всё равно получал веником по заднице... А Эйра при виде нас умилялась и делала сердечко руками. То ли у неё своей личной жизни нет, то ли... На этом мысль заканчивается. Ну и Джокер фоткал нас. А так всем было пофиг. Странно. Но это не важно. А что случилось с Адели? Ничего. Но с Чарли они сдружились. Вот здесь и начался мой путь пацифиста. Я не убила ни Чарли, ни Адели... Они подружились, влюбились друг в друга и жили долго и счастливо. Может, я и не такая уж психопатка? - Аяно! Что ты там пишешь?! Где мой ужин?! - возмущался Сэмпай из кухни. - Ой. Извини, Сэмпай, - я смущённо потёрла затылок. - Что будешь на ужин? - Устриц в нормандском соусе, блин, - буркнул он, видимо, обидевшись. - Ну, как говорят русские, пельмени, так пельмени! - и мигом побежала на кухню. - Ладно, Янка. Раз уж ты ударилась в русскую кухню, хоть борщ приготовь мне! В России его хвалят! - Рикки улыбнулся, обнажив клыки, и свинтил нафиг. Ну, я, значит, достаю морковь, картошку, капусту и всякую пиздатую зелень, как говорил великий Сыендук. Рублю это всё, будто они мои соперники. Потом представила, если бы это правда были мои соперницы, начинаю дико ржать. Вот уже морковь подкатывает к моему Сэмпаю, мол: "Выебу". Всё, думаю, пикздец, капитан Истерика в очередной раз меня навестил. Стою. Порезанные овощи в бульон кидаю, гогочу. Ощущение создаётся такое, будто я ведьма и готовлю какое-то зелье. - Что здесь происходит? - Сэмпай выглянул из-за двери. - А я это... Борщ варю, - пытаясь отдышаться, говорю я. Риккардо удивился, но ничего более не ответил и, улыбнувшись, ретировался. А я осталась наедине с борщом. Только сейчас понимаю, что борщ красный, как... Кровь? Что за бред я несу? Стоп, я варю борщ из расчленённых трупов растений. Я теперь уснуть не смогу. И случайно я ляпнула об этих мыслях, когда подносила борщ. - Вот. Эти трупы я расчленила и сварила в кипятке специально для тебя, Сэмпай. Приятного аппетита! Лицо у него было, конечно, будто его уже тошнит. На борщ он смотреть не могут. Вот хочешь ешь, хочешь не ешь, всё равно после такой речи всё наружу полезет. Иногда я не понимаю, как он терпит меня. Вообщем. Это было предисловие. Рассказать я хочу вот что. Однажды я зашла на кухню, а там Сэмпай, но он выглядит так по-домашнему. Нелепые шорты и его растянутая футболка. Но потом я посмотрела на стол. О Боже, мои любимые суши! Я бросилась к любимому в объятия. - Аригато, Сэмпай! - радостно пищала я. - Хах... А ты по-прежнему добавляешь японские слова и говоришь с акцентом, - он ласково улыбнулся. - Это так мило! Риккардо прижал меня к себе и поцеловал в макушку. Даже в таком виде мне кажется, что он привлекателен, соблазнителен, приятен. Я чувствую себя счастливой и любимой. Это самое важное в отношениях. Но я больше не убиваю соперниц, это моё криминальное прошлое. Сейчас я считаю, что самое главное в любви - хотеть, чтобы любимый был счастлив. Просто так. Бескорыстно. Несмотря на то, каким бы странным он не был.