Нежить

Снейп стоял по щиколотку в болотной жиже и смотрел, как горящая избушка, не сбавляя скорости, уносит старую ведьму в сторону реки. Несмотря на большую высоту, приземление прошло довольно удачно, без серьёзных повреждений. Опасение внушало лишь психическое состояние Варвары, сидевшей чуть поодаль и созерцавшей багровую полосу на востоке. Как только опасность миновала, она враз растеряла всю свою воинственность и теперь пыталась осмыслить произошедшее. — Что, Варенька, сказка страшной оказалась? — Сев, эта тварь по потолку бегала… Зачем мы только полезли в это болото?! Варвара бормотала что-то ещё, но Снейп уже не слушал. Утешать он всё равно не умел, потому дал ей время посокрушаться о содеянном и углубился в собственные мысли. Всё-таки сегодняшняя вылазка того стоила. Дар мудрого старца, значит. В благодарность! Вот отчего бы было не намекнуть на возможность подобного подарка? Встретить бы этого старца и убить ещё раз. — Варя, хватит ныть, давай выбираться отсюда, — грубо, но если начать миндальничать, то она совсем раскиснет. Варвара не ответила, продолжая беззвучно всхлипывать. — Варенька, ты ведь не желаешь встречаться с другими обитателями этого странного места? Неизвестно, какая ещё нечисть водится на здешних болотах. Конечно, Варенька не желала. — А в какой стороне посёлок? — спросила она, вытирая слёзы грязным рукавом куртки. — Восток — справа, Енисей — слева. Выйдем к реке, а там разберёмся.

***

С тёмно-серого неба моросило как из мелкого сита, что придавало и без того неприветливому месту особую мрачность. Неестественную тишину леса нарушал лишь хруст ягеля под ногами, и любой шорох заставлял задеревеневшие мышцы напрягаться ещё больше. Иллюзий по поводу возможностей своего астенически сложенного тела Снейп не питал: в магической дуэли он мог дать фору многим, а вот на успех в рукопашном бою надежды было мало. Наивно было бы полагать, что такие качества, как гибкость, скорость и выносливость будут иметь решающее значение в схватке, например, с медведем, коих здесь водилось множество. Можно, конечно, спасаясь бегством, обогнать Варвару. Шли уже довольно долго, а река всё не появлялась, хотя Снейп был уверен, что выбрал направление правильно. Создавалось впечатление, что они ходят кругами. Чародей раздумывал, стоит ли привлечь внимание спутницы к этому неприятному факту, когда она заговорила. — Северус… В напряжённой тишине тихий голос Варвары так резко ударил по барабанным перепонкам, что Снейп едва не подпрыгнул. Намеренно проигнорировав обращение к себе по настоящему имени, он рассчитывал избежать ненужных вопросов, но добился противоположного — его внешняя невозмутимость воодушевила Варвару: — Так и будешь хранить интригу или расскажешь правду о себе? Снейп хотел было довольно грубо донести до Вари мысль о том, что подобные беседы не к месту и не ко времени, но сделал скидку на эмоциональное состояние визави и предпочёл ответить иносказательно: — Как говорил покойный профессор Дамблдор, правда — штука прекрасная и опасная, с ней надлежит обращаться с величайшей осторожностью. — Ты это к чему? — К тому, что не твоего это ума дело. Варвара не унималась: — От кого ты скрываешься под вымышленным именем? «От суеты, непонимания, досужих домыслов…» — От правосудия. Или от ростовщиков. Как тебе версия? — Перестань паясничать! Ведьма говорила что-то про службу, долги, лань. Просветишь? — Тебя это не касается. Направь помыслы в более конструктивное русло и вспомни уроки ориентирования на местности. — Неужели таинственный колдун заблудился? — Напрасно ты веселишься. — Так наколдуй какой-нибудь шарик-проводник или хотя бы компас! — Я бы так и поступил, но ты довольно варварски распорядилась моей волшебной палочкой. Варвара была возмущена: очевидно, она рассчитывала на похвалу за свой отважный поступок. Откуда же ей было знать, что подобную помощь со стороны женщины Снейп воспринял едва ли не как личное оскорбление. — Так вся твоя сила в этой деревяшке?! — спросила она, театрально повысив голос. — Сила — внутри меня, а «деревяшка» — лишь инструмент. Никакой силы внутри себя Снейп не ощущал: он был голоден, утомлён долгой ходьбой, угнетён нелепостью ситуации и, как следствие, зол. Насмешки неразумной спутницы упали на благоприятную почву, и уязвлённое самолюбие тут же идентифицировало Вареньку как врага. А та, поймав на себе колючий взгляд, разозлилась окончательно: — Не желаешь усмирить гордый нрав наследного принца и объяснить мне хоть что-нибудь? Я устала теряться в догадках. Неужели я не заслужила доверия? — Интересно, чем ты его заслужила? Может, периодическими визитами в мою спальню? Варвара вздрогнула: — Угрюмов, порой я сомневаюсь, что ты на сто процентов человек. Иногда рядом с тобой хочется потеплее одеться… — Правда? Ни разу не замечал за тобой подобного. Обычно ты поступаешь с точностью до наоборот! Потухший взгляд и опустившиеся плечи свидетельствовали о том, что любопытный бунтарь в лице Варвары деморализован. «Молодец, Северус. Коротать тебе зимние вечера в компании эльфа».

***

Ноги уже гудели, желудок прилип к позвоночнику, когда проклятый лес расступился, открывая вид на небольшую поляну. Снейп резко замер, и следовавшая обиженной тенью Варя наткнулась на его спину. — Ты чего встал? — Смотри… — Вот чёрт! — Чертей, Варенька, на кладбище не поминают. Такого странного кладбища Снейп ещё не видел: гробы стояли на высоте около двух метров на лабазах, устроенных из обрубленных деревьев, кое-где из земли торчали покосившиеся кресты антропоморфной формы, а завершали композицию наколотые на палки оленьи черепа. Но не диковинный способ захоронения привлекал внимание: в дальнем конце поляны на камне кто-то сидел. — Сев, — Варя подёргала Снейпа за рукав, — там человек. — Это не человек. — Ты меня пугаешь!!! На вид — обычная девушка. — А ты присмотрись. — Ах ты ж чёрт!!! Я вижу сквозь неё! Уходим! Скорее уходим отсюда! — Поздно, она нас заметила. Теперь убегать уже невежливо! — Да плевать я хотела на все приличия! — Прекрати истерику. Она не может причинить тебе вред. — Божечки, она сюда летит!!! Сев, сделай что-нибудь, ты же колдун! Привидение замерло в двух метрах от Снейпа и Варвары, и с удовольствием наблюдало за их пререканиями. — Вы закончили? — вкрадчиво поинтересовался призрак. — А теперь потрудитесь объяснить, что вы здесь делаете. — Пытаемся выйти к реке. Мисс…? — Марта! — приведение поправило очки и устремило заинтересованный взгляд на Снейпа. — А к реке вам без Мишкиного разрешения не выйти. — Отлично. А Мишка — это кто? — Леший. Варвара тихо заскулила. — Так, может быть, вы любезно согласитесь проводить нас к нему? — Не вижу причин вам отказать! Мишкина хижина неподалёку. Только он ещё на рассвете ушёл куда-то. — Хочется верить, что он не задержится. Нам бы до заката домой вернуться. — Так или иначе, но здесь вы не останетесь — Мишка чужаков не жалует. Я в толк не возьму, как вы вообще сюда попали! Вокруг леса магический барьер. — А мы вот изловчились. Насколько Снейп мог знать, функция лешего заключалась в охране леса и его обитателей от людей. Интересно, лоялен ли он к Ядвиге? И как отнесётся к вероломному вторжению в свои угодья? Сам зельевар никогда не церемонился с теми, кто смел покушаться на его царство пробирок. А так как был склонен проецировать модель собственного поведения на других, предстоящей встрече не радовался.

***

Следуя по кладбищу за призраком, сетующим на дурака-Мишку, что разогнал всех людей, Снейп крепко сжимал дрожащую руку Варвары. Вид у спутницы был неважный. «Не тронулась бы рассудком», — подумал он и решил отвлечь дам самым эффективным способом — пустой болтовнёй. — Марта, а как вы здесь оказались? — С комсомольцами приехала природные аномалии исследовать. Здесь раньше поселение было, все жители которого в одну ночь погибли при странных обстоятельствах. — Удалось вам разгадать загадку? — И даже заручиться свидетельством очевидцев! Хотите расскажу? Только это долгая история! — До прихода Мишки мы абсолютно свободны. — Ну хорошо, только я издалека начну, — Марта прокашлялась и начала голосом взаправдашней сказочницы. — В маленькой деревушке в десять домов жила-была ведьма со своим мужем-вампиром. Жители деревни ко всему были привычные, и на странную чету внимания не обращали. И всё было хорошо, покуда в сороковых годах в селение не приехали изгнанники с чужих земель. В течение нескольких лет жили они в старых заброшенных домах. Многие умерли от холода, голода и болезней, а те, что выжили, крепко на судьбу обозлились. Повздорила однажды ведьма со своей соседкой, а у той, как назло, ночью корова сдохла. Женщина, конечно, смерть животного за колдовские козни приняла и задумала отомстить: поутру принесла ведьме кувшин отравленного молока, будто в примирение. Когда колдунья подвох распознала, поздно уже было противоядие варить, и муж, в страхе потерять любимую, против воли обратил её в вампира. Сам же, напившись отравленной крови, умер. Невзвидела новообращённая свет и в одну ночь истребила всех жителей деревни без разбору. Одного только мальчишку-сироту пощадила, что ей по хозяйству помогал. Так и жили они вдвоём в сумерках. Ведьма себе домик самоходный смастерила и промышляла по соседним селениям, покуда Мишка ей расправой не пригрозил: пропажа людей привлекла внимание к заповедному лесу. Пришлось колдунье изменить диету, что на пользу здоровью не пошло: стала она хиреть, стареть и силу волшебную терять. Нашли они тогда с «внуком» выход: пошёл он к людям и устроился сторожем в больницу, чтоб доступ к донорской крови иметь. — Очень, очень трагичная история, мисс Марта, — болтовня призрака убаюкивала, и Снейп старательно кривил лицо, чтобы не зевнуть, — только, по слухам, Филимон Ядвигу недолюбливает, а потому его трогательная преданность, описанная вами, мне непонятна. — При чём здесь Филимон? — вышла из оцепенения Варенька. — Вы знакомы с Ядвигой? — удивилась Марта. Предоставив Вареньке возможность потренироваться в аналитическом мышлении, Снейп ответил Марте: — Магический барьер вашего Мишки мы преодолели в самоходном домике ведьмы. И не по своей воле! Кстати, избушка, скорее всего, сгорела. Не знаю, жива ли хозяйка. — Жива, не сомневайтесь, — как-то грустно отозвалась Марта, и уже веселее добавила: — А вот и домик лешего.

***

Варвара и Снейп, задрав голову, всматривались в крону величавой сосны. В хитросплетении веток угадывались очертания искусно замаскированной «хижины», больше похожей на осиное гнездо. «Да что же их всех на высоту-то тянет?! — недоумевал чародей. — Хотя, зимой здесь наверняка много снега, а весной — воды…» Другое объяснение в голову не приходило. — Подождём хозяина здесь? — Что же это я гостей у порога держать буду?! Заходите, не стесняйтесь! — с этими словами привидение шмыгнуло в проём между ветвями. Посетителям предлагалось карабкаться по приставной лестнице. — Пойдём, Варенька, хуже уже не будет. — Знаешь, Северус… или как там тебя? Мне уже почти всё равно. Даже если сейчас ты обернёшься рогатым чёртом, меня это не удивит. Хозяин «хижины» был даже большим аскетом, чем Снейп. Ворох соломы в углу, да развешанные под потолком растительного происхождения припасы — вот и всё, что предстало взору гостей. Потолок, к слову, был высоким, намекая, что коротышкой леший не является. Вдоволь наговорившаяся Марта охладела к новым знакомым и покинула их, чем несказанно порадовала уставших путников, которые тут же принялись стаскивать с себя резиновые сапоги и отяжелевшие от влаги куртки. Вход, а точнее, лаз, в хижину ничем не закрывался, но, несмотря на отсутствие источников тепла, внутри было сухо и жарко. Снейп завалился на солому, мечтая уснуть, а через сутки проснуться в собственной постели. Варенька села возле него и обняла колени. — Я чувствую себя Алисой, провалившейся в кроличью нору, — прошептала она. — «Столько превращений в один день хоть кого собьёт с толку»*. — «Не собьёт»*, — парировал Снейп. — Иди ко мне. Я немного побуду для тебя Синей Гусеницей. — Люблю, когда ты Синяя Гусеница… А не филиппинская кобра! _________________________________________________________________________________ * Л. Кэрролл