Приключения эльфа в Большом Городе

      Коля допоздна просидел за компом, вытаскивая со счетов бывшего партнера Харламова деньги на какие-то загадочные и совершенно непонятные для Мири «овшоры», или «авшоры», или «аф…», короче, вытаскивал бабло из чужого плена, и все. Попытки эльфа заговорить и прояснить план грядущей мести натыкались на глухую стену молчания, и ушастик в конце концов плюнул и отстал. Закончив с финансами, шатен оделся, бодро слопал приготовленным бывшим любовником ужин (и ведь не подавился ни разу, гад!) и ушел, ничего не говоря.       Подобное пренебрежительное с его стороны отношение показалось юному магу весьма обидным, но обижаться было не на кого — Колька свалил. Поэтому Мири уныло дожевал недоеденную шатеном пиццу и лег спать.       Утром Коля вернулся очень довольный, и, громко распевая песни, принялся паковать свои вещи. Разбуженный его завываниями ушонок выполз из-под одеяла и долго спросонья хлопал ресничками, пытаясь «въехать», что происходит. Минут через ***дцать до него дошло.             — Ты что, сваливаешь? — изумился юнец.       Шатен радостно кивнул.             — Коля! А как же месть?       Парень лишь глаза к потолку закатил.             — Мири, — произнес он с чувством. — Ты как был дураком, так и остался!       И продолжал набивать рюкзак.       Голосок у Мири позорно сорвался на истерический визг:             — Коля?!       Коля сунул в боковой кармашек бритву, выпрямился и в упор посмотрел на бывшего любовника.             — Я уже отомстил, — сказал он абсолютно спокойно. — Тебе, родной — за короткую память, Харламу — за вероломство. Деньги свои вернул, выправил паспорт, и теперь могу ехать, куда захочу, и жить дальше.       Ушастик потрясенно прикрыл ротик ладошкой.             — А Паков? — спросил он, все еще до конца не веря.       Шатен пожал плечами.             — У Пакова есть ты, чудо, — вздохнул парень, — Этого вполне достаточно, чтобы вскоре загреметь в психушку по полной. Кстати — не забудь передать ему от меня искреннее сочувствие, когда увидитесь.             — Да, чуть не забыл, — спохватился он уже в дверях. — Тебе за мое освобождение — маленький подарочек. Бывай, не кашляй и научись наконец пользоваться мозгом!       Он бросил на расхристанную постель тонкую пачку купюр и вышел. Мири стоял, как громом пораженный.       Коля его кинул! Напрочь! Ох, нет… И что теперь делать дальше, драконье семя?       Как говорится — стою на асфальте я в лыжи обутый, и лыжи не едут, и я … невеселый. Потому как до зимы далеко, карту на хрен потерял, а местного языка не знаю.       Хе-хе. Попадамс, однако.