Под общим никнеймом "Freeman"

Не стоило пить так много кофе. Теперь вместо сладких снов гляжу на плохо освещенную ночную улицу, вывеску магазина с подсветкой и проползающие вдалеке машины. Может, большой город ночью и прекрасен, но о маленьком городке такого не скажешь. Телефон завибрировал в складках яркого пледа и я долго ворошу теплую ткань, стараясь не выпустить тепло и найти источник звука. Наконец, мне надоело осторожничать и я встряхнула плед. По телу пробежало стадо вспуганных холодом мурашек, зато отыскался телефон. Как на зло, лежит прямо на подоконнике и мне стоило только опустить руку, чтобы дотянуться. Mr.Freeman*: «Часто мечтаешь? Что вообще думаешь о мечтах?». Ловлю себя на полуулыбке. Странный он… то задает вопросы ни с того ни с сего, как обухом по голове бьет, то ходит вокруг да около. Но общаться с ним все равно интересно. Не знаю, кто он и откуда, но мы очень похожи. Прикинув, как выразиться короче и не мучиться, строча длинное сообщение на телефоне, начинаю отвечать. Ms.Freeman: «Нечасто. Мечты должны превращаться в цели, иначе они не сбудутся». Кидаю мимолетный взгляд на кошачью тень за окном. А может, и не кошачью: с третьего этажа не разглядеть. Снова прячу телефон в складки пледа, чтобы через секунду лихорадочно выискивать его. Перед тем, как прочесть ответ, проверяю время. Пол двенадцатого, а сна ни в одном глазу. Красавицей же буду на первое сентября с огромными кругами под глазами. Mr.Freeman: «Хочешь угадаю, о чем ты мечтаешь?» Неожиданное предложение от человека, с которым познакомилась полтора часа назад. Хотя, за эти полтора часа мы успели убедиться, что понимаем друг друга. Не думала, что в мире есть еще хоть кто-то кроме меня, увлеченный приключенческой литературой и идеей кругосветного плавания на парусной яхте. Отчаянно хочется верить, что я нашла родственную душу, но не тороплюсь делать столь опрометчивые выводы. Ms.Freeman: «Попробуй» Mr.Freeman: «Собственная квартира в городе, работа обязательно связана с движением и поездками, и непременно хобби, которое, возможно, даже будет приносить доход…» Ms.Freeman: «Браво! На чем я спалилась?» Mr.Freeman: «Мы просто похожи. Еще ты одиночка, как я понял» Ms.Freeman: «Я тот странный человек, который постоянно в центре толпы, но одинок. Ты очень проницательный. Наверное, тебя многие любят и ценят». Mr.Freeman: «Это профессиональное. И я такой же, как ты, одиночка» Глаза начинают слипаться и я тороплюсь в кровать. Не хочу завтра выглядеть чучелом. Собиралась отправить собеседнику что-то вроде «извини, мне пора», но сознание предательски уплыло в объятия морфея, стоило лишь коснуться головой подушки.

***

На полном ходу лечу из ванной. До линейки двадцать минут. Опоздаю. А нечего было вчера до полуночи сидеть! Перехватываю что-то со стола и даже толком не замечаю, блин это или оладушек, форменное платье отыскивается на спинке стула. Через пятнадцать минут я на пороге квартиры, тонкий стебелек одинокого ярко обернутого цветка в зубах, на ходу пытаюсь соорудить на голове что-нибудь приличное. Вскоре бросаю бесполезную затею, цепляю прихваченные из дому резинки на запястье и несколько раз провожу гребешком по отросшим за месяц волосам. Телефон вибрирует в клатче, переброшенном через плечо. Наверное, одноклассники меня потеряли. Наконец, я похожа на школьницу: с короткой черной юбкой заигрывает легкий ветер, волосы относительно аккуратно уложены. Затянувшиеся ссадины на лице немного разбавляют тошнотворно-милый вид. По-летнему доброе солнце припекает спину. Улицы уже пусты — не застала тот милый час, когда школьники всех возрастов шагают по улице с букетами. Голос директора слышен уже от школьных ворот. Стараюсь не привлекать внимания родителей и учеников, неторопливо пробираюсь к одноклассникам, столпившимся недалеко от первоклашек. Одноклассники, видимо, пытались выстроиться в ровную шеренгу, но ничего толкового не получилось. Малыши, как обычно, широко распахнутыми наивными глазами осматривают толпу, то и дело оборачиваясь, чтобы найти взглядом маму, директор с важным видом рассказывает о «прекрасной школьной поре». — Видела нового препода? У нас историю будет вести, — как обычно, без приветствия, накинулась подруга. — Новый препод? В одиннадцатом классе? — я ущипнула себя за руку, но наваждение не прошло: улыбающееся лицо подруги все так же передо мной. — А Раису Викторовну куда дели? — В декрет ушла, — пожала плечами подруга. Мотаю головой вместо ответа, пытаюсь разобраться с волосами, которые ветер счел интересными развлечением. Вот же пакостное начало года. Не то, чтобы кроме Раисы Викторовны в роли преподавателя я никого видеть не хотела, просто… вдруг что не так пойдет? Черт! — Вон он, — Лера махнула рукой в сторону мужчины в костюме, который стоял правее нашей дружной оравы. Из-за высоких фигур одноклассников смогла разглядеть только не поддающуюся расческе копну жестких каштановых волос. — Он еще и наш классный руководитель! — добила Лера. Хотя, собственно, до классного руководителя мне никогда дела не было. Разве что деньги приходилось сдавать на восьмое марта и день рождения. — Сунули кому попало, — с усмешкой ворчу я, вставая на цыпочки. Однако ничего больше разглядеть не могу. — Не скажи, — подтолкнула сзади Марина, которую я всегда узнаю по медовому голоску. — Он такой… — Обычный мужик, что вам неймется-то? — маскирую смех под кашель и заговорщицки подмигиваю всегда невозмутимой Лене — единственной отличнице в классе. Не сказать, что она мужененавистница, но феминистка точно, и это странно: пухлые губы, чуть раскосые голубые глаза, матовая кожа и изящные черты лица — с такой внешностью кого угодно можно покорить. Как насмешка над стереотипами, некрасивая, но ярко накрашенная и вульгарно одетая Марина, сейчас надувшая яркие губы, пользовалась огромной популярностью у парней и считалась чуть ли не королевой школы. Мы еще поболтали немного прежде, чем директор закончил речь, а после направились к первоклашкам. Их каждый год все больше и больше. По пути к малышам с милой улыбкой сунула надоевший цветок школьному логопеду. Вела за руки двух милых девочек, чувствуя на себе два восхищенных горящих взгляда. Да уж… Короткая юбка и волнистые волосы из любой курицы сделают симпатичную. Конечно, курицей себя не считаю, но и к заинтересованным взглядам не привыкла. Кабинет истории не обжитый, пустой и безликий. Уже через неделю он наполнится своими звуками и запахами, станет не похожим на остальные кабинеты. А пока торопливо занимаю третью парту у стены, подальше от окон и учительского стола. Лера с размаху падает на соседний стул. Только теперь могу разглядеть нового учителя. На вид лет двадцать пять, хотя, если приглядеться, то за морщины вокруг глаз можно дать все пятьдесят. Широкие плечи, по-змеиному узкие глаза. И, может свет так падает, а может и в самом деле в прическе поблескивают седые волоски. Лена права — обычный мужчина, ничего особенного. — Меня зовут Николай Андреевич, теперь я ваш преподаватель истории и классный руководитель, — последовала короткая пауза, за время которой ученики успели обменяться парой слов, а учитель недоуменно бегал взглядом по классу. — Точно помню, что перед линейкой вас было шестнадцать, — наконец, произнес он. Все примолкли, одноклассницы покосились на меня. — Я опоздала, — не вижу смысла отмалчиваться и затягивать разговор. — Теперь в классе все? — еле заметно кивнув мне, уточнил преподаватель. Несколько человек синхронно кивнули. — Замечательно. Для начала хотел бы узнать ваши имена, — предложил мужчина и облокотился на край учительского стола. Одноклассники один за другим представлялись, сие действие пришлось проделать и мне. — Евгения Лихачёва, — произнесла я, завершая череду имен, после чего на секунду в кабинете повисла неестественная тишина. — Если у вас есть вопросы ко мне, постараюсь ответить, — медленно водя взглядом по ученикам, продолжил наше знакомство учитель. — Сколько вам лет? — началось. Конечно, о чем еще могла спросить Марина? — Тридцать два, — этот ответ заставил всех без исключения удивленно замолчать. Даю руку на отсечение — ни один из моих одноклассников даже предположить не мог, что ему больше тридцати. Да я и сама на пять лет просчиталась. — Вы женаты? — провожу ладонью по лицу и наблюдаю слабую усмешку на лице преподавателя. Наверное, он предполагал, что именно об этом спросит женская половина класса. — Нет, — такой ответ порадовал не в меру самоуверенную Марину. Готова спорить, она еще хотела спросить, есть ли у «потенциальной жертвы» женщина, но не успела — перебил Дима, самый низкий и самый языкастый в классе. — Где вы раньше работали? — поправляя сползшие на нос очки, поинтересовался он. Николай Андреевич ответил не сразу. — В туристической фирме, не в этом городе, — произнес он после недолгого молчания. Стало до жути любопытно, что заставило его сменить место жительства, но спросить не решилась. Все-таки, это слишком личное. К счастью, никто из одноклассников не решился задать подобный вопрос. Еще на несколько секунд в классе повисла тишина. На этот раз, вполне естественная: одноклассники сопели, не зная, что спросить, преподаватель ждал. — Раз вопросов больше нет, запишите расписание, — учитель отлип от стола и направился к доске. На секунду его речь стала очень знакомой, а в следующий миг от ощущения чего-то до жути привычного осталось только странное, теплое воспоминание. Странно… хотя нет. Я же общаюсь по сети с людьми его возраста… * "Free man" (англ.) - "свободный человек".