Приключения эльфа в Большом Городе

      Всю последующую неделю Мирен молчал. Он шарахался от Влада и прислуги, отказывался от еды и почти не спал. Призванный психиатр Ф.М. Сотейко заявил, что у мальчика — обострение, посоветовал не дергать и назначил какие-то таблетки. Лекарство эльф по-тихому топил в унитазе и продолжал сумбурный мыслительный процесс.       На девятый день несчастный окончательно закипел мозгами, проглотил предложенную таблетку, упал и выключился почти на сутки.       Выспавшись, юноша вновь обрел способность здраво оценивать ситуацию и ощутил зверский голод.       Для начала эльф решил проблему питания — попросту совершил набег на кухню. Влада не было дома, прислуга привычки приставать не имела, и никто не помешал Мири набрать вкусняшек и набить пузик до отвала. Покормив свой исстрадавшийся организм и прихватив малость «на вынос», ушонок заперся в спальне, принял контрастный душ, переоделся в чистое и снова начал думать — теперь уже на свежую головушку.       Вооружившись листом бумаги и карандашом, мальчишка набросал простенькую табличку, в левом столбике которой разместил все известные ему факты, а в правой — сделанные выводы, и понял, что данных для получения полноценной картинки катастрофически не хватает — так, одни догадки и предположения. Вывод напрашивался сам — раз информации мало, то ее надо бы добыть. А как добывают информацию? Ну, например — следят за интересующим тебя объектом…       Через два часа примерный план действий на ближайшее время был готов. Довольный собой Мирен облегченно перевел дух, порвал уличающую его бумажку со схемой в мелкие клочки и с успокоенным сердцем слопал «уведенный» из-под носа кухарки кусок торта.       Скоро он все выяснит и переосмыслит заново.       И, возможно, Влад окажется не виноват.       О том, что будет, если вина Влада все-таки подтвердится, эльф пока старался не думать — из страха преждевременно сойти с ума.

***

      Мири крутился вокруг Влада уже почти месяц, пользуясь заклятием невидимости, известным любому эльфу чуть не с пеленок и в этом мире работающим. Дабы скрыть отлучки, юный маг придумал приступы мигрени, позволявшие подолгу запираться в спальне без риска «быть запаленным» и не спускаться к обеду, а из дома выбирался через окно по веревке.       Следуя за своим мужчиной, спрятанный магией ушонок за очень короткий срок сумел много чего узнать о Владе и его двойной хитрой жизни. Он присутствовал на стрелках и разборках, посещал совещания мафиозов, перезнакомился заочно со всеми подчиненными светловолосому бандитами, среди которых нашлись и «Толян, а компания насильников», и даже скатался к Котику, оказавшемуся хорошим другом и бывшим любовником Влада. Котика звали Максимом, ему было двадцать шесть и он передвигался в инвалидной коляске. Внешность парня совершенно не соответствовала нарисованному ушонком по голосу образу — Макс оказался нормальным, очень худым коротко стриженным молодым мужчиной почти красивой наружности, без всяких намеков на манерность и пристрастие к дорогим шмоткам, и понравился Мири исходящей от него мощной аурой независимости. Такой перед тем, как сделать, дважды подумает, но не станет реветь, если напортачит, и найдет силы все исправить. Правильный чувак, в общем. Не то что некоторые блондины в перстенечках… Еще юный маг вычислил Колькиного партнера Харламова, накопал на него компромат и узнал номера и коды счетов предателя.       Короче, информации накопилось — вагон и маленькая тележка, но что делать с ней дальше, Мирен не знал и решил обождать. Как выяснилось — не зря.       Ибо он таки нашел Колю: живого и здорового, но запертого. Шатена держали на хорошо охраняемой вилле в лесу, видимо — в качестве заложника?       Потрясенный до глубины души эльф вернулся домой и снова едва не впал в кататонию, но вспомнил Котика Максима и сдержался — находясь в коме, ушастик не сможет ни помочь Коле, ни отомстить кому-либо.       В то, что он будет мстить, Мирен не сомневался. Ведь мальчишку растили воином — а воины не прощают подобного.       Неясным оставалось только, как отомстить Паку и не затронуть Влада. Шизофрения, скажете вы? Хуже —любовь.       И еще — а можно ли одновременно любить двоих? Или это — аморально?       Кстати, а Коля знает, что он — Мирен, и Влад — любовники?       Короче, опять вопросы…       У-у-у, ужас…