Нежить

Неподвижно стоя у ворот Хогвартса, Драко со скучающим видом смотрел вдаль. Его тонкий прямой силуэт на фоне разномастной толпы школьников казался чем-то инородным. Смотреть на него снизу вверх было странно. «Доверься мне, милый друг! Я всё устрою! — говорил несколько часов назад его бессовестный отец. — Оборотное зелье у меня есть, внешность подберём самую непримечательную. Драко как раз отбывает трудовую повинность на строительстве замка, он встретит и поможет всё организовать!» Подвох Снейп распознал слишком поздно. — Чем-то могу помочь, мисс? — отпрыск благородного семейства соизволил наконец обратить внимание на подошедшую к нему юную леди в наглухо застёгнутой чёрной мантии. — Мистер, — Снейп положил на будущее подсыпать синьки в шампунь мерзавца. — Простите, сэр! — стальные глаза оттаяли, а на губах появилась лукавая улыбка. — Я не знал, кого ждать! Папа не сказал! Хорошее воспитание не позволяло Драко прокомментировать внешний вид бывшего декана, но так как перед ним была дама: — Позвольте, я помогу! — Он потянулся к саквояжу Снейпа, но тот резким движением отдёрнул руку. — Драко, давай без прелюдий. Просто проводи меня в тихое место, где мы сможем поговорить. — Ваш кабинет подойдёт? — Неужели он уцелел и не разграблен? — Думаете, нашлись смельчаки, желающие попасть под ваши проклятья? — Тогда не будем тратить время, — бывший директор поглубже натянул капюшон и смело шагнул в ворота. Гром не грянул, сигнализация не сработала. Снейп никогда не считал Хогвартс своим домом. Скорее уж тюрьмой. Или памятником рухнувшим надеждам. Но сейчас странно было ощущать собственную непричастность к этому месту. Замок был далёк от прежнего величия, но, несомненно, к нему стремился — работы по восстановлению велись даже субботним вечером. И все были полны энтузиазма! Стараясь ни на кого не смотреть, Снейп стремительно преодолел школьный двор и вошёл в холл замка. Вход в подземелья загораживала внушительная фигура Лонгботтома — юноша что-то нашёптывал, активно размахивая волшебной палочкой. Так и не освоил невербальные заклинания! Стабильность — основа порядка: иррациональный страх перед Мастером зелий он тоже не потерял, потому рефлекторно уступил дорогу, едва почувствовав затылком свирепый взгляд. Теперь лестница вниз, коридоры, кабинет. Лишь войдя внутрь, Снейп выдохнул. — Вы едва не раскрыли своё инкогнито, профессор! — рассмеялся Драко. — Лонгботтом так по сторонам озирался! — Много ещё героев волшебного мира сейчас в замке? — Тот, что вас интересует — отсутствует. — Что так? — Окопался в имении Блэков. Говорят, тратит наследство, предаваясь плотским утехам. — Это вряд ли. Как писал один монастырский поэт, искусству прожигать жизнь надо учиться с раннего детства. Если ты вырос в строгости и простоте, позже трудно привить себе вкус к пороку. Но я здесь не за тем, чтобы беседовать о Поттере. Мне необходимо увидеться с покойным Дамблдором в кабинете директора. — Простите, что перебиваю, но как же остальные портреты? Думаете, они умолчат о вашем визите? — Поставлю заглушающее заклятие. — И глаза им выколете, если понадобится? Осмелюсь предложить другой вариант: наша кошка совершает ежевечерний променад по карнизам, сколько я её знаю. Не думаю, что сегодня она изменит традиции. А если прикрыть окно, то можно выиграть лишних полчаса: пока с крыши спустится, пока в замок вернётся. За это время я успею вынести портрет Дамблдора и вернуть его на место. «Надо же! Как мало я интересовался личной жизнью декана Гриффиндора! Надо будет расспросить Драко о том, чем в свободное время занимаются остальные преподаватели». Снейп смерил юношу долгим взглядом. — Согласен, — наконец ответил он. — Я полностью полагаюсь на твоё благоразумие. — Я не подведу, сэр. Буду около десяти вечера, — Драко развернулся на пятках и направился к двери. Открыв её, он обернулся: — Хотя я бы предпочёл, чтобы вас уличили во лжи, вы вернулись в Хогвартс и всё стало бы как раньше. — Прости, Драко, — медленно произнёс Снейп, — но эта глава для меня закрыта.

***

До назначенного времени оставалось около получаса. Снейп уже успел сложить в саквояж найденные в своих тайниках сокровища — неважно, чем закончится сегодняшний разговор, эти вещи он тут не оставит. Оборотное зелье закончило своё действие, а с приёмом новой порции снадобья можно было повременить. Сей факт позволял немного расслабиться и насладиться любимым креслом в личных покоях. Снейп разжёг камин и коротал время за чтением древнего фолианта. Дверь он закрыл обычным коллопортусом, самонадеянно полагая, что желающих потревожить его покой не найдётся. И зря. Пламя в камине дрогнуло от сквозняка. — Снейп? Хорошую книгу пришлось отложить. И из любимого кресла — встать. — Обращение, Поттер. — Это вы! — Что вы здесь делаете? — Я… — мальчишка тыкал пальцем в кусок пергамента. — У меня есть Карта Мародёров, сэр! Она показывает всех обитателей Хогвартса. Давно не доставал, а вот сегодня что-то кольнуло… «Кольнуло его!» Снейп обратил внимание, что одет Гарри не по погоде и не по случаю: домашняя пижама, тапочки на босу ногу. Бледный до синевы, с дрожащими руками, огромные глаза лихорадочно блестят. И кем надо быть, чтобы выгнать этого растрёпанного птенца? — Сядьте к огню, Поттер. На вас жалко смотреть. Не отводя взгляд, Гарри с ногами забрался в предложенное кресло. — Как это может быть правдой? Я же видел вашу смерть… сэр. — Помнится мне, вас приложили авадой. Но вы до сих пор передо мной! Как это возможно? — Я не знаю, сэр! — Гарри ещё больше взлохматил волосы. — Я очнулся на земле. Кажется, мне снился Дамблдор. — Продолжайте. — Но я ничего не помню! — Какие-нибудь ребусы, шарады, криптограммы? Должен же Дамблдор оставить нам хотя бы одну зацепку. — Думаете, это ему мы обязаны за чудесное воскрешение? — Других версий у меня нет. — Какая ирония! Сэр, в последнее время я много думаю… — Похвально, Поттер! Когда-то надо начинать думать. Гарри не обиделся на то, что его перебили. Напротив, он с теплотой посмотрел на Снейпа и вдруг грустно улыбнулся: — Мне вас так не хватало! Да чего уж там, я не знал, как без вас жить! «А чего это он такими глазами влюблёнными на меня смотрит?» — Поттер, с вами всё в порядке? — Теперь — да. Когда я знаю, что вы живы! В редкие минуты сильного волнения Снейп предпочитал либо молчать, либо говорить правду: — Вы странно себя ведёте. — Мне уже говорили. Это от недостатка сна. — И что мешает вам спать? — Чувство вины! — Вины за что, Поттер? — За вашу смерть, профессор! Своим бездействием я убил человека, который всю жизнь жертвовал собой ради меня! Не ради общего блага, а ради меня! Снейп скривился, будто на больной зуб попал сахар: — Нельзя ли обойтись без патетики? — Вы не понимаете! Я ведь мог вам помочь тогда, в хижине. Просто не захотел! — Если вы начнёте рыдать, я за себя не отвечаю. — Простите меня! — Успокойтесь, наконец, Поттер! Мне не за что вас прощать — мы квиты. — Вы вините себя в смерти моих родителей? Напрасно! Я уверен, что Дамблдор подставил и их: ему нужен был искусственно выращенный Избранный и его неуязвимый страж. Даже Волдеморт был честнее, когда набирал своих адептов! — Потому он и проиграл, — спокойно ответил Снейп. — Это должно натолкнуть вас на мысль, что наш директор был умнее. Гарри примолк и о чём-то задумался, затем сдавленно спросил: — Вы всё знали с самого начала?! — Конечно, не с самого. — И поддерживали? — А как вы думаете? Я же выполнил последнее задание. Гарри сжался, как от удара. Зелёные глаза гасли, будто в них умирает вся вера в человечество: — Но почему? — Я расплачивался за свои ошибки. — А я тогда за чьи? — А вам повезло родиться в конце июля. Мальчишка кис на глазах и сегодня это не доставляло удовольствия. «Навоображал про меня невесть что! А ведь ему, судя по красноречию, и обсудить свои мысли было не с кем. И что теперь, скажите на милость, с ним делать?» — Поттер, не будьте идиотом! — Плохое начало. — Вам давно пора выйти из возраста детских обид! — Опять не то. — Гарри… Мальчишка встрепенулся. — …жизнь зачастую несправедлива. Вам преподали хороший урок: не ждите ничего от других, тогда они не смогут вас разочаровать. Немногим выпало на долю пройти столько испытаний и не сломаться. И если перестать оглядываться назад, то можно понять, сколько преимуществ даёт данная ситуация — ничто уже не сможет ранить вас сильнее. Ну же, — Снейп приподнял лицо Гарри за подбородок, — война закончилась, враг повержен, мы живы. Теперь всё будет хорошо. Детские сопли — один из неприятных аспектов педагогики. Протянув носовой платок, Снейп лишил Гарри остатков самообладания, поэтому, во избежание возможных объятий, отошёл в дальний угол кабинета, вернув себе образ сурового профессора. — Поттер, через несколько минут здесь, возможно, состоится разговор с вышеупомянутым мудрецом. Если вы хотите присутствовать — а я думаю, вас это тоже касается — потрудитесь привести себя в порядок. Умывальник — там. В дверь постучали. Драко внёс обёрнутый тканью портрет и пообещал вернуться за ним через пятнадцать минут. Шум воды в ванной, несомненно, был ему слышен, но он даже не повернул голову в сторону личных покоев декана. Снейп в очередной раз отметил, что выпускники его факультета воспитаны не в пример лучше иных визитёров. Национальный герой не заставил себя ждать. Явившись в комнату, он занял кресло, постаравшись принять подчёркнуто-расслабленную позу. Эдакий граф в пижаме. Снейп снял с портрета ткань. — Мальчики мои! — покойный директор улыбнулся одними губами. — Как я рад вас видеть в добром здравии. — Вот как раз о здоровье я и хотел с вами поговорить. Дамблдор слушал Снейпа внимательно, не перебивая, заинтересованно рассматривая его взглядом учёного-энтомолога. — Вот оно что, — сказал он серьёзно. — Гарри, неужели ты всё забыл? — Что именно я должен был помнить, сэр? — То, что я говорил тебе там, — директор возвёл очи к потолку. — Я не помню никаких «там». — Ну как же? Вокзал, скулящее под стулом существо? Ничего? — Дамблдор сокрушённо покачал головой. — Этого я не учёл. — Может быть, мы перейдём к сути? — меньше всего Снейп хотел тратить время на пустой трёп. Голубые льдинки лукаво блеснули поверх очков-половинок: — Гарри было поручено вернуть твою душу в мир живых, Северус. В ушах зазвенело — видимо, на нервной почве подскочило давление. — Нашли кому поручить! У него же в голове опилки! Он даже с доски без ошибок списать не мог! — Ну, знаешь ли, Северус, выбирать не приходилось! — Предположим, вернул, — Снейп заинтересовался технической стороной вопроса. — Это от недостатка опыта юного некроманта я такой ущербный получился или это, так сказать, побочный эффект? — Ни то и ни другое. Гарри не довёл дело до конца. Снейп потёр пульсирующую на виске жилку, а Дамблдор продолжил: — Видишь ли, в твоё тело вернулась только та малая часть души, что была у меня. Большая же её часть, та, что погибла в хижине, застряла между миров. Есть два варианта развития событий: или душа полностью возвращается в твоё тело, для этого Гарри должен совершить специальный обряд, или тот осколок, что поддерживает в тебе жизнь, вернётся в иной мир. — Профессор Дамблдор, — очень тихо спросил Снейп — горло вдруг свело судорогой, — а откуда у вас взялся этот самый осколок? — Ты сам мне его отдал. — Что-то я запамятовал. Когда? — Давно, Северус. Вспомни, что ты пообещал мне, когда просил за Лили? — Всё, что угодно… — И что я попросил? — Душу. Но не буквально же! Я решил, что вам нужна моя преданность. — Мне и нужна была твоя преданность, но змеям я не доверял. Твои выдающиеся успехи в ментальных практиках исключали возможность чтения мыслей, а кусочек твоей души в моей голове решал эту проблему. — Вы читали мои мысли? — вопрос прозвучал холодно и отстранённо. — Время от времени. Довольно быстро я убедился, что тебе можно… — покойный директор запнулся и голос его сорвался на крик, — Северус, что ты делаешь?! Снейп не ответил. Побелев от ярости, он смотрел на Дамблдора и очнулся, лишь почувствовав запах дыма. Портрет был объят огнём. — Агуаменти, — бросил он, стремительно покидая кабинет. Магия Хогвартса хранила своих обитателей, и на пути разъярённого мага не было ни души. Выйдя за ворота, Снейп прислонился спиной к стене и медленно сполз на землю. Он довольно долго сидел так, закрыв глаза, и слушал тихую возню чуть поодаль. Наконец храбрый, как лев, гриффиндорец не выдержал: — Вам давно пора выйти из возраста детских обид, профессор, — иронично изрёк он, стараясь подражать манере Снейпа. — Да будет вам! Что такого случилось? В моей голове всю жизнь жил Волдеморт. — В твоей голове столько пустого пространства, что хватило бы на три Волдеморта, — кисло отозвался Драко. — Тебе невдомёк, что некоторые люди не выносят даже случайного касания рукой. Что уж говорить про мысли. — Замолчите оба, — Снейп встал и отряхнул мантию. — Драко, у тебя будут проблемы? — Нет улик — нет проблем. — Что с портретом? — Нет больше портрета. — И как мы теперь узнаем про этот обряд? — вмешался Гарри. — Я ведь понятия не имею о том, как и когда я возвращал вашу душу! — Поттер, почему все неприятности в моей жизни случаются из-за вашего скудоумия, безграмотности, безответственности? — Да при чём здесь я?! За моей спиной вечно плетут интриги, ничего не объясняют, а потом обижаются, что я сделал что-то не так! Сегодня вы сами создали проблему на пустом месте: если бы не ваша экспансивная шизоидность, нам бы сейчас не пришлось гадать! Я, между прочим, и про себя хотел бы спросить. А теперь не у кого! «Паршивец!!!» — Не забывайтесь, Поттер! — И не надо так на меня смотреть! Сожжёте взглядом, а я вроде как вам ещё нужен. Скажите лучше, что нам теперь делать? — Отправляемся к вам, месье некромант. В библиотеке Блэков наверняка найдутся ответы. Теперь я знаю, что искать. И найду.