Be better

Написано ко Дню Рождения ДжуДжу. Не суди строго, это бред.

Канда устало перебирал папки, игнорируя очередное оповещение о том, что перевалило далеко за полночь. Небольшую коробочку-оповеститель ему притащил Кросс несколько дней назад, когда в очередной раз застал его за рабочим местом в середине ночи. Что он сам делал в офисе так поздно, Юу предпочитал не знать, так как у самого проблем было выше крыши, да и… разве хоть что-то выпускать из виду не полезно? Покачав головой и в который раз намереваясь разбить об стенку оповеститель, хотя бы за ужасно противный голос, Канда откинулся на спинку кресла и подумал, что неплохо бы выпить кофе. И хоть у него был на этот напиток запрет, — спасибо, Марианн, я помню, — отказать себе он не мог. Потянулся к кружке, мирно стоящей на краю стола, и смачно выругался. Вспомнил, что хотел выпить кофе часа три назад. Хотел, но забыл. Поэтому единственная порция, что была у него в запасе, безбожно остыла, превращая некогда бодрящий напиток в коричневатую жижу, больше напоминающую помои. Помрачнев еще больше, Юу обреченно застонал и, немного посидев с закрытыми глазами, уверенно поднялся с кресла, прихватив со спинки свое пальто и шарф. Подниматься в спальню не было желания, ехать домой — тоже, и если первый вариант осточертел до чертиков, то второй… об этом Канда предпочитал не вспоминать лишний раз. Слишком сильно он был уязвлен, слишком много там было того, кто посмел посмеяться над его планами, кто посмел, единожды переступив порог его квартиры, словно поселиться там навечно. Юу думал об этом, пока выходил из кабинета, попутно надевая пальто, думал, пока спускался в лифте, но стоило ему оттуда выйти и дойти до поста охранника, на его лице ни осталось никаких эмоций. Будто Юу снова актер, а перед ним стоит столь ненавистная ему актриса, имеющая наглость пробираться к нему в гримерку, когда он переодевается, или откровенно флиртовать, чуть не во время съемок. — Вернусь через два часа, — бросил он довольно пожилому мужчине, которого звали Спарк. — Парковку открывать не нужно. — Да, сэр! — бодро бросил тот, поправив козырек кепки. Канда повел плечами, рассматривая в стеклянной двери силуэт охранника. Тот работал на компанию без малого двадцать лет, и Юу никогда не заставал его спящим на своем посту. Усмехнувшись собственным мыслям, он открыл дверь и с удовольствием вдохнул по-осеннему холодный воздух. Вокруг все сияло ночными огнями, но Канда поспешил на не слишком хорошо освещенную улицу, рассудив, что и народу на ней будет поменьше. Конечно, существовала вероятность нарваться на хорошую драку, но его это не волновало. Запахнув пальто, он укутался в шарф и, осмотревшись, свернул к ближайшему тротуару. Мысли об Аллене никак не покидали его голову, они делали его слабым. Настолько, что даже простая сосредоточенность превращалась в пытку. И это бесило. Конечно, то, что произошло, не сломало его, но побег Аллена был подобен пощечине. Настолько явной, что это заметили все. И Юу сомневался в том, что сделал достаточно, чтобы Уолкер пришел к ожидаемому им результату. Это могло показать только время. Дни, недели, месяцы? Он ушел из компании два с половиной месяца назад, и Канда впервые не стал ничего предпринимать. Просто задал единственный вопрос Кроссу, получив на него крайне неудовлетворительный ответ. — В отравленном пруду не живет рыба. Не растут кувшинки, не поют насекомые. — Пробормотал он, запихнув руки в карманы. — Там растут лишь лотосы, обманчиво-хрупкие, утопающие в грязи и темноте. Канда иногда себя сравнивал с этим цветком. Лживым, распускающимся на пути обмана и чарующим своей мнимой открытостью. А правда заключалась в том, что если попытаться его достать, то можно было утонуть в зловонной жиже, так и не сумев разорвать метровые корни, глубоко цепляющиеся за илистое дно. И Уолкер явный тому пример. Он просто испугался самого себя, побоялся утонуть, имея в руках и секатор, и спасательный круг. По крайней мере, так думал сам Канда. — Канда Юу? Голос был хриплый, простуженный. Юу обернулся, встречаясь взглядом с миниатюрной девушкой, явно одетой не по погоде — в коротком облегающем платье и легких туфельках, и наспех накинутом пальто. Создавалось впечатление, что она только-только покинула какой-нибудь ресторан, а вот водителя оставила там. — Вам не следует гулять по ночам в таком виде, мисс Камелот. — Я, — девушка лишь отмахнулась, поправляя пальто. — О, мистер Канда, как хорошо, что я вас встретила! — Что случилось? — Канда обреченно вздохнул. — Как вы здесь оказались? — Убежала, — пробормотала она. — Поругалась с очередным возможным спонсором компании и просто ушла. Но не планировала убегать так далеко, так получилось. — Адам знает? — Канда нахмурился. — Извините, — Роад села на скамейку, благо та была недалеко от тротуара. — Знает, так что скоро за мной приедут. Юу не верил ни одному слову. Семейство Д. Кемпбеллов и Камелот никогда и ничего не делали просто так. И даже сейчас глядя на старательно расстраивающуюся Роад, Канда не испытывал ничего кроме отвращения. — Тогда я пойду, — он развернулся, но не успел сделать и шага: тонкие пальчики наследницы Камелот вцепились в край его пальто и потянули назад. — А ну стоять! — от мягкости в голосе не осталось и следа, но Роад быстро опомнилась и уже через мгновение как-то пискляво продолжила: — ой, мистер Канда, не могли бы вы подождать со мной моего водителя? — Что вам нужно? — Канда выдернул край из ее хватки и присел рядом. — Сейчас у нас нет ни общих дел с вашей компанией, ни нерешенных вопросов. — Верно, — Роад бросила претворяться и расслабилась. — Я всего лишь хотела поговорить об Аллене. — Мистер Уолкер больше не работает на мою империю. Более того, я не желаю обсуждать его с кем бы то ни было, даже с вами, мисс Камелот. — И все же вы выслушаете меня, — прищурила золотого цвета глаза девушка. — Как вы думаете, каков Аллен на самом деле? — Почему я должен отвечать? — Я просто это знаю, — Роад улыбнулась. — Так что… — У него очень много масок, — буркнул Юу, не ожидая от себя внезапно нахлынувших откровений. — Пожалуй, я никогда и не видел его настоящего, если уж пошло, так что могу лишь выделить несколько моментов. — Подробнее? Роад покачала ногами, чуть не теряя в процессе туфли. Вся ее поза была непринужденной, но Юу знал, что она анализирует каждое его слово. — Его настоящего можно увидеть когда он ест, — поджал губы Канда. — Вроде бы расслабленно, с аппетитом, но глаза его выдают. Настороженность и торопливость — не от того, что у него много дел, а от того, что он жаден до внимания лично ему, а не его работе или положению. Обеды, что приносила Линали или Меган, — лично для него, — он ценил их больше самих людей. Персональные упаковки с лапшой или гамбургерами были ему куда важнее тех, кто ему их приносил. — Это ведь не все? — Нет, — поколебавшись, ответил Юу. — Аллен эгоист. Во всем! Будь то одиночество — всегда лелеемое им, или чувства, что он так ненавидит и боится. — Не совсем поняла, — Роад нахмурилась. — Хм, — Канда скрестил руки на груди. — Как бы сказать… если любовь — то как безумство, ненависть — сжирающая до пепла, забота или игнорирование — до полного изнеможения. И делал Аллен это все только для себя. Он переполнен этим, и страдает от этого, но просто не знает, как жить без хотя бы одного составляющего. И Говард Линк тому яркий пример. Даже после их расставания Уолкер искал у него понимания и хотя бы толики былых чувств. Но хотя и получал целый водопад, собственные противоречия больше не давали наслаждаться ими. И вот эти несостыковки — и есть настоящий Аллен Уолкер. — Не очень радостно, не находите? — поморщилась Роад, признавая, что отчасти он прав. — Хотя я бы не обобщала. — Вам нужен был этот разговор, — пожал плечами Юу. — Не мне. — И то верно. Какое-то время они молчали, но вскоре Камелот глянула на часы и торопливо пробормотала: — Но ведь вы приняли это? — Даже больше, — Канда вдруг повернулся, и на его губах заиграла мягкая улыбка. — Я отпустил его. Моим чувствам он предпочел побег, и я не стал этому мешать. — Почему? — Роад сглотнула, признавая, что если бы Канда улыбался так каждому — весь мир был бы у его ног. — Чем сильнее сожмешь кулак… — Юу тихо рассмеялся. — Впрочем, вы сами знаете ответ. Разговор окончен, приятного вечера. Роад закусила губу, пытаясь сдержать свою истерику хотя бы до тех пор, пока Канда не скроется за поворотом. — Вот же ублюдок, — не сдержалась она, все же начав смеяться. — Отпустил он, не смешите меня! Она не понимала многих вещей, не понимала Аллена и Неа, но одно она видела четко: Уолкер не сумел сбежать из паучьей сети, раскинутой Кандой Юу. Сколько бы времени не прошло, этого человека Аллену никогда не вырвать из своих мыслей или сердца, и то безумство, о котором сказал Юу… оно бесспорно поглотило Аллена. Хоть он и не понял этого до конца. — Дядя, — она поднесла телефон к уху. — Ты сам все слышал. Гудки на том конце были красноречивее любых слов. Неа Д. Кемпбелл наверняка был в ярости, как и сама Роад. Но сделать они ничего не могли. Водитель подъехал спустя несколько мгновений, призывно мигая фарами, и девушка поспешила к нему, стараясь выкинуть мысли о Канде из головы, и уж тем более забыть его улыбку. И обещая самой себе, что больше на подобного рода просьбы дяди она ни за что не согласится. — Поехали домой, — устало сказала она, располагаясь на сидении и скидывая пальто. Ей хотелось быть как можно дальше от той скамьи. А все потому, что хоть этого и не могло быть на самом деле, она будто увязала в большом болоте, находясь рядом с Кандой. Грязном и глубоком, в котором уже потонула не одна сотня человек, и присоединяться к ним она не спешила. Даже несмотря на прекрасные цветы, устилающие всю поверхность этой бездны.

09.02.2017 г.