Сильнее истинных

Каролина я вывел из спячки только на пятый день. Но лучше бы этого не делал. Парень когда понял, что практически не имеет левой части туловища, попросил его пристрелить. Да и его сослуживцы из числа посетителей выходили из палаты с ошарашенными лицами. – Как будто вы никогда не были в клиниках реабилитации, – тихо высказывал я свое возмущение Гирту. – В таком состоянии бойца до клиники ни разу не довозили, – вздохнул Гирт. – В эскадрильях работают обычные хирурги, реабилитационщиков среди них нет. Да и потом попасть в соответствующую клинику долго и сложно. – Ну, и зря, – продолжал я недоумевать. – Не так просто уговорить подобных хирургов подписать контракт. Да и служба у нас опасная. С этим я был согласен. Мы еще не успели покинуть пределы планеты, как заявилось еще несколько звездолетов кваи. В этот раз нашей эскадрилье повезло. Бой сразу сместился в сторону. Кого-то потрепало, но не корабли Гирта. Я потом уточнил, не нужна ли моя помощь. Гирт сделал запрос и получил заявление от командующего, что медиков у них хватает. Больше с предложениями я не лез. Понадоблюсь – знают, где найти. У меня дел хватало с Каролином. Кости ему уже все выточил, почка новая вот-вот закончит рост. Остальной мышечный материал придется ждать подольше. Но время у нас было. Покидать орбиту командующий не спешил. Ждали десантников. Но и с прибытием наземных войск мы продолжали патрулировать зону этого участка космоса. К тому моменту, как нас перебросили на новое место, я Каролину успел восстановить бок, почку и полностью руку. Парень теперь буквально светился надеждой. Заверил его, что все будет, только нужно время. Мы где-то еще летали. Несколько раз разведчики давали неверную информацию или кваи давно покинули тот район. Столкновений больше не случилось. Но на базу мы вернулись через три с половиной месяца. Гирт заверил, что «зализывать» раны мы будем долго. Тут и проверка обшивок кораблей и доукомплектование личного состава. Плюс нас ждали новые катера и прочее оборудование. Меня эти проблемы командира не интересовали. Я больше волновался, как Каролин будет двигаться. Парень тоже переживал. По идее, его ждало комиссование. Оттого последнюю неделю на борту мы налегали на тренировку мышц. Да и стимулирующих и прочих препаратов для миникапельниц я не жалел. Но все равно решение комиссии ждал с долей нервозности. – Жаль, ты не мог видеть взгляда главмеда, – ухмылялся Гирт, что сопровождал своего подчиненного. – Прикинь, они записи посмотрели, ну, там, где обрубок, а не тело. А тут Каролин походочкой «от бедра» к ним в кабинет заходит. – Поверить не могли, что в условиях космоса, без специальных клиник и оборудования можно такое совершить, – дополнил Каролин. – Допустим, оборудование у меня было, – не понял я сути восторгов. – И делал я свою обычную работу. – Чудесную работу, – дружески похлопал меня по плечу бывший пациент. – Я подробный рапорт написал, – сообщил Гирт. – Пусть там, «наверху», задумаются. Не будь у нас хирурга такого класса, то до базы живого парня мы не доставили бы. – Мне без разницы, – чуть слукавил я. Безусловно, было приятно, что мои умения оценили. Попутно и командующему Респону нос утерли. Гирт же вообще сиял, как будто я невесть что сотворил. А еще пригласил меня вечером прогуляться по местным барам и отпраздновать это событие. Такое внимание польстило. Организм, между прочим, напомнил, что дрочка не самый лучший вид секса для омеги, у которого эрогенные зоны немного в другом месте. Но пока я еще присматривался. Если Гирт начнет проявлять более конкретные знаки внимания, я, пожалуй, не стану отказываться. И так о нас какие-то сплетни ходят, так пусть хотя бы повод будет. Поход в местные места увеселения удался. Да и как собеседник Гирт мне нравился. Он рассказывал о том, где учился. Я - о своем университете. Поведал о Леле, что осталась одна в пансионе. Между прочим, припомнил братца Гирта, которого встречал на Научке. – Он сейчас у деда правая рука. Наша семья владеет огромным концерном, что специализируется на вооружении. – Только тебя эти блага обошли, – заметил я. – Ну, любимчиком у деда всегда был Вокэйт. Это его папа-омега - родной сын лорда Динна. У меня другой родитель, и по сути к династии Диннов я отношения не имею. – У твоего отца было несколько супругов? – поинтересовался я. – Два. Первый - тот самый младший лорд Динн. Он отцу передал свой титул и фамилию. Дед разрешил их брак только на таких условиях. Хотя талантливый конструктор принес много запатентованных разработок в семью. Но когда через три года супруг разбился на катере, отец женился второй раз. Моего папу в семье невзлюбили. – А сейчас он где? – Папа и отец погибли при нападении кваи. Только я тогда выжил, – с грустью добавил тасиец. Гирт еще рассказал, как сложились судьбы тех мальчишек, с которыми мы были в плену. И уже поздно вечером вернулись в свой комплекс на базе. Вежливый альфа довел меня до личного блока, как-то быстро чмокнул в щеку и удалился. Место поцелуя я потер и тяжело вздохнул. Секс не случился. А жаль. Еще пару недель Гирт ходил вокруг да около. Приглашал на свидания, оказывал знаки внимания, но дальше дело не заходило. – Андри, я понимаю, что представители твоей расы придирчиво относятся ко внешности, – начал Гирт во время очередной нашей встречи. – Я далеко не красавчик, но, возможно, у меня есть шанс? От такого завуалированного признания я оторопел. Честно говоря, уже думал, почему Гирт никак не решится продолжить со мной более близкое общение. И предположил - по причине того, что я считаюсь представителем другой расы. Оказалось, дело обстоит несколько иначе. – Мне твоя внешность нравится, – только и смог ответить. – Я огромный, мускулистый и коротко стриженный, – продолжил перечислять свои «комплексы» парень, что, по идее, должны смутить марийца. А я понял, что если сам не проявлю инициативу, то еще надолго останусь без секса. Оттого обхватил Гирта за шею и поцеловал в губы. Хорошо, что мы еще были в коридоре и выйти из комплекса не успели. Тасиец тут же развернулся и, подхватив меня на руки, понес в сторону моего блока. Уже внутри мы продолжили поцелуи. – Тебе точно не противно со мной? – выспрашивал Гирт. Потерся тем, что у меня давно стояло, об его бедро, наглядно демонстрируя, как мне «не противно». И все равно парень действовал медленно, не торопясь. Осторожно снял с меня рубашку и с восхищением во взоре стал вычерчивать пальцами узоры на моем теле. Потом от остальной одежды избавил и начал покрывать поцелуями все тело. – Ты так пахнешь, я схожу с ума, – стонал Гирт. Я, между прочим, тоже сходил с ума. Мой омежий организм четко среагировал на родную расу. Сдерживать все свои инстинкты удавалось с трудом, потому и запах проявился. Уже потом, когда в аптечке отыскал мазь, стало чуть полегче. Переворачиваться на живот я не спешил, а Гирт не настаивал. Так что все «жемчужины» на спине я уже пытался спрятать. Зато убедил тасийца, что приятный запах от мази. Тот безоговорочно поверил. И вообще, скажи я на тот момент любую чушь, он точно не понял бы, где правда, а где ложь. Парня колбасило уже конкретно. Предполагаю, что секса нормального у него тоже давно не было. Все стимулирующие приборы полноту ощущения дать не могли. А Гирт выглядел совершенно невменяемым. Осыпал меня поцелуями, порыкивал, вдыхал запах промежности, снова не то скулил, не то рычал, попутно растягивая меня. И, наконец, отважился – приставил головку ко входу. Насадился я уже сам, поскольку терпеть сил уже не было. И полминуты не прошло, как мы дружно кончили. – Еще хочу, сейчас продолжу, – потерся об меня Гирт. А я и сам чувствовал, что хочу большего. В следующий заход мы продержались дольше. Эмоции чуть улеглись. Контроль над телом я вернул. И через какое-то время перевернулся в колено-локтевую позу. Правда, запах на нижней части спины был более выражен. Гирт заскулил, задышал чаще и почти сразу кончил. А я - следом за ним. Потом лежали, прижавшись друг к другу, и пытались прийти в себя. Меня Гирт даже в душ не отпустил. – Твой запах такой потрясающий, не хочу, чтобы ты его смыл, – пояснил парень. Между прочим, запах сильного альфы и мне был приятен. Вернее, сводил с ума. Не думал, что секс с «родной расой» может быть таким фееричным. До утра мы еще несколько раз занимались приятным делом и почти не спали. И если я мог спокойно отдохнуть после, то Гирту пришлось отправляться по своим делам. Он еще раз меня поцеловал и велел собирать вещи. Так что я подремал, потом упаковал контейнер с вещами. Но еще одно дело не забыл. Отыскал небольшую емкость и в душе начал с себя целенаправленно собирать ту маслянистую жидкость, что выделялась из трех нижних жемчужин. Особых трудностей не возникло. Стоило представить альфу и его похотливый взгляд, как меня накрывало волной желания, и, соответственно, проявлялись омежьи инстинкты. Потом я смешал эти выделения с мазью. Долго подбирал упаковку, но в конце концов нашел подходящую емкость. Теперь, в случае чего, у меня будет хорошая отмазка. Мол, это мазь такая, с особым ароматом. Себе же я вколол препарат, что блокировал запахи. Еще раз вымылся, отправил белье, полотенца в утилизатор, включил режим вентиляции на полную мощность и только потом рискнул выйти из блока. Гирт дал четкие указания – я теперь живу с ним. Похоже, он успел еще предупредить народ на базе. Вопросов ни у кого не возникло. И когда погрузчик довез контейнер до блока командира, то кто-то из сослуживцев даже помог перекинуть контейнер. Сам Гирт появился в районе обеда. Выглядел безумно счастливым. Глядя на него, я и сам невольно заулыбался. – Андри, ты не представляешь, как все удачно сложилось, – прижимал меня к себе Гирт, когда мы опробовали его кровать для сексуальных забав. – Я не наследник. Иначе мы по законам тасийцев не могли бы встречаться. – Удачно, – пробормотал я, засыпая, поскольку мне на эти нюансы было наплевать. Собственно, если кто и осудил нашу связь, так это командующий. На последнем совещании перед вылетом тот брезгливо поглядывал на нашу парочку. Комментировать или как-то возражать я не стал. Формально придраться он не мог. Плюс я свою квалификацию хирурга подтвердил полностью. Медкомиссия как раз прислала похвалу командующему и рекомендации набрать еще подобных хирургов. Даже отдельную статью расходов обещали выделить. По мнению руководства операции на борту обойдутся дешевле, чем переправка и восстановление раненых в клиниках. Пока же я был единственным реабилитационщиком. А вылет назначили уже через день. В этот раз нас ждало патрулирование вокруг Мара.