impersonation

Второй день аукциона проходил даже более шумно, чем первый. Больше громких имен, больше дорогих авто перед кофейней, больше картин и самое главное – больше денег. – А Минсок действительно не врал, когда говорил про большой спрос на эти картины. – Хань взял с подноса у проходящего мимо официанта бокал и кивнул головой в сторону кучки людей, явно не обделенных достатком, которые с блеском в глазах обсуждали последние сплетни в мире искусства. – Хм, мне не понять этих толстосумов, – Сехун неторопливо отобрал у старшего бокал и вернул его обратно, – мы на работе, хён, даже не думай. – Вот не любишь ты меня, вредина, нервы мои не бережешь. Зато с Бэкхёном пьешь только так. Детектив сделал вид, что не услышал обиженного сопения и печальных вздохов Лу, и постарался не вспоминать их с Бёном неудачный (хотя это как посмотреть) поход в бар, потому что тогда у него отчего-то начинали гореть кончики ушей. Хань и Сехун старались не пропустить ничего странного или подозрительного. Они наблюдали за гостями и персоналом, тенью перемещаясь из одного угла в другой. Все спокойно, но что-то мне подсказывает, что это лишь затишье перед бурей. Друг Ханя, Цзытао,он сегодня какой-то беспокойный, все время оборачивается и шарахается от всех. Мне с самого начала казалось, что этот паренёк что-то скрывает. Надо бы за ним присмотреть. Он вроде говорил, что его друг художник, что он здесь из-за его картин. Мы должны были поинтересоваться именем этого друга, может это как-то связано с криминалом или вообще с этими убийствами.. Кажется, он разговаривает с той дамочкой, которую мы в баре встретили. Подозрительный модельер и подозрительная дамочка, ну просто команда подозрительности. Интересно, у них какие-то совместные дела или они обсуждают искусство? – Эй, мелкий, ты чего такой загруженный? – Сехун перевел расфокусированный взгляд на хёна и промычал что-то непонятное. – Хотя ладно, можешь не отвечать. Слушай, а где Бён? Он должен был прийти даже раньше нас, разве нет? – Может, он в другом зале? Или опять присел кому-нибудь на уши, это же Бэкхён. – О закатил глаза и стал внимательно разглядывать людей в главном зале, и к большому удивлению он не увидел не только журналиста, но и еще одного их общего знакомого. – Хань, Чунмёна нет. – Лу Хань, который, к слову, снова взял бокал, пока донсэн не видит, аж поперхнулся шампанским. Видимо не судьба ему сегодня выпить. – То есть, как это нет? А кто за порядком следит? А если кому-то вздумается… – О, детективы, здрааавствуйте. – Не дав Ханю договорить, все внимание детективов на себя перехватил мелодичный голос, и не узнать его обладателя было невозможно. – Вот вспомнишь…солнце, вот и лучик. – Лу недовольно поворчал и мысленно скрутил букмекера где-нибудь в кладовке, чтобы делу не мешал. Он переборол в себе желание послать владельца подпольных казино куда подальше и приветливо ему улыбнулся. – Здравствуй, Чондэ. А где Минсок? Вы обычно вдвоем тут, эээ, ходите. – Не все же мне за братцем по пятам шастать. Решил вот пройтись послушать последние сплетни, знаете, дамы очень болтливы, впрочем как и…а вы, кажется, кого-то искали? Или мне показалось? – Лукаво сощурив глаза, он перевел взгляд на младшего. – Кстати, я видел писателя Бёна во втором зале, он проводит для дам весьма увлекательную лекцию о пользе вечерних прогулок. Вам не о чем беспокоиться. Ничего не ответив Сехун продолжал вглядываться в глаза Чена, пытаясь отыскать в этих омутах, в которых, к слову, можно было различить мотивы тысячи и одной хитрости, то, что могло бы пролить свет на его внезапный интерес к Бёну. А глаза напротив пылали лукавостью и словно кричали «я вижу тебя и твои желания насквозь», отчего О немного поежился. Лу, замечая, что опять еще немного и пауза затянется неприлично долго, решил прервать эти гляделки. – Мы, в общем-то, не Бэкхёна высматривали, а… – Чунмёна? – Взгляд снова был обращен на старшего и Ким, кажется, уже в открытую смеялся над детективами. – Он был здесь, но ему пришлось отлучиться, – Чен скрыл усмешку за бокалом и сделал пару глотков искрящегося напитка, – по срочным делам. Что ж с вами весело, мои дорогие детективы, но мне пора к брату. – Ну вы только посмотрите на него, и все-то он знает. – Проводив скрывшуюся среди посетителей спину Чондэ подозрительным прищуром, Хань повернулся к Сехуну. – Слушай, надо найти Бёна и… – как вдруг в зале выключается свет. Пронзительный женский крик раздался где-то справа и детективы готовы были поклясться, что это чертово дежавю, от которого холодок по спине. Точно так же было в баре, когда убили миссис Ким, только с одним маленьким, но весомым отличием: не было выстрела. – Черт, опять? – Лу рванул в сторону рубильника, стараясь как можно быстрее оказаться возле него. Он шел в нужном направлении на ощупь, только чудом никого не толкнув и ничего не уронив, правда облапал по пути парочку округлостей, но это ведь небольшие неурядицы, а он тут вообще не при чем, правда же? Когда в зале снова вспыхивает свет, детектив видит панику во взглядах людей, кое-кто даже потерял сознание. Но нужно отдать должное хозяину заведения и его брату, они смогли не допустить массовую истерию, не выдав своих собственных волнений. Хань глазами находит своего напарника, который буквально в несколько шагов оказался рядом с не самыми приятными новостями. – Хён, Корэ пропала. Думаю, это она кричала, а еще… Я не вижу твоего китайского друга. Тао словно испарился, но как он мог так быстро куда-то исчезнуть? В прошлый раз, в баре, он тоже был с Ханем и точно так же исчез после подобного инцидента. И если это чёртово совпадение, то я веселый мороженщик. – Так, ладно, исчезновением Корэ займутся копы. Чунмён хоть и отсутствует, но оставил пару полицейских. А мы идем к Минсоку, нужно узнать, не пропало ли чего из картин. Кстати, – старший огляделся, стараясь приметить среди людей знакомую русую макушку, – было бы еще неплохо найти Бэкхёна. – Что? Он же должен был быть во втором зале. По крайней мере, если верить словам Чена. А ты ведь только что оттуда. – Лу и О обеспокоенно переглянулись, и завертели головами, вновь выискивая Бёна. – Вот! Хён, он там! Я пошёл за ним, а ты разберись тут с Кимами. О видел, как знакомая фигура мелькнула в проеме окна и исчезла в темноте ночи. Ни секунды не раздумывая он побежал следом за писателем. Выбравшись на улицу тем же способом что и Бэкхён, детектив последовал за силуэтом в бежевом пальто, стараясь оставаться незамеченным. – Хён, бестолковая твоя голова, какого же дьявола ты делаешь. Спустя пару кварталов преследования Сехун наконец увидел, почему журналист так быстро убежал с места преступления: двое, судя по фигуре, мужчин, причем в весьма хорошей форме, в чьих руках была пропажа с аукциона: мисс Корэ в бессознательном состоянии и, какая-то картина. Бэкхён сел на хвост преступникам, которые, скорее всего, имеют какое-то отношение к убийствам в баре. Он рехнулся. У этого человека абсолютно точно нет мозгов. А если они вооружены? Если он выдаст себя, они же…они же не раздумывая отправят его к Арчи и миссис Ким, за компанию. Но и слежку прекращать нельзя, мы можем потерять их. Я не могу позволить ему играть в детектива, когда это так опасно, неужели он не понимает этого. Сехун чертыхаясь и проклиная опрометчивость Бёна следовал за ним след в след, чудом не обнаружив себя. Единственное, что успокаивало его сейчас, это то, что сквозь внутренний карман пальто он ощущал холод металлического бока его любимого револьвера.

***

После того, как Сехун ничего не объяснив скрылся в проеме окна, Лу отыскал братьев и направился в их сторону. Чен был уже не таким улыбчивым, как несколько минут назад, а Минсок очень внимательно изучал какие-то бумаги, стараясь не выдать свою панику, которая нарастала с каждой секундой. – Чондэ, Минсок, вы уже связались с Чунмёном? Преступников надо ловить по горячим следам. Кстати о следах, ничего не пропало? – Только одна картина пропала. Но эта картина стоит целого музея. Покажи ему, Мин. Минсок молча протянул Ханю листки, что держал в руках. Выражение лица коллекционера абсолютно нечитаемое, но в глазах плещется страх и…неуверенность? – Но это же… – Его якобы последняя картина, да, мы в курсе, мистер детектив, но что дальше? – Ну что за тон, – Лу скривился от ехидного тона букмекера и еще раз взглянул на бумаги, – никакого уважения к старшим. К чему ты ведешь? – К чему я веду? Подумайте, мистер детектив, вы ведь мастер по сбору и анализу информации. – Привычка Чондэ оберегать пространство вокруг себя и изучать жизни всех, кто попадает в него, часто дает ему преимущество перед другими, и он привык к тому, как люди реагируют на его замечания. Но вытянутое лицо Ханя повеселило его сильнее обычного. – Не ожидали? Я привык быть готовым ко всему, д е т е к т и в. Ну, так, у вас есть предположения? Возможно, если с картиной что-то не так, то, что это может быть? Хозяин выставки относится к пропаже несколько нервно, но я на 99% уверен почти равнодушно. Она интересна ему, но не ценна. Возможно, даже главный интерес принадлежит не ему, а…Чунмён. Вряд ли он не знает, что с картиной что-то не так, но почему он ничего не сказал нам… Чондэ был мастером своего дела (не зря же он целую сеть казино основал да еще и смог сберечь это, потянув представителей закона за нужные ниточки) – он смог зажечь в Лу Хане былой азарт к анализированию. Минсок даже немного отшатнулся от пронзающего его взгляда Ханя, чей мыслительный процесс был запущен практически на полную мощность. Он стоял не шевелясь, смотря будто сквозь Кима, разум был где-то далеко, и выглядело это даже несколько безумно. – Картина…подделка? – Браво, мистер детектив. – То есть вы знали, но не сказали нам? А Чунмён? – Он тоже знает. – Тогда зачем было… – Проверка. – Чен пожал плечами, забирая бумаги из рук Ханя и передавая их брату. – Вы не смогли понять, что эта картина была написана не рукой Ифаня, хоть и занимаетесь его делом уже черт знает сколько времени. – Чондэ хочет сказать, что эта картина смогла вас запутать. – То есть, кто-то намерено хотел пустить нас по ложному следу? – Вы уже на нем, дорогой мой детектив. И не смотрите на меня такими страшными глазами, вам не идет. – Чондэ, прекрати. – Старшему Киму было безумно неловко (собственно как и всегда) за брата. –А вот не хочу. Я знаю его, Минсок, и я верю, что он не совершал этого преступления. – Погоди, ты знаешь Ифаня? – Хань, хватаясь за голову, опрокидывает рядом стоящий бокал шампанского. Не ожидал он, что мир настолько тесен. – Знаю, очень хорошо знаю, и хочу узнать, кто его подставил и где он сейчас скрывается. – Подождите, но если эта картина подделка, то зачем ее украли, да еще и Корэ с собой прихватили? – Скорее всего, они просто не знают, что это не его холст. Они, возможно, даже и предположить не могут, что эта картина простая пустышка. – А я бы не был так уверен. – Чунмён?

***

Грабители двигались по безлюдным местам и то и дело оборачивались, остерегаясь ненужных свидетелей. Несколько раз Бэкхён чуть не совершил ошибку, ставя под угрозу еще и детектива, который незаметно следовал за ним по пятам. В эти моменты сердце О замирало и ухало куда-то вниз, каждый раз он порывался схватить Бёна и спрятать его где-нибудь в безопасности, а самому продолжить слежку. Шумный писатель мог по глупости или неопытности спугнуть грабителей, но худшее, что он может сделать, так это привлечь их внимание. Сехун подумал – Бэкхён сделал, идеальная команда, только вот ситуация не та. Стоило детективу только лишь допустить мысль о самой большой глупости, которую может сейчас вытворить его хён, как Бён срывается с места с какой-то палкой наперевес. Он попытался сбить одного из преступников, того, что нес картину, но его опередили. Он слишком поздно увидел блеснувший в свете фонаря револьвер. – Бэкхён, стой! – Сехун? Что ты здесь… Выстрел. – Сехун! – Бён бросился к осевшему на землю детективу, дав шанс грабителям на побег. О инстинктивно сжал рукой простреленное колено, все еще не понимая, что выстрел получил он, а не писатель. – Все в порядке, хён, и не такое бывало, – сжав зубы от боли, О улыбнулся и попробовал опереться на здоровую ногу, – он всего лишь задел меня. Честно, я в порядке. – На лице Бёна застыла совершенно нечитаемая эмоция, кажется, приближалась паника. – Грабители уходят, надо проследить в какую сторону они пойдут. – Сехун не хотел этого говорить, но если бы он не отвлек журналиста, то черт знает, что могло произойти с ним в следующую минуту. О снова попытался встать, но простреленное колено болело сильнее с каждым движением. Бён безмолвно взял его под руку, и они продолжили преследование, намного медленнее, чем раньше, но преступники оказались не самые смышленые, раз позволили себя преследовать…или нет.

***

– Чунмён, разве Вы не уехали? – Лу помнил слова Чондэ, и по всем подсчетам, полицейский не мог так быстро вернуться. – Уехал, у меня были кое-какие дела в участке, но я уже все сделал и вернулся. – Сухо, в чем именно ты не уверен? – У меня есть предположение, что они знают о том, что картина написана не Ифанем. И… – И с чего же это? – Младший из Кимов усмехнулся и вызывающе, словно бросая ему вызов, посмотрел на Сухо. – Не перебивай меня, Чен. – Чунмён холодно ответил на выпад Чондэ буравя его тяжелым взглядом, и не дожидаясь окончания гляделок, продолжил. – И также я не уверен, что эта картина пустышка. – То есть как? – Я тоже так считаю. – Минсок? Вы что заодно? А почему я не знаю? – Успокойся, Чондэ-я. Чунмён просто обратился ко мне, чтобы я оценил картину и высказал свое мнение на ее счет. – Мне показалось, что в местах, где краска потерлась, что-то есть. Я предположил, что под верхним слоем есть нечто, что хотели спрятать от посторонних глаз таким вызывающим способом. – Эта картина была написана поверх другой. И что самое удивительное, это все-таки была работа Криса. – Что? – Еще никогда владелец казино не чувствовал себя таким обманутым и ничего не понимающим. И от этого ему было одновременно смешно и обидно. – Я, кажется, начинаю понимать. Кто-то смог убедить всех нас, что это последняя, а оттого очень ценная, картина Ву Ифаня, он же Крис, который исчез при загадочных обстоятельствах, предположительно перед этим жестоко убив свою любовницу, которая и была изображена на этой самой картине. Но для чего это все? Чтобы спрятать настоящую картину художника? В ней есть что-то необычно ценное? – В общем-то… Когда Чунмён принес мне картину, я решил посмотреть, что под верхним слоем и снял его. То, что я увидел, не было похоже ни на какую картину Криса, однако писал это явно он. Этот холст словно часть паззла, изображение было неполное и запутанное, думаю, где-то есть другие части, спрятанные похожим способом, хотя и не уверен в этом. Тишина, повисшая в воздухе, разбавлялась только разговорами посетителей, которые приходили в себя после инцидента. Каждый погрузился в собственные мысли: Чунмён строил догадки относительно личностей, похитивших Коре и картину, Чен был впервые озадачен чувством, что его обвели вокруг пальца, причем собственный брат, Минсок никак не мог перестать думать о картине-паззле, а Хань… – Постойте, но если ты снял верхний слой, картина, которую забрали грабители… – Подделка, и об этом они уж точно не имели ни малейшего представления.

***

– Бэкхён, подожди. – И ты дашь им уйти? Да, ты ранен, но ведь со мной все в порядке, я могу и од… – Мы не сможем их остановить, но надо запомнить как можно больше, чтобы мы смогли поймать их потом. Хён, даже не вздумай играть в крутого сыщика, ты не подготовлен к этому. – Прости, Сехун-и, дальше я все-таки один. – Журналист посадил О на железную бочку и незаметно для него стал шарить по его карманам. – Что? Ты серьезно? Как это «один»? Не делай этого, у них оружие, а ты безоружен. Что ты…– Бён нырнул рукой под полы пальто детектива и выудил оттуда револьвер. – Теперь нет. Сиди здесь, я скоро приду. – Нет, Бэкхён стой! – Бэкхён скрылся за углом, куда направились преступники, а О понадобилось четыре попытки, чтобы снова встать на ноги. – Дьявол! Немного шатаясь он поковылял вслед за Бэкхёном, надеясь, что этот балбес умеет пользоваться оружием и не навредит себе. Хотя, если вспоминать ту информацию, что собирал на него Сехун, Бэкхён за все время собственного расследования убийства Мадлен пережил много всего, и оружием пользоваться ему приходилось не раз. Но вся эта ситуация не давала покоя детективу, поселяя в его мыслях противную мысль, что что-то не так. Почему преступники не прикончили его? Разве не проще было бы убить их? Почему сейчас их не заботит погоня? Почему они такие спокойные, в конце концов!? Выйдя, наконец, на открытую площадку возле моста, Сехуна снова охватило чувство тревоги, которое уже начинало сходить на нет. Он оглядел площадь, фокусируя взгляд на темной машине и видел, как Бён догоняет преступников, садившихся в эту машину. Журналист поднимает руку с зажатым в ней револьвером и стреляет. Ему удалось ранить одного из злоумышленников, пока тот замешкался. Но О от этого не стало легче, сковавший его страх не отступал, а к горлу подкатывал комок. Он был словно натянутая струна, готовая в любой момент лопнуть он напряжения. Выстрел. – Нет. НЕТ! На плече Бёна кровавым цветком расползается алое пятно, и Сехун, почти моментально очнувшись и стараясь не обращать внимания на боль в ноге, двигался на помощь к другу. Он молился всем известным ему богам, чтобы выстрел не повторился. Сквозь пелену в глазах из-за боли от ранения детектив видел, как Бэкхён замедлился, словно время для него теперь было другим. У него шок, он не слышит, как его зовут, не замечает отъехавшую машину, не видит камень за собой. Он делает неосторожный шаг назад и, не успев скоординировать падение, переваливается через ограждение. Всплеск воды подействовал на Сехуна отрезвляюще и он уже не чувствуя ранения бросился к мосту, то и дело падая на больное колено, но поднимаясь и продолжая движение туда, где видел Бэкхёна. – БЭКХЁН! Нет-Нет-Нет-Нет. – Он заглянул за ограждение, в надежде увидеть силуэт в бежевом пальто, но река встретила его лишь холодностью черных вод, что поглотили его хёна.