Too painful to be true...

Слизеринец стоял у окна и с безразличием смотрел на мрачный сад. Снег больше не падал, он грустно лежал на высоком заборе, замерших кустах, длинной каменной тропе. Вечерело. Но печальный сад, окутанный снегом, не мог позволить парню отвлечься и забыть обо всех проблемах. звук справа не давал парню сосредоточиться. Малфой изредка, поворачивая голову, смотрел на сидящего у стены гриффиндорца. Звук цепей стал раздражать. Драко приказал домовикам надеть на Уизли кандалы. А Гермиона тем временем сидела в другой комнате. Эльфийки готовили её к вечеру. Слизеринец ждал их встречи. Но в тоже время опасался. Он знал, как ему будет трудно взглянуть в карие полные безразличием глаза. Каждая их встреча доставляла парню небывалое удовольствие. Но разве он может всегда любить ту, которая никогда не сможет даже простить его? Огромные двери шумно открылись и в комнату вошла она-самая прекрасная из рабынь юноши. Нет. Самая любимая и желанная. На ней было белое платье чуть ниже колен, воротник лодочка оставлял её плечи обнаженными. Нежное белое платье подчеркивало уже исхудавшую фигуру девушки. Волосы были идеально уложены, крупные локоны спадали на обнаженные плечи. Гермиона не поднимала голову. Её глаза были плотно закрыты. Она не пыталась ослушаться Малфоя. Нет. Она не боялась его. Она боялась, что с Роном может случиться что-то плохое. Двери за спиной рабыни громко захлопнулись. По телу пробежал холодок. То ли от легкого порыва ветра, созданного огромными дверями, то ли от неожиданного чувства страха и безысходности. -Подойди. Гриффиндорка, гордо подняв голову, шагнула навстречу Слизеринецу. Босые ноги, шагающие по мраморному полу, уже привыкли к холоду. Девушка, подойдя к парню, посмотрела в его серые глаза. Лицо юноши было серьезным, но глаза выдавали его. Гриффиндорка взглянула на прикованного к стене Рона. Сердце больно сжалось в груди. -Грейнджер, я говорил тебе, что я-твой хозяин? Говорил, что ты должна меня слушаться? Ты предала меня. Малфой подошел очень близко к девушке, от чего та стала медленно отходить назад. -Драко, я не чья-то вещь. Я просто не смогла бы жить в неволе и страхе всю жизнь. И не считаю предательством то, что я нуждаюсь в свободе. Драко, я знала, что ты не мог убить Рона. В тайне надеялась на это. Я думала, ты стал злым и жестоким. Но это не так. Ты не такой.-сказала Гриффиндорка, вжимаясь спиной в огромные двери. -Гермиона, ты ничего обо мне не знаешь. Ты так наивна. Живешь лишь одними мечтами. До сих пор думаешь, что твоя жизнь-сказка. Но ты ошибаешься. Жизнь жестока и несправедлива. Пора уже понять это. -Нет. Это не жизнь жестока и несправедлива. А ты. Ты отобрал мою свободу, мою любовь. Это всё ты. О чем ты только думал? Чего добивался? Зачем я была нужна тебе?-Гермиона с непониманием смотрела на парня. -Да потому что, я люблю тебя.-выкрикнул юноша, после чего в комнате наступила тишина. Гриффиндорка широко распахнула свои карие глаза. И даже Рон, пытающийся вырваться, наконец перестал шуметь цепями. Парень просто не мог поверить в услышанное.-Мне казалось, что ты мне нужна ради мести, но я ошибся. Я пытался быть нежным с тобой, но ты не поддавалась. Но я всё ещё надеюсь, что ты сможешь полюбить меня. И научишься выполнять мои приказы. Может быть это заставит тебя передумать.-Малфой достал палочку и направил её на Гриффиндорца.-Круцио! Рон упал на пол и скрючился от боли. Девушка рванулась с места и, подбежав к парню, упала на колени. Гермиона положила свою руку на его грудь и что-то говорила ему. Она не могла ничем ему помочь. Слёзы застыли в глазах Гриффиндорки. -Нет, Драко, пожалуйста. Перестань. Пожалуйста!-кричала девушка, но парень будто не услышал её слов.-Драко, не надо. Хорошо, я сделаю всё, что ты хочешь. Пожалуйста хватит! -Всё, что угодно, Грейнджер? -Да, да. Я прошу тебя. Не трогай его. Он ни в чем не виноват. Слизеринец опустил свою палочку и подошел к ним ближе. Рон отдышался и попытался сесть. -Поцелуй меня.-сказал Малфой, поднимая правую бровь, злобно ухмыляясь. -Не смей!-выкрикнул Рон, вставая с холодного мраморного пола, пытаясь дотянуться до Слизеринца, но длинные цепи, прикованные к стене, не позволили ему. Гермиона встала вместе с Гриффиндорцем, останавливая его, чтобы он не сделал то, о чем потом пожалел бы. -Ну же, Грейнджер. Поцелуй меня. По-настоящему. Так сложно. Слишком сложно. Она не может согласиться. Ведь она не любит его. Разве сможет полюбить его после всей боли, что он ей причинил? Но и ослушаться Гермиона не может. Девушка, привыкшая к физической боли, которую доставлял ей Драко, не сможет смотреть на то, как он причиняет её кому-то ещё. Тем более если это будет невинный человек, тем более Рон. -Обещай мне, что ты не тронешь Рона.-сказала девушка, подходя ближе к Малфою. -Обещаю. -Гермиона, ты не должна... -Нет, Рон.-перебила его Гриффиндорка.-Я должна это сделать. Моё сердце разрывается на кусочки, когда я вижу как тебе причиняют боль. Рон, я готова сделать это. Ради тебя. Рон увидел слёзы, застывшие в глазах девушки. Но разве он мог что-то сделать? Возможно, он понимал как сложно было Гермионе. Но у неё не было выбора. Гриффиндорка повернулась в сторону Слизеринца и, сжав кулаки, подошла к нему, а затем закрыла глаза. Малфой, обхватив её талию руками, прижимал Гермиону к себе. Их губы были так близко. Слезы скатывались из-под закрытых очей девушки и текли по холодным щекам. Расстояние между губами становилось всё меньше и меньше. И вот они встретились. Такие теплые и потрескавшиеся губы слабой неопытной Гриффиндорки и такие холодные губы сильного и настойчивого Слизеринца. Он сильно прижимал Гермиону к себе, страстно целуя её губы. Она плачет. Неужели это измена? Она сама поцеловала его. Спустя несколько мгновений их губы расцепились и Драко взглянул на свою пленницу, но она на него не смотрела, её глаза были плотно закрыты. И из-под закрытых глаз медленно текли слезы. Губы парня приблизились к уху девушки, и он прошептал: -Я же говорил, что ты меня поцелуешь... Внезапно Малфой поднял девушку на руки, от чего та от неожиданности распахнула очи. Парень, держа Гриффиндорку на руках, направился к выходу. -Не трогай её! Не смей!-кричал им вслед Рон, но Слизеринец его не слушал, лишь Гермиона со слезами на глазах взглянула на Гриффиндорца через плечо Малфоя. Огромные двери открылись, и парень с девушкой на руках покинули комнату, так и не закрыв за собой двери. Они вышли в длинный коридор, но Драко не повел Гермиону в свою комнату, он просто зашел с ней в комнату напротив. Так странно. Так близко к гостиной. Обычно, Слизеринец любил уединение, подальше ото всех. Но в этот раз он не стал уводить Гриффиндорку дальше в самые далекие комнаты, где их никто не увидит и не услышит. Зайдя в комнату напротив, Малфой неожиданно, особенно для Гермионы, резко бросил её на кровать. Но для неё же приземление оказалось приятным. Она приземлилась на огромную кровать, на которой были пуховые подушки. Драко быстро закрыл двери, но на этот раз без каких либо заклинаний или замков и повернулся к девушке. Идя к ней, он на ходу снимал белую рубашку, штаны, громко гремя пряжкой ремня. Подойдя к кровати, уже обнаженный парень посмотрел на испуганную Гриффиндорку, а затем, схватив её запястья и крепко сжав их, завел их за голову. Он посмотрел на неё. Она плакала. Слезы предательски катились по её щекам. -Будешь меня слушаться, будешь делать то, что я тебе скажу, Грейнджер. Ты же не хочешь, чтобы что-то случилось с этим жалким Уизли, не хочешь чтобы, он мерзко корчился от боли, кричал и страдал, извиваясь на холодном полу. Ты же не хочешь, чтобы он умирал медленно и мучительно. Из-за тебя. И последнее что он запомнил о тебе было бы то, как ты согласилась на измену и поцеловала столь ненавистного школьного врага.-последние слова он он произнес шепотом, прямо в ухо девушки. Она ничего не ответила, лишь тихонько кивнула, по-прежнему глотая соленые слезы. Да, она согласилась. Гриффиндорка была уверена, что любой на её месте поступил также. Она готова стерпеть любую боль. Это было для неё легче, чем знать, что из-за неё страдают другие. Сумасшедшая, скажите вы. Влюблена, отвечу я.