Be better

Аллен проснулся утром сам. Голова гудела, его немного потряхивало — все же спать с открытым окном было не лучшей его идеей, но вечерняя жара мешала ему уснуть, вот Уолкер и не выдержал. Теперь придется, по-видимому, расплачиваться. Он бросил взгляд на часы и мысленно застонал. Они показывали всего шесть утра — раннее для него пробуждение, если учесть тот факт, что вчера он не мог уснуть очень долгое время: все ворочался с боку на бок, вспоминал произошедшее в бассейне. В груди тихо грело чувство безмерного счастья, оно пело ему песню едва слышным голосом, и лицо его все никак не хотела покидать довольная улыбка. Уж лучше бы он уснул, обнимая подушку и без одеяла, чем решил выбрать одеяло и открытое окно, как альтернативу. Теперь приходилось расплачиваться. Он сделал попытку встать, но ноги его не держали: дрожали от слабости, его замутило и мир закружился в безумном танце. Уолкер плюхнулся обратно на кровать, нащупал вспотевшей ладонью черный прямоугольник телефона и набрал сообщение Линали. Слышать сейчас чей-либо голос он не хотел, потому что опасался, что голова все же взорвется от боли. Наверное, красиво смотрелись бы его мозги, стекая по белой стене красными подтеками… Он потянулся к тумбе и сделал глоток прямо из стоящего на ней графина. Спасибо его вечной привычке оставлять себе на ночь воды: в сильную жару он мог просыпаться несколько раз за ночь от дикой жажды, но сонный организм слишком слабо ориентировался в темноте коридора и кухни, поэтому и приходилось оставлять себе запас живительной влаги еще с вечера. Вода немного привела его в чувство. По крайней мере, он не ощущал в горле песок, будто бы наглотался его на набережной, как в детстве. Тогда отец сильно кричал на Неа, потому что этот мелкий проказник четырех лет все же успел запихнуть Уолкеру-младшему в рот горсть песка, пока Уолкер-старший до него добирался. Улыбнувшись детским воспоминаниям грустной улыбкой, что вызывала в голове новую вспышку боли, он предпринял еще одну попытку подняться. Она все же оказалась более успешной, поэтому он, кряхтя как старик, добирался до раскрытого настежь окна практически на ощупь: цепляясь руками за предметы мебели, ногами путаясь в разбросанных на полу вещах. Закрыл его с тихим хлопком и смахнул пот со лба. Его замутило, скручивая внизу живот просто тугой узел, сухость во рту сменилась горьким привкусом и обильной влажностью. Он еле успел добраться до туалета, а то подаренный на прошлое Рождество Д.Кемпбеллом-младшим ковер пришлось бы отдавать в химчистку. Ему казалось, что он выблюет все внутренности; мутило сильно, до рези в глазах. Спустя несколько долгих и мучительных минут Аллен смог сесть прямо на холодный кафель, прислониться взмокшей спиной к стене и часто задышать. Вот просто… пиздец. Он умудрился то ли заболеть, то ли травануться — как еще голова на плечах держится? — за столь короткий срок. Вечером же все было просто замечательно, а тут… Боль пульсировала в висках, отдавая в затылок. Аллен включил кран с холодной водой, намочил полотенце и, не выжав его до конца, накинул прямо на голову. Не помогало от слова совсем. Кажется, стало даже хуже. Желудок снова сдавило спазмами, Уолкер наклонился над унитазом и помолился. День обещал быть долгим.

***

Линали прикрыла за собой дверь, прошлась по отделу, улыбаясь сотрудникам. Настроение у нее было относительно спокойное. Она зашла в кабинет начальника, мило обойдя стол Канды, громко причитая на нерадивого Уолкера про его забывчивость о важных документах, которые нужно отнести Большому Боссу. Незаметно для всех положила на место ноутбук и вновь вернулась в общую комнату, отпивая кофе. Девушка не заметила пристального взгляда Канды в свою сторону — слишком уж была поглощена тем, что пыталась вести себя естественно: без нервных и беглых взглядов, запинающейся речи и частого дыхания. У нее была передышка благодаря все тому же начальнику, который так удачно подхватил где-то какую-то инфекцию. — Ребята, прошу минуту внимания, — она повысила голос и отставила стакан с эмблемой «Старбакса» на стол. Полусонные сотрудники нехотя оторвались от своей работы, немного недовольными взглядами прожигая в Ли дыру, словно спрашивали «Что опять?» — Я хочу сказать, — продолжила она ровным голосом, — что Аллена сегодня не будет. Для всех, кто будет интересоваться, — Ли прошлась внимательным взглядом по каждому из присутствующих, остановившись на так и не отвлекшемся на ее слова Юу, — он на важном совещании. — Которое явно проходит где-то вне офиса? — ехидно отозвался тот, так и не поднимая головы. — У него работа такая, — Линали повысила интонацию. Ей явно было неуютно в обществе Канды, который точно что-то знал — она просто чувствовала, что он видит ее насквозь, такую лживую и отчаявшуюся. — А ты, значит, его личная собачка на побегушках? — Канда приподнял брови. Голос его звучал слегка раздраженно. — Я не понимаю, чего ты взъелся? — Ли сложила руки на груди. — Или ты снова превратился в сноба, который дальше своего носа ничего не видит? А Аллен говорил, что ты поменялся… стал лучше, а тут. Канда поднялся. На скулах у него играл легкий румянец, он сжал кулаки. — Эй, Линали, ты чего? — Меган нервно засмеялась. — Нам не впервой без мистера Уолкера заканчивать месяц, справимся, не переживай. — И она повернулась в сторону Канды. — Хотите чаю с ромашкой? Канда ничего не сказал. Он схватил какие-то папки, прижал их к себе, словно от этого зависела его жизнь, и стремительно покинул помещение. Линали еще пару секунд смотрела ему в след, а потом, улыбаясь Меган очаровательной улыбкой, все же отказалась от предложенного напитка. Канда испортил ей все желание что-либо пить.

***

Юу мог с уверенностью сказать, что на стройке его если раньше боялись, то теперь ненавидели настолько, что если бы на него вдруг упало несколько пенобетонных блоков, — он бы не удивился. Наверное не стоило срываться на бригадире — крепком мужчине, почти на две головы выше него самого. Но сделанного не воротишь, начальника еле успокоили собственные подчиненные, которым тоже перепало. По-сути из-за пустяка: Канда приехал к ним задолго до обеда, а вместо кипящей работы застал ее полную противоположность. Наверное это было его наказание, другого слова Юу подобрать не мог, да и объяснить, почему вокруг него второй день подряд сплошные нарушения вместо отлаженного механизма, — тоже. А еще он застрял в пробке на обратном пути! Просто отвратительное утро стало совсем невыносимым. Очередь двигалась чересчур медленно, водители нервничали, и Юу не был исключением. Он сначала включил музыку, потом поспешно выключил, — голова взорвалась мигренью от одного только веселого голоса какой-то певички, Канда никогда не запоминал их имена, считая, что это просто лишняя информация, не заслуживающая внимания. Потом пробовал смотреть по сторонам, но интересного ничего вокруг не происходило. Затем он с сомнением вытащил телефон, набрал номер Уолкера, но звонить не стал. Чертыхнувшись и убрав аппарат обратно в карман, Канда проехал чуть вперед, с каким-то тайным злорадством глядя на часы. Такими темпами на обед он уже не успеет, а сразу после него состоится очередное собрание, к которому отдел был никак не готов из-за отсутствия самого докладчика. Тут же одернув себя и мысленно застонав, предвидя, как забитую проблемами Линали до смерти замучают на предстоящем сборище, он отвлекся на визг шин, а затем последовал удар. Уже вполне вербально выругавшись, он заглушил двигатель и поспешил выйти из машины. Оказалось, что в него врезался автомобиль, непонятно откуда взявшийся из-за перекрестка, но не это было самым странным в данной ситуации: какая-то девушка недовольно потирала бедро, сидя на багажнике нарушившего все дорожные правила автомобиля. Дойдя до нее и глянув на ошарашенного водителя злосчастной машины весьма красноречивым взглядом, он перевел взгляд на пострадавшую. — Вы в порядке? — Если не считать испуга, испорченного платья, синяка и, — она поправила длинные волосы и потрясла пакетом с логотипом аптеки, — разбитых лекарств, — все замечательно. — Смотреть нужно, куда прешь! — очнулся водитель. — Дура, я же тебя убить мог! — Вообще-то тут светофор, — она указала в сторону, на мирно стоящий столб светофора и находившийся рядом пешеходный переход, гневно сверкая золотыми глазами. — Так что кто еще куда пер?! Канда молчал, не предпринимая попыток остановить начинающийся скандал. Хотя водитель явно не понимал, кого сбил, иначе бы так не пыжился, пытаясь отстоять заведомо проигрышную позицию. Юу-то девушку узнал. — Позволите, — Юу забрал пакет, затем помог ей слезть с автомобиля. — Мисс Камелот, вы можете идти? — О! А я вас видела на приеме, — Роад покачнулась, поспешно зацепляясь рукой Юу за плечо. — Ай! — Слышишь, ты вообще ехать дальше будешь? — не выдержал водитель. — Тут все опаздывают. Развели мыльные оперы! Все с ней нормально! — Послушайте, мистер… — удерживая Роад одной рукой, Юу хмуро посмотрел на мужчину. — Притворяется, видишь? — вскричал он, ткнув в сторону Камелот пальцем. — На лице все написано! Девушка закусила губу: нога не слушалась, да и ей снова нужно было в аптеку, так же как и спешить к едва соображающему Аллену. У нее совсем не было времени на скандал. — Мистер… — она глянула на напрягшегося Юу. — Давайте вы доведете меня до лавочки, а там я сама? Идет? — Канда. — Что? — Мое имя, — он осмотрелся и, не заметив ни одного подходящего места для сидения, продолжил: — тут нет лавочек. И вы уверены, что это можно так оставить? Может врача вызвать? — Я в полном порядке! — заверила его та. — Ну же, нельзя засталять народ ждать. Она осторожно оперлась о больную ногу и, покачнувшись, едва сдержала шипение. Бедро отдало дикой пульсацией. — И все же врач вам не помешает. Свободной рукой Юу полез в карман, одним взглядом останавливая обозленного водителя. — Эй-эй! Ты куда звонишь? — поспешно пробормотал тот. — Уступи дорогу, слышишь? Я по-хорошему прошу. — А то что? — Юу усмехнулся, отмечая деловой костюм водителя и его издерганность. — Неужели есть что-то важнее, чем-то, что произошло сейчас? — Для кого-то может и нет, — облизал губы тот. — А я опаздываю! Конкретно опаздываю, черт возьми! — Если я вызову полицию, вы вообще никуда не попадете, — Канда угрожающе сверкнул глазами и, дождавшись ответа дежурного врача, скупо описал ситуацию и назвал адрес. Настроение портилось все больше, хотя, казалось бы, дальше уже некуда. Тем временем, водитель стремительно выходил из себя, даже покраснел от гнева. — Да что вы о себе возомнили?! — вспыхнул тот, делая несколько шагов к ним и словно пересекая мысленно проведенную Юу линию. — Вот, — он чуть ли не в нос ткнул ему пакет с испорченными лекарствами. — Если вам некуда девать энергию, лучше возместите девушке ее покупки. Роад поежилась от его голоса, не смея глянуть вверх. Но судя по тому, как побледнел водитель, торопливо выхватывая пакет, поступила она крайне верно. — Аптека за углом. — Указал он нужное направление. Поспорить водитель не посмел. — Эм, мистер Канда, — Камелот вся сжалась, не сводя взгляда с до боли в зубах знакомой машины. — Что? — сверля взглядом спину мужчины, спросил тот. — Тут телевидение, — словно ступая по колкому льду босиком, ответила та. — И кажется, их заинтересовало наше происшествие. — Черт, — проследив за взглядом девушки, он и правда заметил машину с логотипом одного из новостных каналов. — Я… — Роад во все глаза смотрела на то, как операторы поспешно расчехляют камеры, подгоняемые журналистами. Глянув на точно такого же потерянного Юу, разве что шока на его лице было немного поменьше, она обреченно застонала. Отец устроит скандал. Адам будет зол. — Аллен меня прибьет, — произнесли они одновременно.

***

Аллен громко чихнул, отчего скопившиеся рядом бумажные платки рассыпались по полу. Уолкер был с головы до ног зарыт в испорченные бумажные принадлежности, выглядя при этом так жалобно и так несчастно, что у Роад, увидевшей это безобразие с порога, взыграл непонятно откуда взявшийся материнский инстинкт. Она быстро навела шуму непонятно из-за чего, впихивая Аллену в руки кружку с горячим чаем, затем с бульоном и, так и не дав ничего выпить, сунула ему в рот градусник. — Роад, — я впоряф…ф.ф…фке! — возмущенно промычал он, выплевывая прибор. — Просто…апчхи!.. нужно полежать! — О да, — девушка закатила глаза. — И станет только хуже. Я помню, как ты болеешь! И вот спустя час Алленовских мучений девушка отправилась за лекарствами, обнаружив, что у Уолкера совершенно нечем лечиться. Аллен был безразмерно счастлив тому факту, что остался один. Голова так и не прошла, только заболела сильнее, и ему казалось, что умереть — лучшее лекарство. Уолкер снова чихнул, почесав раздраженно покрасневший нос и включил новости. Громкость, правда, сделал на минимум, потому что явно не был уверен в том, что голова выдержит еще одного такого всплеска звука. И лучше бы не включал.

***

— Где Линали? — злой как тысяча чертей Канда влетел в офис. Как он доехал до места — он не помнил. Камелот удалось сплавить подъехавшей скорой, а тупые журналюги, Юу был уверен, уже строчили какой-нибудь гадкий сюжет о чудесной встрече наследников двух империй. — Ушла на совещание, — ответила Мег, перестав ощипывать едва оживший цветок. — Ладно, — подхватив со своего стола пропуск на нужный этаж, он взлохматил волосы и глубоко вдохнул. — Я сейчас отошлю ее обратно. — Что-то случилось? — Надеюсь, что нет, — хмыкнул он. Канда поднялся на нужный ему этаж, прошел быстрой походкой к конференц-залу и распахнул резко дверцу, прерывая застывшую возле проектора Линали. Та шикнула на него и посмотрела так злобно, словно могла заморозить своим взглядом окружающих — настолько холоден и презрителен был ее взор. Канда проигнорировал ее реакцию на свое появление, как и реакцию совета директоров — на неодобрительно покачивающего головой деда и хмыкающего Кросса он вообще старался не смотреть. Юу сильно ухватив девушку за локоть, процедил короткое «выйдем» и, даже не извинившись, чуть ли не выволок ее в коридор. — Ты что себе позволяешь? — шипела на него Ли, потирая руку. Канда сдавил ее настолько сильно, что она боялась, как бы не остался синяк. — Я почти закончила отчет… — Дело есть, — Канда поджал губы. — И разговор. — Мы можем поговорить позже! — Ли переминалась с ноги на ногу, то и дело заглядывая себе за плечо — думала, что ее кто-нибудь придет спасать? Наивная. — Я сейчас занята. Канда знал, каким делом она занималась. Подсовывала ложные факты вместо реально проделанной работы, — ему хватило лишь мимолетного взгляда на черновой вариант в ее руках, чтобы в этом убедиться, — пуская ко дну всю работу отдела и очень откровенно подставляя своего начальника. Он готов был придушить ее собственными руками, если бы не внешний вид этой паршивки: она выглядела слишком дерганой, с синяками под глазами и беглым взглядом. — Выкладывай, — Юу потащил ее по коридору, впихивая в первую попавшуюся дверь. Это оказался какой-то чулан, захламленный ненужной офисной техникой, утварью работников клиринга и просто-напросто паутиной. — Ну, живо! Он не мог позволить ей этого. Только не сейчас, когда собственное дело с Адамом Д.Кемпбеллом почти вышло на финальную стадию. Когда это уже не дело престижа или больших денег, а когда это — дело чести. Только вот глупая девчонка спутала ему все карты своей жалкой игрой в шпиона и дурацкой попыткой казаться непричастной. — О чем ты? — Ли уставилась на него своими огромными глазами. Канда чертыхнулся, видя как в уголках ее глаз заблестели слезы. — Я не понимаю ничего. Канда ненавидел женские слезы. Потому что считал, что они — явное отражение вины. Даже если обвиняемая невиновна вовсе. Поэтому вид почти разрыдавшейся Ли взбесил его еще больше. Канда не был уверен, что сдержится. - Я знаю, что ты шпионишь и сливаешь информацию третьим лицам, Линали. Она изменилась в лице. Побледнела, посерела, как-то сникла. Плечи ее опустились, она пустым взглядом уставилась на него, закусив губу. И молчала. — Даже не будешь отрицать? — Канда был удивлен. Он почему-то не был лишен уверенности, что Ли закатит ему истерику в лучших традициях голливудских мелодрам и начнет оправдываться. Наоборот, она молчала, а молчание — явный признак признания свой вины. — Зачем? — Как-то глухо отозвалась она. — Если ты все знаешь. — Я знаю, поверь, — Канда приблизил к ней свое лицо. — Но зачем это тебе — все никак не возьму в толк. Тебе мало того, что сделал для тебя Уолкер? Решила забрать себе его место? Я думал… что ты честнее и чище, а оказалось, что такая же пустышка. — Да что ты знаешь! — она ударила его по плечам. — Ничего абсолютно, чтобы судить меня! В подсобке было тесно, они стояли практически вплотную, поэтому Канда спокойно мог ощущать, как бьется ее сердце и как часто она дышит. Ее тело дрожало, стремительно покрывалось мурашками, и он видел, как от отчаяния она закусила губу. Еще секунда — и она взорвется в истерике. Слишком дешевый трюк. Юу ей не верил. Ни на грамм. — Я тебя не знаю, тут ты права, — он прошептал ей на ухо, заставив ее вздрогнуть. — Но тебя знает Аллен. Ему будет больно. Ли сглотнула, всхлипнула слишком уж отчаянно и выдала: — Вы все с ним носитесь, как со святым! А никто — никто и никогда — не задумывался о том, что чувствуют те, кто позади него. Что нам тоже есть, что показать, что предложить, что потерять… — на последних словах ее голос звучал глухо. Ли открыла рот, часто задышав. Она еще помолчала несколько минут, давая выход своим эмоциям, но потом все же сумела взять себя в руки. — У меня не было выбора. Я защищаю дорогих мне людей. — Предательство — не защита, Ли. Ты путаешь. Она усмехнулась. Как-то горько, отчаянно ухватилась за его руки, оттягивая вниз пиджак. — Спроси себя, что выбрать, когда на чаше весов будет стоять твой собственный брат и любовь всей твоей жизни, — Ли внимательно всмотрелась в его глаза. — Семья перевесит. Аллен — не любовь всей моей жизни, — Ли перешла на шепот. — Но у меня есть семья. И она мне дороже всего на свете. С этими словами она оттолкнула его от себя. Да Юу и не сопротивлялся сильно. Отошел в сторону сам, пропуская ее, и когда девушка оказалась возле двери, схватилась за ручку, Юу произнес: — Я знаю, кому ты все это представляешь. Ли отпустила ручки и сгорбила плечи. Голова ее была опущена вниз. Ей действительно было тяжело. Канда видел, но понять и — уж тем более! — простить, не мог. — Тебя не уволят, но переведут. — Он поправил манжеты рубашки. — Не попадайся ему на глаза. Иначе — будет хуже. Я не уверен, что твой сын будет навещать тебя в тюрьме.

***

«Я больше не буду этим заниматься». «Снова капризы». «Канда Юу знает, мистер Линк. Лучше бы тебе держаться от него подальше». «Испугалась?» «Мне уже нечего терять. Но если ты тронешь мою семью — я убью тебя». «Жаль разочаровываться в подобных людях, мисс Ли. Но ты мне и так больше не интересна». «Катись к черту».

***

— Мистер Канда, там… кадры прямого репортажа! — Дин остановил Юу прямо перед лифтом. Канда раздражено повел плечом, как бы давая понять, что уже в курсе и Дину стоит отвалить, но тот был непреклонен: — мистер Уолкер с Вас шкуру сдерет. — Пусть только появится сначала, — Канда усмехнулся. — Мне некогда. Он нажал кнопку лифта, нырнул в кабину и, пока Дин не успел среагировать, быстро нажал нужный ему этаж. Только вот того человека, что был ему нужен Юу не нашел. Кросса не оказалось в кабинете. Они что ли с Уолкером на пару решили, что офис — не место для рабочей обстановки и свалили в закат вместе? Чертов Марианн. Канда заскрипел зубами, проклиная вечного алкоголика на чем свет стоит. Он хотел было отправиться назад, как у него зазвонил телефон. Раздраженно пнув мусорную корзину, так не кстати стоявшую в углу, да так, что она опрокинулась и ее содержимое украсило шикарный ворсовой ковер в приемной безопасника, Канда все же ответил на звонок. — Предобрый день, мистер Канда! — Адам. — Ты мне не рад? Юу устало вздохнул: не рад — это было мягко сказано. — Зачем вы позвонили? — А разве у вас сейчас нет проблем? — Если и есть, вам точно не нужно о них беспокоиться, — он сел на диван, — свои проблемы я предпочитаю решать сам. — Но все же кое-что я смогу для вас сделать, — Адам выдержал паузу. — Видите ли, Шерил — отец моей любимой Роад, нечаянно глянул выпуск новостей. — Уверен, он не обрадовался тому, что увидел. — Именно. И уже шесть раз пытался сбежать, чтобы прострелить вам мозги. — Зная, как он обожает свою дочь — ничего удивительного, — вздохнул Канда. — Мне ждать расправы? — Однако моя дорогая Роад все мне объяснила, — продолжил Адам. — И я, в качестве благодарности за ту информацию, что вы мне так любезно предоставили, а так же за то, что помогли члену моей семьи… в общем, я готов замять возникшее недоразумение. — Я признателен вам, — начал Юу, тщательно подбирая слова. — Но со всем справлюсь сам. За исключением недовольных родителей… понимаете о чем я? — Хо-хо! — на том конце скрипнул стул. — Понимаю. И берусь образумить Шерила. Но вы уверены? Роад — умное дитя, но постоянно находится под прицелом камер, впрочем, как и вы. — Уверен, Адам, — Канда наклонился к столику, осторожно наливая из графина воду в стакан. Тот коротко попрощался. Канда убрал телефон и закрыл глаза. Он представлял, как на него рассердится дед, представлял последствия раздутого до неимоверных масштабов инцидента с Роад в СМИ, даже перевод Линали, уже подготовленный документально, но пока без подписи директора, и то не был неконтролируемой задачей. Однако совершенно не имел понятия, как ко всему отнесется Аллен. Но не было даже и малейшего страха от этого. Юу не боялся ни Аллена, ни Адама, ни Линка. Многие назвали бы Канду психом, но он сам так не считал. Всю жизнь он варился в скандалах и заговорах, впитав защиту от них еще в глубоком детстве. — Так и знал, что ты тут, — в дверях показался Кросс. — Тебя старик ищет. — Злой? — Злой. — Тогда мне не стоит затягивать с этим, — поднявшись, он достал из кармана флешку и чек. — Это касается Линали Ли. Приставь к ней и ее семье охрану. Через два дня ее необходимо будет сопроводить на новое место работы. — Уолкер должен что-то знать? — закурил Марианн. — Только факт перевода. С дедом я поговорю сам. — Ты слишком мягок с ней. — Пешка, — легкая фигура, — пошел на выход Канда. — И сколько бы их не срубали, король будет под защитой слона. — Может ты и прав, — согласился с ним тот. — Если у человека ничего нет, — схватив ручку и открыв дверь, произнес Юу. — То и спроса с него никакого. Бесполезные люди не представляют интереса, Марианн. Тебе это известно лучше всех. Когда за ним закрылась дверь, Кросс еще долго смотрел в одну точку. Так, что его сигарета дотлела до фильтра. — Мы вырастили чудовище, старик Жу, — наконец, произнес он, стряхивая пепел со стола. — Столько темноты скрывается за показушной добротой.

***

— Да как ты вообще умудрился найти неприятности там, где их в принципе никогда не возникало?! Канда уже минут двадцать слушал старика. Молча и сидя на стуле посреди кабинета. Жу же ходил вокруг него, пытаясь донести все свое негодование вполне однотипными фразами. — И ладно бы это была какая-нибудь простая деваха, так ведь нет! Чуть не выдернув жидкую бороденку, Жу Мей наклонился к внуку, пытаясь рассмотреть хоть каплю раскаянья в его глазах. Напрасно. — Я уже говорил, произошло недоразумение. Тебе вовсе незачем так нервничать. — Юу, дело даже не в этой девочке. Дело в ее семье. — Я знаю. Но так или иначе я все равно бы столкнулся с ними. Раньше или позже, разве имеет значение? — О чем ты? — Об Аллене. — А он тут при чем? — Он — ключевая фигура. С недавних пор — как минимум для меня. — Что ты хочешь этим сказать? — Что твой замысел почти удался. — Ты сейчас шутишь? — Жу дошел до стола и, подхватив бутылек с таблетками, закинул несколько в рот. — Какой замысел? — Не нужно играть комедию. Даже у Линали Ли получилось лучше. — И давно ты знал? — С самого начала, — повел плечом Юу. — Что ж, так даже лучше. И даже не выскажешься? — Нет, — Канда скрестил руки. — Если завтра Аллен не выкинет меня из окна, пытаясь обуздать свой гнев… уверен, я смогу быть с ним более открытым. — Тогда я полностью отхожу в сторону в этом вопросе. Что же касается Ли… перевод я подписал. — Благодарю. — И Юу, — Жу дошел до окна и, сцепив руки в замок за спиной, глянул на его отражение в стекле. — После истечения твоего наказания я передам тебе все дела. Ты готов, сейчас я окончательно в этом убедился. Канда кивнул, медленно поднимаясь и задвигая за собой стул. Сгорбившийся дед не выглядел слабым, напротив. У Юу было ощущение, что перед ним захлопнулся капкан, в который он не угодил по чистой случайности.