Оттенки тьмы

Зенда знала, кто был нужен ей. Не фанатичные последователи. Не те, кто горел жаждой мести магам. Не те, кого попросту влекло к войне и разрушениям. Лучше всего для исполнения её планов подошёл бы тот, кто оставался бы равнодушен. К приказам, какими бы они ни были, к возможным жертвам и последствиям, к собственной репутации... и даже к тому, если бы привычный мир вдруг рухнул в одно мгновение. Странно, но никто из мертвецов Эриша не попадал под эти требования так, как живая. Чарна, рыцарь с блестящими тёмными глазами без единого намёка на действие яда намтару, горячей кровью и совершенно ледяным сердцем. Бесчувственная под стать другим некромантам, но в то же время столь непохожая на них — не стремящаяся искать ни истину, ни власть, ни бессмертие... Поговаривали даже, что её коснулась Пустота, стерев эмоции и остатки сострадания, а то и память, ведь Чарна не считала себя уверенной даже в собственном прошлом. Но ей было всё равно. К жизни она относилась так же безразлично, как и к смерти. Иногда Зенде казалось, что во взгляде её рыцаря, её идеального орудия, мелькал проблеск отражения желанного будущего. Вспышка, подобная блику на серпе Старухи — молниеносная и неотвратимо-роковая. Как будто эти глаза уже видели нечто подобное, но гораздо страшнее. Как будто через неё сама Асха пыталась предостеречь иерофанта... или, наоборот, воодушевить и помочь отринуть сомнения на священном пути возмездия? Но сама Чарна оставалась равнодушна даже к такой вероятности. Живая среди нежити, она была давным-давно мертва.