Сorvum nigrum

Как и просил мой дед, я оставил его в покое и, наскоро одевшись, вышел из салона. В таком виде никуда не хотелось идти, так что я решил вернуться домой, смыть с себя вчерашний день и как следует выспаться. *-* Я вошел в дом через кошачью дверцу и, не осматриваясь по сторонам, поднялся в свою комнату. Феликса не было в комнате, должно быть обследует дом, а может уже и окрестную местность. Следить за ним и хоть как-то воспитывать времени не остается. Я рассчитывал крепко сдружиться с этим лохматым моим двойником, но все как-то времени не хватает. Впрочем, все необходимые распоряжения я отдал, и поухаживать за ним есть кому. Перевоплотившись и скинув с себя одежду, я сразу направился в душ, и только встав под горячие струи, смог расслабиться. В отличие от магических тату, рунические горели огнем при соприкосновении с водой, но я мужественно терпел дискомфорт. Очень надеюсь, что это кратковременный эффект, иначе моя любовь к водным процедурам резко снизится, и я начну отпугивать людей своим естественным запахом. Размазав по лысине несколько капель шампуня, я даже развеселился — как легко теперь мыть голову: шампуня идет намного меньше и смывается он легче. Однако на фоне такой блестящей головы мои брови казались особенно густыми и кустистыми, а шрам выделялся зияющей красной молнией. Лысина мне определенно не шла и с этим надо будет что-то сделать, а то какой из меня наемник, если от головы моей будут отбрасываться блики. *-* Усталости, как таковой, я не ощущал, — я просто был морально раздавлен и немного унижен. Может быть, дедушка и хотел как лучше, но действовал он не вполне правомерно, тем более что я точно был против подобных зверств, только выслушать меня никто не захотел. Да, окклюменция — это мое очевидно слабое место, но можно же было постараться научить меня, потратить чуть больше времени, а не брить голову и забивать ее рунами. Или хотя бы сделать это не по-пьяни. Черт меня дернул связаться с ним! Я уж и сам не рад и хочу покончить с этими отношениями как можно скорее. Надеюсь, что еще не слишком поздно. Бросив мокрое полотенце на спинку стула, я натянул пижамные штаны и прошлепал к кровати. После обморочного сна на довольно жестком столе татуировщика моя кровать показалась просто райским облачком. Лысина мерзла, так что я укрылся одеялом с головой, оставив только маленькую норку для носа и рта — чтобы не задохнуться. Бессонницей я никогда не страдал, так что перешел в мир Морфея довольно быстро. *-* Проснулся я от того, что у меня жутко чесалась голова. Нестерпимый зуд стал настолько силен, что сон отступил, и я, запустив руки в волосы, стал ожесточенно скрести кожу. Только начесавшись вдоволь, ко мне пришло осознание того, что спать я ложился с абсолютно гладкой черепушкой. Осторожно я начал ощупывать свою голову, исследуя каждый сантиметр на предмет новой растительности. У меня всегда были густые и довольно длинные волосы. Помню, в детстве, они отрастали неестественно быстро, и однажды тетушка так разозлилась, что обскубала их почти что под корень, оставив неаккуратные островки и проплешины. Я очень боялся, что мне придется идти так в школу, словно я лишаем болеющий, даже всплакнул по этому поводу, но на следующее утро все мои волосы вновь оказались той длины, что были до стрижки. Петуния чуть не задохнулась от возмущения, зато я остался доволен. К тому же после этого случая стрижки я удостаивался не чаще одного раза в месяц, а все промежуточное время между стрижками смахивал на щетку трубочиста. Это я вот к чему веду — насколько мне хватило рук, настолько и простирались мои волосы. И причиной зуда, разбудившего меня, стал кот, играющий с прядями, что свисали с кровати. Эх, жаль, что я заматировал зеркала в спальне. *-* Я встал с кровати и попытался рассмотреть их поближе: очень длинные, черные и слегка вьющиеся волосы свисали чуть ниже поясницы. Я вертелся и пытался заглянуть себе за спину, отчего чуть не упал, запутавшись пальцами в ворсе ковра. Как управиться с такой гривой я не представлял; расчески у меня отродясь не водилось — пятерней прошелся — и готово. Здесь такой номер не пройдет. Почему-то отстричь всю эту красоту у меня даже мысли не возникло. Моя прелесть! «Фините» — и вот я уже могу рассмотреть себя во всей красе: худой, высокий, немного сутулый бледнокожий парень с черными длиннющими волосами, скуластым лицом и зелеными глазами смотрел на меня из зеркала. Две татухи очень гармонично вписывались и ничуть не портили композицию. Я тряхнул головой, и моя копна отозвалась струящейся волной от корней до самых кончиков. Вполне могу пройти кастинг и стать лицом какого-нибудь брендового средства по уходу за волосами. Ну, а что? Да ладно, это я так, шучу. Терпеть не мог все эти фотосессии! Смех смехом, но не могу же я ходить простоволосым — это не удобно. Заколку надо там, резинку… или ленточку. Что за мысли вообще? Соберу в хвост. Легко сказать, да трудно сделать — такая длина никак не хотела складываться в аккуратный хвостик, так что я бросил свои попытки почти сразу. Управиться с таким хозяйством мне не хватало сноровки. И так сойдет! Косички-то я точно плести не умею, а помощи у тетки просить не буду из принципа. К тому же не скажу, что выглядели волосы неряшливо. Как ни странно они даже не запутывались, и я легко мог пропустить их сквозь собственные пальцы. *-* Я вынул из кошелька маску и сосредоточился: губы чуть пухлее, нос тоньше, брови не такие широкие, глаза темные, черно-синие; шрам исчез, скулы мягче — лицо мое стало менее брутальным. Весь мой вид говорил о том, что я милый юноша, заботящийся о своей внешности и не интересующийся ничем, кроме нее. Я переоделся в черный костюм-тройку, что планировал надеть на похороны того бедняги, и накинул сверху мантию, тоже черную. Еще бы трость и вот тебе другая, темная, сторона Люциуса Малфоя. Представляю его лицо, если он встретится мне на пути. Он-то думает, что является иконой стиля со своими белобрысыми космами и старинной тростью. Зато мне кажется, что он просто жаждет внимания, наверное, в детстве недолюбили. Впрочем, идея с тростью мне понравилась и я трансфигурировал из первого попавшегося учебника, нарытого в сундуке, трость с рукоятью в виде головы ворона. Череп удобно ложился в ладонь, а клюв высовывался так, что я с легкостью мог погладить его кончик указательным пальцем. Сама палка будто состояла из перьев. По-моему вышло идеально! А если кто-то сильно достанет, то можно «тюкнуть» его по голове этим приспособлением. Удобно, однако. *-* Все оборачивались мне вслед, будто я наследный принц Англии. Впрочем, со стороны я действительно выглядел необычно и впечатляющее, даже для магического мира. Я, как мог, старался держать осанку, от этого у меня сразу же разболелась поясница, но терять марку я не хотел. Очень интересно было наблюдать краем глаза, как девушки замирали и приоткрывали рты, увидев меня, мужчины фыркали и чуть ли не плевались мне вслед, а я лишь выше задирал нос, продолжая постукивать тростью по булыжной улице. Вот что меня поразило — будучи собой, я терпеть не мог излишнего внимания, но надев маску, я наслаждался эффектом, который производил мой внешний вид на окружающих. Наверное, это от того, что я в любой момент могу снять ее, и никто не узнает, что это был я. Как будто маленький уличный спектакль, сценарий которого писался мной лично. Я улыбался дамам, некоторым подмигивал. Даже пожилые ведьмы не могли сдержать улыбок и попыток кокетничать, когда я удостаивал их своим почтительным кивком. Просто безумие какое-то! А говорят, что все англичанки чопорные. Я очень быстро достиг конечного пункта назначения и постучал в дверь. — Закрыто, — оповестила противным голосом кочерыжка. — Мне срочно нужно увидеть твоего хозяина, — вступил я в диалог с засушенной головой, висящей на дверной ручке. Отвратное зрелище, должен признаться! — Назовитесь, — потребовала она. — Не думаю, что это уместно, — как можно вежливее сказал я, стараясь больше на нее не смотреть. — Ну и катись тогда, щенок, — последовал ответ. Воистину тот владеет собой, кто вместо того, чтобы впасть в ярость просто приподнимает бровь. Моя уползла наверх и никак не хотела опускаться. Мозг работал и я пришел к выводу, что обижаться на кочерыжку и воспринимать ее слова близко к сердцу просто глупо, это ведь просто вещь. С минуту помолчав, я постучал еще раз, на этот раз тростью. — Закрыто, — отозвалась голова. — Мне очень срочно нужно увидеться с твоим хозяином, — уже настойчивее сказал я. — Назовитесь, — вновь потребовала кочерыжка. Да чтоб тебя! Разговор явно шел по кругу. Я глубоко вздохнул и возвел очи к небу. Похоже, мозги у этой головы тоже были сушеные. Интересно, как их делают? — Ну что, так и будем молчать друг на друга? — спросила она, прервав молчание. — Гарри Поттер, — ответил я, убедившись, что никого нет поблизости. — Входите, — сказала голова, и дверь в тату салон отворилась, пропуская меня внутрь. Как я и предполагал — все осталось на своих местах. Почти. Дедуля мой переместился на стол, на котором я проснулся утром, а вот мастер спал на стуле все в той же позе. *-* — Кажется, ты мне антипохмельного обещал, — припомнил дед наш утренний разговор, потирая виски. — А ты сказал, что сон — лучшее лекарство, — ответил я, получая удовольствие от его помятого вида. — Смотрю, помыться успел, — сказал дед, рассматривая меня. — Домой, что ли, ходил? — Ходил, — коротко ответил я. Странно, что заметил он только то, что я помылся. — Как ты понял, что я мылся? — спросил я деда. — Ну, так волосы при тебе, значит — мылся, — приглаживая бороду, ответил дед. Я уже упоминал, что не люблю стариков из-за того, что они странно пахнут и говорят загадками? Дедуля мой сейчас был похож на сфинкса, дышащего перегаром, только что сожрать не пытался. — Не вижу связи, — пробурчал я очень недовольным голосом, перебирая рисунки на столе. — Ой, Гарри, не тупи, умоляю! — взмолился дед. — Масло на башке не давало расти волосам, а так как ты явно не лысый… Или это парик? — вскинул он бровь, присматриваясь. — Нет, мои, — тряхнул я шевелюрой. — Вот и славно. Подай-ка мне бутылку, Рапунцель, — махнул он на край стола с эскизами. *-* Суббота, а это значит, что весь магический мир начнет гуляния примерно с пяти вечера и до семи утра понедельника. Часы на стене показывали 15:50. Заведения в Лютном, где можно было бы подкрепиться в этот час, еще закрыты, а это значит, что приличных вариантов у нас всего два — Котел и Фортескью. Мне хотелось внимания, так что выдав фразу: «А, черт с тобой!», мы отправились к мистеру Фортескью. Почти все столы занимали милующиеся молодые парочки, в углу, у окна, восседало надменное семейство с двумя маленькими детьми разного возраста. Что поделать, но в некоторых семьях приняты семейные походы «в свет», даже если это никому из них не нужно. Все четверо с напускной аристократичностью поглощали свои порции мороженого. Хоть бы кто на лице радость изобразил, а то глядя на них аппетит пропадает. Все наслаждались разнообразием мороженого и коктейлей, мы же пришли сюда «пожрать». Из нормальной еды тут подавали только «Фирменное в горшочках» да салат с фасолью. К этому я заказал себе печеный батат в бамбуковой лодочке под сыром, маринованные ананасы с клубникой, сливочным соусом и белым шоколадом, молочный коктейль с тертым миндалем и три шарика мороженого: банановое, мятное и шоколадное. Если бы не Николас, вовремя меня остановивший, то я заказал бы половину представленного меню. Дед же не стал заморачиваться на счет десерта, а заказал единственный алкогольный коктейль «Пьяная вишня» в двойном экземпляре. Внук и дед в кафе-мороженое. Прям семейная идиллия, если не брать в расчет наш внешний вид: готичного вида юноша и древний растрепанный старичок в черной мантии с явного похмелья. Хотя для магической Британии мы не такие уж и фрики. Дед залпом осушил первый стакан и принялся уминать мой батат, не дожидаясь фирменного блюда. Меня это возмутило, но я не стал высказываться вслух, а просто заказал еще порцию. *-* — Ну, давай, выкладывай уже, что ты там обмозговываешь уже битый час, — спросил Николас, немного подобрев после плотного обеда. Молчание наше действительно затянулось, а мой взбитый коктейль теперь выглядел, как грязно-коричневая жижица. — Я больше не хочу… — отчего-то голос мой прозвучал по-детски и как-то наигранно. — Не хочешь — не пей, — махнул он ложкой на мой коктейль, и продолжил пить свой. — Я больше не хочу заниматься… ну… с Вами, — уже более серьезно сказал я. — Мне не нравится, к чему все идет, это может закончиться плохо, для всех… Я сидел, потупив взгляд, боясь поднять на деда глаза. Отчего-то решение мое, сейчас казалось мне не правильным и глупым, но оно уже было высказано вслух. Жаль, что нельзя забрать свои слова обратно. Он не шевелился, но я чувствовал, как его взгляд прожигает меня насквозь. Хорошо, что теперь никто, даже он, не сможет копаться в моей голове. Но я все равно еще не простил его за этот случай. — Я все понимаю, Гарри, — начал он и я немного расслабился, не ощутив в голосе ничего, что выдало бы его раздражение или разочарование, — но единственное условие, при котором мы сможем распрощаться — это смерть. Твоя или моя. Пульс мой начал учащаться. Я воспринял его слова как угрозу. Сначала я испугался, но очень скоро страх уступил место ярости. — Вы угрожаете мне? — глянув на него исподлобья, прямо спросил я. — Что ты. Никогда даже мысли такой не допускай, Гарри. Что бы ни случилось, даже если весь мир будет против, я никогда не причиню тебе зла и всегда помогу. Однако смею напомнить, что ты согласился, безо всяких условий и, не задавая лишних вопросов, стать моим учеником. Ты знал, на что шел. Об этом у нас не говорится сразу, но тебе, как своему внуку и единственному кровному наследнику я могу рассказать. Однажды, очень давно, я удостоился великой чести и был награжден титулом Графа, и земельным наделом, то есть графством, но это не суть. Какие «особые» заслуги ты, наверное, уже понял. Это была групповая операция по устранению очень опасного и могущественного чернокнижника, и действовали мы сообща. Нас было семеро: англичанин, француз, китаец, японец, немец, русский и испанец. От Англии был я. Мы одержали победу и именно за это я удостоился титула. После этого все мы не прекращали общения, и в итоге наша компания стала некой тайной организацией наемников особого рода. Не простых убийц, мы стали элитой. Однако времена нынче другие и жив из семерых только я один, и пережил я с десятка два преемников от каждого из них. Сейчас я являюсь главой нашей организации, но вынужден подчиняться ее правилам не смотря ни на что. Но вот настала и мне пора передать дела, знания и что самое важное — власть и титул своему наследнику, то есть тебе. Не сказал я этого раньше, потому что по принятым и утвержденным нами правилам, если ученик не оправдывает ожиданий в течение двух месяцев — от него избавляются. Тебе это не грозит, так как я уверен, что именно ты, и никто другой, осилишь стать моим преемником. Но ты должен знать, что уйти и отказаться ты не можешь, так как вписан под моим именем самой магией - я твой сир, а ты мой вассус* и должен выполнять мои приказы беспрекословно. К тому же за твоими успехами слежу не только я, Гарри. Я слушал внимательно и понимал, что каждое его слово — это горсть земли, брошенная в мою могилу. Когда-то я слышал что, будучи главой рода, а в особенности нося титул, словами разбрасываться нельзя, ибо зачастую слово лорда — закон. Иногда я забываю, сколько всего свалилось на мои юные плечи и что импульсивность и поспешное принятие решений являются моей второй по величине проблемой после окклюменции. Захотелось дать обет молчания, может хоть так проблем у меня поубавится. Хотя кого я пытаюсь обмануть? — То есть, назад пути нет? — обреченность в глазах и некоторое облегчение в голосе. Мне всегда было легче принять свою судьбу и начать действия только тогда, когда отступать некуда и выбор только один — продолжать бороться или сдаться. Сдаваться я не умел, да так и не научился. — Ты сам все понял, Гарри. — Мне называть Вас «Ваше Сиятельство»? — спросил я и допил коктейль. — Нет, только один раз придется назвать, когда официально вступишь в наши ряды. Мне больше нравится, когда ты зовешь меня дедушкой, ну или дедом на худой конец. — И как же ваши ряды называются? — «Вальпургиевы рыцари», «Орден феникса», «Армия Грин-де-Вальда» — замелькали названия в моем сознании. Все тайные организации стараются запугать и устрашить людей, избирая очень благозвучные и грандиозные названия, чтобы у противников не оставалось сомнений о том, что им противостоит великая сила. Это мгновение, пока я ожидал ответа, показалось мне вечностью. Надеюсь, что название «Рыцари ночных горшков» было отметено сразу же. — «Черные вестники», — ответил дед и я готов поклясться своей магией, что воздух вокруг Николаса стал темнее и пришел в движение. *-* *Вассал (vasallus, vassus) — этим именем в период господства феодальных отношений в Западной Европе называлось лицо, обязанное другому (сеньору — senior) личной верностью и службой. Первоначально слово vassus (предполагают, что это кельтское слово) означало несвободного слугу;