lose myself in you

Врач, увидев Лухана, всплеснула руками. -Что с тобой произошло, дорогой?! — Она усадила Лухана на кушетку и осторожно ощупала его голову. — Здесь болит? А здесь? По-прежнему ничего, кроме руки и лба, у него не болело, о чем парень и сообщил ей. Врач обработала чем-то его царапину, осмотрела руку и констатировала ушиб. -Будет сильно болеть, ты в больницу все-таки съезди, рентген сделай, вдруг там трещина, — напутствовала она парня. Лухан поблагодарил ее и отправился сдавать зачеты. Когда он освободился, Сухо уже ждал его в коридоре. -Давай быстрее, — поторопил его он. — Мало того, что я тебя с собой приведу, так еще и опоздаем. Сехун мне вообще голову заживо открутит. Лухан прибавил шаг. Они сели в машину Сухо, и тот нажал на педаль газа. -А у тебя права-то есть? — запоздало полюбопытствовал парень. -Не-а. Отец запретил мне выезжать за пределы нашей территории, а тут полиции нет, вот я и гоняю. Лухан скривился. -А что вы играете? -спросил он. -Ща все сам услышишь. Машина быстро вырулила со стоянки и понеслась, перепрыгивая через колдобины, по трассе. «А память-то у Чунмена совсем девичья, -хмыкнул про себя Лухан, — забыл уже, как меня сбил, опять погнал.» -Сехун музыку пишет. Он, знаешь, какой талант! — заявил Сухо. «Что-то я сомневаюсь, — подумал парень. — Даже представить невозможно: Сехун — и талантливый музыкант? Сухо, скорее всего, сильно преувеличивает». -Куда мы едем? — спросил Лухан. -На нашу репетиционную базу. Мой отец оборудовал для нас помещение на нашем участке, чтобы мы никому не мешали. Там отличная звукоизоляция, хоть сутки напролет играй. -Здорово, — вяло произнес Хань. Сухо подкатил к огромным глухим воротам и затормозил. Через минуту их створки разъехались в стороны, и взгляду парня открылся дом. В отличие от «замка» мистера Джин-Хо, особняк его партнера был довольно простым строением — трехэтажным, с подземным гаражом и хозяйственными постройками в глубине двора. Пока Лухан разглядывал дом, Сухо вышел из машины, обогнул ее и открыл дверцу. -Прошу на выход, — широко проговорил парень, наклонив голову на бок. Возле дома Лухан увидел знакомую черную ауди, принадлежащую Сехуну. -Сехун уже здесь, — проговорил Чунмен, заметив, куда смотрит Лухан. — Готовься, сейчас нам влетит. Лухан мгновенно же скривился — уже в который раз за день. Они прошли к самой дальней постройке. Сухо толкнул дверь и втянул парня следом за собой в помещение. Оно оказалось большим, явно многокомнатным. -Там у нас студия, — объяснил Сухо, — там — комната отдыха. А вот тут мы репетируем, — он указал рукой на дверь справа, из-за которой доносились приглушенные удары барабанов. Дверь открылась, и на пороге показался еще один одноклассник Лухана, Тао. -Ну, слава богу, наконец-то, не прошло и года, — произнес он. — Сехун, наш хозяин пришел! — крикнул он в комнату. Сухо дернул слегка Лухана за рукав. -Да ты не тушуйся, — и он опять потянул его за собой. Как только они вошли, наступила тишина. В комнате было темновато, и вошедший со света Лухан прищурился, стараясь разглядеть интерьер и присутствующих в помещении людей. У дальней стены стоял мягкий диван и кресло, в центре комнаты — барабанная установка, за ней сидел незнакомый Лухану парень. Вокруг — гитарные стойки с инструментами. Синтезаторы на подставках. За одним из них стоял Сехун. Рядом со входом — звукорежиссерский пульт, повсюду — какое-то незнакомое Лухану оборудование. На стенах висели колонки. Встретившись взглядом с Сехуном, Лу быстро отвел глаза. -Тааак! — прошипел он. — А этот какого черта здесь делает?! -Я на него на машине наехал, а велосипед его так вообще всмятку разбил. Не в школе же мне его бросать было? — подал голос Сухо. -Конечно, а то еще пожалуется на тебя, тогда отец тебе быстро воздух перекроет! — зло бросил Сехун. -Ну да, — миролюбиво произнес он. — Где мы тогда репетировать будем? Сехун окинул Лухана пренебрежительным взглядом с ног до головы и брезгливо скривился. -Иди вон туда, — он указал рукой на диван, на котором уже расположился Бэкхен — Лухан, войдя, не заметил его. — И чтобы я от тебя ни звука не слышал, а то вмиг выставлю! -Очень надо. — Лухан было уже сделал шаг к двери, но Сухо поймал его за руку. -Не злись на Сехуна, он всегда такой, когда дело касается музыки, — Сухо отвел Лу к дивану. — Тебе тут будет удобно. «По-моему, он такой вообще — по жизни», — подумал парень, нехотя садясь. -Не хочу сидеть рядом с этим! От него помойкой какой-то воняет! — завопил Бэкхен, отодвигаясь от Лухана. Хань же без лишних слов поднялся и пересел в кресло. -Цыц! — рявкнул Сехун. — Не нравится — иди гуляй! Бэк мгновенно прикусил язык и обиженно отвернулся к стене. Прошло минут пять. Ребята обсуждали что-то свое, Сухо настраивал гитару. На Лухана никто не обращал внимания, и он расслабившись, устроился в кресле поудобнее. Бэк то и дело бросал на него недружелюбные взгляды. «Интересно, — подумал парень, краем глаза косясь на Бэкхена, — он вообще от Сехуна когда-нибудь отходит? Или так и бегает за ним хвостом? Боится, что кто-нибудь уведет у него такую красоту?» Бэкхен — в сравнении с Луханом — казался каким-то неземным существом. «Красивый он все-таки» — констатировал очевидный факт Лухан, мотнув немного головой, дабы разогнать очень странные мысли по поводу того, что он уже путается «а какой же я теперь ориентации, раз так заглядываюсь на парней?» -Ну что, поехали? — прервал его раздумьям голос Сехуна. И…полилась музыка… Музыка именно полилась — не загремела, даже не зазвучала. Лухан ожидал чего угодно, только не этого — не этих нежных звуков фортепиано, не мелодичных напевов гитары и не легких, затейливых ритмов ударных. Хань сидел и во все глаза глядел на Сухо, не понимая, что происходит. Почувствовав его взгляд, Чунмен улыбнулся и подмигнул, не переставая играть. Лухан перевел взгляд на Сехуна. Он стоял, закрыв глаза, руки его летели над клавиатурой синтезатора, безошибочно находя нужные клавиши. Невольно Лухан залюбовался им. Сейчас он забыл даже о том, что Сехун — его злейший враг, так невероятна, восхитительна была его музыка. Мотивы чем-то напомнили ему старинные средневековые мелодии. В них слышался шелест леса, звучал нежный шепот рек и ручьев, звенели переливы птичьих трелей, а еще в музыке этой плакала тоска — острая, как осиное жало, не позволявшая полностью раствориться в этих напевах, насладиться ими сполна. Через минуту зазвучал голос, вновь Лухан удивился: пел Сехун. Он пел на хорошем, почти без акцента, английском. Голос у него был глубоким, с едва заметной хрипотой. От его звуков у Лухана по спине поползли мурашки. Вслушавшись в слова, парень, не веря своим ушам, узнал один из сонетов Шекспира. Мысли путались. Поверить, что Сехун, каким он его знал, — а автором композиций, по словам Сухо, являлся именно он, — мог написать такую музыку, было невозможно! «Это он, Сехун, несносный Сехун, — повторял про себя Лухан. — Грубый, несдержанный, невоспитанный… Не верю!» Ребята играли без перерывов, одну композицию за другой. Иногда кто-нибудь вполголоса вставлял пару слов, относившихся к технике исполнения. Некоторые композиции они сыграли по несколько раз. Лухан и не заметил, как прошло время. Иногда от музыки его отвлекал Бэкхен, который, казалось, весь исстрадался — то набирал кому-то эсэмэски, то томно вздыхал, стараясь принять на диване наиболее эффектную позу и поймать взгляд Сехуна. Тому, впрочем, было не до Бэка. Ребята доиграли последнюю композицию. -Ладно, — наконец произнес Сехун, — на сегодня хватит. Лухан пошевелился, только теперь до конца осознав, где он находится. -Эй, — Сухо подошел к дивану. — Вы там не заснули? Хань отрицательно помотал головой. -Что вы так долго? — протянул Бэкхен, стрельнув глазами в Сехуна. — Я думал, помру от скуки! Сехун же высказывания своего парня не слышал, он что-то обсуждал с барабанщиком. Наконец ребята собрались уходить. -Идем, — коротко, даже не взглянув на него, кивнул Сехун Лухану, и Хань тут же замер, не понимая, его ли он позвал или застывшего рядом с ним Бэкхена. -Я обещал его отвезти, — встрял Сухо, и Лухан благодарно ему улыбнулся. -Не парься, — Сехун зло усмехнулся, — нам, как ты знаешь, по пути. Ну, мне долго тебя ждать? — это уже явно было обращено к Лухану. -А как же я?! — шагнул вперед Бэк. — Предпочитаешь общество…этого?.. -Без обид, Бэк, — вполне миролюбиво произнес парень. — Сухо нельзя так подставляться. Еще начнутся расспросы всякие, отец же точно не промолчит, увидев этого в таком виде. А в итоге мы потеряем базу и студию. -Это еще почему? — не сдавался Бэкхен. -Так он же сдаст нас с потрохами, — усмехнулся Сехун. — Ни за что такой случай не упустит. «О! Узнаю „брата“ Сехуна, — подумал про себя Лухан, — чтобы он — и не воспользовался возможностью сказать в мой адрес очередную гадость?» — но вслух Хань ничего не сказал. -Тебя, вон, Исин подвезет, ему все равно по дороге, — добавил Сехун. Барабанщик Исин кивнул: -Всегда готов. -Потопали. Времени уже много, — Сехун сделал шаг за порог комнаты. -Сехун, велик его из моего багажника забери, — догнал его Сухо. Не глядя на Лухана, ребята вышли из домика и направились к своим машинам. Бэкхен шел рядом с Сехуном, вцепившись в его руку, а Лухану не оставалось ничего другого, кроме как пристроиться в хвосте у этой парочки. Пока Сухо перетаскивал его велосипед из своего багажника в машину Сехуна, тот мило ворковал со своим милым. Лухан мгновенно же скривился лишь от одного взгляда на них. Наконец сладкая парочка разомкнула своим прощальные объятия, и Сехун сел за руль. Лухан быстро юркнул на пассажирское место. Хозяин машины не удостоил его и взглядом, кивнув «пока» друзьям, он утопил педаль газа в пол, и машина понеслась к распахнутым воротам. «У них тут, похоже, такой фирменный стиль вождения, — подумал парень, вжимаясь в спинку сидения, — снеси башку себе или ближнему.»