Too painful to be true...

Слизеринец быстро шел к себе в кабинет, который находился рядом с его комнатой. Он зашел в комнату, громко хлопнув дверью, и сел за письменный стол, яростно смахнув с него все бумаги. "Она могла сделать другой выбор. Как она может? Ведь я ей предложил... Почему я вообще вожусь с этой гребанной девчонкой? Неужели, я... Нет, нет бред полнейший. Она же грязнокровка, Драко. Это не правильно. Нет, она всего лишь моя рабыня." - говорил себе Драко. В дверь комнаты постучались, это вывело юношу из раздумий. -Войдите. -Хозяин, у Стивена плохие новости, очень плохие. -Говори, что случилось, - холодно бросил Драко. -Пожар, сэр, мы не в состоянии его потушить. Огонь быстро распространяется и выходит в коридоры. -В какой комнате пожар? -В комнате... грязнокровки. Слизеринца вдруг накрыло волной ужаса. Его глаза расширились от услышанного. -Как огонь приник в её комнату? - Драко практически кричал. -Хозяин, пожар идет из самой комнаты, похоже девушка сама его устроила. Малфой быстро вскочил и побежал в комнату Гермионы. Он очень торопился, боясь, что случится что-нибудь ужасное. Ему не хотелось потерять её сейчас. Драко чувствовал как ему стало страшно, только не за себя, а за Гриффиндорку. Он приближался к чуланчику, в котором находилась Гермиона. Он видел как огонь, вылезая из-под двери, пробирается в коридор. Подбегая к двери чуланчика, Малфой выхватил палочку из кармана брюк. Сначала он попытался открыть горячую дверь, но что-то с другой стороны помешало ему это сделать. Тогда он отошел на безопасное расстояние от горящей двери. -Бомбарда! Дверь вылетела наружу, разбиваясь в щепки. Огонь вместе с сильным дымом вышел в коридор. Парень не видел внутри ничего кроме огня. - Аква эрукто. Из палочки начала появляться струя воды, туша пожар. Малфой торопился, боясь не успеть. Он должен был вытащить оттуда свою Гриффиндорку. Вскоре, когда пожар отступил, но всё же не был потушен, Слизеринец вошел в комнату. Дышать было невыносимо сложно. Сильный дым проникал в легкие, вызывая кашель. Драко увидел лежащую на полу Гермиону. Её руки и ноги были в сильных ожогах. Кожа её была в саже. А та белая тряпица, прикрывавшая тело Гриффиндорки, обгарела и уже практически не прикрывала обнаженное тело. Он подбежал к ней и взял на руки. Боясь, что огонь вновь полностью окутает комнату, Драко поспешил вместе с Гермионой покинуть комнату. Он торопился, неся её в безопасное место. Вдруг она больше не откроет свои глаза? Голова Гермионы была запрокинута назад, а рука свисала. Слизеринец нёс её в гостевую комнату. Наконец, дойдя до неё, парень открыл дверь и вошел. А затем, подойдя к узкой кровати, положил Гриффиндорку на белые простыни. -Стивен! - прокричал Малфой, от чего в комнате появился домовик. - Скажи другим, пусть приглядят за ней, отмоют от сажи и доложат о её здоровье. А я пойду дотушу пожар, пока он не распространился по поместью. Домовик исчез. А Драко выбежал в коридор и направился к горящей комнате. "Дура Грейнджер. Дура. Дура. Дура. Неужели, я настолько ей противен? Я старался быть нежнее с ней. Я даже дал ей выбор. Но эта сука ничего не ценит. А ведь она могла бы быть послушной." -Аква эрукто! Дойдя до чуланчика, в котором раньше жила Гермиона, Малфой вновь использовал заклинание, чтобы потушить огонь. Пожар стал прекращаться. И закончив с ним, Слизеринец поспешил к Гриффиндорке. Она лежала на белых простынях, уже отмытая, но на руках и ногах были сильные ожоги, которые сейчас обработывали бадьяном эльфийки. Она лежала словно кукла. Девушка была неподвижна. "Неужели она...?"-спрашивал себя Слизеринец. -Как она? - спросил Драко, садясь в кресло, находящееся рядом с кроватью, на которой находилась Гриффиндорка. -Девушка жива, хозяин, вы пришли во время, но её здоровье испорчено. Мы не знаем сколько она пролежит без сознания, девушка надышалась дымом. А ожоги со временем заживут, мы их во время обработали. Жива. Малфой уже не слушал слов эльфийки. Он понял, что успел. Как же отреагирует Гриффиндорка когда проснется? Малфой был зол. Ужасно зол. Он до скрежета сжимал челюсти, представляя как ударяет её снова и снова, но не трогая это очаровательное личико, думал о том, как будет грубо насаживать её на свой член под её крики. *** Малфой расхаживал у себя в кабинете взад вперед. Девушка не просыпается уже целые сутки. Это заставляло парня волноваться. "Какого черта, Грейнджер? С же на ли меня вообще волнует её состояние? Чего ты ждешь от неё, Малфой? Уж не благодарности ли? "-говорил себе Драко. Внезапно, в комнате появился домовик Стивен. -Хозяин, девушка проснулась. Драко рванулся с места и поспешил в комнату к Гермионе. Ему было сейчас всё равно на прочие заботы, он хотел лишь поскорее её увидеть. Войдя к ней в комнату, он подошёл к кровати, смотря на неё. Она смотрела прямо на него жестко, упрекающе, но он точно видел как её глаза достигают слёзы. -Зачем ты вытащил меня? Ещё не много бы и всё закончилось. - хриплым голосом сказала Гриффиндорка. У неё не было сил. Она была слишком слаба сейчас, ожоги сильно болели. Трудно было пошевелиться. Встать Гермиона и вовсе не могла. Девушка не понимала зачем он это сделал, ведь ещё немного и не было бы у Малфоя ни проблем с ней, ни криков и боли, не было бы просто Гермионы. Малфой не ответил на её вопрос. Он просто не хотел. Парень пришел сюда не за этим. -Честно сказать, ты меня удивила, Грейнджер, я думал ты будешь бороться за жизнь, а не так глупо сдашься, захотев умереть в горящей комнате. -Что? За какую жизнь? Когда ты рабыня и должна делать, что прикажут? Это не жизнь.-голос Гермионы стал немного громче, но по-прежнему был хриплым. -Не забывай, Грейнджер, с кем ты говоришь. Ты сама знаешь, что я не в восторге от того, чтобы опять закрыть тебя в подвале и вновь трахать тебя там. Парень подошёл ближе к девушке и угрожающе взглянул на неё. Но она больше не боится его, в её карих глазах пылал огонь ненависти. -Не в восторге? Я думала, что лишь этого ты и хочешь. Можешь делать, что вздумается, закрыть в подвале или ещё что, всё равно хуже чем есть уже не будет. Да, я хотела умереть, лишь бы не видеть тебя вновь. Ты не знаешь каково это быть мной. Ты не понимаешь через что я прошла. Я потеряла Рона, свою свободу и гордость, попав сюда. Смерть стала для меня единственным выходом, а ты и умереть мне не дал. Ты распоряжаешься мной, будто бы я-твоя вещь.-голос девушки по-прежнему был хриплым. Гриффиндорка со злобой взглянула в серые глаза, которые были полны ярости и решимости. -Я уже говорил тебе, я-твой хозяин, Грейнджер. И я в праве распоряжаться как захочу. И я решаю когда и как тебе умереть. Малфой вышел, яростно хлопнув дверью. Она уже давно умерла, когда попала сюда, когда ощутила безысходность, одиночество. Девушка лежала на кровати, её глаза были устремлены в пустоту, в никуда. Такая же пустота находится в груди Гермионы. Часть души её давно умерла. И этой частью была надежда. А где умирает надежда, там возникает пустота.