Храм закатного солнца

Ренджи бежал. Ренджи старался. Ренджи упорно поднимался по лестнице…, но ступени всё никак не кончались. Впереди маячила спина капитана. Без гинпаку он казался ещё моложе и беззащитнее. Будто… Абарай даже не знал, с кем сравнить. «Неужто те пауки ядовитыми оказались? — открестился от неприятных мыслей лейтенант. — Глупости какие-то…» Офицеры выбежали на небольшую площадку между этажами. Кучики остановился и огляделся. — Привал, — бросил он безучастно, вкладывая меч в ножны. Ренджи добрался до площадки и рухнул на колени. — Повернись, — приказал капитан. Абарай послушно упёрся носом в стену. По повязке на спине пробежали тонкие пальцы. …Хотелось пить. Безумно. И немного — есть. А ещё лейтенант ощущал себя выпотрошенным. Будто тренировался на плацу сутки напролёт. «Реяцу. Этот храм поглощает реяцу! — вдруг пришло вспышкой озарение. — Проклятье!» — Две минуты на передышку. Кровь не идёт. Болит? — отрывисто произнёс Кучики. Ренджи тряхнул головой. — Можешь обернуться. «Коридоры узкие. Пауки нападают только в больших залах. Это значит, что они все крупные? Или молодняк за людьми не бегает?..» — Через два пролёта выйдем в галерею верхних залов, — обронил Бьякуя. Привалился спиной к стене напротив. «Проклятье! — в который раз повторил Ренджи про себя. — Залы!» — Идем. Абарай с трудом встал. Левая рука онемела по самый локоть. Жажда становилась всё сильнее. «Дери этих уродов меносы…» * * * — Камень вполне обычный для Сейрейтея, — сделал вывод Маюри, отряхивая руки от пыли. — С той лишь разницей, что опутан мелкой сетью заклинаний. Я не думаю, что это Кидо. Магия специфическая, поглощает реяцу, блокирует практически все виды воздействия. — Дело худо, — протянул Кьёраку. — Банкай? — Бесполезен, — раздражённо отрубил Куротсучи. — Можно попытаться элементарно выломать ворота. Но для этого необходим занпакто не кидо-типа. Капитан двенадцатого отряда скривился. Ничего, до своих паучков он всё равно доберётся. * * * Кучики и Абарай замерли перед входом в зал. Лестница наконец-то кончилась. — Куда дальше, капитан? — хмуро спросил Ренджи. — В зал. Ищем выход. Он должен быть, — Бьякуя был насторожен не меньше подчинённого. Стискивал тонкими пальцами рукоять меча. — Я иду первым. Ты — следом. Ты — ищешь выход, я — прикрываю. Спокойная констатация факта. Но лейтенанту идея не нравилась. Капитан двинулся вперед, и Ренджи был вынужден идти следом. Долг. В зале пусто. Никакие чудовища не выпрыгивают и ничего нужного откусить не пытаются. Подозрительно. У Ренджи заныла проткнутая нога. «Надо было перетянуть», — запоздало сообразил лейтенант. Его взгляд, скользивший по стенам в поисках выхода, наткнулся на тёмный проход. — Капитан, прямо! — воскликнул Абарай. Офицеры стремительно преодолели оставшееся до проёма расстояние. Прошли по тёмному коридору. Не останавливаясь, выбирались в следующий зал. «Тьфу, они все похожи, как близнецы!» …Лейтенант, припадая на правую ногу, вбежал в коридор. Капитан за ним следом влетел. В прямом смысле слова. Ударился о стену и сполз, вцепившись в левое плечо. Рукав оказался разодран, по руке бежала кровь… Подозрительно быстро бежала. — Паук, — процедил Бьякуя сквозь зубы, когда Ренджи опрометью кинулся к нему. — Один. Белый с зелёным крестом. Мышцы пробил. Это незначительно. Кучики попытался встать. Абарай рывком посадил его на место. — Незначительно?! Да у вас кровь… — лейтенант запнулся, — посинела… Ренджи дорвал рукав формы. Перетянул под местом поражения. «Проклятье… потерял бдительность, его и ранили… Я же должен его защищать… Никчёмный я лейтенант… » Абарай сжал челюсти до зубовного скрипа. «Менос! Я дебил! Нога ж занемела! А если яд?! Кретин!» — Капитан, я попробую отсосать яд… Дыхание Бьякуи затруднилось, и он лишь молча кивнул. Ренджи поспешно склонился над раной. Металлический привкус крови наполнил рот. Лейтенант сплюнул, затем вновь начал высасывать … и так до тех пор, пока кровь не стала приемлемого красного цвета. Абарай стремительно перевязал капитана и поднял взгляд… Кучики смертельно побледнел. Над верхней губой выступили бисеринки пота. Бьякуя смежил веки и сомкнул губы в тонкую нитку. — Нужно идти, — процедил капитан и, опираясь на стену, встал. — Подай меч. Абарай протянул Кучики Сенбонзакуру. Затем поднялся сам и подобрал Забимару. — Мы уже близко. Воздух свежеет. Идём. Кучики двинулся по коридору… Его покачивало. Очередной зал встретил офицеров безмолвием. Его они пересекли без проблем. Вошли в следующий тёмный коридор… Бьякуя становился всё бледнее. Ренджи хмуро следил за тем, как его капитана качает из стороны в сторону… Как он спотыкается… «Проклятье… не сберёг…» Болела спина. Но не сильно — скорее ныла. Повреждённая голень горела огнём. А каково Кучики?.. Гордец. Молчит. Даже не шипит. — Капитан, обопритесь на меня, — негромко предложил Ренджи. Бьякуя мотнул головой. Абарай произнёс настойчивее, хватая за руку: — Вас штормит. Обопритесь. — Я в порядке, — Кучики отстранился. Его качнуло, но он продолжил идти вперед. Растрёпанные волосы. Исцарапанное лицо. Форма, залитая кровью. Капитан казался слабее, чем обычно…и уязвимее… Лейтенант решительно качнул головой. Быстро догнал, сам перекинул руку Бьякуи через плечо и приобнял за талию. Мечи пришлось вложить в ножны. Кучики не сопротивлялся. Лишь оскорблено поджал губы, но дальше офицеры продвигались вместе. «Худой какой… не кормят его, что ли? Всё равно красивый. И обнажённым…» Ренджи оборвал мысль. Она слишком близко подошла к грани запретного. Запрещённого самому себе раз и навсегда. Случай, когда Бьякуя принял помощь своего лейтенанта, единичен. Больше Абарай так близко подпущен не будет. Это личное пространство капитана Кучики и посторонним туда хода нет. …Но как же хочется. Да скрежета зубовного, до ломоты в пальцах — хочется. Быть близко. Помогать. Оберегать. Прикасаться. Дери Ренджи Менос, он согласен на всё. На любую кроху. Только бы — рядом. Хотя бы призрачно — вместе… — Мы уже близко. Сквозняк, — прошептал Кучики. Лейтенант вскинулся. Заметил свет в конце коридора и прибавил шаг. И вот их взору та самая зала, откуда они выпали, с дырой в потолке. Разгрома прибавилось — отверстие стало больше, в стенах образовались проёмы… Появилась ниша в стене напротив коридора, откуда вышли офицеры. А в нише стоял алтарь. Невысокий. А на алтаре, на невысокой подставке, сверкала какая-то фиговина. То есть, это Ренджи охарактеризовал предмет, как фиговину. Бьякуя же выдохнул: — Реликвия Императорской Семьи. Зеркало Императора. «Оно?..» — удивлённо подумал Абарай. В следующее мгновение Кучики оттолкнулся от него, вынул меч из ножен и двинулся к нише. — Капитан! — переполошился лейтенант и рванул следом. Бьякуя подошёл к алтарю. Отхватил мечом оставшийся рукав. Замотал в него найденную «реликвию». Ренджи оглянулся. Выхватил меч. — Капитан, арка! — победно вскричал лейтенант. Кучики кивнул. …Обрадовался Абарай рано. На арену вновь посыпались пауки. Около десятка крупных белых особей с фиолетовым узором. Лейтенант прикрыл капитана от первого удара. Бьякуя поспешно сунул найденную ценность за пояс и тоже вступил в бой. — К арке! — скомандовал Кучики. — Есть! «Злобные твари… чего им надо?!!! Жрать хотят?!! Так я тож хочу!!! А они… Съедобные.?» Мысль прервал сильнейший удар в спину. Через секунду Ренджи едва не размазало по стене аккурат рядом с аркой. Сердце замерло — лейтенант ожидал конца. Конца всему: жизни, страданиям и боли… Сознание отключилось, затопленное этой самой пресловутой болью. * * * — Один из проходов открылся, капитан Унохана. — Хорошо, Исане. Идём. — Там пусто. Зал. И всё. — Всё равно идём. — Есть. — Тоуширо-кун, Маюри-сан, Шунсуи-сан, мой лейтенант обнаружила открытую арку. — Вот как? Нанао-чан, пойдём, посмотрим. — Слушаюсь. — Нему! Быстрее, дура! — Да, Маюри-сама. — Матсумото, харе травинки жевать, идём скорее. — Бу, капитан Хитсугая, не будьте таким жестоким! — Я сказал, скорее!!! — Иду я уже, иду. * * * Кровь. На потолке. Какая-то… бурая. «Кровь?.. Ой, крети-ин!!! Капитан?!!!» Ренджи подхватился с места. Огляделся, обмирая от неестественного ужаса. — Капитан?.. Искомый Кучики обнаружился неподалеку — под тушей добитого им же здоровенного паука с зелёными крестами на спине. Бьякуя с силой пытался выдернуть свой занпакто из одного из глаз монстра. «Большой…» Правый бок капитана был разодран. Замершему лейтенанту привиделись белеющие рёбра. — Капитан! Абарай кинулся к Бьякуе… голову повело. Ренджи запнулся и рухнул на колени рядом с Кучики. Поспешно отодрал рукав косоде, в который раз за день разгоняя белую мошкару перед глазами. Его затошнило. — Погоди, — капитан вырвал-таки меч из плена остекленевшего глаза паука. Кровь из раны на боку хлынула вдвое сильнее. — Да что же это… Встревоженный лейтенант помог Кучики добраться до стены. Привалил. В спешке перевязал. Оторвал второй рукав формы и перетянул торс Бьякуи потуже. — Прости… те… Я потерял бдительность… я… должен был… — забормотал Ренджи, завязывая узел. — Но… я обещаю! Я вас живым… дотащу! Клянусь! — Тихо, — капитан прикрыл глаза. Бледный, растрёпанный, почти прозрачный от потери крови… — Но я в самом деле! Честью клянусь! Я же себе никогда не прощу… я же… люблю. Люблю тебя. Абарай не привык краснеть за свои слова. Но в этот момент опустил голову и прикрыл для верности глаза. Сердце бухало в голове. К горлу вновь подкатывала тошнота. — Посмотри на меня, — прозвучал усталый голос Бьякуи. Ренджи, собравшись с духом, вскинул голову. Он воин! Он мужчина! Он… потонул. Потонул в озёрах усталости серых глаз. Бездонных, утомлённых, почти больных. Абарай сглотнул и, не удержавшись, наклонился и припал к сухим растрескавшимся губам. Коснулся едва-едва раз. Второй. Нежно провёл языком по нижней губе… Рот аристократа раскрылся — Кучики ответил-таки на поцелуй. Тоже нежно, но страстно. Притянул голову ближе, теребя пальцами волосы. После отстранился и прошептал: — Надо идти. Мы должны выбраться. И решительно встал. …Повязка потяжелела от крови. Пот выступил на лбу и висках. Щёки приобрели восковую желтизну. Под серыми глазами залегли глубокие тени. Ренджи усмехнулся. «Красивый… Сильный… И хотя ужасный гордец… Ты позволил. Теперь я точно не уйду». — Идём. Коридор погружён в полутьму, как и остальные до него. Он вывел офицеров в маленький зал, где протекал большой ручей. Вода падала из отверстия в стене, перечёркивала помещение и уходила широким потоком в тоннель. — Река, — вдруг вспомнил Ренджи. — Мы перепрыгивали. Примерно в ста метрах от храма. Может… — Да. Ныряем, — голос у Бьякуи спокоен, тон собранный и деловой. Как всегда. — Но сначала напьёмся. Вода имеет странный металлический привкус. Не железа, чего-то более… кислого. Меди или… ртути. Зато холодная и чистая. — Пора, — Кучики медленно вошел в ручей. По центру вода достигала пояса, течение было слабым. Вода мгновенно помутнела от крови. Свежей и засохшей. Офицеры нырнули в проход и устремились по течению. «Красивый… — в очередной раз подумал Абарай. — И плавает так… грациозно… Эй, чего это он?!!» Лейтенант едва успел подхватить потерявшего сознание Кучики. Дальше подземная река становилась всё больше и быстрее. «Менос… выплыть бы… Ты только выживи! Я всем богам молиться за тебя буду, только выживи!..» * * * — Господа! — позвал Кьёраку коллег, стоя у входа. — Вы ничего не чувствуете? — Реяцу блокируется, — сухо напомнил Хитсугая. — Ах, да, точно. Там у реки реяцу Абарая Ренджи отсвечивает, — Шунсуй улыбнулся, сдвинув шляпу на затылок. — Пойдём? — Вы можете остаться, Маюри-сан, — Унохана странно улыбнулась, — и поизучать это чудо-строение, доставшееся нам ещё от первого Императора. — Благодарю, — издевательски процедил Куротсучи. — Так и сделаем. Нему! Давай за аппаратурой!.. — Отправляемся, Исане, — негромко произнесла Ретсу и ушла в Шунпо. * * * Ренджи задумчиво покрутил в руках брусок. Провёл ножом, убирая угол. Посмотрел. Снова провёл, окончательно закругляя бок… Так он сидел уже три часа. С того момента, как очнулся в одиночной палате лазарета четвёртого отряда. Бьякуя ещё не пришёл в себя. Спал. Дышал глубоко, почти бесшумно… успокаивающе. «Хорошо… тебе. Знать бы, примешь ли ты меня? Позволишь ли…» Раздался шорох. Абарай отложил недоделанную статуэтку, встал с футона у стены и подошёл к кровати. Кучики медленно открыл мутные ещё глаза. Слава всем богам и демонам, темно-серые, как и всегда. Цвета мрачной грозовой тучи. — Рен… Ренджи?.. — Не надо, капитан. Вас только подлатали. Вам ещё говорить нельзя. Вы… вы из-за меня рёбра поломали… и они лёгкие повредили… Как-то так. Лейтенант опустился на стул и осторожно погладил перебинтованное плечо. — Я… прошу прощения, — Абарай устремил взгляд на повязку на торсе капитана. — За что? — прошептал Бьякуя. Ренджи не увидел, как немного лукаво блеснули его глаза. Лукаво и горько. — Я клялся… — Ты клялся «дотащить» меня. Я здесь. Клятва выполнена, — Кучики попытался поднять руку… на бинте проступили алые пятна. — Не двигайтесь! — немного резко произнёс лейтенант. — Это из-за яда. Кровь плохо сворачивается. Капитан Куротсучи сказал, что-то Зеркало подпитывало сети заклинаний в храме. Они и вытягивали реяцу. И вытянули очень много. Вот… Поэтому лечение идёт медленно… — Не увиливай, — капитан устало вздохнул. — За что ты извиняешься? Ренджи похолодел. «Это что же… он хочет и за… за то самое извинений? За поцелуй?..» — Ты упорен и бестолков, Ренджи. Временами медлителен, иногда излишне порывист. Но это не делает тебя слабым и никчёмным. Ты помог мне. Благодарю. Абарай оторопел. Пожалуй, Бьякуя сделал ему самый большой комплимент за всю историю их взаимоотношений. — Я всегда считал, что ты не умеешь лгать, — вдруг произнёс капитан. Лейтенант вздрогнул. — Я никогда!.. — начал было он. — Ты сказал мне… ты сказал «люблю». Впредь не разбрасывайся такими словами, — тон Кучики стал сух и резок. Ренджи на мгновение растерялся. Неужто его капитан так наивен?.. — Я не врал. Я тебя… вас люблю. Я… не простил бы себе, если бы вернулся без вас. Наступила вязкая, тяжёлая тишина. — Ты… — Бьякуя не договорил. Попытался сесть, но не сумел. — Помоги мне. Короткий приказ. Рефлекторный порыв — подчиниться… Но тут Абарай опомнился. — Вам нельзя. У вас… — Ренджи, мне и так многое запрещено. И без этого. Так что помолчи и помоги мне сесть. И… можешь звать меня по имени, когда мы наедине. Лейтенанту неожиданно вспомнилось, как Ичиго однажды сказал: «У твоего ненаглядного Кучики есть имя — Бьякуя. Ему его родители дали, чтобы называть, а не просто на документах подпись ставить. Поэтому, раз уж ты не можешь, к нему по имени обращаться буду я! И иди лесом со своими претензиями, ананас!» Абарай негромко фыркнул. — Мое имя кажется тебе смешным? — мгновенно напрягся аристократ. Лейтенант, помогая ему сесть, покачал головой. — Нет, у в… тебя красивое имя, Бьякуя, — тихо произнес Ренджи, осторожно касаясь ладони капитана своей рукой. «Теперь я точно никуда от тебя не уйду… И не надейся даже.» * * * К слову сказать, Куротсучи Маюри получил-таки своих пауков. И яда «королевской линии» ему тоже досталось вдоволь — откачивали его долго.