Мам, а давай заведем кота?

Вообще-то Маринетт искренне ненавидела себя за то, что позволила Разлучнику выстрелить в Нуара. А еще неоднократно уверяла себя, что этот поцелуй лишь для того, чтобы спасти Кота. И совсем она не радуется тому, что он и был решением проблемы! Хотя, еще от пары-тройки таких решений она, пожалуй, не отказалась бы… «Я хочу…» — Мари удобно пристроилась поливать какой-то там цветок и, придвинув табуретку и усевшись на нее, задумалась о чем-то… Стоп. Не о чем-то, а о событиях сегодняшнего дня. — «Я хочу поцеловать его снова и все тут». Пожалуй, бедный цветок, будь человеком, уже бы захлебнулся. Брызгалка уверенно пустела, а рассуждения Мари пустились в такие дебри, что пытаться достучаться до нее — несусветная глупость. — Тебя акумизировали на ненависть к растениям? Тебя надо спасать? — за спиной девушки, незаметно, как бегемот, возник Нуар и задумчиво вгляделся в цветок и воду, мерно выливающуюся из горшка. — Я-а совсем не думала о тебе, понятно?! — Мари взвилась со стула, попутно уронила его и воззрилась на Кота столь ненавидящим взглядом, который и Бражнику не снился. А если и снился, то только в кошмарах. — С тобой все нормально? — обеспокоено поинтересовался Кот, спрыгивая с перил. — Конечно нет! Не подкрадывайся так к людям! — наконец, Маринетт нашла аргумент и, сама поверив в его правдивость, нажала на рычаг брызгалки, как ковбой на курок пистолета. — И прекрати так наслаждаться этим! Признаться, прежде чем выкрикнуть эту реплику, девушка впала в легкий ступор. Она, щедро поливая Нуара, заметила, что тот, наглец такой, вместо того, чтобы прятаться, радуется! Может, он тоже слегка свихнулся?.. — Но я позвал тебя раз шесть! — фыркнул парень, мастерски уворачиваясь от прицельного брызга, — И я ничего не могу поделать, ты выглядишь мило! — он обворожительно улыбнулся. Правда, Мари эта улыбка не впечатлила, а потому последние капли из брызгалки она долила-таки несчастному коту на голову. — Ты вообще зачем пришел?! — хмуро высказалась она, спускаясь в комнату. — Она снова меня отшила… — заныл Кот, спрыгивая следом. Правда, игриво сверкающие глаза выдавали его с головой. — Не ври, никого я не отшивала… — тихо пробубнила Маринетт, а уже громче сказала нечто абсолютно другое, — Сочувствую… Наверно. — Можно я закопаюсь в твое одеяло и поплачу? — Кот сделал щенячьи глазки. Весьма неубедительно. — Ты же герой! — возмущенно воскликнула Мари. Такого искреннего вранья она не видела давно. — Какой поплачу?! И вообще, я только одеяло постирала… А ты снова в своих дурацких ботинках в него заберешься! — Теперь можно плакать? — Нуар, пропустив аргументы мимо ушей, начал обшаривать глазами комнату. — Тьфу. Что с тобой сделаешь… Одеяло в ящике. Вообще, Кот пришел совсем не потому, что хотел зарыться носом в теплую плюшево-ватную ткань. И вовсе не потому, что эта ткань насквозь пропахла шоколадным печеньем — запахом Маринетт. А, скорее всего, потому, что его ждут. И он это как никто другой знает. — Эм… — Маринетт аккуратно подсела на уголок собственной кровати. — Нуар, а могу я… — девушка замялась. Ведь не принято у героев такие глупости спрашивать. — Твои ушки потрогать? — она смущенно глянула на кулек, из которого, собственно, только уши и торчали. — Да как ты до такого вообще додуматься-то могла?! — наиграно оскорбился Кот. Из кулька показалась вся голова с разгневанными глазищами. А Маринетт сразу же отдернула руку. — Да расслабься, — Нуар улыбнулся. Находиться в образе злюки у него получилось не долго. — Конечно же можешь. Глаза у девушки загорелись. Удивительно, конечно, но даже будучи Ледибаг, Мари ни разу не «чесала Нуара за ушком». — Если хочешь, это даже станет нашей маленькой традицией, — промурлыкал кот и тут же добавил, — Помимо чая, конечно. У Маринетт сейчас не было времени и желания думать, потому она мигом согласилась. Кто ж знал, что через несколько дней это почти пыткой станет. — И потом… — девушка задумчиво заправила за ухо карандаш и перелистнула страницу, — Значит, скорость мы умножаем на время и получаем… — Муррр-муррр-мурр… — Нет, и получаем триста сорок восемь, а не «Мур-мур». — девушка снова привычным движением переворошила волосы Нуара. — И, как результат… — Муррр-муррр-мурр… — кот блаженно прикрыл глаза, сидя рядом и наслаждаясь тем, что его, — в прямом смысле, — чешут за ушком. — Это можно заменить… — Маринетт зажала кончик карандаша зубами и придирчиво заглянула в учебник, — Ага! Вот так! Объем мы делим на время и получаем… Девушка так увлеклась, что прекратила гладить Нуара по голове, а переместила руку на тетрадь по физике. Довольное мурлыканье затихло. — Принцесса, — Нуар обиженно дотронулся когтем до плеча девушки. Та недоуменно перевела взгляд с учебника на Кота и, поняв, что он от нее требует, улыбнулась и вернула руку на белую пушистую голову. — Здесь можно применить формулу со страницы сто восемь, а потом… — Маринетт сосредоточенно чиркала что-то в тетради, а вместо радиоприемника снова зазвучало мерное: — Муррр-муррр-мурр…