Дорога домой

Впервые я увидела его только спустя неделю после отплытия корабля. Наверное, я бы и не встретила его, если бы не решила пересесть из одного угла клетки в другой. Мне удалось раздобыть немного еды, ее я положила рядом в маленькую миску, а сама увлеклась разговором с Гадюкой. Тогда я еще не заметила, что он сидит прямо рядом со мной. Единственное, что нас разделяло, это решетка. Внезапно я услышала, как кто-то роется в моей миске. Я резко обернулась и хотела было отобрать еду у "соседа", но не успела. Сидящий в соседней клетке горностай посмотрел на меня с благодарностью, будто я сама так щедро поделилась с ним едой. - Отдай, чертов ворюга, это мое! - зарычала я, схватившись лапами за решетку. - Простите, я не понимаю что вы здесь делаете и кто вы такая! - невозмутимо ответил горностай по-китайски, не смотря на то, что сам был англичанином. Однако его знание китайского ничуть меня не успокоило. - Убийца и вор! Ты убил бабуина и украл у него морду! Девушки из моей клетки засмеялись. Но, похоже, мои слова ничуть не обидели горностая. - Меня зовут Джек. - сказал он уже серьезным голосом. Я скептически посмотрела на него. На вид ему было лет шестнадцать, как и мне, красивый бурый мех, белые мордочка, грудка и живот, карие глаза, длинный хвост с черным кончиком на конце. Сам был белой рубашке и черных рваных штанах... Но до чего же он был симпатичен! Несмотря на украденную еду, мне почему-то захотелось поддержать с ним разговор. - Ты знаешь, куда нас везут? - спросила я. - Сначала на Рабский рынок, а оттуда в Австралию. - ответил он, прижавшись спиной к решетке. - Что это такое? - снова спросила я, хотя и так уже поняла, что это за место. Горностай пошарил у себя в карманах и вытащил какую-то странную, маленькую, деревянную штуку. Затем насыпал в нее черного порошка, чиркнул спичкой, поджег эту штуку. Из нее тоненькой серой нитью пошел дым. Сначала я испугалась, что парень может устроить здесь пожар, но потом мне стало интересно, что это такое. Я с любопытством смотрела то на деревянную штуку, то на горностая. Он, заметив, что мне интересна его вещь, протянул ее мне со словами: "Хочешь попробовать?" Я взяла штуку и что было сил дунула в нее. Лицо парня тут же окрасилось в черный цвет. - Ой... - с этими словами я быстро вернула штуку ее владельцу и поспешила сделать вид, будто ничего и не было. Но Джек, по-моему, не разозлился. Он вытер лицо платком и с улыбкой сказал: - Так и знал, что так оно и будет. Сразу видно, что ты никогда не была в Англии. - Ты англичанин, вот и скажи, что это такое! - я кивнула на штуку. - Это обычная трубка. Чтобы курить. - объяснил Джек, но я из этого мало что поняла. Видя, что я до сих пор ничего не поняла, горностай взял трубку в рот и начал курить. Вот теперь я поняла. - Ты не ответил на вопрос! - Какой? - Рабский рынок. Что нас там ждет? Горностай вздохнул. - Это место, где рабов и пленных продают и покупают, как обычные вещи. Меня охватил ужас. "Рабов и пленных продают и покупают, как обычные вещи." Что же они за звери? Как могут продавать и покупать себе подобных? Разве так можно? А если бы их поставили на наше место, им бы понравилось, что с ними обращаются, как с низшими созданиями? Впрочем... кто они, а кто мы? Всего лишь пленные. Наверху, у "Важных персон" начался ужин. Мы находились прямо под ними, слушали их разговор и вдыхали запах жареного поросенка. "Живой груз" - вот как они нас называли. Конечно, в горе Воинов нас и не так называли, но все равно было обидно. Мы легко могли бы выбить решетку, вырваться на палубу корабля, освободить остальных, но куда бы мы пошли? Кругом было море. Конечно, можно было захватить корабль, попросить о помощи каторжников, даже если бы нам и удалось захватить корабль и поплыть на нем домой, то остальные десять кораблей все равно бы нас остановили, а каторжники тут же могли разбежаться, только бы мы вернулись назад, и снова начать разбойничать! Может быть нам удастся поговорить с губернатором колонии и вернуться домой? Оставалось только ждать. Прошел почти месяц. Мы по-прежнему то сидели в грязных, вонючих трюмах, то выходили на палубу, драили ее щетками, стирали, снова сидели в трюмах... Эта морская жизнь мне очень надоела: постоянная качка, ветер, штормы... Единственное, что я любила на этом корабле - это закат, выныривающих из воды и пускающих из своих дыхал фонтаны китов и иногда сопровождающих нас дельфинов, которые выпрыгивали из воды, касались носами моей вытянутой лапы и скрывались в синей воде. О Джеке я уже и забыла, хотя изредка мы и пересекались с ним. У него был друг. Рыжий кот по имени Томас Додсон. На вид ему было лет двадцать. Так же, как и мы, они работали, сидели в трюме, снова работали. Мне даже казалось, что эти двое также попали сюда случайно, как и мы. Они были настоящими английскими джентльменами: усердно работали, помогали другим, а если кто-то устал, доделывали эту работу за него. Мне они нравились. Точнее не ОНИ, а ОН. Но, несмотря на это, Джек по-прежнему ничего и никому о себе не рассказывал, был спокоен и уверен в себе. Кто он такой, я до сих пор не знала. Джек по-прежнему оставался для меня загадкой.