Печенькатаклизм

      Печенька, некогда бывшая графом Фантомхайвом, сидела на диване и внимательно вчитывалась в очередное письмо от королевы. Со своим новым и, к счастью, временным состоянием Сиэль уже смирился и теперь сосредоточился на деле.       «Мой дорогой мальчик! Сегодня Англия как никогда нуждается в твоей помощи: опасный преступник бродит по улицам Лондона, — гласило письмо. — За ужасные зверства, которые он сотворил — каким же надо быть (слово было отчаянно зачёркнуто), чтобы столь нагло сожрать съесть столько невинных пончиков! — его прозвали Кровавым Сластёной.       Я поручаю тебе найти Сластёну и арестовать во что бы то не стало! Да здравствуют правосудие и пончики!»       «Похоже, королева тоже сошла с ума» — грустно подумал Сиэль, откусывая кусочек собственной шляпы, которую аффторши по просьбе самогó отчаявшегося графа сделали съедобной.       — Себастьян!       Дворецкий явился почти мгновенно. Пребывание в поместье двух аффторш здорово сказалось на бедном демоне — со вчерашнего дня у Сёбы не прекращался нервный тик, а во сне несчастному привиделась скачущая с блокнотиком Грейси и подтанцовывающие ей печеньки с надписью «Юбилейное».       — Её Величество нашла нам новое дело, — сообщил Сиэль. — Убийца пряников! Вся Англия сошла с ума…       Граф устало откинулся на диван. Больше всего ему хотелось собственноручно — в данном случае, наверное, собственноротно — стрескать этого самого Сластёну и запить чашечкой чая. Но королева приказала найти и арестовать, а королева, пусть даже сумасшедшая, всё-таки начальница своего Цепного Пса.       — Найди побольше информации на этого Кровавого Сластёну, — махнул рукой Сиэль. — А я пока побеседую со Скотланд-Ярдом.       — Уеs, my biscuit, — поклонился Себастьян и ретировался.       Переодеваться графу было не нужно — да и как он мог это сделать, когда вся одежда превратилась в прилипшую к Сиэлю глазурь — поэтому он сразу потопал к месту назначения. Второй причиной его делового уединения являлось нежелание показываться на людях рядом с нормальным человекообразным дворецким — печенье рядом с человеком смотрелось бы как минимум странно. И так, в гордом одиночестве, печенька отправилась на расследование.

***

      — Значит, Вы здесь по поводу Кровавого Сластёны, — задумчиво произнёс начальник Скотланд-Ярда, бывший мистер Ренделл, а ныне — спасибо аффторшам — мистер Крендель. — К сожалению, даже Скотланд-Ярдом пока не найдено никаких улик. Трупы, вернее, то, что от них осталось, в ужасном состоянии…       — Трупы?! — подскочил граф. — Что значит трупы?       Мистер Крендель посмотрел на Сиэля, как на неисправимого идиота, который только волею судьбы попал на столь высокую должность, как Цепная Печенька Королевы.       — Понял, — вздохнула печенька и потопала прочь.       Оказавшись достаточно далеко от детективов, граф осторожно приподнял повязку и приказал:       — Себастьян, сюда!       Дворецкий явился моментально. Выглядел он как всегда, за исключением нервно подёргивающегося века, которое придавало ему вид психованного маньяка.       — Что нашёл, расскажешь позже, — сурово сказала печенька. — Сейчас мы пойдём к нему.       Себастьян только вздохнул, про себя умоляя все высшие силы, чтобы хоть на этот раз аффторшей нигде не оказалось.

***

      Дверь похоронного бюро со скрипом отворилась, впуская посетителей. Внутри было темно, только одна скудная свечка догорала где-то на полу. и как-то подозрительно тихо, учитывая случившееся с Англией. Сиэль прищурился, вглядываясь в темноту. На стенках висели едва видные в слабом освещении гирлянды из… Печенек. С надписью «топлёное молоко». Всё-таки аффторши и до сюда добрались.       — Здра-а-авствуйте, дорогой граф, — донеслось откуда-то из недр похоронного бюро.       И вдруг разом вспыхнули около двадцати свечей, расставленных во всех местах, куда ещё что-то можно было впихнуть. На составленных в центре «домах отдыха» восседали Натали и НЕЧТО. Лохматое жуткое НЕЧТО, раньше явно бывшее Гробовщиком.       Нечто помахало графу рукой и как ни в чём не бывало потянулось за печенькой. Натали же просто проигнорировала появление гостей.       — Хи-хи-хи… — громко протянуло Нечто голосом Гробовщика. — Хотите взглянуть на новые гробы? У меня их много: для кренделей, для печенек, для пончиков, для кру…       — Замолчи! — воскликнул глава дома Фантомхайв и через несколько секунд, успокоившись, добавил: — Что ты, хоть, такое?..       — Обижаете, граф! — подала голос Натали.       После чего она поднялась на ноги, поправила галстук-бабочку и громко объявила:       — Это Гробовщик-печенька!       «Какая же это печенька?! Это чучело лохматое!» — подумал Сиэль и недоуменно посмотрел на девушку.       —Вижу, Вы озадачены, граф. Знайте же, наша фантазия не останавливается на простом «ТОПЛЕНОМ МОЛОКЕ»! Она отошла чуток подальше… Мы подумали, что для каждого должен быть свой, так скажем, ориентир… Например, ты — главный герой, а наши с Грейси любимые печеньки — вышеупомянутое «Топленое молоко». Гробовщик любит печенье в виде косточек, поэтому он стал печеньем в виде косточки… Так что, граф, даже в наших фантазиях есть, хоть и тонкие, но всё-таки ниточки смысла…       Граф явно не хотел продолжать этот разговор, а поэтому быстро, боясь, что его перебьют, воскликнул:       — Я хочу увидеть трупы пончиков, убитых Кровавым Сластеной и узнать всё, что их касается!       — Хотите узнать... Хотите увидеть... Как много желаний... Рассмешите же меня и ваше любопытство вскоре исчезнет! — Гробовщик с азартом посмотрел на Сиэля но увидев, что тот подозвал Себастьяна с улыбкой произнес: — Вероятно, наш граф не хочет замарать свои ручки, веселя такого человека, как я. Ну ладно, сегодня у меня гостья, и я не хочу заставлять её долго ждать на улице...       — Себастьян, ты знаешь, что делать! — воскликнуло "Топленое молоко", но увидев, что дворецкий лишь, нагло улыбаясь, смотрит на него, крикнул: — Чего ты лыбишься!? Это приказ!       — Конечно, господин, — Произнес демон, выставляя детишек из похоронного бюро. — Ни при каких обстоятельствах не смейте подглядывать!       Над улицей повисла гробовая тишина, которая, как знали оба, продлится весьма не долго.       — Добрый день, однако! — протянула руку Натали.       — Добрый, добрый... — задумчиво ответил граф на рукопожатие, но тут же потряс головой и крикнул: — Добрый!? Чем же он добр, позволь спросить! Тем, что меня превратили в печенье!? В толстое, овальное печенье, покрытое глазурью!       — А надо было в виде песочных часов? — хихикнула девушка.       —Да как ты смеешь!? — Печеньку перебил громкий хохот, исходящий из похоронного бюро.       Себастьян открыл дверь.       — Вот теперь можете заходить.       Граф презрительно фыркнул.       — Что-то вы долго...       Демон ухмыльнулся.       — Простите, господин Печенька.       Такая дерзость со стороны дворецкого жутко разозлила Фантомхайва, но решив, что пора приступать к делу, Сиэль подавил злость.       — Что ж, граф, приступим! — Сказал Гробовщик, беря со стола листок бумаги с нарисованным пончиком, — Сейчас вы наверняка не знаете даже основы анатомии. Обыкновенный пончик является одним большим потоком крови или же, как вы привыкли слышать, крема. И лишь одна часть полностью прикреплена к так называемой коже. Это карамельное сердце! Так вот его, как раз, и не было! И полголовы, кстати, тоже! — Информатор оторвал одну четвертую рисунка так, чтобы не было именно съеденных частей.       — Похоже на часы, показывающие три часа по полудню... — Заметил дворецкий. — Возможно он хочет назначить нам встречу в это время... Но где?       — Это вы правильно заметили, но чуть-чуть не дослушали... — ухмыльнулся Гробовщик, — Так как убийств было много, я решил отметить на карте места происшествий. И вот что меня получилось! Натали, тащи её сюда!       Аффторша, принесла нужный предмет и отдала его хозяину похоронного бюро.       — Вот, спасибо! Видите ли, дорогие гости, все преступления были совершены вдоль правого берега Темзы, через каждый километр, а точнее в закоулках, находящихся друг от друга на расстоянии одного километра. И, скорее всего, то место встречи должно быть здесь! — Воскликнул Гробовщик, показывая упомянутое место на карте.       — Это всё? — Спросил граф.       — Пока что да, но я постараюсь найти что-нибудь ещё и передать информацию через Натали.       Граф посмотрел на девушку и подумал: "Через неё!? Она сможет что-то пере..." Но его перебила вошедшая в похоронное бюро Грейси.       — Здрасте! — воскликнула она.       У Себастьяна снова задергался глаз, Сиэль же с ужасом смотрел на блокнот, казалось, только Гробовщик и Натали не особо удивились встрече.       — Здравствуй. — Все находящиеся внутри поприветствовали девушку, которая к тому моменту успела обжиться и уже непринужденно ела печенье.       — Я слышала, вы тут следствие ведете! Что узнали? Кто кого съел? — обратилась она к графу и его дворецкому.       — То, что нужно! — отрезал граф.       — Ну что вы так грубо, граф! С дамами так не обращаются!       — Дамы не ходят в похоронное бюро!       — Ну мы же как-то ходим, — улыбнулась Грейси, указывая на себя и свою подругу.       Печенистый Сиэль фыркнул и, выходя и из похоронного бюро, произнес:       — До свидания!       — Странный... — Произнесла Натали, — Даже печенье не попробовал!       — Он всегда так. — Улыбнулся Гробовщик.       — Натали, сколько времени!? — Спохватилась Грейси, — Два часа по полудню!? Как же я опаздываю!       Она хотела взять напоследок парочку печенек, но заметила, что их ест Гробовщик...       — Ржущая печенька в виде косточки, жрущая печеньки в виде косточки... Каннибализм процветает! — весело воскликнула аффторша и, написав что-то в своём блокнотике, испарилась.       Оставшиеся же Гробовщик и Натали переглянулись, пожали плечами и продолжили есть печенье.