Час от часу не легче

В первый день поиски успехом не увенчались. Нашлась эта самая легенда про чистую и искреннюю любовь, но в ней ничего не было сказано про то, что при этом человек превратится в демона, а как это исправить — и подавно. Во второй день тоже по нулям, как и в третий. А каждую ночь я перемещалась в другую реальность — пила кофе и разговаривала с тем Самаэлем, который потерял из-за меня память. Я снова пережила нашу историю, рассказывая её Сэму, так он подсократил своё имя для простоты. Ему она нравилась, и он очень жалел, что забыл её, но всё же надеялся, что когда-нибудь хоть что-нибудь вспомнит… — Значит, есть другая реальность, в которой я всё помню, а ты стала демоном? Удивительно… Послушай, если реальность раздвоилась, может надо эти ответвления соединить между собой? Как бы связать вместе? — Хм, возможно, но как? — Не знаю, может сделать так, чтобы какая-то вещь существовала одновременно в двух мирах? Смотри, если реальность раздвоилась, значит у каждого предмета есть двойник в другом мире. А вещь, которая существует в двух мирах одновременно, станет как бы якорем — ещё одним предметом, кроме тебя, их объединяющим… — Ты только что назвал меня предметом? — Ой, прости, просто пытался закончить мысль, так получилось… — на этих словах он так мило и смущённо улыбнулся, что я, конечно, сразу его простила. Я вообще не могу на него долго обижаться: ни в этом мире, ни в другом. — Ты правда думаешь, что одна вещь что-то изменит? А, если изменит, почувствую ли это я? — Я не знаю… Спроси это в другом мире. Что я и сделала, как только проснулась. — У того, другого меня, соображалка явно работает, — констатировал Самаэль «который всё помнил». — Другое дело, что раздвоение реальности — явление очень редкое и практически неизученное, тут нельзя ничего сказать наверняка. Но попробовать можно, хуже уже точно не станет. — Значит, мне нужно приобрести что-то новое и как-то перетащить это в другой мир? — Получается, что да. — Тогда я пошла выбирать якорь. В итоге я остановилась на небольшой деревянной фигурке кота. Когда я готовилась ко сну, я взяла его в правую руку. Уснуть мне удалось не сразу, но всё же я перенеслась в другой мир. Проснувшись, я первым делом посмотрела на правую руку — там ничего не было… То ли кот пропал где-то между мирами, то ли я его выронила когда засыпала. Что ж, первый транзит не удался. Но время ещё есть, можно попробовать другой предмет. Когда я вновь проснулась демоном, я увидела, что и правда выронила кота перед тем как заснуть. Глядя на него, мне пришла в голову идея — я решила связать шарф и намотать его на шею, когда буду засыпать. Сделанная собственноручно вещь всегда обладает более сильной энергетикой, нежели купленная. Я старалась весь день и, наконец, к вечеру шарф был готов. Он был простенький и неровный, но зато уникальный. Если кот гипотетически мог существовать и в том мире, то такой вещи там точно не было. Я повязала его на шею, прежде чем ложиться спать, но долго не могла уснуть — сердце сильно стучало… Когда я проснулась в другом мире, шарф был на мне. Нам всё-таки удалось! Но, увы, я ничего не почувствовала. — Если ты ничего не почувствовала, ещё не значит, что ничего не произошло, — успокаивал меня Сэм. — Я уверен, что миры сблизились. К тому же, это — не простая безделушка, а вещь, хранящая тепло рук, сотворивших её. Теперь надо что-то перенести из этого мира в тот… — Слушай, а что если я возьму в другой мир… тебя? — Меня? — Ну да. Ведь там ты другой, ты не двойник, а альтернативная версия, так сказать. Собственно, из-за этого реальность и раздвоилась — появилось два возможных варианта. — Не знаю… А без меня этот мир не разрушится? — Чего не знаю, того не знаю… Попробуем? — Что ж, попытка не пытка. Один конец шарфа мы привязали к моей руке, а второй — к руке Сэма и приготовились к путешествию.

***

Первое, что я услышала после пробуждения — нецензурные крики Самаэля, скинутого с кровати собственной копией из параллельной вселенной. Кровать-то двуспальная была, а я притащила из другого мира ещё одного претендента на место в ней. Правда, когда Самаэль увидел причину своего столь внезапного перемещения на пол, вообще потерял дар речи. — Ну, Алекса, ты даёшь! — воскликнул он, когда наконец пришёл в себя. — Прямо как в зеркало смотрюсь, — удивился Сэм. — Да уж! Я стала обладательницей гарема Самаэлей в количестве две штуки, — рассмеялась я. Тут позвонил Юкио и сообщил, что он кое-что нашёл в библиотеке. — Если кровь прольётся в одном из миров, а перестанет течь в другом, то эти миры столкнутся, — процитировал он древнюю легенду. — Надеюсь, это вам поможет. — Спасибо, Юкио, — сказал Самаэль. — Большое спасибо, — добавила я. — Столкнутся? Обычно, когда два объекта сталкиваются, происходит взрыв, — заметил Сэм. — А что, если мы все погибнем? — ударилась в панику я. — Или всё сработает не так? — Тут опять надо выбирать: либо останешься демоном навсегда, либо получишь призрачный шанс стать человеком, подвергая опасности весь мир, ну, и себя, конечно, тоже, — рассудил Самаэль. — На твоём месте я бы, конечно, остался демоном… — Но ты не на моём месте, — перебила я его. — Не хочу быть нечистью с рогами и хвостом. — То есть, ты выбираешь риск? — Да, кто не рискует, тот не пьёт шампанское. — Но учти, что, если миры погибнут в столкновении, ты уже никогда ничего не выпьешь, даже кофе, — напомнил Сэм. — Это всё так, но… в сомнения меня ввергает тот факт, что я рискую и вашими жизнями тоже. Вы поддержите мой выбор или… — Конечно, умирать бы не хотелось, — начал Самаэль, — но в том, что ты стала демоном, есть и моя вина, так что было бы странно с моей стороны препятствовать твоим попыткам обрести исходную форму. — А я, в свою очередь, являюсь следствием раздвоения реальности, мне, скорее всего, суждено погибнуть в тот момент, когда ты перестанешь видеть сны. Так что я тоже не против, — сказал Сэм. — Хорошо. Если кровь прольётся в одном из миров… То есть, я должна порезаться в одном мире, а затянуться ранка должна во втором? — Да, как-то так, — согласился Самаэль. — Видимо, нужно порезаться перед сном, — отметил и без того очевидное Сэм. — Без тебя, Сэм, мы бы не догадались, — сказала я с улыбкой и поцеловала его в щёку. Сэм торжествующе поднял брови, а Самаэль нахмурился. — Вообще-то, это я — твой парень, а не он, — недовольно заметил он. — Вы, знаешь ли, очень похожи, можно и перепутать ненароком, — ответила я и подмигнула Сэму. — Между прочим, в эту кровать мы втроём не помещаемся, — сменил тему Самаэль, — кому-то придётся спать на диване. Тянем жребий? — Да тут и тянуть ничего не надо, я буду на кровати спать, — возразил Сэм. — Или ты хочешь, чтобы я остался с тобой навсегда? — Ах да, тебя же надо к Алексе привязать, чтоб в твой мир вернуть, вот ведь чёрт! — выругался Самаэль. — А мне не только на неудобном диване всю ночь ютиться, но ещё и вас наедине оставить? — А тебя не смущает, что я каждую ночь к нему перемещаюсь, и всё это время мы проводим наедине? — спросила я. — Не смущало… раньше… Я просто не ожидал, что он настолько на меня похож — такой же неотразимый и привлекательный… — Самаэль задумчиво поднял брови и… получил подушкой по «неотразимой» физиономии. — От скромности ты точно не умрёшь, мой дорогой, — заметила я и поцеловала его в неотразимую щёку. — Вот теперь справедливость торжествует, хотя и не полностью… — Пойду на кухню, поищу что-нибудь поесть, — тактично смылся Сэм. — Скажи честно: ты занималась с ним любовью? — стал допытываться Самаэль, когда Сэм ушёл. — О-о-о, допрос с пристрастием? Неужто у неотразимого Самаэля взыграла ревность? — Да нет, интересно просто, — попытался показать безразличие Самаэль. — Он ведь всего лишь копия, к тому же, ничего не помнит. — Да, да, да! Расскажи кому другому! Я ведь сейчас частично демон, а демоны чувствуют всё гораздо острее, чем люди. — А ведь с тех пор, как ты стала демоном, мы даже ни разу не… — Это можно исправить, не правда ли? — перебиваю я. Он, кажется, не возражает — садится на кровать рядом со мной, приобнимает, прямо как в нашу первую встречу… А потом вдруг резко опрокидывает на кровать. Я не ожидала такого развития событий и поэтому слегка опешила. — Ты что себе позволяешь? — возмутилась я. — Я позволяю себе немного поиграть. — Не забывай, что ты играешь с огнём! — выкрикиваю я и мгновенно освобождаюсь и… вот уже внизу он. Да, реакции у меня теперь отличные и выносливость тоже. — Ух, какой обжигающий огонь! Люблю темпераментных… — на этих словах он приподнялся и обнял, а точнее сказать — схватился за мою шею и почти что прильнул губами к моим губам, но в последний момент я высвободилась из его объятий и села скрестив руки на груди. — Темпераментных? А я думала, ты любишь меня… — Ну конечно, тебя! И больше никого! Иди же ко мне, моя милая. — А что насчёт остальных темпераментных? — Милая, ты — ужасная зануда, — Самаэль нежно провёл рукой по моему лицу, а я в ответ страстно щёлкнула зубами. В следующее мгновение мы уже слились в страстном поцелуе, а ночная рубашка и халат полетели на пол. Он запустил руки в мои волосы, а я ещё сильнее прижалась к нему. Больше не хотелось показывать своё превосходство, хотелось быть слабой и послушной его рукам. Ах, эти невозможные ласки, поцелуи… и, наконец, два тела слились в едином порыве, двигаясь в такт сердцам и дыханию. Он во мне, он — часть меня. Что может быть прекраснее единения с тем, кого любишь всем сердцем? И вот наступил яркий, полный томительной неги финал, оставив за собой лёгкое карамельное послевкусие… И тут с кухни донёсся голос Сэма. — Эй, любовнички! Вы завтракать-то идёте? Я замучился уже вас ждать! И мы, одевшись, побрели на кухню.