Переключение

— Уважаемые пассажиры, командир корабля сообщил, что наш самолёт находится в зоне сильной турбулентности. Просьба всем пассажирам занять свои места и застегнуть ремни безопасности. Грег продолжал стоять, не двигаясь, когда в салон осторожно заглянула бортпроводник. — Мистер Холмс, мистер Лестрейд, пожалуйста, займите места и пристегнитесь, — с этими словами она тут же скрылась в проёме. — Грегори, я думаю, нам лучше выполнить просьбу экипажа, — произнес Майкрофт и, едва он договорил фразу, самолёт сильно тряхнуло. Грег устоял на ногах, однако произошедшее вернуло ему способность мыслить. Он сел в собранное кресло, не глядя на Майкрофта, застегнул ремень и тут же закрыл глаза. То, что в ногах всё ещё болтались и джинсы, и трусы и то, что он сидел абсолютно голый на холодной и неприятной поверхности сидения, обитого кожей, его абсолютно не волновало. В голове пульсировали только слова, произнесенные Майкрофтом за секунду до объявления о турбулентности. Он осознал, что у него самого внутри была полнейшая турбулентность. Когда сидеть голым стало совсем неприятно, он быстро расстегнул ремень и натянул джинсы с бельем. Теперь он решился посмотреть в сторону соседа. Майкрофт сидел в соседнем ряду вполоборота и не сводил взгляда с Грегори. Его взгляд был полон нежности. Так родители смотрят на детей, так смотрят влюбленные друг на друга. Но Лестрейд не мог себе представить, что так может смотреть Холмс. Ещё и на него — Грега. Он слегка приподнял брови и очень тепло улыбнулся, стараясь при этом выглядеть максимально расслабленным. Майкрофт улыбнулся ему в ответ и проговорил одними губами: «Я скучаю». Вся турбулентность, творившаяся внутри Грега, резко прекратилась и наступила тишина. Ему казалось, он не только слышит собственный пульс, но даже то, как кровь бежит по его венам. Майкрофт скучал. На этот раз Грег не сомневался, что фраза относилась на сто процентов к нему. Ему очень хотелось встать, подойти к этому мужчине и, уже точно наплевав на всё, поцеловать его. Но именно в этот момент самолет затрясло особенно сильно и продолжительно. Он откинулся на спинку кресла и подумал о том, что же его могло ожидать по прилёту и какова истинная цель этого приглашения. Мысли были самые разные, но одно он знал точно: он будет вспоминать эту поездку до конца своих дней. И лучше, конечно, вспоминать её вместе с Майкрофтом. Он сидел с закрытыми глазами, поэтому не заметил, что Майкрофт встал с своего места и подошёл к нему. Прикосновение чужих губ к его губам стало полнейшей неожиданностью, и он резко открыл глаза, увидев потемневший взгляд Майкрофта. Одной рукой Грег расстегнул ремень безопасности, а другой обхватил Майкрофта за талию, утягивая того к себе на колени. Губы Майкрофта мягко скользили по его губам, поцелуй получался очень нежным и мягким до тех пор, пока Грег не понял, что с него на сегодня терпения уже хватит. Он протолкнул язык в чужой рот и, не встретив сопротивления, утянул их обоих уже в отнюдь не мягкий и нежный, но страстный и чуть рваный поцелуй. Руки Майкрофта лихорадочно блуждали по торсу Грега, как будто ощупывая его с целью удостовериться в его реальности. Грег же спокойно расстегивал пуговицу за пуговицей на рубашке Майкрофта одной рукой, другой придерживая того за затылок. Расправившись с рубашкой, он вытащил её из джинсов и скинул с плеч партнера, оставляя на том лишь шейный платок, который спустя несколько секунд присоединился к рубашке. Грег разорвал поцелуй и переключил всё своё внимание на шею и грудь. Он целовал и лизал сантиметр за сантиметром и, когда его язык задевал один из сосков, слышал, как Майкрофт резко выдыхает. В момент, когда казалось, что сил просто целоваться и тискаться уже не осталось, погасло табло «Пристегните ремни». Почему-то именно это и стало сигналом, что пора что-то менять. Майкрофт встал с коленей Грега и, взяв его за руку, потянул в сторону разобранной постели. — Эмм, Майкрофт, я, конечно, никогда не занимался этим в салоне первого класса, но мне кажется, там достаточно тесно для двоих…в любом положении, — с сомнением проговорил Грег. — Знаешь ли, Грегори, я тоже не занимался, как ты выразился «этим» в салоне первого класса, я им вообще не летаю, но, поверь мне - нам не будет тесно. Или комфорт для тебя превыше всего? Грегори решил не отвечать, он подошел к Майкрофту вплотную, спокойно расстегнул ремень на его джинсах и спустил их вместе с бельём. Затем он слегка подтолкнул Майкрофта так, чтобы тот сел на кровать, а сам опустился перед ним на колени. Он очень любил делать минет. Не считая это ни элементом подчинения, ни, тем более, унижения - он всегда старался доставить партнёру максимум удовольствия. Ему, безусловно, хотелось доставить удовольствие и Майкрофту, однако, он не был уверен в аналогичном ответном жесте, а потому, решил сначала того подразнить. Он облизывал член по всей длине, аккуратно брал головку в рот и тут же выпускал, скользя языком по уздечке. Резко меняя тактику, он начинал интенсивно сосать, беря член до самого основания и втягивая щёки. Дыхание Майкрофта походило на дыхание спринтера, по его вискам стекали капельки пота. Воздуха не хватало катастрофически. Он положил руку на голову Лестрейду, но не делал никаких движений. Ему просто было надо ощущать его чем-то ещё. — Грегори, пожалуйста, я сейчас кончу… — простонал он. Грег выпустил член изо рта и поднялся на ноги. Майкрофт тут же принялся стягивать с него штаны и бельё. Когда оба были полностью обнажены, Грег поднял брови, как бы спрашивая, кто же будет ведущим, и Майкрофт лишь пожал плечами. — Майкрофт, я скажу, возможно, глупость, но я мечтаю тебя трахнуть уже очень много времени. Если ты не против… — Я не против, потому что, в таком случае ты исполнишь то, о чём очень много времени мечтаю я, — ответил Майкрофт, — только пойдем лучше на мое кресло, там есть кое-что необходимое в ящике. Грег не стал думать о том, как в прикроватном ящике мог оказаться тюбик смазки — это попросту не имело никакого значения. Майкрофт лег на живот, а Грег, устроившись у него в ногах, выдавил на пальцы немного смазки. Он начал целовать шею и спину Майкрофта, сжимая при этом чистой рукой по очереди его ягодицы. Майкрофт начал выгибаться, пытаясь достать губами до его лица и в этот самый момент Грег приставил палец ко входу. Он аккуратно ввел один палец, растягивая и давая привыкнуть, и не почувствовав сопротивления, добавил второй. Продолжая целовать Майкрофта в шею, он прошептал: — Ты меня ждал? — Очень, — почти прохрипел Майкрофт, — пожалуйста, не медли, я очень хочу почувствовать тебя всего… Не надо больше пальцев. Грег оторвался от шеи Майкрофта и, вытащив из него пальцы, начал наносить смазку на собственный член. Он не был уверен, что сможет продержаться хотя бы минуту, но, глядя на Майкрофта, он понимал, что тот возбуждён если не сильнее его самого, то точно на таком же уровне. И вряд ли оба окажутся марафонцами. Скорее, спринтерами. Причем на супер короткие дистанции. Он входил в Майкрофта сантиметр за сантиметром, почти не встречая сопротивления. Майкрофт был удивительно расслаблен и податлив. Он сам приподнимал бедра и насаживался на член Грега, как бы ускоряя процесс. Войдя полностью, Грег замер лишь на секунду, давая себе прочувствовать это ощущение и запомнить его. Он трахает Майкрофта Холмса. Этого невероятно красивого, умного и просто потрясающего мужчину. Дав себе насладиться мгновением, он начал движение назад. Спустя пару движений, Майкрофт поднялся на колени и локти, давая Грегу доступ к его члену. Грег был уже на пределе, поэтому обхватив рукой член Майкрофта и чуть изменив угол проникновения, чтобы задевать простату, начал быстрые движения. Рука за счет смазки гладко скользила по члену партнера, член так же гладко входил в него. Грег почувствовал, как волна оргазма подкатывает к самому горлу, а затем обрушивается на него беспощадным цунами, утаскивая в свою пучину, когда его рука стала ещё более влажной от тёплой спермы, выплескивавшейся из члена Майкрофта. Одновременный оргазм в первый раз близости был чем-то новым для Грега. Они оба учащенно дышали, застыв в своих позах и не в силах пошевелиться. Майкрофт аккуратно лег на живот, а затем перевернулся и потянул Грега на себя, увлекая в поцелуй. Они целовались ещё несколько минут, после чего, в какой-то момент, оба уснули.