Мам, а давай заведем кота?

— Маринетт? — Сабина обеспокоено позвала дочь, которая, сидя на кухне и еле-еле ковыряясь в завтраке, беспрестанно клевала носом. — Ты в порядке? — А?.. — рассеянно подняла голову девушка, вырванная из дремы, — Да, да, все хорошо, я просто не… Уа-ах… — она зевнула, прикрывая рот ложкой вместо руки, — Не выспалась… — Из-за чего? — настаивала мама и, удостоверившись, что дочь уже почти не спит, отошла к раковине. — Уроки нужно делать, а днем не успеваю… — не может же она признаться, что всю ночь проворочалась, стараясь ну хоть как-то уснуть, не соприкасаясь спиной с Котом. — Почему не успеваешь? — вопросы сыпались, а мозг Мари упорно отказывался связывать хоть что-то. — Мам, знаешь, у нас тут почти поселился кот… — Маринетт начала издалека. Не выспавшись, девушка точно решила, что сейчас — самое время для таких откровений. — Я знаю, милая, — так спокойно это прозвучало… Так, что мало того, что сон как рукой сняло, так Маринетт еще и поперхнулась не только чаем, но и ложкой. — Откуда?! — сон улетучился, и только теперь она поняла, какой бред сморозила… — Так я же каждое утро у кондитерской его вижу!.. — пояснила, улыбаясь, Сабина, — Рыженький такой, да? — Да, мам, да… — Мари выдохнула. Ну слава Богу, не про того кота она подумала. Мысль о том, чтобы сообщить маме о ежедневных незваных гостях пришлось отложить. *** — Нуар, эти твои посещения пора прекращать. У парня, который явно еще пару секунд назад собирался выдать какой-нибудь красочный каламбур, язык просто — на просто отнялся. — Это еще почему?! — Ну… — она замялась и, подумав, начала с самого насущного. — Во-первых, мне надоело не высыпаться. — Если я тебя обниму, ты быстрее уснешь, — уверил девушку Кот, подтверждая свои слова кивком. — Нуар, давай хоть сейчас обойдемся без шуточек? Во-вторых, я получаю кучу двоек, потому что у меня просто нет времени на домашнее задание и подготовку к урокам. Да все мои самостоятельные по физике надо собрать и без сожаления в печку! — Я же могу помочь! И вообще, ты знаешь, чем обычно заканчивается репетиторство двух подростков? Одних в комнате? — он игриво повел бровями. — Даже не заводи эту тему, — она страдальчески приложила ладонь ко лбу. — И, кстати, мне бы личную жизнь завести, а не с тобой ерундой страдать. — Так что же может быть лучше личной жизни с супергероем?! — ликующе заявил Кот и аж язык прикусил от осознания ляпнутого. Это что ж получается, он только что Маринетт встречаться предложил, что ли? Не на прямую, но все-таки. — Вот только этого счастья мне сейчас поистине не хватает. Парень облегченно вздохнул. Чуть конфуз не получился… Прознай об этом его леди… А впрочем, что она сделает-то? Ни-че-го. Да ей, скорее всего, даже глубоко плевать будет, что ее напарник сотворил или собирается сотворить. Может, только несчастной Маринетт посочувствует и успокоится. От таких мыслей где-то глубоко что-то неуверенно кольнуло. Кажется, самолюбие. — Да и вообще, Нуар, ну вот что тебе так у себя дома не сидится. Уверена, тебе есть куда возвращаться. Так какого же черта ты все время являешься ко мне?! — Ты сама виновата, — беззлобно пожал плечами парень. — Я?! И в чем же? — она нахмурилась и сложила руки под грудью. — В моих посещениях. И, кстати, раз уж пошла «раздача слонов», — его каламбуры всегда ужасно бесили девушку, правда на этот раз она в ответ только глаза закатила. — Не могу не упомянуть. Именно ты виновата в том, что у меня в школе тоже проблемы. Ничегошеньки не успеваю, засиживаясь у тебя. Маринетт только фыркнула. Ну молодец, все приплел, что вообще обнаружить смог. — Я ни в чем не виновата. Вини судьбу, свою неудачливость, кого угодно, но не меня. Себя вон, к примеру, вини. — Винить я буду тебя, потому что… влюбился вовсе не в судьбу и не в неудачливость.  — он в который раз осекся. Не-не-не! Такое сказануть уж точно нельзя. — Потому что засиживаюсь не у судьбы и не у неудачливости. Мари снова вздохнула. Спорить с Нуаром — заливать огонь бензином. Бесполезно. Только себя злить. Оно ей надо? — Ладно уж, — Маринетт со вздохом поднялась с насиженного места и отправилась на кухню. — Ты ведь чай, конечно же, будешь? — Само собой! — Нуар ухмыльнулся, окончательно закрывая эту противную тему. На сегодня — уж точно закрывая. *** Многие слышали такую шутку «Понедельник, вторник, среда, четверг, проходим, проходим, не задерживаем пятницу!». Так вот, в случае Маринетт этот анекдот был весьма неактуален. У нее и пятница может оказаться в разы хуже понедельника. Сегодня была именно та пятница, которую обычно считают неудачной. И не потому, что тринадцатое. А потому, что контрольная по физике. — Я это все не понима-аю, — провыла Маринетт, падая на кровать и попутно отбрасывая сумку куда подальше. Из раскрытого портфеля ненавязчиво показался уголок учебника «любимого» предмета. На данный момент радовало только одно — сегодня, как и всегда, придет Нуар. С ним можно будет задушевно поговорить и высказать все, что она думает об экзаменах, физике, злых учителях и колледже в общем. И с каких это пор она радуется его приходу?.. Настольные часы показывали шестнадцать сорок, Маринетт становилось все грустнее, а Адриан в это время беззаботно фотографировался у фонтана под весьма невнятные вопли о спагетти, издаваемые фотографом. Ну как «беззаботно»… С каждой минутой он все лихорадочнее и истеричнее поглядывал на наручные часы, а его улыбка становилась все более натянутой. Наконец-то отлепившись от камеры и потянувшись, Адриан снова глянул на циферблат. 18:56 — неумолимо твердили цифры. «Еще успею!» — заверил себя парень и только сделал шаг по направлению к затемненной аллее, как так надоевший за сегодняшний день, — да и вообще за всю жизнь, — голос Натали праведно возмутился, куда же он намылился. 19:47 — такое время показали часы, когда Адриан, осыпая проклятиями все модельные агентства Парижа, ехал в какое-то там ателье. 20:35 — снабжая потоком весьма красноречивых выражений, Адриан снова уселся в машину и с надеждой глянул на Натали. Та только головой покачала, да выставила шоферу новые указания: «Ресторан „Эпикурье“»*. 21:17 — Агрест младший мученически закатил глаза, выслушивая очередные наставления от каких-то там отцовских коллег. Уже немного пьяных, между прочим. 23:07 — парень вырвался-таки из крепких (очень-очень крепких) объятий мадам Фарунье — или миссис Фаранье?.. — он так и не запомнил, — и в очередной раз полюбовался на вновь нерадующие цифры на часах. «Не успел-таки», — с грустью подметил Адриан и, осознав, что второй раз не ночевать дома — это уже перебор, уселся в машину и задремал. Все это время Маринетт проклинала кота. Тихо, но весьма настоятельно. Снова и снова ставила чайник, и тот снова и снова предательски остывал. *** — Да ну тебя, — обиженно фыркнула Маринетт. Она, признаться, не знала, чего хочет больше — спихнуть Нуара с балкона, где они сейчас стоят, или же порадоваться и почесать за ушком, что он все-таки пришел. — Есть вообще хоть какой-то смысл тебя ждать? Адриан только рот открыть хотел, чтобы отбиться какой-нибудь пафосной фразой, как до него, наконец, дошло. Маринетт прождала его весь вчерашний день. Она провела на этом гадском балконе часа четыре, не меньше, пока он участвовал в этой дурацкой фотосессии! Пока он сидел в ресторане, терпел бред коллег отца и зыркал на часы! Она ждала! Ждала его! Сейчас Адриан прямо-таки разрывался — одна его часть хотела заобнимать Маринетт, зацеловать ее и высказать самую-самую большую признательность, какую только мог. А другая его часть хотела просто разорвать несчастного парня за то, какой же он балбес, что не ценит такое ругучее, но ужасно нужное счастье. Просто Адриана никто дома никогда не ждал. Его ждали для фотосессии, еще для какой-нибудь официальной белиберды, вечно повторяя занудное «Время — деньги, Адриан! Время — деньги!» А она просто так ждала, в который раз ставя чайник и тихо жалуясь, что чай остывает.