Всё идет по плану

      Шустрый шёл сквозь высокую густую выцветшую траву, помахивая веточкой и поглядывая по сторонам. По Болотам гулял довольно сильный ветер, шумел камышом вокруг, кронами редких деревьев, колючим непролазным кустарником. Где-то неподалёку бесновались мутанты. Судя по рёву, визгу и отсутствию выстрелов — никак не могут поделить очередные трупы. Шустрый понадеялся, что трупы принадлежат не его товарищам, но соваться и проверять не рискнул. Он свернул с тропинки и полез в густой камыш, листья которого были жёсткими и острыми, как стальные бритвы. Из-за листьев приходилось двигаться очень медленно, что было и хорошо и плохо одновременно. Хорошо, потому что была возможность издавать поменьше звуков, продумывая каждый шаг и взмах, а плохо потому, что Шустрому недавно показалось, будто поблизости есть ещё люди, и лучше бы ему не попадаться им на глаза и быстрее смыться. По Болотам чаще шатались всякие отморозки из банды «Ренегатов», и вообще в этом захолустье проживали только они да «Чистое Небо», сотрудником которого и являлся Шустрый. «Ренегаты», не будь придурками, могли бы и понять, что ничего плохого им мирные чистонебовцы не сделают, но на то и были изгнанниками и отморозками, что им бы только пострелять да наворовать.       Сам Шустрый шлялся по Болотам вовсе не из-за удовольствия, а потому что любил честно заработать. Быстро и незаметно отыскать тайник — раз плюнуть. Шустрый будто нюхом их чуял. Провести через скопление аномалий или показать безопасный путь — делов-то. За год в Зоне обошёл Болота вдоль и поперёк и знал больше, чем любой проводник, за что и ценился как у своих, так и у сталкеров, учёных и других, кому приспичит пройтись здесь за какой-то надобностью. Только одного Шустрый никогда не соглашался делать — показывать дом Болотного Доктора. Не потому, что не знал, где он находится. Договор такой у них был. Зона — не просто территория с аномалиями. Это, скорее, одна большая аномалия на всю территорию. И любой опытный проводник здесь знает, что есть такое понятие, как «Зона приведёт» или «Зона покажет». То есть, подразумевались такие места, куда человек мог попасть только по воле Зоны. Вот идёт себе один, раненый, и мечтает, как бы ему дом Болотника найти, чтоб не помереть тут от заразы какой. И ничего, всё обойдёт — не найдёт, а с судьбой уж как сложится. Может и выживет — пройдёт испытание Зоной, а может и нет — не угодил, значит, Ей. А вот другой хромает, думает, как жить хочется, да почему помрёт так рано. А и не помрёт, выйдет случайно на тропинку и явится прямо к Доктору, а тот уж постарается, вылечит. На то он и Доктор.       Не без того, конечно, чтоб проводники не знали лазеек, через которые гарантированно можно попасть в нужное место, даже если его найти невозможно и на карте не отображается. Вот точно такая же петрушка была и с базой «Чистого Неба». Когда пришёл Лебедев и объединил всех мирных сталкеров на Болотах в одну научно-исследовательскую группу, Шустрый лично выбрал место под главное расположение. Просто так туда не всегда могли добраться даже свои, знающие. А уж что говорить о других — никто ещё просто так, по желанию или без, базу «Чистого Неба» не находил. То ли аномалия там такая пространственная была, то ли Зона специально для чего-то чистонебовцев припрятала, а только дорогу могли найти одни они.       Ренегаты кусали локти и рвали волосы, но разыскать и вынести притесняющих врагов не удавалось. Не так уж чистонебовцы их и притесняли, в Зоне места обычно всем хватает, ибо чаще мрут, чем выживают, но бандитам всё было не то, не так и вообще маловато будет. Тем более, отыскать главный «гадюшник» было теперь делом принципа. И хабара, конечно. Поскольку «Ренегаты» не были организованной группировкой под одним командованием, то и дела у них особо не клеились. Принципов, как у родственной орды Бандитов, у них тоже не наблюдалось. Сбивались в стайки и мудрили каждый своё. Только вот «Чистое Небо» мечтали расковырять все без исключения. Это и объединяло.       Шустрый выбрался из камыша прямо к дощатому мостику, проложенному по кочкам через топь, и не спеша пошёл вперёд. Под досками булькало, плескалась чёрная мутноватая вода. Счётчик Гейгера тихо поскрипывал в недрах карманов. Вода была радиоактивная. Перейдя на другой берег и продравшись через очередную стену камыша, он решил немного передохнуть у дерева и сделать кое-какие записи в блокноте. Это не заняло много времени, но когда Шустрый уже встал и собрался идти прямиком на базу, КПК под рукой в кармане тихо пиликнул, предупреждая о близости людей. Шустрый тут же придавил кнопку и отключил наладонник, прислушался, но шум ветра в растительности всё заглушал. Предупреждение означало, что люди появились в радиусе пятидесяти метров. С какой стороны, свои или чужие — непонятно, но лучше не попадаться. Немного сменив первоначальный маршрут, сталкер немедленно отправился в путь, приготовив пистолет, вслушиваясь и вглядываясь в заросли.       Тем временем ренегаты крались за чистонебовцем. Не так давно в их кругах объявился молодой и перспективный парень по кличке Дерзкий. Попёрли его из своих рядов Бандиты, точнее, он их обчистил и просто сбежал. Хотел сначала к центру Зоны, где посерьёзнее, да только братки спохватились и бросились свой хабар ловить. Пришлось уносить ноги куда глаза глядят, так и оказался на Болотах. Ну а со своей дерзостью да кое-какой смекалкой (еще не пропитой, в отличие от остальных), быстро завоевал репутацию и даже собрал небольшую банду. С ним постоянно ошивались пять-шесть человек на свободных правах. Людей Дерзкий вообще недолюбливал, он никому не доверял и вполне справлялся с Зоной один. Тем более что на Болотах было безопаснее, чем на Свалке, где он провёл достаточно времени с Бандитами. Как-то раз, на случайной сходке нескольких банд «Ренегатов», довелось Дерзкому наслушаться очередных россказней про всё крепнущую силу «Чистого Неба». Мол, ни обнести так просто, ни точку отбить, совсем распоясались на Болотах, которые «Ренегаты» считали своей личной территорией. Пока остальные сетовали да пьянствовали, Дерзкий пораскинул мозгами и явил озарение. Посвящать ушлых братков в свои коварные планы не стал, собрал свою стайку да и ушёл на пустующие развалины козни врагам строить.       План был прост, но гениален, как ему и полагалось. Если никто не мог разыскать загадочную базу, а свои на неё всё-таки как-то попадали, почему бы не отыскать кого-нибудь и не проследить за ним? Искали долго. Бегали из конца в конец по всем Болотам за снующими по своим точкам чистонебовцами. Дерзкий уже было стал подозревать, что никакой базы у них на самом деле и нет, или находится она вне Зоны, когда после выброса напал на след одиноко шляющегося сталкера из этой загадочной группировки.       — Всё, амба, — заявил ренегат своим подельникам. — Последний. Вроде, на проводника или разведчика похож, раз опосля выброса один хиляет. Если этот не приведёт на малину, ну их на хуй кровососий всех.       И стали они красться за Шустрым, строго следя за дистанцией, чтоб не попасть в зону предупреждения КПК. Чистонебовец ходил как по проспекту и такими тропами, о которых Дерзкий понятия не имел. Он уже не мог нарадоваться неожиданной удаче — не приведёт на базу, так хоть безопасные тайные тропы спалит, как по досадной случайности проводник заметил их и ускорился. Уверенности в том, что обнаружил он именно их и почесал быстрее именно из-за этого, у Дерзкого не было, но он опасался, что шанс может сорваться, и полетел за врагом во весь дух.       Заслышав позади уже откровенный шелест и топот, Шустрый понял, что идут-таки по его душу, и сбавил темп. Теперь ему было ясно, что делать, а скрываться уже не было смысла. Подбежав совсем близко, бестолковые враги поняли, что он снова идёт медленно и спокойно, и тоже поотстали. Шустрому было не особенно интересно, чего же им от него надо. Отставив такие варианты как грабануть и допросить (если бы хотели, давно бы сделали), чистонебовец пришёл к очевидному выводу, что они следят за ним, чтобы вычислить местонахождение тайников или базы. Но и страшно ему не было. Пока что у него с Зоной было полюбовно. Хоть это и слишком тонко, переменчиво, но паника не спасёт, а выдержка была уже практически военная.       Дерзкий негодовал. Поспешил. В его план не входило их обнаружение. Теперь проклятый чистонебовец мог обо всём догадаться и привести их не на базу, а прямо на стволы своих дружков. Дерзкий вообще больше всего на свете ненавидел, когда что-то идёт не по его воле, и злился теперь на сталкера просто неимоверно. Но когда тот сбавил темп и перестал носиться зигзагами по трясинам, ренегат немного успокоился и почти поверил, что чистонебовец их всё-таки не заметил. Не совсем же близко подошли, а что там шуршит — да хер его знает. Может, ему там мутанты какие примерещились или ещё что, вот и помчался. Хотя после этой погони, когда они ему чуть ли не на пятки наступали, не заметил бы их разве что глухой и слепой. И Дерзкий был начеку, хотя злость немного забивала мозги.       Местность вокруг была ренегатам незнакома. Приходилось отвлекаться ещё и на то, чтобы запоминать дорогу. И когда чистонебовец снова остановился, умудрились опять проворонить. Он стоял посреди небольшой прогалины, вглядываясь в шелестящую стену камышей. Дерзкий с отрядом засели в кустах позади него, стараясь не дышать и вообще максимально слиться с Зоной. И последнее им почти удалось, потому что влажная трава под ногами и коленями медленно, но верно начинала проседать, обнажая тёмную воду. Болото затягивало. Ничего предпринять Дерзкий с командой не успели, раздался негромкий голос чистонебовца:       — Выходите, шпионы. Через минуту вы уже не сможете встать.       Ренегаты подхватились с мест и выскочили на твёрдую землю поляны, наставив оружие на сталкера. Но командир махнул рукой, и ружья с пистолетами синхронно опустились. Шустрый развернулся к ним и быстро оценил силы противника. Шесть человек: трое с обрезами, от них надо подальше, двое с пистолетами, это вряд ли бронежилет возьмёт, а вот главный с неплохим автоматом, такого на территории Болот просто так не найти, значит и подальше в Зоне бывал, опыт имеет. Возраст под балаклавой, конечно, не разобрать, но судя по глазам — молодой да буйный. Впрочем, ничто из этого уверенность Шустрого в его затее не поколебало.       — Что вам от меня надо?       Дерзкий немного завис, всматриваясь в невероятные синие глаза чистонебовца. Ему приходилось видеть многих из этой группировки, и каждый раз он заново удивлялся. Специально они, что ли, таких подбирают? Этот его поразил особенно — его глаза чуть ли ни светились изнутри, а вокруг него даже Зона казалась светлее и ярче. Будто вот-вот схлынет последняя туча, и выйдет солнце, и этого парня окружит такое же синее и чистое, как его глаза, небо. Потом до Дерзкого дошло, что ему задали вопрос.       — Веди давай к вашей главной базе, а то…       — А то что? — улыбнулся Шустрый.       «Пристрелю» — должен был сказать Дерзкий, но язык не поворачивался говорить этому светлому человеку такую гадость. Тут ренегат осознал, что с ним явно что-то не то, и дело вовсе не в сентиментальности, хотя это, конечно, тоже… Прислушиваясь к ощущениям, он явно понял, что тут замешано внешнее воздействие. Вот только непонятно, исходит оно от чистонебовца, или же здесь какое-то место аномальное? В любом случае, лучше за своим сознанием следить и поменьше лясы точить, а то так и хочется комплимент чудесным глазам отвесить. Вместо ответа Дерзкий передёрнул затвор и устремил дуло автомата на врага. Отряд последовал примеру командира.       Шустрый отметил про себя чрезвычайную проницательность главаря и понадеялся, что больше с ним сталкиваться не придётся. Умных ренегатов встречается не так много, зато кровожадные все без исключения. Если ещё и два в одном…       — В общем, убедили. За мной, след в след. — Сказал Шустрый, развернулся и пошёл в заросли камыша.       — Э, помедленней там, а то крылья подрежу.       Чистонебовец хмыкнул. Шли довольно долго, и Дерзкий, нутром чувствующий, что план-таки провалился, начинал психовать. Может, зря они идут за этим парнем? Явно же неспроста он так быстро согласился. Наконец впереди показались просветы между листьями и стеблями, и Шустрый раздвинул руками стену камышей. Их встретило бескрайнее пространство степи, поросшей выцветшей травой. Пустота и бесконечность. Дерзкий невольно разинул рот, шагая вперёд и осматриваясь, от такого внезапного простора закружилась голова. А может, вовсе и не от простора.       — Это чё за… — начал ренегат, разворачиваясь к врагу, но того на месте не оказалось. — Где он?       — Так это… — севшим голосом промямлил кто-то. — В сторону двинулся и исчез. Я сам видел. Исчез.       — Стоп. А ну все назад. Это аномалия какая-то, походу. От дурканули!       Ренегаты тут же ломанули назад, подальше от пугающей пустоты, вот только камышей за спиной тоже уже не было. Там было то же самое поле. Дерзкий ругнулся, чувствуя, как начинает колотиться сердце. Обернулся назад и чуть не врезался носом в дерево. «Это ещё откуда?!» — подумал сталкер, а дальше было нецензурно. Его подельники притихли и ждали распоряжений командира.       — Значит, так. Ты, ты и ты. Найти этого фраера, без него не вышкребемся. А ты и ты со мной, разбираемся, где мы, чё за херня, и как он смылся.       Они разбрелись по полю, на котором теперь виднелись кое-где кусты и деревья. Но больше ничего не менялось, связи не было, КПК карту не отображал, а поле кончаться не желало. Все устали, но не хотели сдаваться, до паники оставалось всего ничего. В конце концов, Дерзкий решил просто идти вперёд. Куда-нибудь да придут же. Только вот что-то подсказывало ему, что не придут. Распирающих его злости и негодования хватило бы на пару мощных выбросов. Вот же чёртов синеглазый! И откуда только знает про все эти аномалии? Он их что, как мутант чует? И тут Дерзкого осенила внезапная догадка. А может, он и вправду мутант, а никакой не сталкер и не чистонебовец? Ренегат даже остановился. Да нет, сталкер, и очень даже чистонебовец. Потому и найти их никто не может, они ж аномальные. Он стянул душную балаклаву и волчьим взглядом обвёл местность.       Шустрый знал эту пространственную развилку как свои пять пальцев. Собственно, там всего пять путей и было. Стоит только ступить в нужном месте, как тут же попадаешь в другое пространство. Чистонебовец стоял на исходной точке в камышах, на всякий случай, чтоб не промахнуться порталом, это же всё-таки Зона. Он ждал в воспитательных целях, пока ренегаты выгуляют свои нервные клетки до полного истощения. Потом извлёк из сумки небольшой контейнер и вытащил артефакт. Посмотрел на него, повертел в руках, потом ещё раз перечитал написанную полчаса назад записку, и шагнул в «первое», а затем и во «второе измерение», как он сам прозвал эти аномальные пространства. Возникнув посреди поля, он быстро осмотрелся и заметил ренегатов, блуждающих вдалеке. Так и не заметят, чего доброго. Артефакт-то неприметный. Шустрый отошёл подальше от места перемещения, а то ещё влетит кто-нибудь, не дай Чёрный Сталкер, в «третье», а оттуда в «четвёртое измерение», а там логова таких мутантов, что лучше уж не знать и крепко спать. Положив на землю артефакт и бумажку, Шустрый набрал побольше воздуха и крикнул что было сил: «Э-э-эй!». И тут же спрятался за деревом. Потом упал и пополз к порталам. Благо местность была немного холмистая, ренегаты его не заметили.       Когда гнетущую тишину, порядочно действующую на нервы, вдруг порвал голос чистонебовца, Дерзкий тут же развернулся, но никого не увидел. Ренегаты пошли в сторону крика. Обнаружив на земле артефакт, Дерзкий смекнул, что всё это точно проделки синеглазого. То ли чутьё у него было на высоте, то ли ситуация и без того ясная, но он точно знал, что гадский проводник тут побывал и смылся обратно. Издевается ещё. Пока бандит раздумывал о выходе из западни, его злость немного сместилась на задний план, но чистонебовец своим появлением снова разбудил задремавшего зверя, и Дерзкий был готов убивать всё подряд. А в этом измерении даже мутантов не было. Рядом с артефактом валялась ещё и бумажка. Подобрав её, сталкер прочёл следующее:       «Артефакт в твоей руке — «Компас». Он выведет тебя из пространственной ловушки, просто выставь его перед собой, он потянет тебя в нужную сторону. В том измерении, где вы находитесь, нет ничего опасного, я тебя пощадил. Но если ты ещё раз вздумаешь ходить за мной, я тебе покажу, где драконы зимуют. Серьёзно. Я знаю это место. С любовью, Шустрый.»       — С любовью, — прорычал сквозь зубы Дерзкий, осознавая, что план рухнул окончательно. — Сука! Пидорас голубой!       Он скомкал бумажку и швырнул под ноги. Потом, правда, подобрал и сунул в карман на всякий случай. Злиться было бесполезно, и он, поскрипев зубами, просто сделал, как велено было в письме. Выставил перед собой «Компас» и стал ждать. Артефакт немного нагрелся и через минуту завибрировал в руке, повёл её в сторону. Дерзкий выкинул лишние мысли из головы и просто пошёл, куда тянуло. Через полчаса они все вышли к камышам. В обычной Зоне, то есть в «основном измерении» по терминологии Шустрого, было уже темно. Ренегаты вымотались до предела, но расслабляться было рано. Ночь, Болота, Зона, какой уж тут отдых. До ближайшего относительно безопасного участка — топать и топать. А тут ещё кровососы на хвост упали. Вот здесь-то Дерзкий и излил всю свою ярость и гнев. Но полегчало ненадолго. Отбившись от кровососов, ренегаты добрели до каких-то развалин и решили уж будь, что будет, а сил дальше идти нет, развели костер и сгрудились вокруг, выставив двух дозорных.