Зверополис.Очень Долгий День

7.00       Звонок будильника на телефоне. Солнечные лучи, бьющие прямо в глаза сквозь неплотно прикрытые шторы.       Рыжие уши, торчащие из-под одеяла, недовольно встали дыбом, затем показались сонные зеленые глаза, а под шорох окончательно сползшего с морды одеяла показалась раскрытая в зевоте пасть. Потянувшись и поморщившись от боли в ребрах, обладатель зеленых глаз дотянулся до телефона, в очередной раз ругнувшись про себя. Да когда же он выключит этот чертов будильник?       Аккуратно сев на кровати, собираясь с мыслями, собрался встать, но, будто вспомнив о чем-то, обернулся, и рыжие, вертикально стоящие уши дернулись. Другая половина большой двуспальной кровати была пуста.       Ни первую, ни вторую группу брать не стали, звери слишком тяжело экипированы для пусть и довольно большого, но все же тихоходного и не слишком рассчитанного на грузовые перевозки прогулочного катера-парома, реквизированного Буйволсоном с причала администрации полуострова. Сам катер был небольшим, туда вмещались только три – четыре легковые машины, стоящие под пассажирской полуоткрытой надстройкой. Две машины скорой помощи с реанимационным оборудованием сразу ощутимо уменьшили количество свободного места и грузоподъемность катера.       Плюс Леодор сказал, что если выяснится участие полиции, то скандала не избежать. Поэтому пойдут только добровольцы.       Все полицейские сделали шаг вперед. Буйволсон хмыкнул и принялся отбирать зверей.       Штурмовые группы в полном составе также сделали шаг вперёд. Но всё же Влад и его напарник - второй медведь из второй штурмовой группы, молча вышли из групп и встали напротив носорогов, покачав головами. Слишком тяжелые.       Леодор посмотрел на вызвавшихся и сказал, что в случае проблем будут готовы их рапорты об увольнении, датированные пока ещё сегодняшним числом и подписанные ими собственноручно. А учитывая, что оружие всё еще в лапах «уволенных», представьте проблемы, которые возникнут, в случае обнародования факта нарушения Положения о Нейтральных Водах вооруженными служащими полиции.       Никто не сдвинулся с места.       Леодор подошел ближе, чтобы не услышали врачи:        - Всё, что произойдет в море – там и должно остаться. Верните ТОЛЬКО, – обвел он зверей взглядом. – Хоппс и Уайльда, всем всё ясно?        - Да, сэр! – хором ответили полицейские.       Леодор посмотрел на Буйволсона, пожал ему лапу и произнес напоследок:        - С собой два врача, по одному на машину, и поговоришь с ними. Запомни – никого в живых не оставлять, корабль должен исчезнуть, навигацию отключить.       Все ли ясно Буйволсону, мэр даже спрашивать не стал. Разорвал рукопожатие, развернулся и сопровождаемый двумя штурмовыми группами ушёл.       Шеф полиции отобрал десять зверей. Плюс он сам и два медведя из второй штурмовой. Плюс два врача, лидеров бригад, парамедиков и водителей оставили на берегу. Споро отшвартовавшись от причала, катер, управляемый одним из гиппопотамов, набрал ход в сторону ушедшего за горизонт сухогруза, а полицейские быстро скручивали и отключали все навигационное оборудование и маяки, идя по GPS-трекеру Волкаса, который засунул его вместе с ключами в задний карман Ника.       Корабль показался прямо по курсу. Врачей загнали на ют, на бак переместились медведи с пулеметами.       Спустя пару минут стало ясно, что корабль в дрейфе. Спустя ещё пять минут, Волкас и Гризалис доложили, что движения не наблюдают. Буйволсон нахмурился, но приказал заходить с кормы.       Когда полицейские приблизились и все также не обнаружили движения, то с правого шкафута Клыкадос и Звермайер запрыгнули на палубу корабля, с высокой надстройки прогулочного катера.       Сразу же заметив двух убитых быков, поведя стволами по сторонам, Клыкадос пригнувшись сделал пару шагов к трюму и аккуратно заглянул. Звермайер выцеливал темную рубку, прикрывая товарища.       Раздался хрип и бульканье. Звермайер похолодел, неужели в Клыкодоса попали? Засада?! Глушители?! Он же ничего не слышал!       Резко сжавшись и обернувшись на секунду, не переставая целится в темные провалы рубки, Звермайер успел заметить стоящего на коленях товарища, который тяжело блевал, стараясь не испачкать себя и оружие.        - Трюм…бууээ…чисто, – раздался в рации голос Клыкадоса.       На палубу заскочили Волкас с Гризалисом, и образовали двойки со Звермайером и Клыкадосом. Следом за ними тяжело вскарабкались с опасно прогнувшейся крыши катера два медведя из штурмовой группы.       Волки только сглотнули, удерживая обед внутри. Насмотрелись они и не на такого рода картины, но все равно было жутко. Быстро взяв себя в лапы пристроились за медведями, которые и глазом не повели, разделив сектора. Первая тройка во главе с Владом двинулась к рубке. Вторая группа со вторым медведем во главе, двинулась в сторону носа сухогруза.       Наконец запрыгнул Буйволсон с Носорожцем и Мокроком.       Носороги оказались тоже не из чувствительных, но поморщились, глядя на кровавые реки.       Удивляться происходящему никто не успел, не до того было, звери просто констатировали факты. От рубки, не заботясь о маскировке закричал Влад:        - Медиков сюда, быстро!       Шеф полиции помог перебраться двум врачам из экипажей скорой помощи, вместе с их сумками. Ласка и немолодой волк, сопровождаемые полицейскими, тащившими сложенные носилки, поспешили к рубке сухогруза.       Ласка, будучи самой маленькой из присутствующих, через мелькающие ноги увидела мертвого быка, вокруг которого растекалась по всей палубе лужа крови.       Глубоко вздохнув она отвернулась и сосредоточилась на перебирании лапок по грязной палубе. Но тяжелый запах крови и резкий - блевотины только усугублял ситуацию. Наконец звери добрались до рубки.       Внутри царил жуткий кавардак, всё сломано, стены в пулевых отметинах, но ласка не обратила на это внимание, в ужасе смотря на истерзанного мертвого носорога, который был практически на входе.       Полицейские сразу же взяли убитого под лапы и вытащили из рубки на палубу, оттащив от входа, чтобы не мешал.        - Доктор, быстрее! – позвали из темноты, и ласка, скидывая с себя оцепенение шагнула в неосвещенную рубку.       Глаза привыкли к перемене света быстро, и ласка увидела лежащих рядом лиса и крольчиху.       Ника Уайльда, которого видела сегодня…то есть уже вчера, и крольчиху Джуди Хоппс, которую не видела уже давно, хотя она была довольно известной. На глаза навернулись слезы, когда она увидела, что лис и крольчиха лежат обнявшись, а на мордах застыли, и это было невероятно…улыбки.       Но Ласка опять впала в оцепенение, увидев сколько крови под ними, переведя глаза на истерзанную, покрытую кровью с ног до головы овцу, ужаснулась ещё больше.       Чувствуя, как теряет сознание от накатившегося страха и нереальности происходящего, ласка вытащила из кармана флакон с нашатырем и открыла его.       Окружающие зафыркали, особенно волки, но ласка пришла в себя от резкого запаха, и присела около лиса и крольчихи. Овца свое отжила, с такими ранами не живут. Надо спасти живых, и если она упадет в обморок, то потом себе не простит. Как учили, абстрагироваться и работать, абстрагироваться…       Пульс у лиса был, у крольчихи тоже. Слабый.       Дыхание поверхностное, ласка достала фонендоскоп и сразу же услышала мокрые хрипы, клокотание и хруст.       Сломаны ребра, возможно проткнуты легкие, жидкость в легких у обоих. Травмы по всему телу, даже перечислять долго, артерии не перебиты, крупных кровотечений нет, верхние покровы.       Крови потеряли много, у обоих явно выраженное обезвоживание. И голод, но это сейчас не важно.       Сразу же вспомнились занятия в медицинском по полевой хирургии.        - Вся вода, что у вас есть, доставайте, – скомандовала ласка. – Носилки развернуть. Полицейские неуклюже развернули носилки, пока остальные отстегивали от поясов фляги.        - Грубер помоги, – сказала она коллеге. – На три лиса…Раз, два, три. На три крольчиху…Нет, на те же носилки, они для волков, места хватит. Вторые потом используем – раз, два, три.       Звери оказались на носилках, ласка поправила их положение тела, переведя их в «боковую позу».       Нет, обтирать их сейчас от крови, явно не очень хорошая идея, звери и так на последнем издыхании, тянуть нельзя, придется так тащить в автомобиль и разводить антисанитарию там.        - К машине, по пути кто-нибудь поливайте мне – произнесла ласка, залезая на носилки, доставая марлевый бинт и кривые ножницы.       Пока полицейские шли к месту швартовки, ласка и волк разрезали одежду на раненых, как могли обтирали места будущих инъекций и капельниц, экономя время.       Когда за дело принялись врачи Буйволсон спустился в трюм. Шеф в одиночку мрачно ходил внизу, морщась от запаха, обходя трупы, окатываемый волнами покрытой пленкой крови и вскрывал контейнеры, стоящие в трюме.       Селитра в мешках, ещё какие то химикаты, оружие, ящик пластита, патроны, детонаторы, снаряжение, какое то оборудование и инструменты.       Буйволсон вспомнил раненых, покрытых кровью Джуди и Ника,стоящих в открытых воротах склада, на коленях перед овцами и лежащих сейчас в рубке среди убитых врагов. Перед глазами встал нож в груди Барашкинс, убитый носорог и бык наверху.       Ник заплатил за свою ошибку сполна, а Джуди превзошла себя.       Вспомнив, чему его обучали в спецотряде во времена Экспедиционного Корпуса, Буйволсон начал копаться в ящиках.       Решили положить обоих раненых в одной машине, места хватало. Волк сбегал за персональным ИВЛ (искусственная вентиляция легких) и переносным монитором, пока ласка иммобилизовала пациентов и начала приготовления к оказанию помощи.       Операции проводить нельзя. Ни традиционным методом, ни лапароскопией. Какая, к черту лапароскопия, когда не брюшная полость, у них легкие?!       Не тупи, так, сделать разрез и посмотреть нельзя, значит стабилизируем состояние и в реанимацию как можно быстрее.        - Нам нужно как можно скорее обратно! – закричала ласка полицейским.       Те засуетились, но она дальше не смотрела, сосредоточившись на лечении. Пока не отплыли и не качает на волах, плевральная пункция, откачать жидкость и кровь из лёгких.       Волк притащил ИВЛ и помог ласке. Из иглы сразу же покапала кровавая водянистая жидкость.       Осколки ребер проткнули лёгкие, плохо.       Вставить воздуховод в пасти, подключить стационарный ИВЛ к крольчихе, и переносной, принесенный волком, к лису.       Избавив от окровавленной одежды Ника и Джуди врачи поразились количеству ран на их теле. К счастью глубоких не было, но гематом было столько, что ласка и волк переглянулись. Их пытали, избивали, а крольчиху специально аккуратно резали. Такие ровные порезы случайно получить невозможно. Не до смерти, поверхностно, для боли.       Ласка опять помотала головой. Занимайся делом, чтоб тебя. Надо поставить капельницы, подготовить шприцы с адреналином для реанимации. Вот только кровь какая-то странная вытекает из пункционной иглы, слишком быстро сворачивается.       Ласка взяла кровь на коагулограммуу лиса. Протромбиновое время уменьшено, АЧТВ аж 20 секунд, vWFзашкаливал, чья строчка хоть и не в основной группе находилась, но сразу бросалась в глаза. У крольчихи, она могла поспорить, было то же самое. Вкололи себе адреналин? Потому смогли…сделать то, что они сделали? Но судя по анализу, доза…       Не отвлекайся, всё, звери стабилизированы, ИВЛ работает, мониторы подключены, капельницы поставлены. Коагулянты ни в коем случае, может быть придется вводить антикоагулянты, но жидкость из легких надо откачать. Теперь надо обработать открытые раны и гематомы, тут работы надолго, периодически обновляя пункцию.       Полицейские, быстро обследовав корабль вернулись на катер.Буйволсон последним сошел с корабля нажав на пульт закрытия трюма, прихватив с собой толстую катушку с проводом и аккумулятор. Никого из мертвых с собой не забрали, даже Барашкинс.       Катер отплывал обратно в город подальше от дрейфующего судна, Буйволсон зачищал конец катушечного провода. Другой конец остался на удаляющемся корабле.       Катушка потихоньку раскручивалась и Буйволсон вместе с Владом, облокотившимся на пулемет, сидел на скамейке, на юте, смотря на уходящий провод. Полицейские столпились рядом, не совсем понимая, что делает шеф, смотря на удаляющийся корабль.       Когда провода осталось на пару витков, а корабль был уже вдалеке, Буйволсон подсоединил провода к клеммам аккумулятора.       Корабль внезапно раздулся изнутри, крышку трюма сорвало огненным всполохом, в небо полетели куски обшивки и оборудования.       Спустя секунду прилетел звук.Потом морды полицейских обдул короткий порыв ветра. Корабль будто потерял нос в окутавшем его пепельно-черном облаке. Задняя часть корабля поднялась над водой, показав винты и резко ухнула, будто нырнула.       Уже через полминуты после взрыва только черное облако и горящие обломки напоминали о том, что только что здесь был корабль.       Выбросив катушку с аккумулятором за борт Буйволсон с мрачной улыбкой смотрел на взрыв. Затем встал и прошел мимо полицейских, провожающих его взглядами. Никто не издал ни единого звука.       Заглянув в фургон скорой, стоящий под навесом, Буйволсон поинтересовался у ласки:        - Как они?        - Состояние стабильное, но их нужно срочно доставить в больницу, – ответила та.        - В гавани их ждет медицинский вертолет. Довезите их только до берега, – попросил капитан.        - На вертолете нельзя, там нет реанимационного оборудования, и перегрузки от воздушного транспорта…– начала перечислять ласка.        - Понял, понял, – поднял копыта Буйволсон, и взялся за спутниковый телефон, организовывая наземный коридор в творящемся хаосе эвакуации в городе.       Ник очнулся через несколько дней. Череда мыслей проносилась в голове. Всё вокруг будто в тумане. Рай? Жив? Потолок. Больно. Пить. Дышать.Больно…Джуди? Где Джуди?! Джуди!!! Медсестры со всего этажа сбежались на тревожную кнопку, непрерывно нажимаемую Ником.       Ник сидел в кровати, облокотившись на подушки и смотрел в окно. Доктора пообещали, что грудь будет болеть ещё как минимум три месяца. А до конца жизни ребра будут реагировать на погоду. Они много чего ещё говорили. Очень много.       Первыми его посетителями были звери из полицейского управления. Они радовались, что он жив, и Ник, превозмогая боль, обнял Волкаса, и не сдержавшись заплакал, уткнувшись ему в плечо.       Потом пришли родители Джуди. Многочисленные братья и сестры остались на ферме.       Они сидели и молча смотрели на Ника. Ник смотрел на них.        - Спасибо, – наконец произнес отец Джуди, Ник к своему стыду забыл его имя, и пара молча вышла из палаты лиса, не проронившего ни слова.       Появился даже мистер Биг с телохранителями. Ник и мистер Биг молча смотрели на друг друга. Почему-то в его палате все предпочитали молчать.       Мистер Биг тяжело вздохнул.        - Я понимаю, что тебе тяжело, Ник. Нам всем тяжело. Моя дочь безутешно рыдает уже который день, маленькая Джуди не понимает, почему мама так много плачет, а у меня нет сил сказать ей хоть что-то, что её ободрит. Но надо поблагодарить Всевышнего - ты очнулся, и это дает надежду, что всё образуется. Я и моя семья надеемся на это.       Потом…Ник перестал различать дни недели, пришли Леодор и Буйволсон.       «Дело» все ещё не было окончено, так что, не смотря на обстоятельства, пришлось обсудить всё до полного выздоровления Ника. Обид друг на друга никто не держал, это прояснили сразу, отбросив все официальности.       Ник хорошо сыграл на складе, Буйволсон и Леодор подыгрывали как могли, так что о словах, сказанных тогда друг другу забыли. Но ситуацию в голове держали и запомнили.       Ник рассказал мэру и шефу полиции о вещдоках, которые Барашкинс не уничтожила, а передала в распоряжения бандитов. О том, что у зверей на складе оказался крупнокалиберный пулемет, которого у них быть не должно – среди уничтожаемых запасов армейского оружия и снаряжения не было ничего с калибром 12.7 и патронов такого калибра тоже. И об убийце – пантере, единственной оставшейся в живых из всей банды Дугласа. То, как она двигалась, то – каким оружием владела. Допросить и выяснить, кто она такая. В картотеке проходила по одному убийству, но это всё. Теперь нужно выяснить кто она и на кого работает, явно не из банды Дугласа, как и остальные хищники на складе. Их теперь не опросишь.       Буйволсон рассказал о найденном грузе взрывчатки и оружия на корабле. Куда собирались двинутся Дуглас и компания? Их бы ни принял ни один порт, если бы Леодор обратился по международным каналам. И Дуглас был не дураком, понимая это. То есть их ждали? У него остались сообщники? Кто?       Леодор показал видео, которое прислал ему Дуглас, или его подельники. Впечатляющий подводный взрыв и уничтоженный, неизвестно где находящийся, небольшой остров внушали уважение. Леодор уже увеличил бюджет береговой охране и таможенной службе, а также взял в ежовые рукавицы начальников портов, причалов, складов и даже лодочных станций. Работы у полиции опять прибавилось.       Не исключено, что бомба не одна. Не исключено, что подельники всё ещё в Зверополисе или будут стекаться в него. Затаились как год назад, после «Овечьего Заговора», накапливая силы для «Овечьего Дела».       Троица зверей переглянулась и уткнулась глазами в пол. Самым худшим сценарием им представлялась вторая война. Вторые полгода войны с врагом, у которого было ОМП.       Чертова овца заварила такую кашу…       Леодор корил себя, за то, что проглядел Барашкинс. Если бы не он…       Буйволсон корил себя, за то, что разрешил Джуди отправится на курсы, и разрешил чертову операцию под прикрытием. Если бы он отказался…       Ник…        - Ник ты чего застыл? – спросила вышедшая из ванной крольчиха, глядя на задумчивого лиса       Ярко-рыжие уши дернулись и встали вертикально торчком.        - Думаю, что с тобой сделать, когда ты окажешься в кровати, – улыбнулся лис и откинулся на спину.       Джуди очнулась только через неделю, все-таки её раны были не в сравнение тяжелее Ника. Все эти дни Ник и окружающие не находили себе места, и не могли искренне радоваться выздоровлению Ника, когда Джуди была в реанимации без сознания.       Когда она очнулась – это был праздник.       Через месяц они оба, наконец, могли ходить. Преимущественно до палат друг друга.       Через два они оба, наконец, смогли гулять на улице. Долго.       Через три месяца их выписали, пожаловавшись при выписке шутливо, что если бы лечение продолжилось, то руководству больницы пришлось бы поставить замки на двери палат, запирая их по ночам.       Ник и Джуди только смущенно переглянулись, и, быстро попрощавшись, поспешили домой.       В управлении их встречали как героев. Натянули ленты, «Ник и Джуди, Добро Пожаловать Домой!!!», принесли торт, и хором скандировали, заставляя содрогнуться все управление и посетителей «Джу-ди! Джу – ди! Джу – ди!»       Хоть все и несли усиленные патрули, помогая таможенной службе, осматривая склады и порты, полчаса праздника урвать удалось. Эту короткую передышку в бриф комнате заслужили все.       Буйволсон поднялся и нарушив молчание сказал, что ближайшие полгода, как в прошлый раз ничего не будет. Все управление недоуменно посмотрело на него, но Буйволсон задержался на Нике на секунду, и лис коротко кивнул в глаза шефа.       Слишком часто стали упоминаться полгода, и каламбур вышел действительно удачным. Для Ника.       Смотря друг другу в глаза, оба понимали - в любой момент есть риск повторения той войны, и в этот раз противники сильнее и им неизвестны. Но они тоже стали сильнее.       Но только не сегодня. Сегодня надо отдохнуть.        - Поэтому, - продолжил капитан. – Две недели отпуска нашим героям, и чтобы они не показывались в управлении, это приказ!       Ник с Джуди засмеялись под улюлюканье зверей.       Джуди гладила щеку Ника, который по-прежнему нависал над ней. Она улыбнулась ему, и схватив за шею притянула к себе. Поцеловав лиса Джуди отстранилась, посмотрев в его красивые зеленые глаза, и обхватила его бедра своими задними лапами. Ник поцеловал крольчиху в шею, и отстранился, любуясь её очаровательными сиреневыми глазами.        - Я тебя люблю, хитрый лис, – произнесла Джуди.        - Я тебя обожаю, прекрасный ты мой кролик, – сказал Ник, проводя лапой по ушкам Джуди, отчего та довольно зажмурилась.       Уперев лапу рядом с её головой, в спинку кровати, Ник наклонился, прикусив плечо Джуди, плотнее прижимаясь к ней.        - Глупый…глупый лис, – сбивая дыхание выдохнула Джуди.        - Хитрый кролик, – чуть сбавил обороты Ник, чтобы продолжить с новой силой.       Джуди тихо застонала,обняв Ника и прижимаясь к нему как можно сильнее.