Последний бой.

В окне пролетали мелкие магазины, кафе и разные салоны. Я с неподдельным интересом наблюдала за всем, стараясь не упустить ни единой мелочи. Причину своего внезапно пробудившегося любопытства я не знала, и знать не хотела. «Возможно, завтра я уже не открою глаза», - размышляла я, подперев лицо рукой, - «так почему бы мне, наконец, не рассмотреть хотя бы город, в котором я живу?» Моё состояние осталось бы без изменений, если бы на плечо не упало что-то тяжёлое. Я тут же повернула голову и застыла с ярко выраженным шоком на лице: у меня на плече мирно спал Квон ДжиЁн. За столько времени его светлые волосы начали омрачать тёмные корни – его естественный цвет волос. «Значит, он от рождения шатен, как и большинство корейцев, как и я», - с поистине детской жадностью поглощала я полученные знания о парне и на этом даже не подумала остановиться. Так же, как рассматривала вид за окном, я начала рассматривать спящего GD. «Вроде бы ему 21 год. Он старше меня на три года. Всё-таки, судьба полна иронии», - грустно усмехнулась я. Только сейчас я заметила, что тем, что грело мою левую руку, была ладонь парня. Не сдержавшись от соблазна, я прошлась глазами вверх по руке. Несмотря на мускулистые руки, ДжиЁн всё равно казался хрупким и каким-то щуплым. Это можно было увидеть, если долго-долго наблюдать за ним. Сейчас, у него на лице показалась щетина – из-за этого он кажется совсем взрослым, хотя сам ещё совсем ребёнок, искренне верящий в любовь. «А что такое любовь? Сухёк, ДжиЁн и Дэсон показывают мне её, как готовность умереть за любимого. Значит, любовь сродни смерти? Если так, то каждый должен остерегаться её, всеми силами пытаться скрыться от разрушительного влияния этого чувства. Тогда, почему все так легко поддаются? Почему поддалась я? Разве барьеры вокруг меня недостаточно сильны? Разве я недостаточно сильна? Нет никого, кто ответил бы мне на все мои вопросы, ведь не факт, что ДжиЁн и сам понимает этого. Два ребёнка, оказавшихся под властью друг друга». Я внимательно всмотрелась в лицо парня. Ни одна мышца на его лице не дрогнула, ресницы пышной пеленой прикрывают глаза, полные, похожие на женские, губы расплылись в лёгкой блаженной улыбке. - Так это ты тот, - негромко говорила я, обращаясь в тишину, - кто смог завладеть моим сердцем и душой? Я не успела моргнуть, как Квон открыл глаза и слегка поднял голову, не убирая её с моего плеча, чтобы мочь смотреть мне в глаза. От осознания того, что он слышал мои слова, в душе тихим писком откликнулось смущение, и щёки залило лёгким румянцем. Видимо, парень заметил его, так как его блаженная улыбка стала ещё шире. - Да, это я, - властно ответил он. – Но стоит тебе лишь произнести моё имя, как моя душа и тело каменеют и откликаются на зов своей госпожи.* От его слов мне хотелось спрятать лицо за чем-нибудь – уж слишком смущающие вещи он говорил. Я привыкла чувствовать себя госпожой для окружающих, но слышать от Квон ДжиЁна, что он в моей власти, было чем-то невозможным для восприятия, уж очень далёким от реальности. - Значит, - я пыталась скрыть свою растерянность за сдержанной интонацией в голосе, - я имею над тобой власть? G-Dragon как-то хитро прищурился и сжал мою руку, затем он поднёс её к себе и приложил к груди, туда, где отчётливо можно почувствовать биение сердца. - Но не забывай, что я владею тобой не меньше, чем ты мной. - Ты сейчас напоминаешь мне тебя в нашу первую встречу, - ответила я, поёжившись. «Надо же, он смог загнать меня в угол!» Парень звонко засмеялся, прикрывая рот свободной рукой. Вторая его рука по-прежнему держала мою левую на его груди. - Ты про разгульного и бесцеремонного богача? Я всё тот же, просто сдерживаюсь. - Тогда мне стоит остерегаться, чтобы не быть прижатой тобой к стенке в каком-нибудь закрытом помещении? – Теперь прищурилась я. Джи двинулся слегка вверх, ближе к моей шее. Достигнув её, он специально подул на нежную кожу, вызывая появление мурашек. Я закусила губу, дабы случайно не издать какой-нибудь, не подобающий моей горделивой фигуре, звук. Было трудно поверить в то, что я действительно сейчас похожа на загнанное в угол животное. Решение взять себя в руки пришло тут же, и я наклонила голову, чтобы оказаться на равных с ДжиЁном. Наши глаза встретились. - Я хочу владеть тобой без остатка, Черин, - искренне прошептал он. - Я тоже хочу владеть тобой без остатка, - выпалила я, удивляясь своей решимости. - Тогда назови моё имя. - G-Dragon. Квон ухмыльнулся, словно только и ждал услышать свою кличку в преступном мире, и подался ещё выше. Он снова поцеловал меня, на этом раз жадно и властно, оставляя после себя покрасневшие губы. - Теперь я твой. И ты - даже не пытайся сбежать от меня. Я найду тебя даже в Преисподней, демон по имени CL, - сказав так, к концу фразы Джи изменил голос с серьёзного на шутливый и опять улыбнулся. Я и себе усмехнулась. «Мы даже нормально друг другу в любви признаться не можем». - Мы даже нормально друг другу в любви признаться не можем, - сказала я вслух свои мысли, захотев увидеть реакцию Квона. - Здесь нет ничего удивительного, если учитывать, что мы оба привыкли властвовать. Больше, чем кто бы то ни был, - спокойным тоном ответил парень и пожал плечами, уже устроившись у меня на коленях. - Возможно, - задумчивым тоном пробормотала я. Спустя пару минут ДжиЁн снова заснул. Он крепко сжимал мою руку и даже во сне не убирал её от своей груди, и я действительно ощутила биение его сердце. Не сдержавшись, протянула руку к его голове и мягко погладила по волосам. Кто знает, правильно ли я делала или нет, но сердце долго не сдавалось, борясь с чувствами внутри него же. И вскоре сопротивление стало меньше. Квону стоит отвесить поклон хотя бы за то, что ему удалось добиться желаемого: сделать из меня глупую влюблённую девчонку. Я полностью откинулась на сидение и снова посмотрела в окно. Дома стали меньше и неказистей, всё больше ставало растительности. «Мы уже близко к дому». Это означало, что до потери только обретённого спокойствия остались считанные минуты. Я уже было хотела обречённо вздохнуть, но в последнюю секунду тряхнула головой и похлопала свободной рукой по щекам. Едва прекратившие кровоточить раны откликнулись пекущей болью. Тихонько зашипев, рефлекторно прижала руку к груди. «Рано расслабляешься», - сказала я сама себе. - «Самое главное всё ещё впереди, до желаемого душевного спокойствия ещё очень далеко». Наверное, если бы я сама себе не приказала держать себя в руках и приструнить свои чувства, то в ту же секунду сама заснула и не просыпалась бы ближайшие несколько дней, пусть даже на землю обрушился Армагеддон. Вдруг за стеклом в небе показалась линия дыма, тянувшаяся откуда-то перед нами. Я дёрнулась от неожиданности, растеряно блуждая глазами по небу, с тучами на которых сливался всё больше густеющий дым. Квон тут же открыл глаза и сел, чтобы самому мочь посмотреть на причину моего беспокойства. Увидев то, на что смотрела я, он замер, его глаза бегали так же, как мои. - Впереди пожар! – Вскрикнул водитель, но не нажал на тормоза и не свернул с дороги, под испепеляющим взглядом GD. Машина продолжалась нестись вперёд на большой скорости. Я почувствовала, как медленно начали неметь конечности, а сердце бешено стучать. Где-то вдалеке откликнулось ощущение того, как парень сжал мою руку, но отклик был таким слабым, что я едва отреагировала на него. Я боялась думать, боялась шевелиться, боялась узнать что-то. Взгляд был устремлён только в кресло передо мной до тех пор, пока за окном отчётливо не показался горящий особняк и люди вокруг него. Языки пламени захватили в плен всё здание, не оставив нетронутым ни единого квадратного метра. Статуи ангелов с грохотом падали со своих мест на каркасе крыши, подобно падшим святым, прямо в ад. Бушующий вокруг ветер только раззадоривал стихию, и полный крах сооружения был всё ближе. Никто не смел подойти ближе, имея возможность лишь стоять и наблюдать издалека. Дрожащими руками я нащупала ручку и открыла дверь, хотя машина ещё даже полностью не остановилась. На меня обратили внимание мои же люди, которые стояли в стороне, в саже и с ожогами. - Нет!!! – Я протяжно закричала, вкладывая в крик всё отчаяние и горе, которые наполнили мою душу. Не разбирая дороги, я бежала к горящему дому, сбрасывая на ходу обувь. Споткнувшись несколько раз, я раз за разом вставала и продолжала бежать. На коленях появилось несколько ран, ладонь правой руки снова заливала кровь, дым вытравливал воздух из лёгких, и от него жутко пекли глаза. Когда расстояния между пожаром и мной сократилось до 50 метров, кто-то преградил мне дорогу. Подняв голову, я узнала в незнакомце одного из охранников отца. Мужчина тяжело дышал, будто пробежал несколько километров, всё его лицо и руки были в саже, одежда в некоторых местах была пропалена. Я вцепилась ему в плечи, запуская в кожу ногти. - Где мой отец? – Прохрипела я, смотря прямо в глаза мужчине. – Отвечай немедленно!! - Госпожа, его нет в доме, успокойтесь! – Громко отчеканил охранник, не отцепляя моих рук от себя. - Тогда… где он? - Его похитили, молодая госпожа, - с глубоким сожалением прошептал мужчина и опустил голову. Краем глаза замечая бегущего неподалёку ко мне, ДжиЁна, я тяжело упала на колени. В кожу неприятно впился гладко выкошенный газон. На какое-то время я забыла, что нахожусь на виду у всей группировки, не пересилив своего отчаяния. Руки сжимали пучки травы, вырывая их с корнем. «Опоздала», - в забытье шептала я. Имя зачинщика ровной линией металось в голове, как навязчивая идея. - Пак ХоЯ, - пробормотала я, выплёвывая каждый звук с презрением. – Клянусь, я найду тебя даже на дне океана. Мне не будет покоя до тех пор, пока ты можешь дышать. Я положу всю себя в поиски тебя и, найдя, убью. Даже если для этого придётся уничтожить всё вокруг. Только мужчина потянул руку ко мне, чтобы помочь встать, я вскочила на ноги. Боковым зрением я отыскала Квона рядом с собой для своего спокойствия. Этот человек был единственным, кто сможет сдержать меня то ли от жажды крови, то ли от пучины отчаяния. Парень смотрел на меня так, будто сам переживал мою боль и злость. На мгновенье я удивлённо округлила глаза, понимая, насколько он хорошо понимает меня. Вдруг ДжиЁн пошевелил губами. «Он что-то говорит!» Сосредоточившись на нём, я услышала его немое: «Сандара Пак… Гон Минзи…» - Где Сандара Пак и Гон Минзи?! – Спросила я у охранника, резко обернувшись. Мне не удалось скрыть истерических нот в голосе. - Они с моими людьми, - спокойно, как и раньше, ответили мне. – Подождите немного, я прикажу привести их. Я еле заметно кивнула и стала всматриваться вдаль. Теперь, ко всему коктейлю эмоций присоединилось ещё и волнение от встречи. «Я так давно с ними не виделась», - размышляла я, зажимая кровоточащую ладонь. – «После выхода из больницы совсем забыла про них, хотя их забрали в резиденцию ещё после гонки. Что мне им сказать? Как объясниться?...» Больше мне не дали времени задать себе вопросы, т.к. из-за массивных машин вышли две девушки, которые тут же ускорили шаг и вскоре перешли на бег. Дара почти не изменилась с последнего раза, как я видела её. Только волосы стали намного длиннее – теперь они доставали до её бёдер. Также, она похудела. А всё остальное как прежде. Низкий рост, вечно присущая ей хрупкость и детское лицо. Минзи же, наоборот, укоротила волосы. Теперь вместо русых волос до груди у неё было тёмное каре, которое делало её ещё красивее. «Ах, ностальгия», - едва не всплакнула я, усмехнувшись. – «Наши детские споры о том, кто красивее, напоминают мне о былой мне». Не успела я опомниться, как обе девушки заключили меня в свои объятия. - Черин, - говорила Дара сквозь всхлипы, - как ты могла нас так бросить?! Так не поступают! Почему ты не дала даже весточки о себе? Минзи ничего не говорила, она лишь сильнее прижималась ко мне, будто боялась отпустить меня по неосторожности. Я застыла, поистине не зная, что говорить и что делать. Ощущение, будто что-то нетронутое временем и грязью вернулось и притронулось ко мне. Я снова ощутила себя почти что нищей боксёршей, живущей на окраине Сеула. - Не молчи, Ли Черин! – Крикнула Сандара и пару раз несильно ударила меня кулачком. В глазах охранников почему-то загорелся яростный огонь, и они приготовились прогнать девушек. Одним движением я пресекла их намерения: подняв свинцовые руки, я положила их на спины Дары и Минзи. Я обняла их так крепко, как давно никого не обнимала. Слёзы безудержным потоком потекли из глаз. - Не требуй от меня того, чего я сделать не могла, Дара, - прошептала я. – Не проси объяснений, которых дать я не могу даже себе. Спустя какое-то время, я отстранилась от них и всмотрелась вдаль, считая своих людей. На глаз их было почти столько же, сколько и прежде. Моё лицо в один миг стало хмурым. «Как же тогда это произошло?» - Недоумевала я. – «Отобранные по наивысшим стандартам, охранники, упустили то, за чем было приказано следить, как за зеницей ока». В голову пришла мысль о предательстве кого-то из них, но огромным усилием я заставила себя не делать ни о чём выводы до того, как выслушаю объяснения. - Черин, - прозвучало у самого уха. Я дёрнулась от неожиданности и, обернувшись, увидела Квона. – Что делать думаешь? - Прежде всего, я хочу услышать объяснения, - я бросила многозначительный взгляд на мужчину-охранника недалеко от нас. - А потом? - Потом?... – Эхом откликнулась я. – Ну, всё зависит от того, что я услышу. - Куда ты пойдёшь? – Напрямик спросил парень. Я округлила глаза, смотря на него. – Что? Логично же, что ты тут не останешься ночевать у обломков. - У нас не один особняк в городе, - отчеканила я, параллельно вспоминая, куда я, действительно, могу отвести своих людей, Дару с Минзи и себя, в конце концов. – Тебя это не должно волновать. На моё самонадеянное заявление ДжиЁн ответил тем, что лишь поднял правую бровь. Я нахмурилась, понимая, что после наших сегодняшних разговоров, заявлять ему такое я попросту не имею права. Но прежде всего сейчас это разобраться со случившимся. «Я не могу позволить отвлечь себя!» С моих уст сорвался тяжёлый вздох. Противоречия идут одним за другим, в этом я не изменилась ни на йоту. В итоге, моё минутное, в буквальном смысле, самобичевание заканчивается тем, что я решаю оставаться до конца сильной и властной предводительницей группировки. - ДжиЁн, - выдыхаю я, - не принимай мои слова в штыки, но сейчас мои мысли заняты только отцом и… - CL, - серьёзным тоном обратился ко мне Квон в официальной форме, - не забывай, что я тоже предводитель группировки. Безусловно, я думаю о тебе и о твоём комфорте и безопасности, но подумай о своих людях. Разве это не требует немедленного разрешения? Он прав. Мне даже сказать в противовес нечего, потому что он прав. - Ну, хорошо! Что ты предлагаешь? У тебя явно были какие-то идеи, раз ты так настойчив в этом вопросе. - Как на счёт резиденции Гироцуки? Ступор настиг меня. Удостоверившись в реальности услышанного путём внимательного взгляда на серьёзное лицо парня, я усмехнулась. Это смахивало на совсем неуместную сейчас шутку или подкол. Я сложила руки на груди и устало потёрла лоб, на котором ясно виднелись складки. - Ты в своём уме, ДжиЁн? Не так давно, перед нашими людьми стояла задача убивать друг друга, а теперь ты предлагаешь мне притащить Синекупаруми прямо в сердце враждующей с нами группировки?! - Можно сказать… - Нет! – Твёрдо прервала его я, давая понять, что меня не переубедить. – Это сумасшествие. - Тогда хотя бы ты и твои подруги! – Поставил шах GD. - Я не брошу группировку! – Закусив нижнюю губу, выступила я. Только Квон хотел мне ответить той же монетой, как в разговор влез тот самый мужчина, которого я собиралась хорошенько допросить: - Мне неудобно вмешиваться и признаваться, но я услышал Ваши слова, госпожа. Было сложно их не услышать, вы в гневе всегда кричите… - Ну и что с того?! – Злость из-за упрямства ДжиЁна и правда не давала мне спокойно говорить. - Мои люди не маленькие дети, чтобы девушка, пусть и предводитель, беспокоилась о том, где они будут спать, - чётко проговаривая каждое слово, ответил охранник, горделиво выпячивая грудь. Услышав подобное, я чуть было не задохнулась от такой наглости. Цель выплеска моего гнева тут же сменилась. - Ты что себе думаешь, Ли Гон! Я для вас ни в каких случаях не предстаю, как девушка, ясно это тебе?! Я предводитель группировки, отдающий приказы, которым ВЫ ВСЕ должны беспрекословно подчиняться! В отличии замершего в шоке блондина рядом со мной мужчина и глазом не моргнул. Мне даже стало не по себе. Он действительно посмеет пойти против моего слова? - Каждый из нас уважает Ваше слово, и не за просто так. Вы не раз доказывали, что достойны быть нашим предводителем, но сейчас я прошу Вас прислушаться ко мне, как к старшему среди всех ваших людей и даже вас по возрасту. - Ладно, говори, - утихомирив свою гордость и упрямство, выдавила я из себя. - Одно то, что Вы вышли из одной машины с Квон ДжиЁном, даёт нам повод посчитать его верным Вам, - от меня не ускользнуло, как GD нахмурился при упоминании его, как верной собачки, - и если он приглашает Вас и Ваших друзей в свой дом, чтобы защитить, идите. Да, вы несёте ответственность перед нами и за нас, но не до такой степени, что будете опекаться о крыше над головой. Для нас это что-то вроде унижения, будто мы сами не можем позаботиться о себе. Мужчина говорил это так невозмутимо, что я даже усомнилась, обеспокоен ли он вообще в данной ситуации. Взглядом я окидывала то горящий особняк, то людей и машины недалеко, то мужчину передо мной, то двух девушек, то Квона. Последний упомянутый чуть ли не бровями сигнализировал, мол, ну решайся же быстрее. «Дурак», - пырхнула я. - Но куда ты поведёшь людей? – Обратилась я снова к старшему по охране. - В другую резиденцию, конечно же. - И почему я не могу пойти туда же?! Я что, на маленького ребёнка похожа? - Это ради вашей же безопасности. - Я не…! - Я взмахнула рукой, говоря на повышенном тоне, как вдруг почувствовала, как кто-то цепко вцепился мне в руку. Обернувшись, я увидела Минзи. Она смотрела мне в глаза, крепко держа мою руку. «Видимо, она подумала, что я хочу ударить его?» - Черин, пожалуйста, пойдём, - негромко, но настойчиво сказала девушка. Что я могла ответить? Отказать? Кое-как опустив руку, я ещё раз внимательно посмотрела на Минзи. За ней стояла Дара. То ли времена меняются, то ли я, но сейчас они кажутся мне такими беззащитными. Сильные, в состоянии постоять на себя, девушки в моих глазах сейчас стали сродни испуганному оленю, убегающему по лесу от собачьей погони. В голову вернулись мысли о похищении отца, сожжённом особняке и ХоЯ. «Я не могу больше заниматься всякой ерундой. Может произойти ещё одно нападение, если я поведу их в другой особняк». - Значит, так, - указным тоном начала я. – Ты ведёшь людей в резиденцию номер 3, а вы идёте со мной. Квон, ты не передумал? Вместо ответа парень рукой показал на машину, приглашая уже, наконец-то, уехать. До сих полная нерешительности, я помедлила, смотря вдаль уходящему Ли Гону, но в спину меня подтолкнула Дара и за руку тянула Минзи. «Да что тут, чёрт возьми, происходит?» - Эй, вы почему так энергичны? – Недоверчиво покосилась на них я, когда меня почти что запихнули в машину. Водитель предпочёл молчать в тряпочку, поэтому ни звука не издал, а спокойно завёл машину. ДжиЁн сел спереди, оставив нас располагаться на задних сидениях. Я чувствовала непреоборимое волнение перед встречей с Бом. Эту девушку я видела последний раз более полугода назад. В экстренной ситуации я смогла преодолеть неловкость в разговоре с Сандарой и Минзи, но Пак Бом Ли… - Мы не энергичны, - ответила Дара, - мы просто помогли тебе принять решение. - Зачем? - Посмотри на себя. И я посмотрела в зеркало возле водителя. Измученное лицо, взгляд изголодавшегося одинокого волка, разбитые колени, руки и одежда в крови. Последовал тяжёлый вздох. Я откинулась на спинку сидения, закрывая глаза. - И что? - Выдержала бы ты нападение во второй резиденции? Я не знаю, что произошло на той встрече, но явно, что-то невероятно серьёзное, раз ты вернулась в таком виде. Я воздержалась от ответа. Прежде чем рассказывать о последствиях встречи, нужно объясниться за свои предыдущие поступки, что было невозможно для меня в тот момент. Не то время, не то место. - Поговорим об этом позже. Что случилось в особняке, пока меня не было? Мой резкий переход от одной темы к другой смутил Дару. Когда я повернула голову, чтобы увидеть Минзи, то обнаружила её крепко спящей, прислонившейся к стеклу. «Ребёнок», - с нежностью подумала я, осторожно кладя её голову себе на плечо. Всё моё внимание было вновь обращено к Сандаре. Только я сейчас заметила, насколько уставшей выглядела девушка. Тёмные круги под глазами, измождённый взгляд и медленные движения. Жалость проснулась так не вовремя. - Сандара, - тихо обратилась к ней я, накрывая обеими руками её руку, - мне необходимо знать, что случилось, прямо сейчас и как можно подробнее. Позже, я обещаю, вы сможете отдохнуть. Если рассудить, то это по моей вине вы сейчас в таком положении. Это слишком мало для моей вины, но мне жаль. Девушка посмотрела на меня. Она часто прищуривалась, словно высматривая что-то. Я думала, что она отдёрнет свою руку, но Дара продолжала сидеть неподвижно. В этот раз я решила ждать, пока она ответит. Наконец-то, она начала говорить: - Поужинав, мы с Минзи шли в свою комнату. Охрана совершала очередной обход всего здания, поэтому мы несколько раз встречали охранников. Они осторожно проходили мимо нас, зная, что отвечают за нас перед тобой. Ничего не предвещало беды, но ровно в тот момент, когда я притронулась к дверной ручке, раздался взрыв в правом крыле, - Дара вздохнула, а я в свою очередь заметила, что Квон с неподдельным интересом вслушивается в речь девушки. – Мы не понимали, что происходит. Придя в себя, я схватила Минзи за руку и побежала туда, откуда мы пришли, надеясь найти охрану. Нам повезло – и уже через какое-то время мы были в холле в окружении готовых защитить нас людей Синекупаруми. Всё время я смотрела только на Минзи и под ноги, но в один момент отвела глаза… Это было ужасно. Сандара всхлипнула и закрыла лицо руками. Я была удивлена и никак не могла понять, что же там было такого ужасного. Она увидела трупы? Кровь? Людей в ужасных костюмах? Сотни вариантов киноплёнкой пролетели в голове, но ни один не показался мне более или менее реальным. Я положила руку ей на плечо, как бы поддерживая и сподвигая к продолжению. Мне не хотелось заставлять подругу плакать, но какой у меня был выбор? Отец неизвестно где и с кем, и самое главное - жив ли? Дара всхлипнула ещё раз и сделала несколько глубоких вдохов. - Не знаю, как это возможно, но за такое короткое время огонь из правого крыла успел распространиться аж до центрального холла, - продолжала она. - Я видела, как плавились величественные фрески на высоком потолке и стенах, как загорелся ковёр на лестнице, превращая ту в адский путь. Мои ноги будто налились свинцом, я не могла пошевелиться. Тогда раздался голос: «Бегите и скажите своей хозяйке, что её ждёт последний бой на завалах “Black Night” в 3 часа этой ночи. Если побрезгует приглашением или решит привести друзей, то старый император Синекупаруми умрёт». Девушка начала кашлять, видимо, дым ещё не полностью вышел из её лёгких. ДжиЁн подал ей воды с переднего сидения и бросил свой внимательный взгляд на меня. Мои ногти впивались до крови в ладони: со сжатыми кулаками было легче сдерживать себя. Я начала прерывисто вдыхать и выдыхать воздух. Даже Минзи почувствовала моё внутреннее волнение и проснулась, в недопонимании осмотревшись вокруг. Крик вырвался из моих лёгких. Крик, полный злости и ненависти. Желания мести. Жажды крови. Спинка переднего кресла, где сидел Квон, приняло на себя мой удар. Я замерла с вытянутой вперёд рукой и тяжело дышала. Водитель испуганно сжался в кресле, дрожащими руками сжав руль. - Черин, подожди, успо… - начала торопливо убаюкивать меня Минзи, но переданное мне сообщение стало последней каплей. - Нет! Я не успокоюсь! – Зарычала я, резко убирая руку от кресла. – Какого чёрта эта сумасшедшая возомнила о себе?! Что она Бог? Что она будет вершить судьбы других? - И что ты собираешься делать? – Спокойным голосом задал мне вопрос парень. - Что я собираюсь делать? Я дам ей последний бой. Я убью её. Восстановилась тишина. Прежде всегда спокойный Квон сейчас округлил глаза и пытался заглянуть мне прямо в душу. Похоже, он не думал, что я приму «приглашение» от Пак ХоЯ. Сандара и Минзи тоже предполагали иное решение - они во все глаза смотрели на меня. - Ты не сделаешь этого, - предупреждающие прошипел ДжиЁн, прищуривая глаза. – Этой ночью ты никуда не пойдёшь. - Пойду, ещё как пойду! – Я всё больше повышала голос. Сложно поверить, что какие-то 40 минут назад мы с этим человеком выглядели в глазах водителя, как влюблённые голубки. – Как ты можешь останавливать меня?! Даже сейчас, чёрт возьми, ты заботишься, чтобы я не поранилась, чтобы на мне лишней царапины не появилось. Мой отец в заложниках! Этот гордый человек сейчас может сидеть связанный и терпеть насмешки. А это приглашение? Это же смех! Эта ничтожная женщина смеётся надо мной! Я никому не позволю делать из меня посмешище, никому, слышишь?! Я не ребёнок под твоим покровительством, я предводитель группировки, я дочь Ли ХонСона! - Не ребёнок?! Ты так легко позволяешь гневу затмить голос разума! Ты самый настоящий ребёнок, потому, что руководишься только своими эмоциональными всплесками и долгом! До тех, кому ты дорога, кто любит тебя, тебе и дела нет! - GD окончательно вышел из себя, об этом свидетельствовала бурлящая в его глазах злость. – Мы продолжим разговор в моём доме. Он явно не собирался продолжать разговор, так как сразу же отвернулся, сев на сидении ровно. Впервые меня обдало волной чего-то, что было мне незнакомо. От неожиданности даже мой гнев слегка поутих – я была в ступоре. «Настоящий Квон ДжиЁн, - подумала я, почему-то, шокируя себя этой догадкой. – Властный, своевольный, считающий, что все вокруг в его руках, не терпящий, когда ему перечат». На моей памяти G-Dragon стоял передо мной таким давно, в нашу первую встречу и в борделе “G”. - Бордель “G”… - прошептала я. И я поняла. Кое-что из прошлого прояснилось для меня. Но я не стала говорить сейчас, я решила послушно дождаться приезда в особняк. «Тебе придётся кое в чём объясниться, "любимый"». Больше Дара и Минзи ничего не говорили. Скорее всего, они понимали, что пытаться обсудить со мной сейчас что-либо – не лучшая идея. Я и сама так считала. Сложив руки на груди и закинув ногу на ногу, что позволяла сделать просторная машина Квона, я мысленно была далеко. В моём сознании не было ничего, кроме злости. Ходячая бомба, достаточно упасть одной искре. В окне показался знакомый дом с прилегающим к нему садом. Как сейчас помню цветущие деревья в этом парке, который были видны из окна кабинета Чхве. Я вздохнула: мне предстояло ещё одно испытание – встреча с Пак Бом Ли и T.O.P. «Я для них предатель, изменник», - размышляла я, с грустью наблюдая за пролетающими за окном пейзажами. «Зачем я вообще согласилась ехать?... Ах, да, ради Сандары и Минзи. Но даже если отбросить доброту и любовь к ним, как причину… Как оказалось, Сынхён не виноват в смерти моей матери. И сколько я буду бегать от Бом?» Нужно признаться хотя бы себе, что после встречи с отцом Квона, я боялась показаться на глаза этой паре. Вдруг машина остановилась. Я на автомате протёрла глаза и поняла – мы на месте. Вот ДжиЁн выходит из машины, не дожидаясь водителя, громко хлопает дверью и машет выходящим из дому парню и девушке. Мужчина за рулём выскакивает из автомобиля и в растерянности смотрит на обе двери. Дара первая решается выйти, он замечает это и тут же открывает перед ней дверь. - Эй, ДжиЁн, тебя долго не было! Как ты, в чём дело? – Послышался знакомый бас. Видимо, к концу фразы мятноволосый предводитель увидел Дару, так как его голос приобрёл нотки удивления. - Дара? – Мягкий женский голос затронул во мне воспоминание о старой дружбе, отчего мне стало неуютно. Я неоднократно успела пожалеть о том, что приехала в этот дом. – Минзи? Что вы здесь делаете?! Я и забыла о том, что какое-то время они были заложниками здесь. Хорошо ли с ними обращались? Что, если им неприятно быть здесь? «Нет, в этом нет смысла. Они же сами подтолкнули меня сесть в машину, направляющуюся сюда». Паутина снова окружила меня, сделала своим узником. Только мне удавалось освободить одну руку или ногу, как на других конечностях нити только сгущались. - Хан, почему ты не уезжаешь? – Обратился к водителю T.O.P. - Но госпожа… ещё… в машине… - Бедный мужчина еле выдавил из себя ответ, заикаясь. Его точно пугали окружающие его люди, он хотел быстрее уйти отсюда и спрятаться в кругу своей семьи. - Какая госпожа? – Любопытствовала Бом, опережая своего гражданского супруга. – ИнСу? Тогда я поняла, что больше скрываться не могу. При всей моей власти, мне не удастся сберечь темноту вокруг себя – свет обязательно достигнет меня. Я медленно подвинулась к выходу из машины. «Главное, не потерять самообладание», - это последнее, о чём я подумала перед тем, как поставить ногу на землю. Я видела превышающий все ожидания шок на лицах этой пары. Чхве метнул требующий объяснений взгляд на ДжиЁна, тот сделал знак, мол, объясню всё позже. Бом неподвижно смотрела на меня. В её глазах я видела борьбу, жажду ударить меня и обнять – девушка колебалась в том, какое же решение ей принять. Видимо, гордость и обида взяли верх, потому, что в следующую секунду она вызывающе подняла подбородок и хотела было заговорить, но её опередил Сынхён: - Что ты здесь делаешь? – Он спрашивал без насмешки или злости, скорее, он просто недоумевал. Чхве Сынхён был из тех людей, которые требуют объяснений здесь и сейчас. - Топ, я же сказал, что объясню всё потом! – Вспылил ДжиЁн, одёргивая парня за руку. Я удивилась этому его жесту, потому раньше он никогда не проявлял резкости ни в словах, ни в действиях по отношению к Чхве. Главарь Гироцуки соизмерил Квона гневным взглядом, но перечить и спорить не стал. Похоже, он доверял ДжиЁну и верил, что тот не станет делать чего-то подобного без крайней на то нужды. Но до того, как он успел сделать шаг к дому, начала говорить Бом: - Я с нетерпением жду объяснений ДжиЁна, но будешь ли ты ждать? – Её глаза гневно сверкали – она была намерена выместить сейчас всю свою обиду и злость за моё своеобразное предательство. – По твоему внешнему виду мы можем судить так, что что-то случилось. Что-то очень серьёзное, может, даже с Синекупаруми. Что это? Ты ищешь убежища у враждующей с вами группировки? Ты хочешь спрятаться от своих обидчиков за нами?! - Бом!! – Одновременно закричали Сынхён и GD. Что один, что второй не могли поверить в то, что эта девушка смогла сказать такое мне в лицо. Почему-то, ДжиЁн тут же перевёл взгляд на меня. Он был уверен, что я взорвусь и даже в одиночку уничтожу причину моего унижения, и был полон готовности остановить меня. Но я не собиралась бросаться на Бом. Я слишком хорошо знала её, чтобы поверить в то, что она сама верит в то, что говорит сейчас. Мой голос не прозвучал, я осталась недвижима. - Почему ты молчишь? – Пак сжала руки в кулаки. – Что с тобой? Где твой норов? Передо мной стоит CL – Предводительница сильней группировки или CL – бедная, но своевольная боксёрша?! Я поднесла руку к веку правого глаза. Все замерли, ожидая моих дальнейших действий. Подушечками пальцев ощущался толстый слой подводки. Начиная от внутреннего уголка глаза, вдоль линии «стрелки» я провела рукой. На веке остался лишь едва заметный след от косметики. Так же и с левым веком. Я стёрла подводку с глаз. Стрелки всегда были нарисованы на моих глазах, не было их только ночью, когда я спала. Они были сродни кольцу Синекупаруми – символы, которые всегда были при мне. Я была удивлена, так как за сегодня из глаз не раз катились слёзы, а косметика осталась. Теперь же я стояла перед Бом, Сандарой, Минзи, Топом и ДжиЁном такой, какой я, казалось, была так давно. - Перед тобой стоит Ли Черин, 18 лет отроду. Не CL, за душой у которой множество грехов, в которых она не будет раскаиваться, а я сожалею. Я признаю свою ошибку, и, хотя моим ужасным действиям есть объяснение, я не буду оправдываться. В моей жизни был период, когда вы мне помогли, я этого не забуду. Мне стыдно, что я отплатила подобной монетой. Далее произошло такое, чего я никак не ожидала: Бом быстро преодолела расстояние между нами, запустила руки в пространство между моими руками и моим телом, и прижалась ко мне. Я не знала, как мне реагировать, и пару секунд просто держала руки немного разведёнными в стороны. Её объятия были похожи на объятия Дары и Минзи: такие же крепкие, целью которых было удержать и никогда не отпустить. Я положила одну руку ей на голову и медленно поглаживала по волосам, второй приобняла за плечи. Несмотря на то, что она была старше меня, старшей всегда себя проявляла я. - Но, Бом, - обратилась я к ней, осторожно проговаривая имя, и интонацией побуждала слушать всех, - я не ищу защиты. По крайней мере, для себя. Я буду рада примирению между нами, но если я произвожу впечатление беззащитного лидера разбитой группировки, я уйду. - Нет! – Она слегка отстранилась от меня, чтобы иметь возможность посмотреть мне в глаза. – Я не позволю тебе снова уйти! Я научена горьким опытом, что значит отпускать тебя. Я усмехнулась, а затем звонко засмеялась. Ощущение беспечной молодости окутало меня, я позволила себе отдохнуть душой, хотя бы, пару секунд. - Неужели я так важна для тебя? – Спросила я у неё, не убирая улыбку с лица. Девушка иронично вздохнула, будто прозвучавший только что вопрос был невероятно глупым, ответ на него был до жути очевидным. - Если ты только сейчас это поняла, то ты такая несмышлёная! – Её глаза-полумесяцы светились добротой. – Совсем не похожа на девушку, думаешь только о своих обязанностях перед своей бандой! Мне жалко Джи, ему, наверное, так трудно с тобой. Улыбка медленно сползла с моего лица. Я посмотрела на ДжиЁна – он обижено отвёл глаза. «За что меня все вокруг ругают? Разве я плохо поступаю, заботясь о группировке? Такое впечатление, будто я маленькая глупая девочка». Когда я в недовольстве закусила нижнюю губу, девушка опомнилась и тут же потянула меня за руку к дому, зовя за собой Дару и Минзи. Мне было неловко, особенно хотелось спрятать глаза, когда мы проходили мимо слегка шокированного Сынхёна и молчаливого Квона. Уже на входе в дом я краем глаза увидела их медленно идущих вслед за нами. Девушки щебетали между собой, словно ничего и не случилось. Я прекрасно знала эту игру – они делали вид, что всё хорошо, так должно быть. Превращая любое волнение в будничное дело, люди упрощают себе жизни. Но мне так делать не удавалось. - Бом, - обратилась я к Пак, вкладывая в голос как можно нежности, - не хочу показаться наглой, но не могла бы ты с девочками что-то принести перекусить? Что-то так кушать захотелось… Подобные милые речи действовали на эту девушку мгновенно: она кивнула, подхватила под руки Дару и Минзи и понеслась с ними в сторону кухню, щебеча с энтузиазмом о навыках их личного кондитера. Перед тем, как они скрылись за поворотом, Минзи обернулась и грустно посмотрела на меня. Она, безусловно, поняла, что я просто отослала их, как сделала это с Дэсоном. Я повернулась к мужчинам. - T.O.P, мы можем поговорить? – Мой тон резко стал серьёзным. - Я начал разговор ещё на улице, так что ты знаешь мой ответ, - ответил он и указал рукой на знакомую лестницу. Я оказалась права в своих догадках – мы зашли в кабинет, где говорили в последний раз, с видом из окна на сад с цветущими весной деревьями. Я затормозила в дверном проёме, предаваясь воспоминаниям. Запутавшийся в волосах утренний иней, эхо в ушах от шума турбин, звонок отца, мой дрожащий голос. Когда я сказала, что хочу уйти, 3 взгляда скрестились на мне. Самым жгучим был взгляд карих глаз ДжиЁна. Только сейчас я понимаю, почему он догнал меня у двери. «Мне потребовалось так много времени, чтобы понять это», - мой тяжёлый вздох сопровождала боль. - Черин? – Окликнул меня Топ, садясь в кресло. В этот раз в комнате стоял длинный стол, будто предназначенный для переговоров. Чхве сел во главе стола, Квон предпочёл кресло у стены неудобному стулу. Я не спешила садиться, внимательным взглядом обводя всё вокруг. - Может, настало время для откровений? – Снова заговорил Сынхён, закуривая сигарету. - Хочешь услышать всё, начиная с момента, как я покинула эту комнату? – На моём лице появилась странная усмешка. - Именно. И я начала говорить. Рассказала, как недалеко от дома меня ждал Дэсон, как меня впервые привели в резиденцию Синекупаруми, о встрече с отцом, упомянула нечастный случай с его ногой и как я поклялась разделить с ним его ношу. - Так вот как ты стала предводителем, - подытожил мой рассказ Топ, перебивая меня. Он посмотрел на меня, и я прочитала в его глазах искреннее удивление. - В тот момент мною руководила крепкая привязанность к отцу и ответственность за нашу с ним месть. Тогда, как вы знаете, мы наметили вас – сыновей убийц – целью нашей мести. Мысли о том, что будет в моих руках, что я приму эстафету, будоражило мою кровь. Когда дальнейшее лечение конечности можно было проводить в домашних условиях, мы вернулись в особняк. Тогда я впервые увидела то, во что я положу себя и свою жизнь – выйдя на один из балконов, я увидела, что во дворе столпилось невероятное количество людей. Я сразу догадалась кто это. Они начали кричать и приветствовать меня, как нового предводителя. Кто бы мог подумать, что их такое признание будет похоже на процедуру коронации, - закончив, я улыбнулась. Этот эпизод моей жизни вызывал у меня улыбку каждый раз, как я вспоминала о нём. GD не сводил с меня глаз на протяжении всего разговора. Я поняла, что ему не терпится перейти к теме сегодняшнего «приглашения», но торопиться нельзя было – между мной и первым предводителем Гироцуки стояла стена из недопонимания, которую мне предстояло разрушить, рассказав всю правду. Спустя какое-то время, он вышел из раздумий и жестом попросил меня продолжить, что я и сделала. До чего же странно обернулось всё. Могла ли я представить себе такую ситуацию тогда, когда я уставшая плелась домой и обнаружила на двери ключи от машины, послужившие билетом на очередную «стрелу». Как я ненавидела Квон ДжиЁна! Как презирала его! «До чего самодовольный и фамильярный!» думалось мне в тот момент. И что теперь?.. Когда мой рассказ дошёл до эпизода с пожаром в резиденции, лицо Топа исказилось в неподдельном шоке. Ему было сложно поверить, что, несмотря на всю охрану, особняк пал от поджога от чьих-то рук. - А что говорит об этом твой отец? – Задал он вопрос, постукивая пальцами по гладкой поверхности стола. Мы с ДжиЁном обменялись мимолётными взглядами, и от Чхве это не ускользнуло. – Что? В чём дело? - Его похитили, - впервые за весь разговор подал голос блондин. – Ни у кого из нас нет сомнений, кто бы это мог быть. - Пак ХоЯ, - холодным, как сталь, голосом я огласила имя той, которую вскоре собиралась уничтожить. Мятноволосый предводитель замер. Столько шокирующих новостей – даже ему нужно какое-то время, чтобы всё обдумать и придать этим фактам вид «обычного дела», как это всегда делается с внезапными новостями. Я следила за его реакцией: холодный и сосредоточенный, как обычно, взгляд, застывшие мышцы лица и только рот – единственное, что никогда не удавалось Чхве держать под контролем – выдавал внутреннюю борьбу. Уголки рта то подымались, то опускались. Я в нетерпении тоже начала стучать пальцами по отполированной поверхности столп, сделанного из дуба. В ожидании всегда начинаешь замечать мелочи. - Я не понимаю, - пробормотал Сынхён, - просто не понимаю. Что это всё значит? Она провернула так, чтобы ты со своим отцом обрушила свою месть на нас, а затем она сжигает ваш особняк и похищает Ли ХонСона. В чём проблема этой женщины? - Мы не знаем… - начал в нерешительности ДжиЁн, но я перебила его. - Дара и Минзи передали мне приглашение. В 3 часа сегодня ночью я должна быть на руинах старого бойцовского клуба и принять бой. Одна. - И ты… - Вкрадчиво допытывался Топ, прищурившись. Он боялся, что его догадка была верной. - Ты ещё спрашиваешь? – Я сжала руку в кулак. – Она нанесла мне и моей семье непоправимый урон. Я презираю её, ненавижу. Моя мать ушла из-за неё, отец подвергается смертельной опасности по её милости, и ты спрашиваешь, пойду ли я? Оба мои собеседника напряглись: Квон встал, а Чхве принял ровную сидячую позу, положив сплетённые замком руки на стол. - В какой-то мере я понимаю твои чувства, но ты не должна отворачиваться от здравого смысла. Я пырхнула, усмехаясь. Это было просто смешно. Моя поза в кресле была какой-то вызывающей, но я не могла отказать себе в этом удовольствии. Слишком долго сегодня я пряталась, бегала и боялась. - Что ТЫ можешь знать о моих чувствах? Ты терял мать? А был 3 года заложником в подпольном клубе, доводил людей до предсмертного состояния? Или, может, перед тобой стоял выбор: спасти отца или нет? – Гримаса на моём лице стала глумливой. – Я не пытаюсь вызвать сейчас жалость или пробудить в тебе желание помочь. Это лишь прояснение того, в чём ты заблуждаешься. Между мной и Сынхёном в окно пролетел вазон с цветами. Я распахнула глаза и проследила траекторию полёта. С полу вытянутой рукой перед нами стоял GD. Его глаза горели яростью, а дыхание было прерывчатым. Впервые мне приходилось его видеть таким. В мою душу закралось что-то вроде страха перед его гневом, и этот страх никак не удавалось укротить. - Ты, - сквозь зубы прошипел он, - глупая девчонка! Разглагольствуешь о своих чувствах, которые никому не понять? А уверена ли ты в том, что понимаешь чувства окружающих тебя? - Я… - Ни черта ты не понимаешь, вот что я тебе скажу! – Парень грубо прервал меня. Казалось, вокруг него в ту минуту начнёт витать дым. – Ты не видишь границ своего могущества. Независимость кажется тебе главным твоим богатством. Неужели?! Ты пойдёшь туда одна, и тебе повезёт, если ты хотя бы доедешь до руин! А только ты выйдешь из машины: о, сколько вариантов развития событий! Я боялась его. Воистину страх овладел мной. Но это не было чем-то, что вызвало бы у меня презрение: это что-то вроде страха человека перед стихией, ты не можешь говорить, что опустился низко, ведь боятся этого естественно. Это же испытывала и я. Ему настолько хотелось проучить меня и доказать, что он прав, что ДжиЁн, казалось, не остановиться даже перед грубостью и насилием. Вот он замолкает и начинает медленно обходить стол по направлению ко мне. Краем глаза я вижу, что Топ насторожился, это успокаивает, но все крошки уверенности разлетаются, подобно пеплу на ветру, когда блондин резко бросается ко мне, вставшей с кресла, и хватает рукой за горло. Не больно, я не задыхаюсь, но как жжёт серебро колец на пальцах! - Тебя схватят спереди и задушат, как последнюю шавку. Или нет, - он резко повернул меня к себе спиной, не убирая руку с шеи – лишь поменяв угол хватки. Вторая его рука схватила пояс на моём платье, - огромный накачанный мужлан, как один из твоих верных псов, подойдёт сзади, вот так, и возьмёт на месте. Ты же понимаешь, что я имею в виду? Я пыталась убрать его руку с моей шеи, но он держал крепко. Когда я хотела вдохнуть воздух, чувствовалась его рука на поясе, который находился на талии, из-за чего я тут же прерывала поступление воздуха – мне было неловко чувствовать его прикосновения. Прежде, чем бунтовать так, как умею и могу позволить себе рядом с ним только я, я заговорила: - Это всё очень интересно, но совершенно не в новинку. Ты заблуждаешься на счёт меня… Он не слушал. Квон ДжиЁн не терпел, когда ему перечат. Почему я поняла это только сейчас? Парень тихо зашипел от переполняющей его злости, обдавая ухо горячим дыханием, и занёс руку, будто хотел вонзить в меня что-то. - Вот, что будет! – Он резко опустил руку и поднёс её максимально близко к моей груди. – Столько способов убить тебя, когда ты такая смелая, одна, строишь из себя непобедимую, но на деле всего лишь слабая девушка!.. Я ударила его локтём в живот, повернулась на 180 градусов и в этот раз я схватила его за шею, опрокидывая на стол. Сынхён встал, требуя прекратить это, но это было только начало. Начало нашей схватки с GD. Он сверлил, испепелял меня взглядом. Думаю, если бы глазами можно было бы убивать, я бы уже отдала Богу душу. Я склонилась над ним, между нашими лицами было каких-то несколько сантиметров. - Ах, ты такой расчётливый! Предугадал все-все-все. Мне стоит поучиться у такого, как ты. Как я должна обращаться к тебе в таком случае? – Я сделала предельно милое личико и слащаво протянула, - Сонбэнни-и-м. Правильно? Парень дёрнулся, чтобы встать, но весом своего тела я удержала на его месте. В моих планах не было такого быстрого поднятия белого флага. - Не понимаю чувства? Да, я не могу их понять! На первом месте для меня долг, долг перед моим отцом и матерью! Долг перед группировкой, за которой я в ответе перед собой и совестью своей. Не читай мне тирад, Квон ДжиЁн, уже поздно учить меня мнимому благоразумию. Тело подо мной обмякло. Не было сопротивления или давления. К своему величайшему удивлению, в глазах напротив я чётко увидела, как ярость и гнев сменяются глубокой печалью. С ужасом я попятилась назад. «Что я наделала?! – Вскричала мысленно я. – Зачем была так груба? Он же любит меня, он…» Мне было нелегко сдержаться, чтобы не закрыть лицо руками. Борьба между долгом и чувствами, тягостная борьба. Боль отпечатывалась в моём сердце, подобно кровавой печати. G-Dragon тем временем сел на краю стола и уставился в пол. Мы оба сожалели. Я в этом себе уже призналась и чувствовала, как тяжело ДжиЁну посмотреть на меня. Ни он, ни я не могли простить себе того, что только что сделали. - Черин, ты не можешь туда идти, - твёрдым, не терпящим отказов, голосом разрушил молчание Топ. Я колебалась пару секунд, после чего с улыбкой подняла голову. Решение было давно принято. - Сынхён, это всё пустая трата времени. Для меня всё решено уже давно. Этот разговор вёлся мною не в русло разубеждения. Я посчитала, что ты имеешь право знать. Что касается Бом… она не должна ничего знать. Это моя искренняя просьба. Если ты когда-то посчитал меня своим другом, тогда ты не скажешь ей. Чхве обессилено опустил голову. Даже такой человек, как он, может зайти в тупик и прочувствовать на себе, что такое слабость перед чем-то. Когда я двинулась к двери, он снова заговорил. - Ты идёшь на верную смерть, Ли Черин. Как ты этого не поймёшь? - Если мне суждено утонуть, так почему не опуститься на самое дно? Ответив так, я открыла дверь. Слёзы были готовы вот-вот брызнуть из глаз, драматизм ситуации доходил до своего апогея, у меня было твёрдое предчувствие того, что я больше никогда не вернусь сюда. На этом всё не закончилось: на входе в кабинет, прямо передо мной стояла Бом с подносом со сладким на нём в руках. Она вся съёжилась, поджала губы и в глазах её стояли слёзы. «Она слышала!» - Ты…ты… - она не могла ничего сказать. – Почему, Черин? Почему ты не слушаешь никого? Мы бы придумали что-то, мы бы… Ты бы не пошла одна. Ты не одна. Девушка выронила поднос и поднесла руки к лицу. Я пожалела, что пришла в этот дом. Что я могла сделать? Что нужно было сказать? Я была беспомощна, как новорождённый ребёнок. Смотреть на содрогающуюся в рыданиях Пак Бом мне было больно. Меньше всего я хотела сделать больно этой милой девушке, верящей, что всегда всё решается мирно и добро побеждает. Даже жизнь с таким человеком, как Топ, не смогла разубедить её в этом. С каждым моим приходом и уходом в этот дом в нём поселялась тоска, и повисало утруждающее молчание. «В этот раз, всё будет иначе. Я уйду тихо, оставив перед этим счастливые моменты». - Малышка Бом, - проговорила я, обнимая её. – Мне тяжело. Мне очень тяжело. Так и быть: я останусь. Я приму твою помощь. Прозвучало, как мне казалось, нелепо и наиграно, совсем не похоже не правду. Я никогда не была хорошей актрисой. Но девушка вдруг встрепенулась и подняла на меня свои полные радости и триумфа глаза-полумесяцы. Бом захихикала и крепко-крепко сжала меня в моих объятиях. Я улыбнулась и прильнула к ней. Тяжёлый ком стал в горле, глаза всё так же предательски щипало, но свою роль я собиралась играть до конца. Атмосфера вдруг стала непринуждённее. Бом щебетала, как раньше, Дара и Минзи были счастливы провести часы в домашнем уюте, даже Чхве Сынхён снисходительно улыбался, наблюдая за детскими шалостями взрослых девушек. Я держалась в стороне и дарила улыбки, ступая каждый раз по кинжалам. Я хотела заставить себя радоваться и наслаждаться счастьем, но чей-то жгучий и недоверчивый взгляд напоминал мне об острой и ужасной боли. Повернув голову, я увидела бледного и молчаливого Квона, сидящего за столом. Он не участвовал в весёлой беседе, только кивал или изредка улыбался. ДжиЁн был подавлен так же, как и я, но не мог скрыть этого. Парень поднял голову, и мы встретились взглядами. Моё лицо озарила улыбка, даже глаза заблестели от поддельного счастья. В ответ он что-то прошептал. Я не поняла, и он сделал это ещё раз. По губам мне удалось прочитать: «Черин или CL?». Ужин закончился, все разошлись по своим комнатам. Наши с ДжиЁном комнаты снова были рядом. Вскоре мы шли по коридору одни. Темноту прорезал слабый свет настенных светильников и лунный свет из редких окон. Когда я дошла до своей комнаты, я поняла, что блондин не собирается уходить. Без возражений я открыла дверь, зашла и впустила его. Это была довольно большая по своим размерам комната, точнее, спальня. Огромное окно, на всю стену, позволявшее освещать всю комнату бледному Месяцу, в углу стояло кресло, небольшой книжный шкаф и торшер. Изюминкой была широкая кровать с тяжёлым балдахином из бархата красного цвета и бесчисленным количеством подушек. Невольно я взглянула на своё отражение в зеркале будуара: одежда на мне была потрёпанной, платье, прежде такое красивое, было с порванным низом и кровавыми пятнами, на руке неуклюже смотрелись бинты, которыми Дара кое-как перебинтовала мои раны. «Что за зрелище». Переодевшись после душа, я вышла из ванной комнаты и увидела, что ДжиЁн всё ещё здесь. Он сидел сбоку кровати, оперившись на неё спиной и положив руки на согнутые в коленях ноги. Заметив моё присутствие, он не поворачивая головы, посмотрел на меня. Я молчаливо прошла мимо и легла на кровать с другой стороны. Так продолжалось 10 минут…20 минут…полчаса… - Ты же устал, - смогла выдавить я из себя. – Иди спать. - Черин, ты не изменила своего решения? Такое громкое биение. Глупое сердце. - Глупости. Ты сам слышал. - Никто не знает тебя так, как знаю я. Твоя привязанность к Бом заставила тебя придумать себе роль и играть до конца, но не отказаться от долга. Ты ведь так называешь причину своей упрямости? - Уходи. Мой голос дрогнул, потому что слёзы окропляли шёлковое постельное бельё подо мной. Я сжимала в руке подушку и закусывала губу, чтобы не выдать тебя. «Не мучай меня, уходи. До самого конца мои слабости останутся только моим достоянием». - Ты плачешь? - Нет. Я почувствовала, как матрас прогнулся сзади меня от чьей-то тяжести. Не успела я вытереть слёзы, как парень перевернул меня на спину и навис надо мной. Мой испуганный взгляд устремился в его глаза. - Я так и знал. Почему ты врёшь? Ведь ты плачешь. Его светлые волосы растрепались, придавая его причёске беспорядочный вид. Кажется, он совсем не изменился за это время. Те же черты лица, тот же острый подбородок, родинка у глаза и красивые, не подведённые сейчас, глаза. Только их карий цвет стал полон печали и тревоги. - Потому я и не ушёл, - медленно говорил он, и я открывала для себя, какой, оказывается, у него приятный высокий голос, - ведь знал, что ты всё равно пойдёшь туда. - Почему ты мучаешь меня? – Прошептала я, вздрогнув от всхлипа. – Уходи, отпусти меня. Всё решено и… - Ничего не решено! Квон резко поднял меня, переводя в сидячую позу, и прижал к себе. Я протянула руки и обняла его. «Даже если я уйду и больше никогда не вернусь, я не буду ни о чём сожалеть, если только скажу Квон ДжиЁну, как я люблю его». POV GD Что злило меня, так это то, что она не видела впритык моего страха. Страха потерять её. Смелая, благородная, верная своему долгу, но такая беспечная и по-детски наивная. Она чётко следует правилам игры, исключая из неё всё и любого, кто становиться на её пути. Был ли я одной из этой преград? Размышления на эту тему и доводили меня до состояния быка, увидевшего красную тряпку. Я был одержим одним единственным человеком, которым была женщина. К чему меня это в итоге приведёт? Я очнулся, только когда чувствовал на шее хватку её тонких пальцев с длинными ногтями, впивающимися в кожу. Ужас вперемешку с болью накрыл моё сознание. «Как я мог?! Почему я не сдержал себя? Я схожу с ума…» Мне казалось, что я сам подтолкнул её к тому, чтобы приписать мне приговор об исключении из игры. Её игры. Затем я услышал, как резко изменилось её решение. Готовая сорваться и мчать на поле боя, она улыбается Бом и принимает её помощь. Все с радостью верят этому, но я не могу заставить себя закрыть глаза на её тяжёлый вздох и полный грусти взгляд вслед Пак. В тот момент я понял, как хорошо изучил её. Как хорошо знаю эту девушку, её привычки и вещи, которые выдают её настоящий настрой. Сейчас Черин была на краю пропасти, так близко, так щекотливо, что можно услышать завывание ветра между скалами. Отступит или сделает шаг? Мы не всё сказали друг другу, она не может врать мне! Понятливая парочка – хозяева этого дома – дала комнату в крыле дома, которое я выкупил. Шли в напряжённой тишине, я смотрел в спину девушке и не знал, как выразить всё, что чувствую. Как выразить, что моя жизнь утратит краски без неё? Сиел впустила меня. Не закрыла перед носом дверь, уступчиво подождала, пока зайду и закрыла дверь. Может, я натолкнул её на странные мысли о моём нахождении здесь – она почти сразу скрылась в ванной. Я устало побрёл к кровати, но сел на пол около неё. Нужно было дать понять, что влечение, которое я чувствую к ней, гораздо выше, чем приземлённое физическое. Она не похожа на ИнСу, не похожа на Бом - уникальная девушка со своими устоями и гордостью, подобной врождённой гордости льва. Из раздумий меня вывела она же. Как-то отрешённо пересекла комнату и легла в кровать. Перебросившись парой фраз, я услышал в её голосе настолько ярко выраженную фальшь, что не поверил ни единому слову. Уходить я не собирался. Ужасная боль прорезала моё сердце при виде её слёз и полных отчаяния глаз. Я знал, что мои полны того же чувства. Прижав Черин к себе, я сжимал её так сильно, будто боялся, что она испариться тут же. Вместо радостного смеха, я захотел выть от горести, когда почувствовал такие нежные руки на своей спине. Как я могу потерять это? Что я буду делать, если её не будет рядом? - Не уходи. Или пойдём вместе! Я хорошо скроюсь, никто ничего не увидит. Прошу тебя, не иди сама… - Шептал я в забытьи, вдыхая запах её мокрых волос. - От любви стало так тяжело, - я вздрогнул, когда услышал её голос. - Что мы наделали? Зачем полюбили? Будь всё иначе, ты бы сейчас был с какой-то другой, более раскованной и наслаждающейся жизнью девушкой, а я без сожалений и раздумий поехала бы к ХоЯ. - Не жалей. Я не жалею и ты не жалей. Я нашёл тебя в таких странных обстоятельствах и не хочу терять. Что мне до остальных девушек, до этих простушек, думающих только о том, с кем они разделят кровать это ночью? Я полюбил тебя за то, что ты – это ты. Гордая и непреклонная, но всегда такая искренняя и прямая в своих суждениях. Красивая Черин, я помню наш первый поцелуй. До сих пор я помню это и никогда не забуду. Ватикан – место, где я полюбил тебя, Ли Черин. Я причинял этими словами боль и ей, и себе. Не зная, что будет, я просто говорил, говорил всё, что приходило в голову. Когда девушка потянулась ко мне, и я почувствовал тепло на губах, я широко открыл глаза. И закрыл. Я целовал любимую девушку со слезами, текущими по щекам. А потом забытье. Я упал в пропасть и застрял в воздушной массе. Чувствуя, как сквозь меня проходит воздух, как между пальцев пробирается туман. В голове был только один образ: молодой боксёрши, которую я увидел на стрелке Чхве и Пак ХоЯ. POV CL Я ни о чём не сожалею… Ни о чём… Просторная кухня удивляла меня своим разнообразием посуды и приправ. Я не сразу нашла вино, которое любезно согласилась принести к ужину. Послышались шаги. Обернувшись, увидела притихшую Минзи. - Что такое, Минзи-а? - Черин, ты можешь обмануть беспечную Пак Бом и даже войти в доверие своей выходкой к Топу, но неужели думаешь, что я поверю твоей смиренности? В голосе её не было осуждения или злости, девушка скорее жалела и сочувствовала. Я крепче сжала горлышко бутылки и отвела взгляд. Ответить было нечего. - Я была с тобой так долго, - продолжала Минзи, - и прекрасно знаю твою натуру. В моих намерениях нет мысли останавливать тебя: я знаю, что обречена на провал. Трудно представить нашу жизнь без тебя, но я буду верить в тебя до самого конца. Ты вернёшься. Если же нет, это было только твоё решение. Я внимательно посмотрела на неё. Поддержка? Искренняя улыбка отразилась на моём лице. - Ты всегда понимала меня, - с нежностью ответила я, подходя ближе. – Спасибо тебе. - Но… Квон ДжиЁн тоже знает. - Что? – Удивлённо переспросила я, хотя и сама это знала. - Между вами есть некая связь, это можно заметить, если быть достаточно внимательным. Он не верит твоей игре и знает, что ты собираешься идти. Тяжёлый вздох сорвался с моих уст. Я не знала, что делать с этим. Ни Чхве, ни Бом, никто либо ещё не мог стать такой преградой к тому, что суждено, как GD. - Я кое-что придумала… - девушка заговорщически приложила палец к губам и жестом подозвала к себе. Я подошла и подставила ухо. Прерывистым дыханием Минзи обдавала мою кожу и шёпотом выдавала ужасную затею. Суть её была в том, что девушка подсыплет крепкого снотворного в бокал Квона, когда будет наливать вино. - Дара очень плохо спала после нашего похищения, даже когда мы пришли в вашу спокойную резиденцию. Так как она иногда может вспылить и переборщить с дозой, я ношу упаковку с собой, - с этими словами она достала из кармана небольшую бутылочку с таблетками. - А что если… - испуганно предположила я. Мысль о том, что намерено я могу причинить вред этому человеку, приводила меня в ужас. - Нет-нет. Он всего лишь крепко заснёт на некоторое время. Достаточно для того, чтобы ты успела уйти. Я колебалась, но в итоге сдалась. Доверие Гон Минзи было крепким, и я кивнула, хоть и было на сердце тяжело от осознания того, на что я иду. Мы вышли из кухни, мило улыбаясь присутствующим в зале. Веки склонившегося надо мной парня налились свинцом, отяжелели, и он опустился рядом со мной на мягкую постель, поддерживаемый мною. С неприсущей мне нежностью я погладила его по щеке и осторожно встала с постели. Разрушенный клуб находился далеко. «Если я пойду сейчас, будет время прокрасться к машине и доехать вовремя». В шкафу я нашла сменную одежду, так мило подаренную мне Бом. Серого цвета джинсы, рубашка и куртка. Я поспешно оделась и подошла к окну, выглядывая из-за штор. - Помни, последний обход охранниками проводится в час ночи. Следующий только под утро. Это твой шанс, - наставляла меня Минзи, передавая то, что узнала от хозяйки этого дома. Наконец-то, двор опустел. Я поняла, что время пришло. Потянулась к ручке на окне, но остановилась. На пальце сияло кольцо Синекупаруми. Мне показалось одно решение верным: я повернулась, взяла руку спящего ДжиЁна и вложила в неё кольцо. «Ты тот, кто позаботиться о том, о чём не смогла позаботиться я», - с грустью говорила с ним. Не было уверенности, что он услышал, но его находка после пробуждения скажет всё сама за себя. Из открытого окна в лицо хлынул холодный ночной воздух. Осень в Сеуле была мёрзлой, дождливой и меланхоличной. Ветер играл с моими волосами. Осмотревшись, я увидела слева от себя водосточную трубу на стене дома. Она была сооружена из многочисленных скрепленных частей, выступы можно было использовать, как скалолазы используют выступы камней на скале. «Сомнительная идея», - подумала я, учитывая, что стою на третьем этаже. Рука сжимала холодный пластик, я боялась сорваться каждую минуту. На уровне 2 этажа я отпустила трубу, полагаясь на удачное приземление. И вовремя: во дворе кто-то появился. Затаив дыхания, я прижалась к земле, окружённая кустами. - Ты что-то слышал? – Раздался мужской голос. - Тебе кажется уже. Хаха, заяц! Со смехом мужчины скрылись за углом дома. Сердце билось так громко, что я боялась, как бы меня не поймали из-за этого, но никто не вернулся. Было снова тихо. Я глянула поверх кустов. - Я слышала, что сегодня ночью один из людей Чхве поедет по делам к другой группировке. Это молодой парень, справиться с ним ничего не стоит. Тогда ты сможешь добыть машину, - глаза Минзи игриво блестели, её детской натуре нравилось участвовать в подобном заговоре. И я действительно увидела за калиткой какого-то парня лет 25. Пробежав на цыпочках через двор, я осторожно открыла калитку и покинула территорию резиденции Гироцуки. Я думала, что душа покинет меня – настолько я нервничала. «Что будет, если меня уличат и пойдут за мной? Это же провал!» Удар ребром руки по шее мгновенно отключил паренька, и кое-как мне удалось дотащить его до калитки. За рулём низкой спортивной машины я почувствовала себя уверенней. «Часть дела сделана», - выдохнула я. Заведя автомобиль, я выехала со стоянки. Я не обращала внимания на ночные виды этого города. Всё внимание сосредоточено на дороге, мысли только о предстоящем бое и призе за первое место – жизнь отца и сладкий вкус мести. «Что, если я действительно проиграю, - размышляла я с тревогой, - что будет тогда? Опасения ДжиЁна окажутся правдой, и я паду так глупо…» Показался разрушенный взрывом клуб. Сколько прошло времени с того момента, как последний раз я была тут? Более полугода. Выйдя из машины, я двинулась к руинам. Вокруг стояла тишина, так пугавшая меня. «Я не боюсь, не боюсь! – Сжимала я кулаки, ускоряя шаг. – Никому не удастся меня запугать!» Внезапный шум сзади, грубая сильная хватка, закрывающая рот, застали меня врасплох. Почувствовав, как рука нападающего подымается, готовясь вот-вот нанести настоящий удар ножом, я лишь горько усмехнулась. «Неужели, таков будет мой конец? Мои часы сочтены. Я и правда оказалась глупой и слабой девушкой. Как смешно… Прости меня, Квон ДжиЁн». Я люблю тебя. * - слова относятся к преданию, касающемся демонологии. Это можно увидеть во втором мюзикле Тёмного Дворецкого: призыв демона и закрепление контракта производится тем, что человек произносит имя данного мифического существа (Прим. автора). Здесь ДжиЁн просто играет словами.