Глава 7. Все покупается и продается.
24 мая 2016 г., 23:48
Ирина Сергеевна обвела серьезным взглядом присутствующих, уже завершая общее собрание, остановилась на Измайловой и Минаевой — они сели рядом и произнесла, глядя выше голов подчиненных.
— Я понимаю, что личная жизнь сотрудников всегда была темой для обсуждения, тем более, начальства. Но я убедительно прошу вас воздержаться от обсуждения убийства майора Глухарева и моих с ним отношений. Надеюсь, на ваше понимание. Прошу вас помнить о том, что убили, прежде всего, офицера, сотрудника милиции, майора, а уже в десятую очередь… — Зимина замолчала, не договорив. — У меня на этом все, давайте по рабочим местам. Минаева, Щукин, Измайлова и Русакова чуть позже зайдете ко мне на инструктаж.
Ирина первой направилась к выходу, хотелось и на свежий воздух, и подальше от любопытных глаз. За свои эмоции и срыв ей было неловко, но изменить ничего было нельзя.
Сотрудники Пятницкого загалдели, обсуждая услышанное, их попытку уйти пресек Карпов.
— Минутку внимания, попрошу задержаться всех на пару слов. Для тех, кто не знает — я первый зам Ирины Сергеевны, подполковник Карпов. Начальник СКМ… — это Ира услышала уже краем уха, из коридора. Примерно догадываясь, что Стас хорошего скажет и в каких выражениях. И была ему за это благодарна.
***
Войдя в кабинет, Ирина прикинула, что у нее есть полчаса «личного» времени и решительно взяла в руки конверт от Глухарева. Осторожно вспоров канцелярским ножом одну из сторон, Зимина внутренне собралась и достала содержимое — несколько сложенных пополам листов А4 и что-то плотное, квадратное. Мгновение спустя выяснилось, что это их совместная фотография, снятая на майские, как успела понять Ира. Не дав себе шанса углубиться воспоминания и чувства, завернула фотографию в тонкую оберточную бумагу, после чего убрала в верхний ящик стола с мыслью: «Не сейчас. У меня вся жизнь впереди на воспоминания… Успею». Вместо этого Ира развернула листок, исписанный типично глухаревским, чуть неразборчивым почерком и начала читать. Уставшие глаза выдергивали из общего текста обрывки фраз и даже такая «урывчатая» картина была, мягко говоря, странной. Если бы Ирина не знала, что это писал Сергей, то посчитала бы шуткой: «…Ира, если ты читаешь это письмо, то это значит, что меня уже нет в живых… Да, вот так киношно, банально. Но это правда. Увы… Я не мог поступить иначе, прошлое, знаешь ли, держит цепко и не отпускает. Крокодилья хватка. …Признаваться в этом как-то стыдно, но я все-таки скажу — я принял предложение Варана. Пошел с ним на сделку в обмен на твою и Сашкину безопасность. Меня "убьют", "выведут из игры", заставят скрыться. Главное, Ира, что в этом случае Варан не навредит тебе и твоим близким, но естественно, будет копать… Ира! Я понимаю, что пишу какой-то бред, но это правда. Не стал бы я оставлять после себя просто "прикол". Все документы относительно моего имущества лежат дома, в комоде — там же, где табельное и все остальное. …Бумага — самый надежный способ рассказать тебе о том, что произошло. Конверт по любому попадет к тебе в руки, Ириш. И, кстати, прости за корявый почерк… …В курсе только ты, даже Дэн не знает. Пожалуйста, молчи, первые дни по крайней мере. Ира, у меня к тебе просьба — дальнейшие новости и инструкцию ты сможешь забрать из ячейки с 21 по 25 октября на Ленинградском вокзале, номер и код я приложил отдельно.P.S. Люблю тебя. Прости, что так редко говорил — никак не мог набраться смелости.
Твой С.
Сентябрь 20XX года»
От бессмысленного повторения последних строчек письма Ирину отвлек стук в дверь. К счастью, это были не новые сотрудники, а всего лишь Карпов, злой и взвинченный. — Ир, мне на пару часов надо отскочить. Справишься? Ты чего такая?.. Если из-за пи…болтовни сотрудников, так забей. Такого больше не повторится. — Письмо. Я его прочитала. — И что пишет Серега? Ирина молча отдала Стасу исписанный листок, просто не в силах прочитать «избранное» вслух, даже о том, как подписался Сергей Зимина сейчас не думала — в голове, и без того гудящей, был хаос. — Твою мать… «Сломался», значит, Глухарь. Так, Ира, ты это никому не показывай. Спрячь куда-нибудь подальше… Сегодня уже результаты будут у экспертов, заберу. Вернемся к нашим баранам — я отскочу на пару часов? Ты тут справишься? — Надеюсь. После обеда Захаров приедет. — О, с ним точно не соскучишься. И кстати, ты не вздумай на вокзал соваться одна. Отвезу тебя сам, так будет надежнее. — Стас, ты у нас начоперов, а не мой личный водитель. — Спасибо, я в курсе, какую занимаю должность, — отозвался Карпов уже в дверях. — Будь осторожна, особенно с новичками. Поблизости могут быть крысы. Стас ушел, а буквально минуту спустя в кабинет к Зиминой постучалась новая сотрудница в ПДН — Русакова Екатерина.***
Антошин сидел за колченогим столиком на одной из «левых» хат и гипнотизировал мутным взглядом «Макаров», рядом стояла початая бутылка водки и пластиковая «полторашка» Спрайта. Пепельница, забитая до отказа, пополнилась еще одним окурком. В пальцах Дэн держал фотографию, совместную с Глухаревым — им на фото лет по девять, не больше. Чумазые, со сбитыми коленками, Серега прижимал к себе мяч, ярко-красный — Денис это помнил хорошо. — Серега-Серега… Смятое фото еще прошлого века, черно-белое, легло рядом со «стволом». Один единственный патрон ждал своего часа. Мобильник в кармане джинсов зазвонил, заставляя Дэна раздраженно отмахнуться — совсем забыл выключить телефон, когда уходил из отдела. Прочитав сообщение, Антошин отшвырнул телефон на стол, схватился за бутылку с газировкой и сделал большой глоток — в горле неожиданно пересохло. Собраться с мыслями ему не дал телефонный звонок. Карпов на том конце провода был не выспавшимся, злым и горел желанием оторвать горе-сотруднику голову. — Да, Стас. — Тебя где носит, придурок?! Чтобы через пятнадцать минут был в отделе, понял? — Стас, я не могу… — А ты через «не могу». Ножки в ручки и притопал. Все, отбой. — Черт… — Денис с долей сожаления глянул на недопитое и недокуренное. Ехать в отдел ему не хотелось, но послав Карпова он бы огреб себе куда более серьезных проблем — нужно было запихнуть свои желания подальше.
