Без всякого сомнения

      Эрик зашел в лазарет и остановился у двери; парни лежали на дальних койках, вокруг них сидели посетители, и ходил доктор. Его заметили почти сразу, и в лазарете стало тихо.  — Эрик? Все в порядке? — осторожно спросил Пит. Эрик перевел на него тяжелый взгляд.  — Да, все отлично! — и снова посмотрел на парней. Бесстрашные не сводили с него взгляда, но, когда Эрик сделал шаг к лежащим на кровати, они в спешном порядке покинули комнату, даже Пит тихонько испарился.  — Л… Лидер?! — пробормотал тот самый, что просил «почесать».  — Хотел объявить вам радостную новость — Мол уже отпустили. Парни переглянулись, и тот, что был плохо был виден на пленке, прошептал:  — Она сама напросилась! — и попытался отодвинуться дальше.  — На что именно? — приподнял бровь Эрик. — Быть изнасилованной в коридоре фракции тремя придурками? Он удивлялся спокойствию своего голоса, почти равнодушию, хотя внутри все клокотало от бешенства. Эрик улыбнулся, забавно, он сам не гнушается насилия, но вот мысль о том, что Мол могла от него пострадать, доводит его до белого каления. Видимо, улыбка настолько инородно смотрелась на его лице, что бойцы буквально послетали со своих коек и забились в угол в надежде избежать его гнева. Звук открывающейся двери заставил Эрика обернуться — в лазарет зашла Молли, немного уставшая и слегка озадаченная, а из своего кабинета выглянул Пит.  — Макс сказал, что тебе нужна помощь, — обратилась Мол к доктору и, прищурившись, рассматривала странную картину.  — Мне? — растерянно проговорил Пит. — Да, нужна! — и поманил ее пальцем в кабинет, Эрик снова перевел взгляд на парней  — После выписки я придумаю вам наказание! — обвел их холодным взглядом и ушел. Успокоившись и зайдя в детский сад, Эрик забрал Бена. Малыш радостно улыбнулся, увидев отца, и потянул к нему ручки, они с ним почти час лазили на ковре, строя из детского конструктора крепость, пока не вернулась Мол. Мелкий расплылся в улыбке, демонстрируя два нижних зуба. Молли сделала шаг к нему и опустилась на пол, Бен сразу забрался к ней на колени и довольный собой попытался обслюнявить один из кубиков. Мол, нежно улыбаясь, ерошила рукой детские кудри.

***

      Эрик поднял бровь вопросительно и посмотрел на воспитательницу детского сада, которая после обеда принесла к нему Бена.  — Молли сказала, что он побудет у нас час, а ее нет уже два часа, — пожаловалась женщина. — Лидер, мы не можем заниматься исключительно вашим ребенком, — и, демонстративно задрав нос, вышла из комнаты. Подхватив малого на руки, Эрик прошелся до лазарета. Пит перебирал какие-то бумажки, бездумно перекладывая их из папки в папку; под ложечкой неприятно засосало.  — Пит! — позвал он мужчину. — Где Мол? Доктор поднял на него взволнованный взгляд.  — Уехала в Эрудицию, — он печально посмотрел на Эрика. — Я не смог ее уговорить.  — Когда?  — Полтора часа назад. Эрик прикинул: пока она ждала поезд, пока доехала, а сейчас идет снег… Если постараться, то он успеет добраться туда до того, как Мол сделает самую большую ошибку в своей жизни.  — Присмотришь за Беном? — спросил он. Доктор удивленно вскинул брови, но кивнул утвердительно. Оставив ему малыша, Эрик бегом кинулся в гараж, ему повезло, только вернулся джип с патрулирования  — Ключи! — рявкнул он водителю и, ловко скользнув за руль, рванул с места так, что шины завизжали.

***

      На Чикаго надвигалась буря, снег уже крупными хлопьями падал на землю, покрывая все вокруг белым саваном. Эрик выжимал из машины максимум, благо дорога была свободной, и домчался до бывшей фракции за рекордное время. За столько лет в Эрудиции ничего не поменялось, он быстрым шагом отправился к лифтам, ему нужен кабинет Джанин, Молли может быть только там. Он нетерпеливо отстукивал ритм пальцами, ожидая, когда лифт поднимется на нужный этаж, пугая случайного пассажира, мужчину в летах, в строгом синем костюме. Эрик нашел свое отражение на гладкой поверхности двери. Сейчас он способен напугать самого дьявола: набыченная фигура, нахмуренные брови, сложенные на груди руки — вся его поза говорила об ярости и плохо сдерживаемом бешенстве. Наконец-то лифт пискнул, остановившись на нужном этаже, и Эрик, подобно торнадо, вылетел из него; не останавливаясь, с ноги открыл дверь кабинета главы Эрудиции, та с жалобным треском ударилась об стену. Две фигуры в комнате дернулись от неожиданности, Джанин Метьюз, моложавая блондинка, удивленно вскинула брови, а Мол застыла равнодушным изваянием с ручкой в руке. Эрик, не сказав ни слова, подошел к столу и кинул взгляд на бумагу, что собиралась подписать девушка. Это было согласие на переход в Эрудицию, он взял договор и, не сводя злого взгляда с Метьюз, разорвал.  — Эрик! — возмущенно воскликнула она. — Ты что себе позволяешь? Это не допустимо, так врываться и… — договорить она не успела, Эрик стукнул кулаком по столу, из синего стакана «повыпрыгивали» карандаши.  — Не забывай с кем разговариваешь! — угрожающе прорычал он. Джанин оскорбленно поджала губы, но промолчала. Эрик усмехнулся, повернувшись к молчаливо стоящей Мол, взял ту за локоть и вывел из кабинета. Уже заходя в лифт, он повернулся, Метьюз, оказывается, все это время шла за ними.  — Ты не сможешь насильно удерживать ее во фракции, — снова заговорила Метьюз.  — Иди нахуй, Джанин! — непочтительно выплюнул он и нажал кнопку. Дверь закрылась, и кабина тронулась вниз, Эрик продолжал держать Молли за руку, словно боясь, что она сбежит. На улице во всю валил снег.