Первый

Вопреки желанию, Дженсен избегал Джареда до первой высадки - к себе не вызывал и игнорировал при редких встречах на мостике или в кают-компании. Управляющий докладывал ему, что в команде царят мир, любовь и взаимопонимание, и единственным, кто не желает вливаться в общую позитивную волну был его несносный Первый - он ни с кем не общался, редко покидал каюту и не принимал участия в ежевечерних посиделках в “овальном кабинете”. Дженсен слушал, ухмылялся и принимал решение подождать ещё немного. Он даже снизошёл до того, чтобы принять у себя сексапильную фон Штерн, которая устроила ему сеанс совершенно космической связи - рот у этой красотки был создан явно не только для того, чтобы общаться по комму. Остальные члены экипажа, насколько Дженсену было известно, тоже не скучали в этом плане - раскованные нравы Империи воцарились в замкнутом мирке “Сильвера”, но границ никто не переступал: субординация соблюдалась строго. Это было Дженсену даже на руку - пусть трахаются, думал он, пусть наслаждаются друг другом, ещё надоесть успеют. Его приказам подчинялись беспрекословно, это было самое главное. А всё остальное - издержки существования в замкнутом пространстве. Когда “Сильвер” получил разрешение на швартовку в порту Катарины, первой планеты на маршруте, населённой невысокими глазастыми гуманоидами, Дженсен собрал всех на мостике и велел быстро выучить катаринское приветствие. Дело делом, а впечатление о себе нужно было оставить самое приятное. Джаред, как обычно, стоял чуть поодаль, хмурился, смотрел в стену и периодически бессознательно касался крошечной выпуклости за ухом, словно ждал, что в любой момент Дженсен решит активировать капсулу. Дженсен улыбнулся, на миг встретившись с ним взглядом. Первый тут же отвёл глаза, но Дженсен успел увидеть в них что-то похожее на смущение. Наконец-то. Не прошло и недели - по земным меркам. Должно быть, Джаред начал осознавать, что перегибает палку со своим идиотским упрямством, и боится наказания. Умничка. Пусть боится. Дженсен улыбнулся ещё шире и обратился к своему экипажу, который смотрел на него влюблёнными глазами. - Добро пожаловать на Катарину, ребята. Местные тут достаточно дружелюбные, но не любят, когда им смотрят в глаза и слишком громко разговаривают. Ведите себя сдержанно и корректно, не вступайте в дискуссии, не пейте местное пойло и не клейте местных красоток. Завтра в полдень по земному времени отчаливаем, так что к одиннадцати тридцати все должны быть на борту. Рекомендую местный развлекательный центр - очень неплохое кино 9D, - и местное блюдо ыйхгаар, нечто вроде нашей земной пиццы. В ходу наши земные кредиты и местная валюта. Все свободны, кроме Первого - нам предстоит подписать договор о доставке и проконтролировать разгрузку. Экипаж с шумом выкатился из кают-компании. Дженсен повернулся на каблуках и прищурился. - И долго ты будешь сучиться, детка? Джаред аж поперхнулся от возмущения. - Ч-что? Дженсен подошёл ближе. - Ты ведёшь себя неподобающе, Первый, - жёстко сказал он. - Как мой заместитель, ты должен быть примером для остальных, но вместо этого ведёшь себя как оскорблённая девственница. Я всё понимаю, ты не мог противиться этому повышению, но ты же воин Империи, чёрт тебя подери, ты должен выполнять приказы, а если тебе настолько омерзительна мысль о сексе со мной, то, наверное, тебе проще пустить пулю в лоб. Себе. Джаред возмущённо сверкнул глазами, но промолчал. Крыть, очевидно, было нечем. Дженсен смерил его взглядом, поджал губы и раздражённо крутанулся на каблуках, бросив через плечо: - Идём. Делегацию катаринцев они встретили, как и полагается, рука об руку, сияя улыбками: Дженсен - вполне искренней, Джаред - резиновой, вымученной. С помощью маленького переводчика, укреплённого на груди, обменялись приветствиями. Катаринцы были похожи на маленьких щуплых человечков с тёмно-жёлтой кожей и большими чёрными круглыми глазами навыкате. Между собой они общались на резком щебечущем языке, и Дженсен быстро устал. Он любезно пригласил делегацию в трюм, и отправил Джареда проконтролировать въезд грузовой платформы. Торжественная передача драгоценного баллона неогаза состоялась в атмосфере всеобщего благоговения - для Катарины это была целая жизнь. Дженсен раскланялся с катаринцами, вежливо отверг приглашение на ужин, сославшись на дурное самочувствие, но выкрутился изящно: приказал Джареду отправиться на катаринский приём. Первый попробовал было возмутиться, но Дженсен сладким голосом пообещал, что ещё слово - и он активирует капсулу на глазах у изумлённой публики, и может случиться большой конфуз. Джаред тут же умолк, нахмурился и в самом мрачном расположении духа покинул “Сильвер” в компании возбуждённо щебечущих катаринцев. Дженсен же, наоборот, изрядно повеселел. Спровадив команду на заслуженную гулянку, а Джареда - на скучный приём, он улёгся на диван в “овальном кабинете” и потребовал Управляющего включить ему какое-нибудь старое - очень старое - кино. Попивая мелкими глотками “спиритус-виски” и наблюдая, как два человека в странных нарядах носятся по большому нелепому городу и стреляют из дурацких пушек, которым место в музее, Дженсен сам не заметил, как задремал. Он проснулся, услышав шорох разъезжающихся дверей, и поморгал - в кают-компании царил полумрак, Управляющий приглушил свет, оставив несколько точечных светильников, замаскированных листьями вьющихся растений. В дверном проёме нарисовался высокий стройный силуэт и повеяло... о чёрт. Повеяло “яманой” - местным алкогольным напитком, который на землян действовал ужасающе: рубил с одного глотка в такой хлам, что ни одно земное похмелье не могло сравниться с последствиями “яманы”. Силуэт качнуло - Первый опёрся рукой о стену и с трудом переставил заплетающиеся ноги. Дженсен вскочил с дивана и подошёл ближе. Джаред мутно глянул на него сквозь спутанную чёлку и едва не упал. - Кптн... - пробормотал он. - Я вс нннавижу. - Час откровений с Джаредом Падалеки, - Дженсен взвалил на себя пьяного в дым Первого и поволок по коридору к каюте. Джаред пытался сопротивляться, но выходило у него хреново. А когда Дженсен отвесил ему чувствительный подзатыльник, Джаред и вовсе примолк. - Так, - сказал Дженсен, затащив Первого в каюту и прислонив его к стене. - Ты только не дёргайся, ладно? Я сейчас тебя раздену и запихну в душ, понял? Тебе станет чуть полегче. - Ммпф, - изрёк Джаред и свесил голову на грудь. - Согласен, - Дженсен, удерживая одной рукой Джареда за плечо, потянул вниз молнию, расстёгивая комбинезон. Шатаясь и опасно кренясь вместе с Первым, он ухитрился раздеть его полностью, не считая узких и неудобных на вид трусов. Последний оплот Джаредовой морали Дженсен трогать не стал. Ледяная вода, бьющая сразу со всех сторон, ненадолго привела Первого в чувство - он покачнулся, застонал и схватился за голову, пытаясь прийти в себя. Дженсен потребовал у Управляющего самое сильное средство для протрезвления, прибавил напор воды и пошёл в каюту искать полотенце. Когда он вернулся, Джаред лежал ничком на полу душевой и чуть ли не рыдал, вяло отмахиваясь от бьющих в лицо ледяных струй. - Ну-ну, - нежно проворковал Дженсен, помогая Джареду подняться и укутывая его полотенцем. - Что это мы совсем расклеились, а?... Ну, Первый, ну что ты, в самом деле... Стыдобища. Пошли в кроватку. - Стбойнпойду, - изрёк Джаред, подозрительно воззрившись на Дженсена сверху вниз. - Пойдё-ё-ёшь, - уверил его Дженсен. - Ещё как пойдёшь. Джаред ничком рухнул на кровать, раскинув руки и ноги. Он был пьяный в дым и улыбался так, что Дженсен не смог не улыбнуться в ответ. Джаред смотрел на него туманными, шальными глазами и облизывал губы. Ох, Первый, Первый... Дженсен наступил коленом на кровать между раздвинутых ног Джареда. - Может, проспишься сначала? - Не-ет, - засмеялся Джаред и принялся ловить руку Дженсена, промахиваясь. - Ты хотел, чтобы я... ик-к. Чтобы я... того. Я и того. - Точно. Того. Давай-ка, Первый, баиньки. - Нет! - возмутился Джаред громко и всё-таки поймал руку Дженсена и потащил в рот, облизал пальцы с громким чмоканьем и игриво прикусил. - Я один не смогу. - Чего не сможешь? - Вообще, - неопределённо сообщил Джаред. - Чтоб тебя, Первый! - Дженсен отобрал у Джареда руку, которую тот, похоже, решил сожрать, крутанул за плечо, утыкая мордой в подушку, и набросил сверху одеяло. Получившаяся конструкция обиженно засопела, источая аромат “яманы”. - Завтра Управляющий вкатит тебе антипохмелин, но вряд ли тебе станет намного лучше, - сказал Дженсен откляченной заднице Джареда. - Боюсь, мы тебя потеряли дня на два. Спи, придурок. - С тобой хочу, - вдруг чётко произнёс Джаред и тут же захрапел. - “С тобой хочу”, - тихо передразнил Дженсен. - Вот же, послала Империя Первого... И что мне с ним делать, с дураком? И ведь не даст же по-трезвому... - Что скажешь, Управляющий? - негромко спросил Дженсен, выйдя в коридор и притворив дверь. - Судя по анализу дыхания Первого помощника, в его крови циркулирует примерно три унции “яманы”, что равносильно семистам миллилитрам виски в земных мерках. - Завтра ему будет плохо? - Завтра ему будет ОЧЕНЬ плохо, капитан. - Пришли ему серв-бота утром. Пусть поможет. В душ сводит, лекарство вкатит... -Слушаюсь, капитан. - Отчалим по расписанию. - Есть, капитан. - Ты можешь мне сказать, за какие грехи мне достался такой Первый? - Дженсен устало потёр виски - голова разболелась даже от паров “яманы”. - Не могу знать, капитан. Но если будет дозволено... - Говори. - Он удивительно подходит вам, капитан. У вас с ним 93-процентное совпадение по шкале совместимости. - Не может быть. - Так и есть, капитан. Так что не делайте поспешных выводов. - Умолкни, железяка, - раздражённо буркнул Дженсен. Хорошее настроение как рукой сняло, и он направился к себе в каюту, думая о том, что ни один предсказатель в мире даже в шутку не мог бы предположить, будто Джаред Падалеки - практически родственная душа капитана Эклза. Ничего же общего. Совсем ничего.